Благодаря тебе, в моем мире появились краски

Когда они подъехали, Дин вышел из машины и пошел забирать вещи с багажника. Там были, его личные вещи, ну и еще то, что он купил в торговом центре. Зик, в свою очередь, взял продукты и пошел открывать дверь дома. Дин немного осмотрел окрестности. Тут было очень хорошо, тихо и спокойно, далеко от городской суеты, в которой он привык жить. Было слышно пение птиц, да, конечно Дину это было как бы обычное дело, но все же очень приятно и тепло на душе становилось. Он чувствовал радость и безопасность, но все же, чего-то не хватало. Он не стал забивать голову этими мыслями, и пошел за Зиком. Парень открыл дверь и отдал Дину ключ: — Ну что, вот твоя новая среда выживания, — усмехнулся он. — Спасибо, мой гид, — ответил Винчестер, — Может, проведете экскурсию наконец-то, мне еще к тесту готовится. — Ну, давай заучка, — улыбнулся Зик и повел Дина по дому. Сначала они пошли на кухню, которая была слева от входной двери, и была на небольшом повышении. Там было довольно просторно и светло, за счет того, то было много окон, и все было расставлено компактно. Дальше их экскурсия подошла к гостиной, которая была справа от двери. Комната в бардовых тонах, с камином, над которым висел телевизор. В комнате была удобная мебель, которая сразу приглянулась Дину, из-за того, что хорошо сочеталась с самим цветом комнаты. Лестница на второй этаж была узкая, и находилась напротив входа, но дальше, чем входы в другие комнаты. Она же, вела в единственную комнату на втором этаже — спальню. Спальня была выполнена в легко синих тонах, двуспальная кровать была прислонена к левому краю комнаты. Таким образом, зайдя в комнату, можно было спокойно плюхнуться на кровать. Справа, по углам комнаты, стояли мягкие стулья бежевого цвета, и слева от двери в комнату, стояла дверь в ванную. А что ванная? Ванная комната как ванная комната, умывальник, душевая кабина, ванная, и все это в синем кафеле. Через несколько секунд Зик вспомнил, что на первом этаже, со стороны кухни, тоже есть ванная. Но показывать её нет смысла, она была такая же, как эта. — Ну как тебе? — спросил Зик, увидев лицо Дина. Дин был ошарашен. Ему понравилось настолько, что он и не знал что сказать. Было чувство, что он попал в дом своей мечты: — Это… просто… у меня нет слов…, — Дин уже запинался от волнения, но что-то защемило у него в сердце, и он грустный, сел на кровать. Ему вспомнился дом родителей, то место, где, как он думал, его любили и ждали, но все пошло под откос того дня. Зик, увидев, как загрустил Дин, сел к нему на кровать и положил свою руку к нему на ногу: — Так парень, — он посмотрел ему в глаза, — мы идем заварить чай, и ты мне все объяснишь, что у тебя случилось в жизни. Я давно заметил твоё грустное настроение, которое приходит время от времени, и даже не думай врать, что все хорошо. Ты приехал сюда, около недели назад, ничего не сказав о себе. Я хочу услышать историю твоей жизни, Дин Винчестер. Дин неохотно пошёл за Зиком на кухню, он сел на стул и ждал когда тот, доварит чай. Он боялся говорить, он перестал доверять людям так сильно. Но Зик помог ему, и если была бы нужда рассказать кому-то свой секрет, этим кем-то, был бы Зик. Дин верил ему, знал, что тот поможет, и даже хотел рассказать ему этот жуткий период. Из мыслей его вырвал парень, который поставил кружку с чаем на стол: — Ну хорошо, — Дин вздохнул, — начнем так сказать с начала. Меня зовут Дин Винчестер, 18 лет, родился в Канзасе, штат Иллинойс. Отец — Джон Винчестер, мать — Мери Винчестер, младший брат — Сэмми. Что б не растягивать, скажу кратко, мы жили хорошо, как я думал. Все детство я помогал отцу, помогал чинить машины, убирать в гараже, он даже учил меня стрелять из пистолета, и играть в футбол, но не суть. Самый сок истории начался в средней школе, об это мы и поговорим. Я играл в волейбольной команде, хорошо учился, до тех пор помогал отцу, и даже встречался с девушкой, но тогда я считал себя альфой, так как течек у меня не было. Но иногда я вел себя странно, и заметив, что я отличаюсь от других альф, начал думать, что я бета. Это меня тоже утешало, ведь все же к бетам все относились почти как к альфам, а значит