Ребёнок к январю, или Детка для Северуса

Предупреждение: слэш. ОМП/Гарри Поттер С осторожностью: генетическая мутация, фистинг, римминг Гарри Поттер внезапно очнулся, как от толчка, резко сел в довольно удобной, но чужой постели и с тревогой огляделся по сторонам. Вместо Хогвартса и любимого всеми студентами и большинством преподавателей «сексодрома» (гигантских размеров кровати, установленной на подиуме посреди Большого зала) он оказался в совершенно незнакомой, довольно уютно и весьма дорого обставленной спальне. В ушах Поттера всё ещё раздавались собственные крики наслаждения и стоны многочисленных любовников и любовниц. Тело горело от их укусов и засосов, влагалище и анус тосковали по твёрдым членам, дилдо и кулакам, губы распухли от страстных поцелуев. Когда он вырубился, не снеся множественных оргазмов от бесчисленных половых актов, выпускной вечер в школе Чародейства и Волшебства был в самом разгаре. В полумраке удалось разглядеть детскую кроватку и мирно посапывающего в ней Джеймса. Гарри облегчённо выдохнул и завалился назад на мягкие подушки: его гордость, счастье и сокровище – любимая детка двух недель от роду – находилась совсем рядом, поэтому особенно беспокоиться было не о чем. Малыш родился со всеми признаками гермафродита и отличался отменным здоровьем и буквально волчьим аппетитом. Поттера радовало, что грудного молока у него было в достатке: с лихвой хватало накормить Джеймса и оставалось ещё для вожделеющих деликатеса постоянных любовников. Гарри прикрыл глаза и заскользил руками по обнажённому телу, чесавшемуся от засохшей спермы, крови, слизи, мочи и пота. Низ живота, влагалище и анус слегка побаливали. Неуёмные подвыпившие выпускники Хогвартса были крайне неосторожны и опять чуть-чуть не порвали его слизистую в самых интимных местах. Поттер осторожно помассировал болезненно пульсирующую упругую грудь, сосочки которой в честь праздника украшали артефакты Гермафродита, подаренные близнецами Уизли. Снейп настаивал, чтобы Гарри носил пирсинг постоянно, но Поттер боялся потерять бесценные украшения в процессе бурного секса и опасался, как бы они не повредили его детке во время кормления. В течение двух недель после рождения Джеймса Поттер вовсю экспериментировал и вывел неожиданную для себя закономерность: в присутствии малыша он становился ненасытным и неразборчивым сексуальным маньяком. А когда прикладывал сынулю к груди, то кончал по нескольку раз за сеанс кормления от одних только прикосновений пухленьких губок. Необычайно яркие оргазмы следовали один за другим, и таких крышесносных ощущений он никогда и ни с кем раньше не испытывал, хотя охотно угощал своим молоком всех желающих. За последние несколько дней после разрешения от бремени Поттер почти не встречал отца и сына Малфоев в своей постели, но практически не скучал по блондинам, потому как самозабвенно занимался сексом с различными партнёрами, в которых недостатка не испытывал, да и Снейп находился при нём практически неотлучно. Гарри недоумевал, куда запропастились все его любовники: ужасно хотелось потрахаться, скоро проснётся малыш, и его следует накормить, да и хорошо бы было посетить душевую и уборную. Дверь, приоткрываясь, скрипнула, и Поттер, ожидая увидеть Снейпа, раскинулся в постели, приняв соблазнительную позу. Но на пороге возник незнакомый светловолосый юноша, и Гарри суетливо спрятался под одеяло. Никакой угрозы со стороны незнакомца Гарри не ощутил, да и Джеймс на появление чужака никак не отреагировал. Молодой, грациозный и до неприличия свеженький красавчик наградил Поттера голодным похотливым взглядом и картинно облизнулся, давая понять, что к разврату всегда готов. В ответ Гарри обольстительно улыбнулся, сдвинув одеяло, обнажил пышную грудь и выпятил её, всем телом подаваясь навстречу новому приключению. Но парнишка уже отвернулся и на цыпочках, стараясь не шуметь, направился к детской кроватке. Не дойдя нескольких шагов, он замер и вытянул