Досчитать до десяти.

      Для Кенмы весна приходила не тогда, когда под окнами пустой квартиры появлялась растительность, или когда за окном были слышны детские голоса, и даже, не тогда, когда приятели Козуме навещали его каждый день, пытаясь вытащить того из дома. Для Кенмы весна приходила тогда, когда он проводил с Куроо больше времени. Он не берет в счет время, которое они проводят вместе на тренировках. Весны такой парень не видел давно. Потому что Куроо не было. Многие знакомые Кенмы разъехались по разным префектурам и странам. А с остальными просто перестал общаться.

***

«Держи. Когда соскучишься, вытаскивай ее из шкафа и вспоминай обо мне», - наспех проговорив фразу, Куроо отдал в руки Кенме ту самую красную олимпийку с надписью «Nekoma». Он опаздывал на самолет. Это были последние слова Тетсуро, перед тем как тот покинул свой дом, дабы продолжить учебу заграницей. Кенма долго сидел в пустой квартире наедине со своими мыслями.

***

      На улице довольно прохладно. Легко одетый парень, поджав под себя тощие ноги, всматривается в ночное небо. Он совсем один сидел на лавке в ночном парке. Юноша мог просидеть всю ночь в такой тишине. Каждый день Кенма бесцельно приходил в тот парк, в котором он гулял с Тетсуро после тренировок. Сидел на той лавке, на которой постоянно одновременно играл в приставку и слушал Куроо. Козуме замерз, и, не выдержав, он поднялся с лавки. Засунув руки в карманы куртки, опустил голову вниз и зашагал в неизвестном направлении. Слипшиеся между собой пряди волос лезли ему в глаза, холодными руками Кенма заправлял их за уши. Шмыгая носом, парень смотрел под ноги, но не вперед. Ему было уже плевать, куда он идет. Урчание в животе напоминало о том, что Кенма давно не ел. Сжимая кулаки в кармане, он нахмурился, ощущая острую боль в желудке. Козуме подняв голову, увидел вдалеке людей, людей, которые не торопясь, медленно перебирая ноги, шагали прямо. Их было не так много. В общем - то Кенма и не любил места, где много людей. В поле его зрения попал небольшой круглосуточный маркет. Недолго думая, он направился прямо туда.

***

      Юноша забрел в выцветший район на окраине города. Его не удивило, что там были подростки. Наркоторговцы, гробящие сами себя и торгуя этим дерьмом, старательно пытаясь закрыть лица, ходили в капюшонах, их подозрительный вид и походка уже давно выдали их с потрохами. Также были люди, которые что – то оживлённо обсуждали, смачивая горло дешевым пивом, которое, они, возможно купили в ближайшем магазине, где работает продавец за мизерную зарплату. «Эй! Хочешь развлечься?» - кричали мерзкие женские голоса за спиной блондина. На шоссе стояла кучка дешевых шлюх. Торгуя своим телом, женщин легкого поведения вовсе не заботило, кто на этот раз снимет их в эту ночь. Не обращая ни малейшего внимания на людей в опьяненном состоянии, парень продолжил идти к магазину. Где - то за углом выцветших стен старого дома доносятся чьи - то крики, но Кенма не обращает внимания. Проходя мимо девушки, он расслышал, как та всхлипывает. Ему было так же абсолютно плевать на чужое состояние. И даже если было бы вовсе не плевать, то ему смелости не хватило бы подойти к незнакомому человеку, к тому же расспрашивать о чем - то, да еще и помогать. Все это стало бы выглядеть нелепо. Бездомные, усевшись на лестницах, укутываются в грязное одеяло лишь бы согреться. Кенма давно уже понял, что попал в бедный район. Прочувствовав всю атмосферу этого переулка, ему стало отвратительно. Ускорив шаг, он сократил небольшое расстояние до магазина. Открыв дверь, Козуме вошел, и что первое ему попалось на глаза - сидящий в кресле кассир, который читал книгу. Денег было не так много, он так ничего и не купил. Его телефон неожиданно завибрировал, оповещая о новом сообщении. Кенма взяв в руки телефон, хотел было разблокировать, но он увидел сообщение от Куроо. Уже трясущимися руками от волнения, Козуме пытается разблокировать мобильный телефон. После нескольких попыток снять блокировку, он успокоился и открыл сообщение. «Спустя несколько месяцев ты все-таки умудрился написать мне», - с горькой улыбкой на лице подумал блондин. 22.45 24.03.16 От: Куроо. -Хей, соскучился? Я немного. Кенма, как ты? Ты дома? Ты вообще питаешься? Не говори, что ты легко одеваешься, когда выходишь на улицу, у вас ведь холодно. Старайся спать больше, потому что я знаю, что ты вместо того чтобы спать опять играешь в игры. Напиши или позвони, как прочтешь сообщение. Кенма ничего не ответил. Единственная его цель – добраться до дома. Блондин добрался до парка, где он недавно сидел. Решив срезать путь, он пошел не по аллее, как он обычно это делал, а через кварталы.