ничего сильно не поменяется. В моей семье, все мужчины были альфами, и только несколько моих прадедушек бетами. Мой отец гордился этим, и говорил при первом удобном случае. Но после 15 лет, я начал замечать, что он поменялся в отношении ко мне. Он стал более холоден, меньше просил помогать с машиной, и больше был с братом. Я думал, что это просто, из-за того, что он маленький, и ему нужно больше внимания. Но я так заблуждался до одного дня, — почти все время Дин волновался, и даже плакал, но Зик держал его за руку, и понимающе смотрел в глаза. Дин это правда ценил, — Отец искал мне пару. Сколько девушек мы перепробовали, но все они, рано, или поздно, находили свою истинную пару. И в один момент отец забросил поиски, он даже ничего не сказал, просто закончил, и все. Я не был зол, но был очень растерян, настолько, что иногда плакал у себя в комнате, не понимая, что со мной не так. Но вот, после окончания школы отец с мамой позвали меня поговорить. Я боялся, я чувствовал что-то неладное. И вот они начали разговор. Они говорили, что я омега, а не какой-то бета, что они не могут найти мне пару среди девушек, так как девушки, не считают меня их парнем, больше другом. Отец поставил на стол ключи от Импалы, и указал на дверь. Он сказал что не потерпит у себя дома парня-омегу, да еще и в паре с другим парнем альфой. Я смотрел на маму, под конец она не сдержалась и вышла из комнаты в слезах, она хотела возразить, но слово альфы в доме — закон. Я не мог поверить своим ушам, а еще больше испугался, когда отец сказал про другой вариант, который я сразу откинул. Дедушка, предложил выдать меня замуж за девушку бету насильно, дать ей денег или шантажировать чем-то. Я просто был в ауте, никогда еще не видел своего отца таким, откинув этот вариант, я сказал что если надо, то уйду. Да, я соврал, я не хотел уходить, у меня было все, друзья, деньги, учеба, но не было одной части, любви. Я не чувствовал любовь, ни от родителей, ни от друзей, так как я понимал, что о том что я омега, поняли многие. Я попросил отца дать мне немного денег, и несколько минут, попрощаться с Сэмми. Деньги то он мне дал, но вот Сэмми. Отец сказал, что хочет стереть меня из их жизни, и Сэмми должен меня забыть. Я не мог это слушать, я любил брата, и всегда защищал, и он всегда помогал мне чем мог, хоть и был малышом. Я взял ключи, собранные родителями вещи, попрощался с мамой, и незамедлительно уехал в неизвестном направлении. 17 лет, один, еду по дороге и думаю что делать дальше. Я решил экономить деньги, и ради этого, я жил в мотелях, работал на не постоянных работах. Я нигде не задерживался больше месяца, и нигде, ни к кому не привязывался. Но тут, ты сам подошёл ко мне, и начал разговор. Это было для меня по новому, альфа который хочет дружить с омегой, а не просто взять омежку на ночь, да-да, сне и такое предлагали, — все глаза Дина были выплаканы, по щекам были видны дорожки из слёз. Зик подсел на стул около Винчестера, он тоже не мог сдержать слёзы. Он обнял Дина и парень обнял его, Зик гладил его по голове, давая Дину понять, тут такого не будет, уж он об это позаботиться. Винчестеру было спокойно, он ощущал поддержку: — Не бойся, — начал Иезекииль, — кем бы ты ни был, что бы не случилось, я всегда буду твоим другом. — Я…, — Дин не успел договорить. Он уснул, все эти переживания, удивления, и новое место, утомили его. Иезекииль понял это, взяв Дина на руки, он понес его в спальню. Раздев омегу, он положил его в кровать, и укрыл одеялом. Он сел на стул в комнате, и смотря на Дина, понимал, этот мальчик пережил многое, и если он до сих пор такой веселый, и до сих пор так верит людям, он должно быть сильнее некоторых альф. Многие бы замкнулись в себе, а Дин старается быть открытым. Зик не понимал родителей парня, выгнать ребёнка на улицу, только за это. Для Зика это было тоже слишком, и он пообещал себе, защищать Дина от такого отношения, и альф, которым нужен только зад парня. Он пообещал делать это до того, пока Дин не найдет свою истинную пару, и даже после этого, присматривать за ним. Он вышел с комнаты и посмотрел на часы, уже было 10 часов ночи. Иезекииль написал Дину записку, и оставив её на столе, вышел из дома.