шею, с любопытством разглядывая спящего малыша. Поттер выпутался из одеяла и, шлёпая босыми ногами, подобрался к соблазнительному сексуальному объекту и, обняв невысокого парня за талию, потёрся обнажённой грудью о его спину. - Ты кто? – жарко прошептал Гарри в аккуратное ушко незнакомого красавца и поцеловал его в шею. - Брюс (1), - одной рукой юноша собрал свои длинные волнистые волосы в хвост, другой – потянулся погладить Поттера по голой попе. – Ещё так сделай! – приказал он Гарри, уже затолкавшему свой юркий язычок в ушную раковину нового знакомого. - Я - Брюс Рамзей, постоянно живу в Эдинбурге. Но владею и этим островом. А ты кто? - А я – Гарри Поттер. Победитель Волдеморта и - по совместительству - шлюха волшебного мира. Слышал о таком? - тихонько прошептал Поттер и настойчиво погладил Брюса по ширинке джинсов, нащупывая весьма достойную выпуклость. Географическое положение острова он решил выяснить позже. Гарри тесно прижался пахом к соблазнительной упругой попе Рамзея и поёрзал по грубой ткани своим возбуждённым членом, одновременно сжимая разбухшую от переизбытка молока грудь свободной рукой. Как по сигналу проснулся Джеймс, которому давно пора было подкрепиться, и в предвкушении любимого лакомства приоткрыл розовый ротик. - Кукушка ты, а не шлюха, - неожиданно развеселился Брюс. – Давай-ка: сперва накорми малыша, а уж потом разберёмся с твоим статусом. - А не могли бы вы… - Поттер уже еле сдерживался. После такой достаточно эффективной стимуляции молочных желёз и половых органов сгодилась бы даже вульгарная мастурбация наедине с Джеймсом. Но для чего ограничивать себя в удовольствиях, когда рядом такой горячий партнёр? - Могли бы, - покладисто согласился Рамзей, поняв Гарри с полуслова, и, шлёпнув Поттера по голой попе, подтолкнул его к разворошённому ложу. – Только ноги раздвинь пошире. Гарри шустро уселся, откинувшись на подушки и, послушно разведя в стороны стройные ножки, завозился с серьгой в соске, пытаясь расстегнуть тугой замочек. - Не снимай! – скомандовал Брюс, бережно подавая Поттеру улыбающегося крошку Джеймса. – Не беспокойся: нашему ангелочку не повредит твоё украшение. Малыш деловито обхватил сосочек губами и зачмокал, глотая молоко, посасывая артефакт и мурлыча от удовольствия, как котёнок. Рамзей принялся делать Гарри минет, весьма умело лаская языком сочившейся смазкой возбуждённый орган, поглаживая яички, дотрагиваясь до враз затвердевшей вишенки клитора. От удовольствия глаза Поттера закрылись сами собой, и он крепче прижал сыночка к себе, опасаясь выронить его во время оргазма. Ощущения Гарри испытывал, конечно, бесподобные, но чего-то всё-таки не хватало. - Кем ты сейчас хочешь быть? – Брюс проложил дорожку поцелуев вверх по обнажённому телу Гарри от паха до груди и подёргал зубами пирсинг. – Девочкой или мальчиком? Он припал ко второй груди Поттера и, подражая Джеймсу, жадно и взахлёб принялся высасывать молоко, нежно массируя пышную плоть. Гарри охнул от удовольствия. - Хочу…- страстно промычал Поттер, и догадливый Рамзей, не отрываясь от потребления деликатеса, погрузил изящные пальчики во влагалище стонущего Гарри. – Да-а-а! Умелая рука скользнула глубже, и Брюс уверено сжав пальцами шейку матки, осторожно потянул её на себя, затем отпустил. Он активно подвигал рукой внутри влажно хлюпающей вагины и в районе уже возбужденной оргазмической платформы нащупал точку G. Поттер кончил, семя выстрелило залпом, напомнившим небольшой взрыв, а затем мгновенно по всему его телу от пальцев ног и до взъерошенной макушки разлилось невероятное тепло и блаженство. Рамзей удовлетворённо кивнул и, поднявшись с низкого ложа, подхватил на руки насытившегося Джеймса. Он осторожно уложил малыша в кроватку и, достав из воздуха памперс, принялся сноровисто переодевать ребёнка. - Иди ко мне, - Гарри уже перевернулся на живот и подложил под бёдра подушку. – Теперь возьми меня как мальчика, - он призывно развёл ягодицы