Роковая случайность

Утро. Солнце светит прямо в глаза, отчего я невольно просыпаюсь. Голова гудит, увы, похмелье — не самый лучший стан человека. Я открываю глаза и вижу перед собой темно-синие шторы. Что? У меня в комнате нет никаких штор. Я резко соскакиваю с кровати, но чья-то рука дергает меня, и я падаю назад в объятия одеяла и подушки. Медленно поворачиваю голову, ожидая увидеть там кого-угодно, но не… — Винчестер, мать вашу! Какого хрена?! — воскликнула я, увидев возле себя мирно-спящего Дина. — Солнышко, успокойся и спи, — сонно пробормотал он. — Какое я тебе нафиг солнышко?! — начала возмущаться я, при этом заглядывая под одеяло, надеясь быть одетой. Господи, ты услышал мои молитвы, я лежу в том же платье, в которое была одета вчера, и даже в обуви. — Какого хрена я вообще здесь, а не в своей комнате? Это все твои выходки?! — раздраженно спросила я. — Жесть, сама приперлась, а теперь кричишь. — В смысле? — удивленно спросила я. — Вчера ночью завалилась ко мне в комнату с криком: «Все мужики козлы, которые сами не знают, чего хотят», да еще и пьяная в стельку, и почти сразу уснула на моей кровати. — Боже, почему я ничего не помню? Я же, вроде, с вечеринки трезвая возвращалась… Или нет. Нет, я точно трезвая была! — Ну да, ну да, — как-то скептически, сказал Дин. ********************************************************* Что же было 9 часов спустя… ********************************************************* — Ка-а-ас, а что сейчас там? — спросила я. — Что ты имеешь ввиду? — как всегда недоуменно и по-детски спросил ангел. — В твоем мире, — объяснила я, отчего тот немного нахмурился. — Рафаил за это время мог сделать много плохих вещей. Но мы его остановим. Обязательно остановим. — Но вы же, как бы, не можете вернуться в ваш мир. Или можете? — спросила я, нахмуриваясь. — В летнее солнцестояние нужно сделать обряд. Только в этот день. Я невольно вздохнула. Конечно, времени еще много, ведь летнее солнцестояние аж двадцать первого июня, но всегда сложно прощаться. Завтра уже первый день лета, а значит, что осталось только три недели. — И вы просто так уйдете? — Так нужно. И ничто бы не испортило этот разговор по душам, если бы Кас, не пошатнулся и не упал в лужу. — Кас, ты что ходить не умеешь? — еле сдерживая хохот, спросила я. — Умею, — огрызнулся тот, поднимаясь с лужи, в уже грязной и мокрой одежде. — Я запишу тебя в детский садик. Ты только послушай, ясельная группа «Цветочки», — уже откровенно начав смеяться, сказала я. Тот нахмурился, а потом хитро ухмыльнувшись, протянув мне руку, типа «помоги мне встать». Я ничего не подозревая, без сомнений подала ему ладонь, но вместо того, чтобы встать, он потянул меня в свое царство Нептуна. — Ах ты, негодник! Сам будешь это платье стирать! — начала возмущаться я, но он только усмехался, — Тебе категорически нельзя пить! — Почему? — искренне удивился Кас. — Ты становишься оболтусом, — сказала я. — Вставай уже, горемыка, — ну вот тяжелый современный мир. Ангел Господень валяется в луже. Еще и пьяный. Это рушит все мои стереотипы о ангелах с белыми пушистыми крыльями и с нимбами над головами. Но кто его знает, какой их истинный облик. — Кас, у тебя есть нимб? — любопытно, как ребенок, спросила я. — Нет, — улыбнувшись, ответил он. — А, правда, что ангелы ходят, замотанные в одеялко, а некоторые у подгузниках? — усмехаясь, спросила я. — Нет, — Кастиил тоже улыбнулся от моего вопроса. — Это хорошо, не хочу, чтобы ты в подгузнику ходил, — улыбнулась я. — И как мы такие до дома дойдем? — Какие такие? — Кас, мокрые и грязные. Посидим на лавочке, пока одежда не подсохнет, и тогда пойдем