Глава 7. Куда ночь — туда и сон
20 октября 2019 г., 01:57
О чем скорбеть? Клянусь дыханьем, Есть в жизни два ничтожных дня: День ставший мне воспоминаньем, И не наставший для меня. Омар Хайям
— Гарри, мы это уже обсуждали. — Устало произнесла Джинни. После встречи со Снейпом, Гермиона, следуя его строгому указанию, дала сестре безоаровое зелье, и как только младшая уснула, девушка поднялась в комнату к мальчишкам. Все остальные уже были там. Сейчас они все вместе сидели в комнате Рона и пытались уговорить Гарри Поттера не влезать в дела Ордена Феникса. Гарри поделился с друзьями тем, что не намеревается в этом году сидеть в школе и ждать, когда Волдеморт захватит Министерство Магии, уничтожая по пути к власти целые семьи грязнокровок. В силу возраста, он не был посвящён в стратегию Ордена Феникса, но сидеть сложа руки он не мог, и хотел поскорее присоединитьс к данной организации. Он рвался узнать то, что от него так тщательно скрывали члены этой организации. После смерти Сириуса он стал каким-то более нервозным и уверенным. Юноша рвался придушить всех пожирателей и убить Волдеморта — он жаждал отомстить. Его пыл изо всех сил старались сдерживать близкие, но сделать это было нелегко. Гарри был упрям в своих планах и не собирался отступать… Эх, если бы он только знал, что всё это только ради него, ради его безопасности. Гермиона вообще была далеко от реальности. Её волновало то, где может находится её мама, и каким завтра будет результат проверки Адели на магические способности. В глубине души она боялась, что Адели ещё не готова к магии, и что в ней возможно и нет никакой магии. Так было с мамой Гарри и её сестрой. Одна была избрана, другая, увы, вынуждена была жить среди маглов, завидуя Лили. А что если не получиться забрать Адели в школу? Может ли девушка оставить сестру у семьи Уизли так надолго? Долго раздумывая, она пообещала себе уговорить Дамблдора обеспечить защиту её семье. Он поможет… Поможет, ведь так? — Гарри, пожалуйста, не нужно. — Отчаянно умоляла Джинни. Рон стоял возле окна, крутя в руках какую-то книжку и наблюдал за всей этой сценой. — Гермиона, ну скажи ему! Он же только себе сделает хуже! — Совершенно устало, чуть ли не плача попросила девушка. Её щёки уже пылали то ли от гнева, то ли от усталости. Гермионе было стыдно. Она ведь не слушала, о чём так горячо спорили её друзья. Она пожала плечами, и ответила невпопад: — Правда, не нужно лезть на рожон, Гарри. — Тихо попросила девушка, отвернувшись, чтобы никто не увидел, что на самом деле она вообще-то не совсем понимает причину спора. Наконец Поттер вздохнул и согласился не рисковать. Грейнджер так и не поняла, с чем связан был риск и о чём вообще речь — сейчас уже неважно. В комнате стало тихо. Это была невыносимая тишина. Гермиона вдруг почувствовала себя чертовски неуютно, потому бросила всем краткое «Я сейчас» и скрылась за дверью. Оказавшись в коридорчике, она встала у окна и медленно вздохнула. Её мысли были далеко отсюда: Гермиона думала о родителях. Ей очень хотелось с кем-нибудь поделиться своими напряжёнными думами, ей хотелось, чтобы её пожалели. Она надеялась, что здесь её поймут, или хотя бы подскажут, что делать дальше — как уберечь родителей и сестрёнку? Как быть ей самой? Но… у всех свои проблемы. Начинается война, и каждый боится потерять близких, каждый хочет жить, а чтобы жить нормально, нужно бороться. Каждый борется по своему. Ей было очень тяжело. Она-то будет в безопасности в стенах Хогвартса, а как же мама и папа? Что-то даже сжималось внутри от осознания безысходности. По телу пробежала дрожь и стало холодно от страха — девушка боялась потерять их. Дверь открылась и Рон тоже вышел в коридор. Он, в отличие от Гермионы, не захотел стоять у окна и уселся на лестнице, ведущей на третий этаж, напротив девушки. Они просто смотрели друг на друга. Гермиона отметила, что Рональд повзрослел за лето. Стал ещё мужественнее и умнее. Теперь юноша много интересовался книгами. Летом он, к радости и удивлению мамы, стал много заниматься учёбой, часами проводил в своей комнате за чтением, хотя раньше никто и никогда не подумал бы, что Рон Уизли это полюбит. Из глупого