обеими руками. – Мне просто необходим массаж простаты! - Я же говорю: «Кукушка»! – беззлобно засмеялся Брюс. Уложив Джеймса, он подкрался к Поттеру и, нависнув над ним, облизал соблазнительную попу. – А твой малыш – урождённый гермафродит? - Да-а-а! – опять застонал Гарри и уткнулся лбом в сложенные руки. – Если невтерпёж, можешь меня не готовить. Я хочу доставить тебе удовольствие. Порвёшь – ничего страшного, всё моментально заживёт. - Вот это удача! – захохотал Рамзей. – Ай, да я! Без сомнений, гермафродиты - прекрасное капиталовложение. Но, надеюсь, ты не будешь против римминга? Поттеру осталось только шире развести ноги и максимально прогнуться в пояснице, потому что в его анусе уже вовсю хозяйничал ловкий язычок, даря восхитительные ощущения. Гарри поклялся себе, что странные слова нового любовника про какие-то там инвестиции обдумает позже, а сейчас – только наслаждение. - Теперь я желаю, чтобы ты смотрел на меня, - Брюс перевернул Поттера и усадил его в подушки. – Глаза не закрывай и не жмурься. Рамзей, повернувшись к Гарри спиной, принялся избавляться от одежды: расстегнул и аккуратно снял белую рубашку, развесив её на спинке стула, медленно стянул и тщательно сложил джинсы. Нижнего белья на нем не наблюдалось. - Готов к эротическому шоу? – он обернулся через плечо, оценивая обстановку. - Я не люблю, когда партнёры мастурбируют в моём присутствии. - Прости, - Поттер украдкой провёл пальчиком по пирсингу, задевая сосок. – Я больше не буду. Обнажённый Брюс быстро развернулся лицом к Гарри и застыл, предлагая любовнику вдоволь насладиться невиданным зрелищем. Поттер ошарашено захлопал глазами: оказалось, что природа щедро наградила Рамзея двумя весьма внушительными половыми членами, которые располагались один под другим и стояли наизготовку. - Испугался? – Брюс быстро забрался в постель и улёгся на бок рядом с Гарри, пытливо заглядывая в зелёные глаза. – Уже не хочешь? - Ты что?! – возмутился Поттер и потянулся за поцелуем, осторожно дотрагиваясь пальчиком до фаллосов Рамзея. – Обожаю, когда меня одновременно трахают двое, а ты и один справишься. Я ни за что не откажусь от такого великолепия внутри себя. Ложись, я сам всё сделаю. Брюс послушно перевернулся на спину, и Гарри уверенно оседлал его бёдра. «Поза всадника» всегда чрезвычайно возбуждала гермафродита, а сейчас показалась и вовсе самой своевременной. Поттеру захотелось, чтобы такой необычный мужчина оказался целиком в его власти. - Только поддержи меня, - выдохнул Поттер, привстав на колени и на ощупь вправляя в себя крепкие члены: один - во влагалище, второй - в анус. Рамзей подхватил Гарри под попу и бережно начал опускать, усаживая на себя. Гарри замер, привыкая. Брюс вцепился в его талию и тяжело и шумно задышал, пытаясь успокоиться. Поттер нетерпеливо поёрзал: больно не было. Он задвигался вверх и вниз, увеличивая амплитуду с каждой фрикцией, Рамзей хрипло застонал и облизал языком враз пересохшие губы. Гарри уселся удобнее и, безраздельно наслаждаясь процессом, покачался вправо и влево, одновременно напрягаясь и изо всех сил сжимая члены любовника внутренними мышцами. Брюс зарычал и, извернувшись, сменил позу: теперь уже Поттер лежал на спине. Рамзей, не выходя из Гарри и закинув ножки любовника себе на плечи, принялся размашисто вбиваться в податливое тело. Внезапно, когда напряжение достигло предела, Поттеру показалось, что он парит в небесах, поднимаясь все выше и выше. Внутри все затрепетало, сердце сильно забилось, дыхание перехватило, и он отключился. Когда Гарри пришёл в себя, Брюс всё также неутомимо трудился над его телом, даря удовольствие, блаженство и счастье. Половой акт длился и длился, и Гарри, давно потеряв счёт оргазмам, ощущал себя неким бесконечным фейерверком: сначала стремительный взлёт, затем резкая остановка и яркая вспышка света, а потом медленный путь вниз. И так далее, как на качелях: вверх-вниз, вперёд-назад, опять, ещё раз, снова и снова…