По ту сторону зеркал.

Открыв глаза, я с досадой понимаю, что все еще жив. Я лежал на какой-то кровати, а может диване, трудно сказать. В глазах все плыло, и голова ужасно болела, во всем теле была ноющая боль, шевелиться не было сил. Повернув голову, я осмотрелся. В комнате находился только я. Попытавшись привстать, я почувствовал резкую боль в области живота. Я посмотрел на свое тело, которое практически все было покрыто бинтами. Некоторые бинты были пропитаны кровью, значит, кровотечение не останавливается. Присев, я потер запястья, на которых тоже были бинты. Так, стоп, на мне же нет цепей. Пробежав глазами по комнате, я заметил дверь. Опершись о стол, который стоял рядом, я попытался встать, держась за живот. Дверь открылась, и в комнату вошла девочка. На вид ей было лет девять, может десять. Ярко-голубые глаза, русые волосы, заплетенные в две косички, яркое красное платье в белый горошек. Девочка аккуратно вошла, но, заметив меня, застыла. — Синди! Уйди оттуда! — послышался знакомый голос. В следующее мгновение в комнату зашел один из ученых. Увидев меня, он рывком вытащил девочку из комнаты, захлопнул дверь, и по звуку, закрыл её на замок. — Ты что здесь вообще делаешь?! — послышался крик с той стороны. — Тебя долго не было, ты не отвечал на звонки, ну, я забеспокоилась и решила проверить, все ли с папой в порядке. — говорила девочка дрожащим голосом. Так получается это его дочь? Похоже она пошла в мать, так как на отца была совсем не похожа. Через некоторое время голоса стихли. Отец сказал дочери, чтобы та больше никогда не смела заходить сюда, иначе ее съест страшный монстр. Неужели он это про меня говорил? Подойдя к двери, я дернул за ручку. Дверь была плотно закрыта. Черт, а ведь она была открыта, как-то же девочка вошла. Облокотившись о стену, я судорожно выдохнул. Волна боли прошлась по всему телу. Похоже придётся привыкать вновь быть человеком.

***

Лёжа на кровати, я рассматривал узоры на стене, как вдруг раздался щелчок открывающийся двери. Я резко обернулся и увидел, что дверь медленно приоткрывается. Через несколько мгновений в комнату заглядывает та самая девочка. Она осматривается, и, заметив меня, начинает пристально наблюдать. — Ты не похож на монстра. — сказала та. — А как по-твоему выглядят монстры? — привставая ответил я. — Они страшные, с большими клыками и ногтями, — девочка чуть прикрыла дверь, — Я не знаю точно, никогда их не видела. — Что же, полагаю, ты права. — на лице невольно всплыла улыбка. Девочка посмотрела на меня, потом закрыла дверь и медленно подошла к столу, который стоял рядом с моей кроватью. — Почему ты сидишь здесь? — залезая на стул, спросила она. — Я наказан. — усмехнулся я. — Плохо себя вел? — Можно и так сказать. Сделал то, чего нельзя было. Почему ты здесь? Твой папа ведь запретил тебе сюда ходить. Девочка отвела взгляд, видно она не хотела об этом говорить. — Тебя ведь Синди зовут, верно? — Да, — кивнула она, улыбнувшись, — А тебя? — Диппер. — Приятно познакомиться. — Синди протянула руку, лучезарно улыбаясь. Взяв ее за руку, я заметил, что на руке девочки был шрам и немного выше, возле плеча, синяки. Неужели это… — У тебя кровь. — она указала на бинты, которые пропитались моей кровью. — Ничего страшного. Все заживет. — А? Уже пора? — девочка обернулась, смотря на стену. — Уходишь? — Да, Волшебник сказал, что сюда скоро придут. Если меня здесь заметят, то папа рассердится, — спрыгнув со стула, Синди подбежала к двери, открывая ее, — Мы еще придем. Аккуратно выйдя, она убежала. Что? Мы? О ком она говорила? Свалив все на детское воображение, я слушал, как ее шаги становились все тише и тише, пока совсем не исчезли. Вскоре послышались тяжелые и медленные шаги. Я вздрогнул, когда дверь с грохотом открылась. В комнату вошел Стэнфорд, останавливая свой взгляд на мне. Синди была права. Когда Стэнфорд начал подходить, все внутри меня сжалось. Я не понимал, откуда у меня этот страх перед ним. Теперь, каждый раз смотря на него, у меня в глазах яркими вспышками вспоминаются моменты пыток. Я начал отползать назад, пока не уперся в холодную стену. Не смея отводить взгляд с человека, который медленно приближался ко мне, я непроизвольно затаил дыхание. Тот поднес руку к моей ране на животе, чуть коснувшись ее, от чего меня всего передернуло. — Не трогай меня! — отдернув руку Стэнфорда, я поджал к себе колени, стараясь хоть как-то спастись от накатившей меня паники. Человеческие чувства переполняли меня, выливаясь наружу. Все мое тело начало колотить крупной дрожью, в горле застрял немой крик, а из глаз вот-вот должны были хлынуть слезы. Я схватился за голову, сжавшись настолько сильно, насколько позволяла мне рана. — Тебе надо обработать рану. — спокойным голосом произнес Стэнфорд. — Неужели решил проявить заботу? Я сам не узнавал своего голоса, в нем было столько боли, обиды, что складывалось такое ощущение, будто сейчас вместо меня говорил кто-то другой. Другой я, которого сломали. Я поднял взгляд на напротив меня стоящего, который смотрел с сожалением на меня. — Не смей, — шепотом произнес я, — Не смей на меня так смотреть! Я закрыл глаза, с силой сжимая голову. — Убирайся! — крикнул я, а из глаз полились слезы. За что… Чем я все это заслужил?! Почему именно я!? Объясните мне, почему я?!