мальчишки, который интересовался одними лишь квиддичем и шахматами, он превратился во вполне взрослого и самостоятельного парня. Милый Рон… Ты так изменился. Гермиона улыбнулась. Но конечно, вслух сказала совсем другое. — Что читаешь? — Спросила она. Рон замялся. Он думал, как начать разговор первым. Но он думал слишком долго, наверное, поэтому гриффиндорка его опередила. — А, это… — Он чуть приподнял книжку и покрутил её перед собой, словно забыл название, и теперь пытался найти его на обложке. — Это Чарльз Диккенс «Большие надежды». Занимательная книга, тебе стоит прочитать. Дожили… Теперь её лучший друг, Рональд Уизли, советует ей, Гермионе Грейнджер — обожательнице прекрасного, а именно книг, прочитать магловского писателя. Девушка засмеялась, чем вызвала довольно странную реакцию парня. — Всё нормально? Что-то ты больно странная сегодня. — Прости, — смущённо проговорила она, сдерживая смех. — Прости, просто это так необычно. Кажется, он не понял, что именно она имела ввиду, и потому лишь мягко улыбнулся в ответ. — Знаешь, ты так изменился. Что с тобой стало? Ты советуешь мне почитать, а раньше было наоборот. — Гермиона старалась быть серьёзной, но сама ситуация выглядела настолько комично, что против воли, но улыбка всё же появилась на её красивом лице. Рона эти слова нисколько не задели, он пожал плечами и чуть-чуть покраснел. Она назвала бы его искренним — он нравился ей сейчас таким, какой есть. Он был естественным, совсем для неё родным, и уже давно не таким, каким его привыкли видеть все. Милый Рон…***
Они больше не разговаривали. Ближе к полуночи все разошлись по своим комнатам. Гермиона гадала, что происходит между Гарри и Джинни? Они встречаются? Или это всё та же дружба, но уже намного ближе, чем раньше? В любом случае, она рада за своих друзей. За окном стояла глубокая ночь. В такое позднее время следует видеть десятый сон, однако мыслей в голове было слишком много. Вопрос за вопросом и ни одного ответа. Она бы с радостью уснула, но сон всё не шёл, лишь никчемные идеи, воспоминания и куча неразгаданных тайн. Адели, скинув с себя одеяло, перевернулась во сне. Гермина заправила за ушко её милые кудряшки, и пустым взглядом посмотрела в темноту. В памяти всплыл второй курс. Тогда, наверное, Гермиона начала понимать, что мир магии и волшебства — это вовсе не мир добра. Здесь свои правила. Этот мир условно делился на части, и она в нём — низший сорт, или как там считал Малфой? А плевать на него. После этого он был для неё просто самовлюблённым выскочкой, она даже не презирала его. Кругозор этого человека слишком узок, ведь он думает, что чистая кровь отличается от всей остальной, и что люди с разной кровью тоже отличаются друг от друга. Глупо… Гермиона вдруг почувствовала нарастающее чувство несправедливости: бывали моменты, когда во время их совместных стычек она хотела его придушить за такое отношение к жизни. Но это не самая разумная идея, особенно если учитывать, что это всего лишь Малфой, и что ему плевать на всех, кроме себя. И вообще сейчас ночь. А она зачем-то думает о Малфое. Уже давно пора было спать. Мозг должен быть занят сном, а не придурком Драко Малфоем. Хотя, сейчас она наверное не согласна с тем, что Драко был придурком. Просто выскочкой, самовлюблённым и эгоистичным баловнем аристократов. Говорят, что он скорее умер бы, чем позволил хоть одному «нечистому» волшебнику дотронуться до него. Гермиону передёрнуло, она мысленно представила себе как дотрагивается до Драко Малфоя. У него бледная почти синяя кожа, как у мертвеца. Фу, стало как-то не по себе. Ха! Ну и кто теперь ещё кем брезгует? А третий курс… Хоть тот удар и сложно было назвать сильным, но тогда он здорово испугался. Трус… Подлец. А с чего бы вдруг столько странных мыслей у Гермионы Грейнджер НОЧЬЮ о нём? Ведь по сути, с третьего курса они и не пересекались особо, значит, и незачем думать об этом смазливом, белобрысом… Так, всё, хватит. … 02: 24 А интересно, что бы сказал Люциус, если бы его единственный сынок влюбился в полукровку? Умер бы Драко Малфой в тот же день, и весь мир бы вздохнул спокойно. Проклятье… Она снова это делает! Она снова думает об этом… кхм…напыщенном