домой. — Ладно, — согласился он и сел на ближайшую скамейку. Я села возле него и уперлась головой об его плечо. — Расскажи мне что-то о себе, — попросил ангел. — А что я? Обыкновенный человек, ничем не выделяющийся из толпы, — пожала плечами я. — Ты не обыкновенный человек, ты… — он не успел договорить, потому что раздался звонок мобильного. Кастиэль вытянул с кармана свой доисторический телефон и поднял трубку: — Кас?! — из телефона донесся голос Дина. — Да, Дин, — совершенно спокойно ответил ангел. — Уже почти полночь, — раздраженно сказал Винчестер. — И что? — Дай мне трубку! — попросила я. — Ладно, — Кас протянул мне телефон. — Ну, как жизнь молодая? — с насмешкой спросила я. — Не язви, — пробурчал тот. — Вы там веселитесь, а у меня, блин, постельный режим. — Веселись с Сэмом, — еле сдерживая смех, ответила я. — Ты же помнишь Винцест? — ухмыльнувшись, сказала я старшему Винчестеру. — Только не это! — возмутился Дин. — Ты это, побыстрее, мне скучно, — обиженно произнес Винчестер. — Уже, волосы назад отбросила, бегу к тебе, — съязвила я. — Только не начинай, — прервал меня он. — Дай мне еще Каса на минутку, — попросил он. Я протянула Касу телефон. Тот минутку что-то слушал, а потом сказал: — Я отойду на минутку, ладно? — я кивнула головой, и он исчез за ближайшем деревом. … Спустя минуту. — Кас, ты еще долго? — Еще минутку, — с нотками раздражения ответил Кас. Интересно, что же ему Дин наговорил? … Спустя пять минут. — Ну Ка-а-ас, мне уже здесь скучно. И холодно! — крикнула я ему. — Сейчас приду, подожди! — уже с сильным раздражением в голосе. Нет уж, я не усну, если не узнаю, о чем они разговаривали. Никогда не видела еще Каса таким раздраженным. … Спустя десять минут. — Ну блин, Кас, тебе там что по-большому приспичило? Не загрязняй окружающую среду! Из темноты вышел ангел, явно чем-то огорченный и раздраженный. — Мы идем домой, — сразу же сказал он. — Почему? — искренне удивилась я. — Извини, так нужно, — огорченно произнес он. — Да ладно, пошли, — я взяла его за руку, но он выдернул её. — Да в чем дело? — с долей раздражения спросила я. — Прости, мы не можем ходить так, — опустив взгляд на землю, сказал ангел. — Как ТАК? — Ну, в общем, ты понимаешь, — еще более смутившись, ответил он. — Да слушай, вас мужиков хрен поймешь! То хочу — то не хочу. То говоришь, что я тебе нравлюсь, то отвергаешь меня. Поймите вы парни уже наконец-то: представляете, мы не игрушечные куколки, с которыми, когда хочешь — играешь, не хочешь — на свалку. Или еще то, что ты на каждый зов Дина сразу же прибегаешь. Это уже какая-то нездоровая связь! Да у тебя настроение меняется, как у барышни с ПМС! А Дин! Да это вообще отдельная тема. То шлюх в мой же дом приводит, то лезет со своими поцелуями. Ну, а о том, что он съедает всю еду с холодильника, я уже вообще молчу. В общем, задолбали! Иди с Дином целуйся, и всё остальное! — всё это время Кастиэль с терпением слушал меня, даже не пытаясь что-то сказать. И правильно, разъяренную женщину нельзя перебивать. — Но… — было начал, наверное, оправдываться Кас, но я опять его перебила: — Так что идите вы все лесом с бесом. А я иду гулять! — резко развернувшись, я пошла в другую сторону. Мне надо успокоится, и тогда идти домой. — Элли, но куда ты? Ночь на дворе… — обеспокоенно спросил ангел. — Не маленькая уже, куда захочу — туда и пойду! — бросила я ему вслед, попутно снимая каблуки. Не хватает еще, чтобы я упала перед ним. Нет, моя гордость тогда умрет. Так что теперь я босиком шагала по улице, отлично, что на улице ночь, и никто этого не видит. Я чувствовала пристальный взгляд на своей спине, но ни