Фарфоровые осколки

***** - Ты можешь мне спокойно сказать, что произошло? – Останавливаюсь посреди улицы, - не кричи, блять! Ян, расскажи нормально. - Мы не сможем это избежать, Март! – дыхание парня было слишком сбивчивым, а голос хрипел, видимо, от срыва, - Кира больше нет, слышишь? Так будет и с нами… - Слушай, хватит закатывать истерику, где ты? – прикрыв глаза, все же пытаюсь сразу не воспринимать услышанные слова, чтобы тоже не отдаться панике. – Я приеду через пару часов. Ожидая ответа друга, наклоняю голову в бок, глядя на наручные часы и измеряя время, которое я потратил на разговор. Точно опоздаю на первую пару. Ничего удивительного, в принципе. Как мне вообще хватило сил подняться, после бессонной и мрачной ночи, когда повсюду мерещилась та, чертова кукла? Кажется, после того нелепого случая с игрой, пошла черная полоса, которая вряд ли закончится в скором времени. Неужели мы ввязались во что-то потустороннее, в какое-то проклятие? Это глупо. Глупо, но факты перед лицом, и ничего с этим не поделать. Договорившись о встрече с Яном через два часа, я прохожу мимо своего колледжа, даже не глядя в его сторону. Плевать, сегодня пропущу, есть дела поважнее. Копаюсь долго в телефоне, и даже чуть было не сбиваю с ног парня, что проходил мимо, не отрывая глаз от дисплея. Нашел нужный контакт, в котором был указан номер телефона моей давней знакомой, занимавшейся приворотами и подобной ересью, и сразу же решил позвонить. К счастью, она быстро взяла трубку и не отказала мне в просьбе о встрече. Потеряв полчаса, чтобы добраться до дома женщины, я все же оказался у ее порога. Меня приняли радушно, спрашивая о здоровье семьи, об успехах. Лия была хорошей знакомой моей матери и бабушки, поэтому мне очень повезло в этом деле, хотя бы с ней. Она провела меня в гостиную, в которой приятно пахло, везде стояли зажжённые свечи, все было в фиолетово-коричневых тонах, а окна были завешаны плотными шторами. Я присел на мягкий диван, а невысокая бледнолицая женщина напротив меня. «Раньше она выглядела старше, неужели эликсир создала?»- в шутку подумалось мне, но озвучивать я, конечно, это не с тал. - Итак, что тебя привело в мои покои? – любезно спросила Лия, внимательно разглядывая меня. - Понимаете, мы с друзьями решили в шутку сыграть в игру, которая считается не очень хорошей, - появилась небольшая пауза,- ходили слухи, что с помощью куклы в этой игре демон приходит и прочий бред. Нас это не остановило, а теперь трое моих друзей мертвы, и, кажется, это не просто совпадение. Женщина скрестила руки на груди, с серьезным и задумчивым взглядом смотря в сторону. - Знаю я такое. Вы на себя проклятие навели, дурни, - женская рука хлопнула по столу, а затем взяла небольшой шар, - помочь могу, если владельца зачарованной куклы приведешь, да только нет в живых его! Шатенка покачала головой, а затем осуждающе зыркнула в мою сторону, прокручивая в руке свой шар. Поднявшись с места, она отошла ненадолго в другую комнату, а когда вернулась, протянула мне желтый камушек на веревке. - Амулет этот защитит тебя, пока другие будут живы. Как только ты останешься один – очередь пойдет за тобой. Если душу твою не погубят, то выпадут страдания похуже, берегись, – морщинистые руки потянулись к лицу, и женщина сжала щеки ладонями, - Батюшки, что же делать? Как быть? Я попробую своих знакомых поднять, вдруг кто-то поможет! Нельзя тебя терять, слишком молод еще. Батюшки, вот дурачье! Выслушивать осуждающие высказывания со стороны женщины пришлось