павлине. Мерлин и Моргана! Третий час ночи… Раз овечка, два овечка, три овечка…семь овечка, четырнадцать овечка…пятьдесят восемь, пятьдесят девять… Во сколько это прекратилось, и когда она уснула, Гермиона не знала. Утром она проснулась в половину девятого. Ни Адели, ни Джинни уже не было. Должно быть, они давно встали и позавтракали. Мерлинова борода! Снейп! Гермиона спешно вскочила с кровати, и побежала умываться. Уже через пол часа зельевар должен был появиться на пороге Норы, чтобы забрать Адели и Гермиону и провести тест. А она ещё не почистила зубы и не позавтракала. Стремглав летя по лестнице в общую гостинную, Гермиона налетела на Рона. Он почти поймал её: — Эй, эй, ты чего, какая муха тебя с утра укусила? Куда ты так летишь? — с мягкой усмешкой спросил парень. — Привет Рон, я проспала. — она попыталась проскользнуть возле него, но он не дал ей пройти, перехватив её руки и с удивлением заглядывая ей в глаза. — Ты куда-то собираешься? — спокойно спросил парень. — Да. Сейчас приедет Снейп и мы поедем с Адели к нему, он проведёт ей тест на магические способности, — нервно пояснила Гермиона и всё таки освободив свои руки, отодвинула Рона и полетела на кухню. — Ей богу, с ума сошла. — тихо сказал Рон, как только девушка скрылась из виду. Естественно, все уже давно позавтракали. Адели и Джинни игрались во внутреннем дворике. Джинни учила Адели летать на маленькой метле, и малышка звонко хохотала. Молли видно не было. Гарри во дворике лежал на гамаке, наблюдая за тем, как Джинни ловко ловит подлетающую к ней девочку. Наспех позавтракав, и выйдя к друзьям, Гермиона сказала: — Доброе утро, ребята. Адели, увидев сестру, слезла с маленькой метлы и бегом подбежала обниматься. Гермиона, взяв малышку на руки, чмокнула её в нос. — Нам пора собираться, мы поедем в Лондон, солнышко. Потом покушаем мороженное, идёт? Ещё через двадцать минут, заявился Снейп, сухо поприветствовал Гермиону. — Доброе утро, профессор Снейп, — приветствовала его Гермиона, ощущая лёгкое напряжение. Все утренние заботы мгновенно отошли на второй план. — Мисс Грейнджер, надеюсь, вы готовы? — строго спросил он, окидывая взглядом и Гермиону, и Адели. — Да, профессор, мы готовы, — ответила Гермиона, улыбаясь и пытаясь скрыть свою нервозность. Она поставила Адели на землю и взяла её за руку. Маленькая девочка, крепко держась за два пальца Гермионы, как это часто делают дети, смотрела на Снейпа с недоверчивым вниманием, что вызвало у Гермионы лёгкую улыбку. Снейп повёл их к входной двери, выходя наружу. Уголок его губ слегка дёрнулся, когда он взглянул на весёлые лица Джинни и Гарри, играющих во дворе. — Мы воспользуемся маггловским транспортом, — строго объявил Снейп, глядя на Гермиону и Адели. — Такси? — удивлённо переспросила Гермиона, увидев жёлтую машину, припаркованную на обочине. Внутри сидел средних лет мужчина с заселеными волосами. Стоит добавить, что Нора вовсе не была в пригородах Лондона. Даже наоборот, от Норы до Лондона магловским транспортом необходимо было добираться минут сорок, не меньше.***
— Куда поедем? — лениво спросил пожилого возраста мужчина, вальяжно развалившись в водительском сиденьи, пытаясь сдержать полусмех, смотря на необычный наряд Снейпа. — К Хайгейт, пожалуйста, — произнёс Снейп, усаживая Адели и Гермиону на заднее сиденье. Поездка проходила в молчании, лишь редкие вопросы таксиста о погоде или новостях разбавляли тишину. Гермиона бросала взгляды в окно, погружённая в свои мысли, в то время как Адели забавлялась, рассматривая проносящиеся мимо здания. Снейп сидел напротив водителя на пассажирском сидении, его лицо было непроницаемо и строго, что явно смущало таксиста. По прибытии к парку у Хайгейт, Снейп заплатил водителю и вышел первым, помогая девушкам покинуть автомобиль. — Не каждый день вижу таких пассажиров, — напоследок бросил таксист, когда Снейп закрывал дверь. — Надеюсь, ваша прогулка будет приятной! Снейп коротко кивнул в ответ и повёл Гермиону и Адели в сторону скрытого от посторонних глаз уголка парка, который служил тайным проходом к Паучьему тупику. — Мы пройдём пешком отсюда. Будьте внимательны и не отставайте, — строго проинструктировал