Приворот

Съемки проходили возле заброшенной пятиэтажки, в которой нужно было найти спрятанного человека. Дима чувствовал себя намного лучше, хотя простуда еще давала о себе знать. Пока съемочная группа готовилась к съемкам с его участием, колдун подошел к братьям Сафроновым и протянул руку для приветствия. Андрей и Илья пожали его ладонь, а Сергей, после рукопожатия приблизился к Диме и громко прошептал ему на ухо: — Какого хрена ты без шарфа ходишь?! Сдурел?! Застегни куртку хотя бы! — Мне не холодно, — тихо, что бы слышал только скептик, ответил Дима, стараясь сдержать довольную улыбку. В этот момент Волхова позвал оператор. Велес отправился готовиться к заданию, напоследок посмотрев Сереже в глаза. Стоявшие рядом Андрей и Илья ничего не слышали, но все же удивленно переглянулись. Оба считали, что скептик и колдун до сих пор на дух друг друга не переносят. Но день преподнес не одну странность. Братья поразились еще больше, когда после событий на чердаке Сережа не проклинал всех на свете, а в частности Велеса за подобную выходку — чего стоило от скептика ожидать, а был в благодушном настроении, общался со всеми желающими и улыбался, словно начищенный пятак. — Что это с ним? — недоуменно спросил у Андрея Илья. — Хрен его знает, — честно ответил Сафронов-младший, решив для себя, что найдет ответ на этот вопрос, во что бы то ни стало. С поиском Дима справился на отлично, и сейчас, уезжая с места испытания, он прокручивал в голове этот сумасшедший день. Настроение Дмитрия зашкаливало, его переполняло море положительных эмоций. И дело было даже не в успехе на испытании. Хотя, безусловно, пройденное на пять с плюсом финальное задание — это замечательно. Мысли Волхова постоянно уходили в сторону Сергея Сафронова. Велес даже признался себе, что сегодня он выкладывался на все сто не только что бы найти спрятанного человека и справиться с испытанием, а что бы произвести впечатление на скептика. Еще парень думал о том, что рядом с Сережей крышу у него рвет уже капитально. «Сергей, вы меня поймаете, если что?» — это же надо было такое ляпнуть! Дима хмыкнул и улыбнулся, вспоминая этот момент. А еще в мыслях крутилось Сережино: «Дмитрий, остановитесь, пожалуйста!». Во время бега по чердаку Велес не обратил внимания на интонацию Сергея, а сейчас пытался понять, чего в этой фразе было больше: просьбы, строгости или обеспокоенности? Было приятно думать, что именно последнего. После съемок Андрей и Сергей ехали в машине за реквизитом для своего шоу. День выдался тяжелым, и уставшие парни молчали, каждый думая о чем-то своем. Движение на дороге было медленным, казалось, что сегодня московские пробки достигли своего предела. Андрей, сидевший за рулем, думал о странном поведении Сережи. — Сереж, давай на чистоту, что все-таки происходит? — не выдержал, наконец, Андрей. — Ты опять начинаешь? — не поворачивая головы в сторону собеседника, спросил Сергей. — Я продолжаю незаконченный разговор. Скажи в чем дело, а? Может, я смогу помочь. — Не сможешь. — Почему? Ответа на свой последний вопрос Андрей не получил. Еще минут пять они провели в молчании. — Знаешь, — снова начал разговор младший брат, — если бы я не знал тебя настолько хорошо, я бы подумал, что ты влюбился. Сережа вздрогнул и повернулся к Андрею. — С чего ты взял? — с явным волнением в голосе спросил он. — С того, что таким рассеянным я тебя уже очень давно не видел. Ты сейчас постоянно в облаках летаешь, и весь мир готов обнять и расцеловать. Даже, с Волховых помирился, а это вообще нонсенс! Так я прав? — Да. — И? — выжидательно спросил Андрей, надеявшийся на развернутый ответ. — И все. Вечер откровений закончился. — Ошибаешься, Сереж, — усмехнулся неугомонный братец, — он только начался. Нам все равно еще час по пробкам добираться, если не все два. Колись! — Поверь мне, лучше тебе не знать, — уклончиво ответил Сергей, зная, что с братом ложь на тему: «Ее зовут Марина, ты все равно ее не знаешь» — не прокатит. Да и любое другое, даже самое талантливое вранье, тоже. — Да что я могу не понять?! — воскликнул Андрей, посмотрев на брата. — За дорогой следи. — Мы все равно уже пять минут никуда не двигаемся! Не по дороге, ни по теме! — Андрей втянул носом воздух, успокаиваясь. Сергею пришла на ум услышанная где-то фраза: «Не беги от снайпера — умрешь уставшим». Эти слова точно характеризовали любые разговоры с Андреем, в которых тот хотел что-то выведать. — Скажи, что такого я могу не понять, а? — продолжал допрос Сафронов-младший. — Ну, что??? Она старше тебя? Или страшная, как атомная война? Или ты в геи заделался? А? — Бинго, — мрачно ответил Сергей. — Что «Бинго»? Какой из вариантов? Надеюсь, не последний, — засмеялся Андрей. Но его смех прекратился уже через пару секунд, когда он посмотрел в абсолютно серьезные глаза Сергея. — Объясни, — попросил Андрей. И Сережа сдался под натиском брата. Начав с фразы из далекого детства: «Только Илюхе не говори», он скомкано и нервно рассказал о происходящем с ним. — … И самое страшное, я сам себе не могу все это объяснить! — рассказ Сергея подходил к концу. — Я даже толком не знаю, что я к нему чувствую! С одной стороны меня тянет на романтику и все такое, а с другой мне хочется его… — скептик осекся на полуслове, покраснел и отвернулся к окну. — Вот если бы тебя тянуло исключительно на романтику или исключительно на секс — это было бы еще, с позволения сказать, нормально. А когда и на то, и на то — это действительно, хреново, — задумчиво произнес Андрей и надолго замолчал, обдумывая полученную информацию и отходя от легкого потрясения — не каждый день такое узнаешь, все-таки. А Сергею наступившая тишина казалось материальной — тяжелой, удушающей и очень страшной. Казалось, что даже серое небо стало значительно ниже и давило со всех сторон, а водители и пассажиры соседних машин, оказавшиеся вместе с ними в этой адской пробке, смотрят на него с осуждением. И ВСЁ ПРО НЕГО ЗНАЮТ. — Мне уйти? — не выдержал Сережа. — В смысле? — Андрей посмотрел на брата удивленно. — Теперь ты имеешь полное право заявить, что у тебя нет больше брата и попросить меня исчезнуть с глаз долой. Сергей постарался сказать это как можно спокойнее и безразличнее. Вот только, все равно, интонации в голосе напоминали скорее тишайшую истерику, чем безразличие. — Всегда знал, что ты идиот, — улыбнулся Андрей, давая понять, что никто никого и никуда выгонять не собирается. — Все будет хорошо, Сереж.