недолго, так как ей позвонили на телефон, и я, пользуясь моментом, попрощался с ней и покинул дом. Что же это за проклятие такое, что справиться с ним нельзя? Я просто не мог смириться со словами провидицы. Сначала Марк с Тимом, потом Кир, а теперь? Ян или Алекс… Нет, я не могу просто позволить им умереть. Уму непостижимо, какая-то байка губит жизни моих друзей, черт возьми! Быть может, если взять амулет и держаться вместе, то ничего не произойдет? Конечно, вечно длиться это не будет, но кто станет преследовать парней до конца жизни? Нужно срочно пойти к Яну, чтобы успокоить его. Возможно, мы что-нибудь придумаем, ведь нет же совсем безвыходных ситуаций? Погруженный в свои мысли, я чуть было не пошел не туда, но вовремя свернул к многоэтажкам, где жил Ян. Телефон парня не отвечал, поэтому я немного заволновался и даже разозлился. Почему именно сейчас нужно не отвечать? Быстро перескочив на другую сторону дороги, я быстрым шагом шел по тротуару, но чужие крики заставили меня замедлить шаг и обернуться. Рядом ничего не было, но прохожие показывали пальцем куда-то в мою сторону, громко крича и визжа. Я нахмурился, и хотел было сделать шаг, как прямо передо мной что-то пронеслось, резко падая на асфальт. Глухой удар об землю и звук ломающихся костей и суставов отдались глубоко внутри моего мозга. Кровь от разбитого черепа брызнула на светлые кеды, оставляя на них яркие алые капли. Я забыл, как дышать, когда взгляд предательски медленно опустился вниз, упираясь в окровавленный труп светловолосого юноши. Нет, нет, нет… Я сделал шаг назад, но не удержал равновесие, поскальзываясь на луже крови, и больно рухнул на тротуар, стирая кожу ладоней. Перед глазами все поплыло, словно под водой, и я только успел резко отвернуться в сторону, сблевывая слюну. Хорошо, что аппетит напрочь отсутствует в последнее время. Ошметки лица парня находились в полуметре от меня, было видно, как глазное яблоко красовалось на алых плитах асфальта. Омерзительно, невыносимо, ужасно. Мои колени дрожали так же сильно, как и ладони, из-за чего, собственно, я не мог даже подняться. Взгляд был прикован к бездыханному телу друга, а в мыслях ничего не было. Сущий ад, который мы навлекли на себя сами. Теперь все это более живо, я вижу все своими глазами, я чувствую этот мороз на коже, который проникает внутрь, заставляя легкие сжиматься от нехватки кислорода, а сердце биться чаще. Рядом куча прохожих, приехавшая карета скорой помощи, врачи, но я ничего не слышу, не воспринимаю. Все голоса глухо отдаются где-то в сознании, пропадая. ***** -Март, ты очнулся? –тихий знакомый голос прямо над ухом. С тяжестью разлепляю веки, глядя на мутную, не сфокусированную картинку перед собой. Теплая рука друга касается моего плеча, и я различаю, что голос принадлежит Алексу. Что он здесь делает? И вообще, где мы? Прохладный воздух проникает сквозь приоткрытое окно, заставляя чувствовать свежесть и более трезво оценивать ситуацию. - Я видел, что случилось с Яном, - серьезный голос брюнета пронзил тишину, а в голове снова возникли тошнотворные картинки. Надо же, с одиннадцатого этажа, - Ты потерял сознание, и я смог тебя забрать к себе, но завтра все же тебе придется выступить свидетелем… - Что? – голос сильно хриплый. Какого хрена? На моих глазах умер лучший друг, так до меня еще докапываться будут? Да пошли они к черту! В голове беспросветная муть. Нас осталось двое. Всего двое. Это кошмар никогда не закончится, да? Поэтому Ян сделал это? Нет, не может быть, это все та кукла, точнее «демон» в обличии маленькой твари. Он доберется и до нас. Скоро, совсем скоро. Еще чуть-чуть… Словно слыша мои негативные мысли, Алекс протянул ко мне руки, и крепко заключил меня в дружеские объятия, пытаясь привести в себя. - Мы справимся, Март, мы не умрем. – голос звучал внушительно, не давая проскользнуть сомнению. «Мы не умрем.» Так ли это? Получится ли у нас остановить глупую цепочку смертей? Я знаю, что не хочу умирать. Я знаю, что не хочу позволять умирать другим, не только потому что от них зависит моя безопасность, нет… Они – важные друзья и они… мертвы. Только Алекс рядом со мной, и мы, возможно, сможем преодолеть все. - У меня есть амулет, - пальцы все еще немного дрожали, когда я демонстрировал желтоватый камушек, - мне сказали, что он сможет сберечь от проклятия. У нас есть шанс, Алекс, есть! - Все получится, не сомневайся. – брюнет поднялся, снисходительно на меня глядя. - Пойдем, сходим к одной женщине, она даст нам второй, хорошо? В моих глазах, наверное, сейчас был заметен огонек загоревшейся надежды. Я приподнялся с кровати, делая несколько шагов на ватных ногах, а затем через силу прибавил скорости, спеша к двери. Если взять еще один амулет, то двое будут под защитой, следовательно она не ослабится, когда второй умрет, потому что он сам будет под защитой. Гениально же. Мы не будем сдаваться, и никто не имеет право отбирать чужие жизни из-за глупой игры. Я не один, и у меня есть силы, чтобы противостоять смерти. Я уверен в этом. «Мы не умрем.» Отсюда легче доехать на маршрутке, поэтому мы с Алексом сразу направились в сторону остановки, улыбаясь друг другу. Ведь мы знаем, что мы вместе, и вдвоем мы – сила. Людей в этом районе немного, поэтому как-то легче, когда вокруг нет привычного гама. Заметив на светофоре зеленый, быстро перебегаю дорогу, а Алекс за мной. Остановившись на другой стороне, направляюсь в сторону остановки, но краем глаза замечаю яркий воздушный шарик, который летит в небо. По дороге за ним перебегает маленький мальчик, но случайно наступает на свой шнурок и падает на рельсы, по которым совсем неподалеку приближается трамвай. У меня в сердце екает. Но еще больше я вздрагиваю, когда Алекс бегом возвращается на дорогу, понимая, что мелкого трудно сразу заметить, и резко толкает его на тротуар, когда трамвай почти впритык, несмотря на торможение. Снова дикий крик, и я вижу, как обширный транспорт сильным толчком сбивает с ног моего друга, тут же продавливая ему все тело. «Мы не умрем» - проносится в голове снова и снова, насмешливо-язвительным голосом. - Мы не умрем… - шепчу сам про себя, - да, мы ведь не умрем, ахахахахах. Не сдерживаюсь, начиная тихо посмеиваться и раз за разом повторять чертовы слова. «Мы не умрем, мы точно не умрем…» Смех стал громче, и, скрестив крепко руки и обнимая ими свои плечи, я рухнул на холодный бетон. Удар колен о тротуар отдался в теле резким и колким разрядом, заставляя сильнее сжать зубы, прикусывая изнутри до крови щеки. Все тело подрагивало, а по щекам текли, так давно сдержанные, горячие слезы. Они стекали по коже, капая на бетонную плитку и оставляя на ней темные пятна, такие же, какие были сейчас в моей душе. Дыры, прорезающиеся все глубже, уничтожая все надежды и оставляя лишь отчаяние и боль. Сколько можно терзать меня? Почему, почему я? На лице застыла маска безразличия, когда, вытерев слезы с лица, я вернулся в свою пустую квартиру. Я знал, что теперь моя очередь, что скоро придут за мной, и был готов. По крайнем мере, мне так казалось.