он. Дорога к Паучьему тупику заняла около пятнадцати минут. Они миновали несколько улиц, скрытно обходя места с большим скоплением людей. Снейп вёл их через тихие переулки и боковые проходы, пока они не оказались перед неприметной дверью в стене между двумя старыми зданиями. — Вот мы и прибыли, — сказал он, вынимая из кармана мантии старинный ключ. Дверь со скрипом открылась, и они вошли в уютную комнату, где уже было всё готово для проведения теста на магические способности Адели. В комнате было темно, а на столе стояла керосиновая лампа, испуская тусклый и бледный свет. Рядом Снейп разместил какие-то пустые колбы, зелья. Гермиона уселась на диван, радом со столом, а Адели Снейп велел сесть напротив него. — Мисс Грейнджер, дайте мне Вашу палочку. — строго приказал мужчина. Гермиона послушно дала магический инструмент, спросив его, какие заклинания он собирается тестировать. — Для начала я дам вашей сестре зелье безоара. Мы не знаем, как поведёт себя ваша палочка. При активном сопротивлении магия может отскочить и попасть в Адели. Но не стоит беспокоиться, зелье обеспечит её безопасность. Если у Адели есть хоть какие-то способности к волшебству, ваша палочка будет её частично слушаться. Не все заклинания могут получиться с первого раза, но по итогу, я смогу по памяти вашей палочки определить на сколько процентов она её слушается. При самом удачном результате можно достигнуть даже семидесяти процентов, но такие случае единичны. Я рассчитываю примерно на двадцать-тридцать процентов. — пояснил зельевар, протягивая девочке маленькую колбу с защитным зельем. — Выпей это, пожалуйста, — довольно мягко попросил Снейп. Прошло около десяти минут, прежде чем зелье начало действовать. Снейп дал Адели палочку Гермионы и сказал: — Я буду показывать тебе самые простые заклинания, смотри и повторяй за мной сначала слово, чётко и выразительно. Не ошибись, иначе может получиться другое заклятие. А потом, рисуй палочкой в воздухе то, что я тебе буду показывать. Адели послушно выполняла все указания Снейпа, уже более смело смотря на зельевара. Казалось, что она совсем перестала его бояться, а процесс обучения простым заклинаниям оказался таким интересным, что она то и дело хохотала, когда Снейп показывал ей руны. Гермиона, скрестив руки, наблюдала за этой картиной и думала о том, почему же у Снейпа нет семьи. Ей на мгновенье показалось, что он мог бы быть чьим-то мужем и отцом. Девушка быстро отбросила от себя ненужные мысли, стараясь сосредоточиться на тесте своей младшей сестры. — Люмос! — весело произнесла малышка. Из палочки вырвался слабый свет. —Люмос! — упрямо повторила она, и яркий огонёк на мгновение осветил всё помещение, но быстро погас, как только Адели потянула ручку чтобы потрогать лучик. — Адели, не думай ни о чём кроме результата, иначе у тебя не будет получаться. — мягко попросил Снейп. Малышка кивнула. — Теперь давай попробуем удержать свет, думай об этом свете, чувствуй тепло внутри себя. Потом махни палочкой вниз и скажи: "Нокс!". Свет должен погаснуть от заклинания, а не от того что ты рассредоточилась. Понятно? — терпеливо объяснял Снейп. — Понятно, профессор Снейп. — Важно заявила Адели, чем вызвала улыбку профессора. Удержать лучик получилось у малышки только с третьей попытки, а заклинания выключения света сработало с первой. Было видно, что у девочки определённо есть способности. — Давай попробуем заклинание воды. Держи палочку вот так, сделай полукруг и резко взмахни. Представь себе, как будто из твоей палочки выходит сила, и образует воду. Как только почувствуешь вибрацию палочки, представь себе воду, как она течёт, брызгает. И сосредоточься на этой мысли, Адели. — пояснял зельевар, показывая ей пример на своей палочке. — Агуаменти! — выкрикнула малышка. Ничего не произошло, тогда она ещё раз уже спокойнее повторила заклинание, крепко держа палочку в правой руке. — Агуа-менти, чётко, по слогам произнесла девочка, и из палочки вырвалось несколько капель воды. — Прекрасно! — искренне удивился Снейп. Они попробовали ещё несколько базовых заклинаний, Алохомора, Файер, и даже Вингардиум Левиоса. Правда, стоит сказать, что при попытке вызвать