Мягкость

Две минуты после падения дирижабля

      Я решил оглядеться. Хотя это пустыня. Что тут примечательного? Много песка, недалеко виднеются пирамиды... и Сфинкс. Мне не раз доводилось «гулять» по Лувру и пирамиды меня особо не удивили, но вот если есть Сфинкс, то значит рядом есть Египет. Нужно вспомнить Енотус Воришкус. А именно — моего египетского предка.       Слай шёл по пустыне, опираясь на трость. Жажда быстро иссушила глотку, но на его голову свалилось чудо, в виде навьюченного верблюда. — Эй, мистер — закричал во весь свой хриплый от пересохшего горла голос Слай. Тот не обратил никакого внимания и тогда енот продолжил: — Мистер, не подвезёте ли меня? — Я ни какой не «мистер», — мягко сказал верблюд останавливаясь. — Моё имя Крок. А ты кто такой будешь? Выглядишь как шут заморский. — Эм... Я, Слай... Фокс. — Рад познакомиться, — он легко склонил голову в парике от чего тот немного съехал набок, но тут же вернулся на место. — У тебя одежда забавная, я уже говорил? И трость... — Что трость? — Не пойми за оскорбление, но это знак воров. — Правда? А я его в хозяйстве использую. Ну там, если натянуть сетку, то можно рыбу ловить, недо-тряпку — будет недо-швабра. — А, полезная вещь. Но ты всё равно не носи её так открыто. — Приму к сведению. Крок снял с пояса небольшой мешок, с которого капала вода, и подал её Слаю. — У тебя изнемождённый вид, верно, пить хочешь. — О, это да. В горле сплошь пустыня. Слай прильнул к горловине и стал жадно поглощать воду, стараясь одновременно слушать верблюда. — Она тут везде, — вздохнул он. — Одна радость Нил. Ближе к его прекрасным водам столько удивительно красивых мест. Я как раз туда направляюсь. — Куда? — спросил Слай. — В Мемфис конечно.