разу не обернулась. Еще чего. Ноги сами занесли меня в старый-добрый бар, где я была частым гостем года так два назад. Просто тогда наш дом ограбили, украли всё: ноутбук, все мои сбережения, мамины и папины деньги, украшения. Эти деньги я собирала, чтобы пойти учиться в театральный, и мне было очень плохо, когда их украли. Поэтому я часто топила горе в мартини. Нет, бывали случаи, что я брала виски, но это очень редко. По мне, так слишком сильно берет. Но сегодня именно такой случай. — Виски со льдом, — бросила я бармену Люку. Хороший человек, и выслушает, и иногда бесплатно нальет. — Ты что так поздно? — спросил Люк, подавая мне рюмку. — Почему я такой несчастный человек? — ответила я вопросом на вопрос. — Говорят: не везет по жизни — повезет в любви. Чёт мне ни в том, ни в другом не везет. — Опять парень мудак? — с сожалением спросил бармен. — Не совсем мой парень, и не совсем мудак, но немного тугодум, — при этих словах, Люк немного улыбнулся. — Это еще не смертельно. — Вот почему вы никогда не знаете чего хотите? Честно, еще похуже девушек. — Поверь, мы всегда знает чего хотим, просто не говорим на прямую. Научись понимать — и всё будет отлично, малыш. В общем, еще четыре рюмки виски и немного задушевных разговорчиков — и вот Элли Форкс, собственной персоной, поет в караоке. Я нашла себе союзницу по несчастью — миловидная черноволосая девушка. — Дамочки, может вам уже хватит? — с улыбкой спросил Люк. — Наливать! — типа «громовым голосом» произнесла я. — Подчиняюсь, — ответил бармен, подавая мне и Викки, так звали девушку, алкогольные коктейли. Виски больше не брали, ибо не хочу угробить свою и без того бедную печенку в столь молодом возрасте. — Какой час? — устало спросила я. — Третий час ночи, — выдавила с себя Викки, посмотрев на ручные часики. — О, надо домой валить, а то у меня такие сожители, что я не знаю, цел ли мой дом еще, — нервно хихикнув, я начала искать туфли, которые я задолбалась носить в руках и бросила, вроде бы, за барную стойку. — Эй, Люк, поищи-ка там у себя мои хрустальные туфельки, — попросила я. — Лови, — он бросил мне туфли, я поймала, правда, чуть не выбила себе глаз каблуком, но чуть же не считается, верно? — Уже уходите? Так быстро? — насмешливо спросил Люк. — Придурок, — бросила я, улыбнувшись. Вот настроение в тонусе, можно и домой валить. — Да подожди, я тогда тоже сваливаю, — сказала девушка, набросив на себя пиджак. Умный человек взял себе накидку, а вот я теперь, глупая, умру от холода. Эх, жизнь несправедлива. — Тебе туда? — я показала пальцем, в сторону своего дома. Она скупо кивнула. Отлично. Мне пришлось надеть каблуки, ибо ноги уже слишком болели от ходьбы босиком, еще и по камнях. Да и холодно к тому же. — Сама живешь? — спросила я у Викки. — Если бы. С предками, — ответила девушка. — Кстати, так и не спросила, тебе-то лет сколько? — заинтересованно спросила я, уж никак не могу определится по поводу её возраста. — Девятнадцать, — молоденькая. Хотя, только на два года моложе меня. — Ладно, я побежала, а то муж прибьет, — бросила она, сворачивая в двухэтажный дом. О Боже! Муж! В девятнадцать лет! Мать моя женщина! — Ну, пока, еще встретимся, — бросила я и ушла, задумавшись. А может это я, как лох, без мужа? Нет. Или да? Бред какой-то. А что если я останусь старой девой? Не-е-е-ет. Это бред моего пьяного мозга. И вот я уже поднимаюсь по лестнице моего дома, ножки трясутся. Нет, не от страха, просто обувь ногу натёрла. Я тихонько открываю дверь, в надежде спокойно зайти и лечь спать. Но разве у меня когда-то это получалось? Нет — вот и правильный ответ. Я падаю на ковер, зацепившись об