огонь, палочка лишь испустила пару искр, а заклятие левитации и вовсе не получилось. Адели немного расстроилась. — Ничего, — утешал её Снейп. — Ты ещё мала для этого заклинания, оно не с первого раза даётся даже старшекурсникам. — результаты итак превзошли мои ожидания. Гермиона наблюдала за тем, как Снейп вытаскивает из её палочки последние заклинания, и перед ним плывёт диаграмма, показывающая, насколько удалось их сделать. Через пятнадцать минут своего исследования, Снейп поднялся с места, подал руку сначала Адели, а потом и Гермионе и удовлетворённо произнёс: — Мисс Грейнджер, у Адели прекрасные способности к магии. Ваша палочка слушалась её на целых пятьдесят процентов. Учитывая статистику, это превосходный результат для пятилетней девочки. Могу с уверенностью сказать, что она превзойдёт Вас, если будет так же хорошо и старательно учиться. Гермиона облегчённо выдохнула. — Спасибо, профессор. Я не знаю как Вас благодарить. — начала она, но Снейп только поднял руку, призывая её не продолжать. — Не стоит. Я делаю это по поручению профессора Дамблдора. — отстранённо сказал он. Они ещё немного поговорили, а потом Снейп подозвал такси на улице, и отвёз их в Нору, лично проконтроллировав, чтобы обе девочки зашли за защитный купол. Он ещё немного постоял, прокручивая события сегодняшнего утра, а потом взманул своим чёрным плащом и исчез в воздухе. У Снейпа никогда не было детей, он не знал, как с ними обращаться. Но младшая Грейнджер настолько поразила его своими магическими способностями, что он проникся к ней каким-то новым для него чувством умиления и гордости. Он искренне надеялся, что в скором времени Авроры найдут мать девочек, и ребёнок будет дома. При всех её способностях, Снейп был уверен, что она ещё не готова окунуться в мир магии. Тем более, что мир волшебства был сейчас очень небезопасным. А Снейпу, почему-то хотелось, уберечь эту светлую душой девочку от черни волшебного мира. Гермиона, придя в Нору, тут же радостно сообщила весть о том, что Адели успешно сдала тест. Джинни от радости принялась обнимать сначала Гермиону, потом малышку. Вечером, когда все члены семейства Уизли собрались за столом, Артур Уизли важно произнёс: — Дорогие мои, Гермиона и Адели. У меня есть отличная новость. Мы нашли вашу маму. С ней всё в порядке, она жива и здорова. У Гермиона заколотилось сердце. Она тут же начала расспрашивать Артура о том, где нашли, когда, как, кто её украл. — Всё потом, Гермиона. Я расскажу тебе после ужина. Главное, что всё обошлось, и наши опасения были напрасны. — успокоил её глава семейства. Гермиона чувствовала, как слёзы набирались в её глазах. Весь вечер она едва сдерживалась, чтобы не заплакать от радости и облегчения. Маленькая Адели, чувствуя настроение сестры, крепко обняла её за ногу и заглянула в лицо с вопросительным взглядом. — Мама скоро будет дома, — тихо сказала Гермиона, опускаясь на колени, чтобы обнять сестрёнку. Джинни, сидевшая рядом, присоединилась к объятиям, и вскоре к ним подтянулись и остальные Уизли. Когда они поужинали, атмосфера была полна смеха и шумных разговоров, но Гермиона чувствовала себя как во сне. Молли, в честь такого случая, решила открыть домашнюю наливку вкусного алкоголя. Всё казалось нереальным после целой недели беспокойства и страха. Гермиона слушала Артура, который рассказывал, что мать нашли в доме старой подруги, куда она смогла сбежать от похитителей. Ими оказались Пожирателями смерти, которые хотели использовать её как средство давления на Гермиону. Авроры решили, что после лечения от постмагического шока, ей сотрут память, так что она не будет помнить всего того ужаса, который с ней произошёл. Но Гермиона надеялась, что они сотрут только этот эпизод, а не все воспоминания Джин Грейнджер. — Я так благодарна, что всё закончилось, — прошептала Гермиона, когда семья начала поднимать тосты за счастливое возвращение. — Это наша победа, Гермиона, — улыбнулся Гарри, поднимая свой бокал. — За тебя, за Адели, за твою маму и за все добрые вещи, которые ещё впереди. Воздух наполнился теплом и надеждой, и в тот момент Гермиона по-настоящему поверила, что после долгой ночи всегда наступает рассвет.
