Кролики - это не только ценный мех...

Ну что я знал раньше о кроликах? Да ничего. Ну, почти ничего. Разве что то, что кролики — это не только ценный мех, но и 3-4 килограмма легкоусвояемого мяса… Скажете, куда-то не туда меня потянуло. Ну да. Но я все же хищник, как-никак. И более того, лис. Тысячелетиями лисы пожирали кроликов. Именно благодаря им, кроликам, мы и выжили, выдержали конкуренцию и стали разумными. Так что мы многим им обязаны. А сейчас… Ну, естественно, сейчас никто никого не ест. И это справедливо. Потому что есть того, кто может с тобой говорить, как-то не по правилам. Перебивать собеседников вообще невежливо. А несказанными словами, которые окажутся у тебя в желудке, все равно сыт не будешь. Впрочем, о чем можно говорить с кроликами? Единственное, что я знал о них — это то, что у них непомерно длинные уши и забавный короткий хвостик. Они живут в сельской местности, не разбираются ни в чем, кроме выращивания моркови, наивны и глуповаты. Ну и еще трусливы. А еще то, что их очень много. Безобидные, но, впрочем, и практически бесполезные для звериной цивилизации существа. Но одним прекрасным днем все изменилось. Поначалу она мне показалась столь же бессмысленным созданием, как и ее сородичи. Наивная, пусть и в полицейской форме. Какой идиот вообще ее взял в копы? Наверное, в полиции просто уже больше некому работать. Ах, да, и ее этот глупый аэрозоль, который она так бережно таскала с собой вместо оружия. Я использовал ее, как раньше использовал многих других зверей, и не почувствовал ни капли стыда. И почти сразу же забыл о ней. Я думал, что хорошо умею разбираться в зверях, и думал, что больше никогда ее не увижу. Но тут я дал маху. Вскоре я узнал, что разозленный кролик — это не мех, и не мясо. Даже не длинные уши. Это характер, и хитрость, способная дать фору лисьей, и упорство, и львиная храбрость. Я как будто заворожено следил за тем, как она использует мои способности и манипулирует мной, играет мной так, как она хочет. И все мои попытки вырваться из ее маленьких лапок ловко ей пресекаются. Поначалу я был зол на нее, я звал ее презрительной кличкой, которую она снисходительно пропускала мимо своих длинных ушей, но постепенно проникся к ней уважением и стал ей восхищаться. Я так жаждал, чтобы она отдала мне тот злополучный диктофон. И вдруг поймал себя на мысли, что одновременно мне хочется, чтобы мы расстались как можно позже. Но жизнь — жестокая штука. Порой бывают такие моменты, когда даже самые храбрые, умные и упорные пасуют перед безжалостной судьбой. И в тот момент, когда нужно было сделать выбор, я сделал его. Я мог бы просто промолчать и позволить жестокому року в лице ее безмозглых коллег добить ее. Но, в конце концов, в мире так мало чудес. А если бы я смолчал, то просто убил бы одно из них. И жизнь потекла бы чередой серых дней. Как для меня, так и для нее. Чудесам надо помогать, чтобы они не погасли, подобно свече на ветру. Что чувствует кролик? Что чувствует лис? Разве это кого-то интересует, кроме нас самих? Мы оба такие маленькие, но нас никто не понимает. А мы просто пытаемся быть сильнее, чем есть — через стиснутые зубы и слезы. Мы не самые благородные существа на свете, но в этом не наша вина. В тот утренний час на фуникулере мы наконец-то поняли друг друга. И узнали, какие мы на самом деле. И оказалось, что у нас куда больше общего, чем мы догадывались. Если бы только не политики, которые заварили всю эту кашу! Именно они спровоцировали те жестокие и несправедливые слова, необдуманно сказанные один раз… Неужели, несмотря на то, что мы прошли вместе, мы все те же самые кролик и лис, что и тысячи лет назад — жертва и хищник? Черт побери, я ведь давно ее простил. Я ведь и сам был виноват. Тоже мне, играл в циничного мачо. А оказалось, что и меня самого задеть очень легко. Это ведь я советовал ей держаться поуверенней, а она, не задумываясь, о том, что говорит, а думая лишь о том, как говорит, пересказала журналистам тот бред, который слышала от врача-енота. А тут еще и ее злополучный баллончик в глаза мне бросился… Я оставил все дела, а Финнику сказал, что мне нездоровится. — Меня нет ни для кого… Кроме… Ты сам знаешь… — Втюрился в ушастую копшу, что ли? Финник хоть и классный кореш, на которого можно положиться, но где ему понять… — Кто бы говорил про уши! — вяло огрызнулся я. Целыми днями я сидел под мостом, не в силах заставить себя заняться чем-то другим и теребя в лапах морковный диктофон, все еще хранивший ее нежный кроличий запах. Я так и не решился стереть те злополучные записи — ведь там был и ее голос… Я даже порывался было отправиться сам к ней. Но… Что бы я ей сказал? И кто знает, возможно, она и вправду боялась меня? Разумеется, сердце лиса — не камень, и пара кроличьих слезинок меня окончательно обезоружили. Но самый настоящий ад для нас был еще впереди. — Мы что-нибудь придумаем… Она смотрит на меня с надеждой. Не напрасно ли? Она - хитрая крольчиха, а я - глупый лис, способный обманывать лишь доверчивых. Но ей больно, и все теперь в моих лапах. Громилы-бараны рыщут по музею, и нас вот-вот обнаружат. А потом будет самое страшное. И возможно, для меня это будет не смерть, нет. Есть кое-что и пострашнее. Я беру ягоды из кармана и заряжаю ими пистолет, а дьявольские капсулы кладу на место ягод. Черт бы побрал эту полутьму, которая царит в музее! Только бы не перепутать их! Но она не должна знать об этих сложностях. Если что-то пойдет не так, то пусть она и не подозревает о том, что обречена. — Ты должна мне довериться, Морковка. Помнишь те спектакли, которые играют в драмкружках в каждой звериной школе? — Хищники и жертвы? Да, я сама в них играла. — Я тоже. Нам придется сыграть в нем еще раз. И учти, без репетиций. И молиться, чтобы наш трюк не раскрыли раньше времени. Я подкрадываюсь к беззащитной раненой жертве, по пути разрываю на куски олененка из папье-маше. И вот оно в моих зубах. Ее горло. Такая нежная и возбуждающе-вкусная под языком кроличья плоть. И столь удивительно доверчивая… Настолько доверчивая, что ты понимаешь, что ты вовсе даже и не лис, а кто-то совсем другой. Кто-то, кому дано нечто большее, чем просто следовать своим инстинктам. Именно в этот миг я понял все. И про себя и про нее… Ох уж эти кролики… Кролики — это не только мех… Кролики — это счастье, любовь и смысл жизни. Уж поверьте. Кому, как не лису, пристало разбираться в кроликах…