собственного, мать его, пса. — Мистер Белло, долбанная же ты собака! Я тебе сколько раз говорила, не спать тут, а?! Да миллион, наверно! Уйди с глаз моих, тупое животное! — я толкнула пса в бок, и тот с воем унесся подальше от меня. Ну вот, из-за этого пса я порвала чулки. Любимые чулки! На кастрацию его отдам, черт его побери. Вот почему голод дает знать о себе так не вовремя? И сейчас я прусь на кухню в поисках чего-то съедобного, ибо мой желудок издает звуки умирающего кита. Быстро перекусив колбаской, я вспомнила, что должна была еще поговорить с Винчестером. Глаза слипаются от желания спать, но я ему это так просто с рук не спущу. Наговорил какую-то хрень Касу он, а расхлебывать всё это должна я. Где логика? Правильно, она ушла, еще когда они приперлись в мой дом, и на прощание показала фак. Поэтому я, будто Супермен, заваливаюсь в комнату Дина с криками: — Все мужики козлы, которые сами не знают, чего хотят! — на моё превеликое удивление он не спит. Я беспардонно ложусь на кровать, думая, как начать это длинный разговор, но вместо него говорю только: — Мудак ты, Винчестер, — глазки закрываются, и я падаю в царство Морфея. Вот и пьяной сказочке конец, а кто слушал..... ************************************************************* Теперь ************************************************************* — Ну что, солнышко, вспомнила буйную ночку? Впечатлениями со мной не поделишься? — Иди в задницу, — самый разумный ответ в сложившийся ситуации. — Ну, а чего так грубо то? — театрально возмутился он. — Что ты вчера Касу сказал? — вопросом на вопрос. — Ничего особенного, — пробормотал Дин, отводя глаза в сторону. — Тогда извини, что повторяюсь, но иди в задницу, — я встала и пошла к выходу. — Элли! Стой! — я оглянулась и смерила его презрительным взглядом, хлопнула дверь, и я уже в коридоре. Надо привести себя в порядок, а то не слишком приятное зрелище: драные чулки, грязное платье, на голове — чёрт знает что. Хотя, даже он не знает. — Элли, — к моему «счастью» я наткнулась прямо на Каса. — Ничего не говори. Иначе будешь послан, туда же, где и Винчестер. — Но, Элли! — он вцепился за мою руку, как за спасательную соломинку. — Кас, знаешь что? — Что? — И ты тоже иди в задницу! — да, у меня большой словарный запас. Я выдернула руку и ушла в комнату, оставив недоумевающего Каса стоять в коридоре. Наверное, думает, как же добраться до задницы, и к чьей. Сбросив с себя одежду, я прошмыгнула у ванную. Холодные капли приятно стекали по лицу, освежая и даря бодрость. Я сделала воду еще холоднее. Так похмелье быстрее пройдет. Я вышла с душевой кабины и обмоталась полотенцем. Посмотрела в зеркало —  совсем другой человек. Быстро одевшись в широкую футболку и шорты, я спустилась вниз. На кухне сидел Сэм и шарил что-то в интернете. — Доброе утро, Элли, — улыбнулся он, увидев меня. — О, хоть один нормальный человек в доме. Доброе, — ответила, доставая с холодильника яичницу, которую, я так поняла, приготовил Сэм. — Поссорилась с Дином или с Касом? — С двумя. — Какая кошка между вами уже пробежала? — О, это длинная история. Скажу коротко: Дин — мудак, Кас — тугодум. Я посмотрела в окно. Да неужели хорошая погода? — Я придумала! — воскликнула я, обрадовавшись столь чудесной идеей, которая взбрела мне в голову. — Едем на природу! Отдых не помешает. Сейчас выедем, а к вечеру будем уже дома, ну как? — Идея неплохая, можем поехать, — согласился Сэм. — Но как же фанатики? — На машине поедем, в гараже папина стоит, — сказала я, вставая из-за стола. — И ты не говорила? — возмутился Сэм. Я ухмыльнулась: ну конечно не говорила. — Всё, я собираться!