***

Яркий белый свет слепит глаза. Ничего не могу разглядеть. — Эй, здесь есть кто-нибудь? Смотрю вперед и вижу что-то темное, похожее на силуэт. Чем ближе я подхожу, тем отчетливей становился силуэт. Когда между нами осталось пару метров, я понял, что напротив меня стоял Билл. — Билл! — крикнул я, а на лице всплыла улыбка. Билл обернулся и посмотрел на меня. В его глазах не было того ярко-синего блеска. В них не было ничего. Ни радости, ни печали, никаких чувств. На меня смотрели абсолютно пустые глаза, не отражающие никаких чувств. — Б-Билл? Тот опустил взгляд, я не понимал, что происходит. Неожиданно тело Билла стало покрываться трещинами и медленно осыпаться. — Н-нет… Только не это… Я сделал шаг вперед, но меня отбросило назад. — Нет! Билл! Поднявшись, я побежал к Биллу. — Не надо! Билл… Билл! Открыв глаза я стал жадно глотать воздух. Мокрая челка липла ко лбу, сердце больно билось в груди. Глаза стали щипать, еще чуть-чуть и у меня вновь хлынут слезы. — Кто такой Билл? Я повернул голову и увидел Синди, она сидела за столом и что-то рисовала. — Человек, который был мне очень дорог, — я сел на кровати, потирая глаза, — Давно тут сидишь? — Не знаю. Я успела нарисовать три рисунка, пока ты спал. Тебе снился кошмар? Ты кричал. — Похоже на то. Давно мне не снились кошмары. — Мне тоже они раньше снились. Мама дала мне этот медальон, — Синди показала на серебряный кулон в виде октаэдра, — Она сказала, что он защищает от плохих снов. Девочка слезла со стула и подошла ко мне. Она сняла кулон и повесила его мне на шею. — Что ты..? — Теперь он будет защищать тебя. — она улыбнулась и вновь села за стол, продолжая рисовать. — Ты разве не боишься меня? Ведь твой папа сказал, что я монстр. — Папа не всегда говорит правду. И ты не похож на монстра. Хочешь посмотреть, что я нарисовала? — Да, давай. Я встал рядом с Синди, опираясь одной рукой на стол, другой о стул. Перед Синди лежали листы, на которых были нарисованы причудливые человечки. — Кого ты нарисовала? — спросил я, взяв в руки первый рисунок. — Это я, мама и папа. — Очень красиво, — я улыбнулся и взял следующий рисунок, тот был похожим, только добавился еще один человечек, — А это кто? — Это Волшебник. — сказала девочка, весело улыбаясь и болтая ногами со стула. — Расскажешь про него? — я присел на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Он не велел рассказывать о себе. Могу сказать только, что он очень веселый и всегда играет со мной, когда папа на работе. — Давно он появился? — Примерно год, может чуть больше. — А сейчас он здесь? Девочка оглянулась, задержав взгляд на моей кровати. — Синди? — А? Нет, нет. Его сейчас здесь нет. Наверное, стоит снаружи и сторожит нас. — Понятно. Взяв следующий рисунок, я понял, что он еще не дорисован. — Что ты хотела здесь нарисовать? — Нас с тобой. — Правда? — я невольно засмеялся. — Что смешного? — Синди отвернулась, немного надув губы. — Прости-прости, я не хотел тебя обидеть. Просто это очень мило. — я погладил девочку по голове. Она сначала еще обижалась на меня, но потом улыбнулась, и взяв рисунок, стала продолжать его рисовать. — Откуда у тебя эти синяки? - спросил я, заметив синие пятна на шее девочки. — Папа... Часто злится. Решив не затрагивать эту тему, я наблюдал за тем, как она старается нарисовать меня. — Почему ты приходишь сюда? — Дома одной страшно. — Вот как, а брата или сестры у тебя нет? — Был младший братик, но его забрали ангелы. — Ангелы? — Он очень сильно заболел, и чтобы Карл не мучился, ангелы решили забрать его к себе на небо. Мне мама говорила, что он наблюдает за нами и оберегает. Я уверена, что он там счастлив. — Синди улыбнулась, не отрывая взгляд от рисунка. Я не мог ничего сказать, Синди хоть и выглядела хрупкой, но она была очень сильна духом. Она очень похожа на Мэйбл. Мэйбл, надеюсь с тобой все в порядке. — А у тебя есть братик? — Сестра есть. Мы с ней близнецы. — А где она сейчас? — Не знаю, но надеюсь, что далеко. — Почему? — Рядом со мной она была бы в опасности. — я посмотрел на свои руки, сжимая их в кулаки. Неожиданно рука Синди легла мне на щеку, нежно гладя ее. — Волшебник сказал, чтобы ты не грустил. Ему не нравится, когда ты грустишь. — Хорошо, больше не буду. — я улыбнулся, накрыв ладонь девочки своей.

