эпилог
26 июля 2011 г., 19:05
Девятью месяцами позже Сакура сидела у открытого окна, держа в руках маленькое пепельноволосое чудо. Она улыбнулась и нежно поцеловала ребенка в лобик. В ответ тот заулыбался и устремил на свою маму внимательный взгляд нефритовых глаз. «Ты будешь настоящим сердцеедом, милый», — пообещала ему куноичи.
Сакура запела колыбельную, глядя в окно и время от времени посматривая на своего сыночка.
— Скоро вернется твой папа, — напевала она мелодичным голоском.
Словно понимая то, о чем она пела ему, младенец улыбался своим беззубым ротиком.
Сакура уже три недели ждала своего любимого. Какаши ушел на миссию в страну Камня, сопровождая караван с ценным грузом, и до сих пор не вернулся. Когда он уходил, Сакура провожала его у ворот Конохи с большим животом. А когда он вернется… она улыбнулась. Она преподнесет ему его мечту. Уже двадцать первую ночь она сидела у распахнутого настежь окна, ожидая, что Какаши вспрыгнет на него в любой момент. Что поделать, он так и не научился входить через дверь. Наверное, это было для него слишком заурядно.
При воспоминании о любимом губы девушки тронула улыбка, и она крепче прижала к груди свое драгоценное дитя.
— Скоро вернется папа… — продолжала напевать она.
За все эти бесконечно тянущиеся дни она ни на секунду не позволила себе сомневаться в нем. Она знала — что бы ни случилось, он вернется. Потому что она верит в него и ждет.
Прислонившись к стене, Сакура продолжала тихонько петь сыну колыбельную с закрытыми глазами.
Пробила полночь. Лунный свет в окне загородила тень, но Сакура спала, крепко прижимая к груди своего сына. Внезапно она почувствовала на своем лбу нежный поцелуй. Улыбнулась. Открыла глаза. И посмотрела в другие — один светло-карий, а второй — красный с черными запятыми по радужке.
— Прости, я опоздал, — прошептал Какаши.
— Как всегда, — с улыбкой ответила Сакура и нежно поцеловала его в губы. Она протянула ему ребенка. — Это твой сын. Тошики Хатаке. Звучит?
— Звучит, — согласился Хатаке, не в силах согнать с лица глупую счастливую улыбку.
Он бережно принял ребенка из рук жены и внимательно всмотрелся в его личико, освещенное лунным сиянием. Словно почувствовав, что его отец смотрит на него, Тошики открыл глаза и так же внимательно посмотрел на него в ответ.
— Твои глаза, — прошептал Какаши. — У него твои глаза, Сакура. Нефритовые.
— И твои волосы. Пепельные, — ответила девушка с улыбкой.
— Он будет настоящим сердцеедом.
— Я знаю. Пожалуй, у Наруто появится конкуренция.
Какаши с трудом оторвал взгляд от сына и перевел его на Сакуру. Потянувшись, нежно поцеловал ее в губы.
— Спасибо, любимая, — сказал он тихо.
— Видишь? Твоя мечта оказалась не такой уж и недосягаемой, — рассмеялась куноичи и положила голову на его плечо.
Копирующий Ниндзя Шаринган Какаши улыбнулся в ответ и притянул к себе свою жену.
— Люблю тебя, Сакура, — сказал он с нежностью.
Девушка просияла ответной улыбкой и таким ослепительным счастьем, что Какаши невольно зажмурился.
«Так вот что значит, когда цветет Сакура», — подумал он.
