Ходячая неприятность

      Беременный Чимин такой милый. Вечно бурчит, чем-то недоволен, все время ест, жалуется. И если бы какому-то другому альфе это быстро надоело, то Чонгуку нравится такой омега, и нравится его радовать. Ведь омега такой счастливый, когда получает сладкое или поцелуи от будущего мужа.       Хотя Чон порой задумывается, насколько вредным Пак будет на последних месяцах. И на секунду он уже жалеет себя, улыбаясь.       — Я хочу торт! — заявляет Чимин, сидя напротив телевизора и прижимаясь к альфе.       — И? — тянет Чонгук.       — Сходи, — спокойно говорит Пак.       — Двенадцать ночи, — как бы напоминает Чонгук.       — Магазин за углом круглосуточный, — отвечает омега, не отрываясь от экрана.       — Чимин~а...       — Иди, я подожду.       Чонгук вздыхает и поднимается с дивана. Омега даже не обращает внимания на недовольного альфу. Он хочет, а альфа точно не откажет. Чимин начинает вить веревки из альфы, но отчасти Чонгук сам в этом во всем виноват, и омега просто смотрит на альфу, победно ухмыляясь.       — Может, что-то еще купить? Чтобы мне по сто раз не бегать, — спрашивает Чон, накидывая куртку.       — Вообще-то, это ты виноват в том, что я хочу всего и сразу. Мне самому надоело уже впихивать в себя даже то, что я никогда не ел. Это все ребенок! — вспыльчивый Чимин очень опасный. В такие моменты нужно правильно подобрать слова, чтобы омега не обиделся.       — Чимин~а... Ты не так понял, — Чон просто в очередной раз не то ляпнул. Достаточно было просто спросить, что еще купить и не добавлять вторую часть. Потому что сейчас это выглядит словно альфе в тягость. — Я готов бегать по первой твоей просьбе. Ты же знаешь, что я сделаю все для тебя и малыша, — Чонгук подходит к омеге, который резко вскочил, махая руками, и положил руку на еще плоский животик, целуя омегу в висок.       От такой нежности Чимин тут же забывает о мелкой бытовой ссоре и обнимает альфу, утыкаясь носом в шею и вдыхая приятный аромат Чонгука. Он успокаивает омегу и ребенка, каждый раз, когда Чимин вспыльчив или очень переменчив. Чонгук обнимает омегу в ответ, кладя подбородок ему на макушку.       — Юнги-хён звонил, хотел заехать, — говорит Чонгук, нежно сжимая младшего в объятиях.       — Я хотел завтра встретиться с Тэхёном.       Чонгук отстраняется, продолжая придерживать омегу за талию, и хитро смотрит в глаза Пака. Чимин улыбается, прочитав мысли альфы, и тихо хихикает.       — Зови Тэхёна, а я позвоню Юнги, — улыбается Чон.       — А как же мой торт?       — Я надеялся, что ты не вспомнишь, — смеется Чон и получает тычок в грудь.       — Вот обижусь...       — Я знаю, как растопить твое сердце, — перебивает его Чон, целуя омегу в губы.       Чонгук целует нежную кожу омеги в районе живота, стягивая с того домашние штаны. Чимин отзывается на ласки и выгибается навстречу, желая уже более активных действий от своего истинного. Альфа медленно растягивает омегу, отчего тот сладко стонет, плавясь, будто сыр, в сильных руках Гука. Чон до жути ласковый и нежный, Паку хочется даже какой-то грубости, но альфа понимает, что теперь ему нужно задумываться и о малыше, который не виноват, что его родители не могут потерпеть. Просто Чимин слишком сексуальный, а альфа слишком зависим от омеги.       Чонгук надавливает на колечко мышц и срывает с уст младшего глубокий гортанный стон, отчего напрочь сносит крышу. Альфа вынимает пальцы и разрывает фольгу, распрямляя презерватив на своем твердом и возбужденном члене. Гук входит медленно, заставляя омегу стонать в голос протяжно, отчего воздух в легких иссякает. Чимин тянется к губам старшего и получает страстный поцелуй. Чон входит лишь наполовину, перестраховываясь.       В последнее время он стал великим паникером и следит чуть ли не за каждым вздохом омеги.       Чимин, как похотливая булочка, желает большего, подаваясь бедрами вперед и насаживаясь на член Гука как можно глубже. Но Чон не дает осуществить задуманное, целует омегу и давится стоном. Чонгук еле сдерживается, омега, кажется, с ума сейчас сойдет от пустоты наполовину. Чонгук очень желанный, любимый и единственный, хочется получать его без остатка. Но теперь им нужно думать и о малыше.       — Это издевательство, — шепчет Пак, вытирая сперму со своего живота и поворачиваясь к альфе.       — Моя булочка желала большего? — изгибает бровь старший, целуя омегу и кусая за нижнюю губу.       Пак слегка смущается. Щечки заливает румянцем, и Чонгук улыбается, наблюдая за своим омегой.       — Теперь мы должны быть осторожны, — говорит альфа, обнимая Чимина.       — Чонгук~и, — тянет младший, теребя край чонгуковской майки.       — М? — рассматривая пристально омегу, отозвался Чон.       — А почему ты все-таки сделал мне предложение?       — Что за вопросы?       — Просто ответь.       Чонгук хмыкает, ведь понимает, что омега что-то себе напридумывал и поэтому спрашивает.       — Я люблю тебя. И хочу, чтобы у нас была семья.       — Ты говорил, что хочешь детей...       — Да.       — Значит, я не просто для тебя инкубатор для твоих будущих детей?       Вот оно что. Альфа бы начал сейчас возмущаться, но понимает, что это всего лишь гормоны, которые бушуют в омеге с каждым днем все сильнее. Не будь он беременным, он бы никогда не задал такой вопрос.       — Чимин~а, что за чушь? Я сделал бы тебе предложение, даже в том случае, если бы ты не был беременным. Просто я знаю, как для тебя это важно, чтобы ребенок родился уже в браке, — отвечает альфа.       Чимину немного совестно. Но он не может ничего сделать. Мысли словно ураган, посещают его голову сто раз за день и вынуждают что-то себе придумывать и после спрашивать у альфы, пусть он выглядит и как идиот.       — Тогда... когда мы поженимся? — уже бодро спрашивает Чимин, устраиваясь удобнее под боком альфы.       — Хоть завтра, — улыбается Чон целуя омежку в макушку.       — Наши родители наверняка наприглашают всяких министров и бизнесменов. Давай, поженимся тайно, — предлагает воодушевленный Чим, смотря на альфу. — А Тэ и Юнги-хён будут свидетелями.       — Чон Чимин, да ты у нас хитрюга, — усмехается альфа.       — Как ты сказал?       — Ты у нас хитрюга, — повторяет Чон.       — Нет, до этого. Как ты меня назвал?       Альфа поворачивается на бок и притягивает к себе тушку Чимина.       — Чон Чимин. Звучит не правда ли? — улыбается альфа.       Чимин задумывается, пытаясь сдержать улыбку. Ведь это действительно звучит. Очень приятно слышать, что Чонгук уже приписывает ему свою фамилию. Мысль о том, что он, Чимин, скоро станет официально Чон Чимином, греет душу и сердце. Чимин счастлив. Как никогда. Он скоро станет папой и мужем. Мужем самого красивого альфы, и папой самого красивого малыша.