***

Прошло чуть больше двух недель. Синди продолжала приходить ко мне, и всегда уходила перед приходом ученых, которые являлись проверить мое самочувствие, ну или просто приносили еды и уходили. Под настоятельными требованиями я все же дал им обработать свои раны. Медленно, но они заживали, хотя боюсь, что останутся шрамы. Стэнфорд не приходил больше, а может он приходил, когда я спал. Да, я вновь начал спать. К непривычной усталости я до сих пор привыкнуть не мог. Неужели так было всегда? Сидя в закрытой комнате, я бы сошел с ума, если бы не Синди. Каждый раз, когда она приходила, все было иначе. Я чувствовал себя живым. Единственным для меня вопросом было лишь то, кто такой этот Волшебник? Сначала я думал, что это детское воображение, но с каждым разом, когда Синди уходила, прям перед тем, когда заходили ученые, говоря, что ее предупреждает Волшебник, убеждали меня, что это не простое детское воображение. Повидав столько всего в этом мире, я теперь могу поверить во что угодно. Но каждый раз, когда я расспрашивал девочку об этом Волшебнике, она отвечала, что он не разрешает о себе рассказывать, или что еще не пришло время. В один из дней я задумался: как Синди удается проникать сюда, ведь дверь заперта. Встав, я подошел к двери и дернул. К моему удивлению та поддалась. Она открылась! Я стоял, не веря своим глазам. Сколько дней я сидел здесь, а дверь была открыта! Выглянув, я прищурился. В коридорах было очень светло, скорее всего, я просто привык к полумраку в комнате. Сделав шаг вперед, я посмотрел по сторонам. Коридоры были абсолютно одинаковы. Белые стены, потолки, пол, даже двери. Только дверь моей комнаты была серебряного цвета. Недолго подумав, я пошел в правую сторону, но не удалось мне сделать и пару шагов, как погас свет, а взамен ему загорелся красный и, спустя мгновение, раздалась сирена. Услышав приближающиеся шаги, я побежал в противоположную сторону. Но как только я завернул за угол, меня сразу же схватили. Как бы я ни старался, вырваться я не мог. Затолкав меня обратно в комнату, мне что-то вкололи в шею. Скорее всего, это было успокоительное или что-то в этом роде, так как после этого я не мог шевелиться. По всему телу разливалась смертельная усталость. Перед тем, как мое сознание меня покинуло, я увидел, как к моей ноге прикрепили цепь, а другой ее конец к кольцу на полу, которого я не заметил. Серьезно? Опять цепи? Совсем воображения нет. Усмехнувшись своим мыслям, я отрубился. — Диппер, ты спишь? Я обернулся и увидел Синди, которая заходила в мою комнату. — Синди? Я думал, что ты больше не придешь. — Волшебник сказал, что ты несколько дней назад здесь всех на уши поднял, и поэтому он запретил приходить некоторое время. — Ты мне когда-нибудь расскажешь, кто такой Волшебник? — Он сам о себе расскажет, когда придет время. А что ты делаешь? Девочка подошла к столу, за которым я сидел. — Ну, я тоже решил себя чем-нибудь занять и взял пример с тебя. Взяв мои рисунки, Синди чуть не запрыгала от радости. — Ого! Какая она красивая! Это я? — Да, — я рассмеялся, наблюдая за ее реакцией. — Ты так классно рисуешь! Научишь меня потом? — Конечно. — А что это за цепь? Я перевел взгляд на мою ногу. — Это чтобы я вновь не сбежал. — Ты хотел сбежать? — Ага, только у меня это не получилось. Хотел спросить, как ты сюда пробираешься? — Мне помогает Волшебник. Ой, точно! Я же тоже нарисовала рисунки. Девочка начала доставать из маленького темно-синего рюкзака рисунки, кладя их передо мной. — Ну, давай посмотрим. Посадив Синди к себе на колени, я стал рассматривать рисунки. — Это мы с тобой. — пояснила Синди, когда я взял один из рисунков. Я улыбнулся и взял следующий. От увиденного у меня пропал дар речи. На рисунке были нарисованы мы с Мэйбл в детстве. На мне была нарисована моя синяя кепка, а на Мэйбл один из ее любимых свитеров с падающей звездой. — Си… Синди… Это… — Это ты и Падающая Звездочка. — Ч-что? Как ты сказала? — Падающая Звездочка. Ее так Волшебник назвал. А тебя он называл… Не могу вспомнить. — Сосновым Деревцем. — раздался голос позади нас. Я дернулся и медленно повернул голову. — Волшебник! — спрыгнув с моих колен, Синди подбежала к… — Билл? — Давно не виделись, Сосенка.