***

      Козуме открыл холодильник, в надежде, что там окажется что-нибудь съестное кроме еды быстрого приготовления, но это предел его мечты. Ничего съестного не было, и не будет. Возможно, через два года приедет мамочка Тетсуро и накормит свое дите. Нет, это тоже предел мечты Кенмы. Не приедет никакой Куроо, и не будет никакой Куроо любить и ухаживать за ним до конца своих дней. С силой захлопнув дверцу холодильника, парень с пустым желудком вышел из кухни. Телефон опять завибрировал. 00.17 25.03.16 От: Куроо. -Неужели ты спишь? Кенма, если что-то не так, то скажи, я волнуюсь. Кенма снова не ответил. Он не знал, что вообще ему написать. Ну, скажет он, что все хорошо, что он тепло одет, и плотно ест, ибо Куроо волнуется, но лгать особо не хотелось.

***

      «Зачем вообще он так неожиданно объявился?», - задавался вопросом блондин. На голубом экране телефона показывало три часа ночи. Благодаря бессоннице, он продолжал думать о разных вещах. Он думал о мире, где не стоит о чем-то волноваться, где не надо страдать вообще. Он придумал мир, где ему уютно и тепло. И там Козуме совсем не голоден, и не укрывается колючим пледом, который на самом деле-то и не греет. А еще, в том мире есть Куроо, который каждый день с ним. В комнате было темно. На кровати свернувшись в калачик, лежал Кенма, полностью укрывшись колючим пледом, он бесцельно снимал блокировку телефона, и снова ставил на блок. В голове его было слишком много мыслей. Ему надоело думать вообще. На бледном лице лежали светлые пряди волос. Он продолжал проделывать это с телефоном, пока тот не разрядился. Ближе к рассвету парень уснул.

***

      Один – слышен звук будильника. Два – и я открываю глаза. Рефлекторно смотрю в одну точку на белом потолке. Протираю глаза кулаком, пытаясь скорее проснуться. Три – я куда-то опаздываю, и отчаянно пытаюсь вспомнить, куда должен поторопиться. Четыре – кое-как поднимаюсь с кровати, и босыми ногами иду по холодному полу. Пять – открыв дверь в ванную, я неволей заглядываю в зеркало, висящее над раковиной. Шесть – я вижу перед собой совсем другого человека. Лицо, которое ничего не выражает. Синяки под глазами от недосыпания кажутся неестественными. Я плотно сжал губы в тонкую полоску, и опустил голову. На мои глаза упали пряди отросшей челки. Я поспешно заправил их за уши. Семь – включаю холодную воду. Восемь – послышались стуки в дверь. Девять – закатив глаза от нахлынувшего возмущения, я выдохнул, мне ничего не оставалось, как пойти и посмотреть кто там. Десять – спотыкаясь о порог в коридоре, я не глядя в глазок, пытаюсь отворить дверь. Пока я открывал этот проблемный замок ключом, совсем не думал, что сейчас я полураздетый и сонный. В дверь опять нетерпеливо постучали. Разобравшись с дверью, Кенма распахнул её. Карие глаза стали по пять копеек. Перед Козуме стоял парень с ухмылкой на лице. Его волосы были взъерошены, впрочем, они всегда такие. На плече висела сумка, другая рука сжимала ручку чемодана. Глаза Козуме щипали, будто туда песок попал. В горле пересохло. Кенма, сжимая ручку двери, хотел кричать, но крик застрял в горле комом. К тому же, соседи не поймут его в такую рань. Прошло меньше минуты, как блондин вышел из оцепенения, и, не сдерживаясь, бросился на шею Куроо.

***

      Для Кенмы весна приходила не тогда, когда под окнами пустой квартиры появлялась растительность, или когда за окном были слышны детские голоса, и даже, не тогда, когда приятели Козуме навещали его каждый день, пытаясь вытащить того из дома. Для Кенмы весна приходила тогда, когда он проводил с Куроо больше времени. Он не берет в счет время, которое они проводят вместе на тренировках. Но Куроо просто уехал учиться заграницей. Спустя несколько месяцев Тетсуро вернулся. Каждый день они в свободное время приходили в парк, в котором гуляли после тренировок. Сидели на лавке, на которой Кенма одновременно играл в приставку и слушал Куроо.