Возьми в плен моё сердце

Алексей кружил в танце бету и не мог оторвать от него глаз. Брюнет был сосредоточен и не улыбался. Альфа чувствовал его явное неумение танцевать, но это только очаровывало. Колин, в свою очередь, побыстрее хотел закончить танец и уйти. Бета понял, каким глупым был его порыв показать себя. Он, вновь, взглянул на альфу; да, тот был красавцем, ничего не скажешь — квадратная челюсть, чувственный рот, орлиный нос, в сочетании с глубоко посаженными карими глазами придавали его лицу хищное выражение. Как военный, он был коротко подстрижен, но Колину почему-то захотелось представить мужчину с более длинными волосами. Наконец, танец кончился и бета едва сдержал облегчённый вздох. Он уже хотел сделать ноги, но не тут-то было. Альфа был явно настроен на более близкое знакомство, но бета, ни в коем разе не разделял его желание. Хонг почувствовал, что начинает нервничать. И точно, альфа потянул носом воздух — его зрачки расширились, а брови удивлённо поднялись. Колин достал пузырёк с таблетками, достал две штуки и проглотил. Глушить запах становилось всё труднее, с каждым месяцем приходилось использовать всё больше таблеток. Затем, схватив со стола бокал, он резко поднёс его ко рту, расплескав по пути половину содержимого, запил, не глядя на содержимое. Чуть не подавившись вином, а в бокале было именно оно, бета закашлялся. Алексей похлопал его по спине. Прокашлявшись и отдышавшись, Колин благодарно взглянул на альфу. — Вы прекрасно пахнете. — мягко спросил Алексей, глядя в глаза Хонгу. — Я...спасибо. — прошептал Колин, краснея. В какой раз ему приходится лгать, чтоб скрыть свою сущность! - Я бета, а это всего-лишь духи, но у меня на них аллергия и я должен был принять лекарство. — Прошу прощения за мою бестактность. Я могу уйти, если вам не нравится моё присутствие. Бета посмотрел на собеседника с невольным уважением. — Нет, я... принял таблетки и скоро я буду в порядке! — Вы прекрасны! — тихо произнёс альфа, сверкнув глазами. Конечно, бета знал, что в определённых кругах за такого, как Колин, готовы хорошо заплатить. Поэтому, он должен был скрывать свои особенности. Как среди учёных, которые будут рады такому хорошему подопытному материалу, так среди, всякого рода, богачей, которым будет приятно иметь такую необычную игрушку. — Я бы хотел… — Алексей замялся, — может, вы… — слова явно давались ему с трудом, — хотите сходить со мной… Колину вдруг захотелось улыбнуться. Такой высокий и взрослый альфа, а приглашать на свидания не умеет. А Аристову было действительно трудно. Он спал со многими омегами, бетами, но их не надо было приглашать на свидания. Эти легкомысленные бабочки всегда сами прыгали к нему в постель. А этот… этот странный бета был особенным. Ему очень хотелось понравиться, увидеть весёлые смешинки в таких прекрасных, но печально-серьёзных разных глазах. — …то есть я хотел пригласить вас… — голос альфы понизился. — на конную прогулку, — выдавил он из себя. Алексей не подозревал, что нечаянно подобрал ключ к хорошо укреплённой крепости беты, ведь именно на прогулку с лошадьми его отец альфа Саймон Хонг когда-то пригласил его папу-омегу Микаэля Райдинга… — Но, это не приказ… — альфа смутился, — …я никогда не заставлю вас делать что-то против воли, — последние слова были сказаны, на удивление, твёрдым и ясным голосом. Ба-бах! Одна из ледяных стен, которыми Колин окружил своё сердце, дала большую трещину. — Простите, но я не могу. У меня много работы, — спокойно ответил Колин. Альфа вздохнул, ответ ему не понравился. А бета почувствовал, как горло и сердце охватила ледяная рука страха. Слишком свежи были воспоминания о боли, которую ему причинил другой альфа. Должно быть, это отобразилось на его лице, и Алексей дал Колину номер телефона и, мягко попрощавшись, ушёл, поцеловав ему на прощанье руку. Странно, но сердце беты забилось сильнее. Хонга заинтриговало это новое ощущение. Он думал, что после перенесённого кошмара, он не сможет, даже, вынести прикосновений альфы. Однако… Бета нахмурился. Эта странная симпатия к этому альфе ему не нравилась, но он слишком устал, чтобы задумываться об этом. Александр видел своего брата. И то, как он танцевал с тем самым бетой, которого он так долго разыскивал. Альфу охватила радость от того, что он нашёл бету, которая, впрочем, тут же сменилась дикой яростью. Он не был уверен, что бета и его брат любовники. Но, желание обладать бетой никуда не ушло, напротив, оно возросло в сто крат, ведь, к собственническому инстинкту, а Аристовым двигал именно он, хоть, альфа никогда бы не признался в этом, присоединился охотничий азарт и желание переиграть конкурента. Брат отошёл от беты, но лицо у него было хмурое. Должно быть, пробовал пригласить на свидание, но не получилось. Лекс предвкушающе потёр руки. Посмотрим, чья возьмёт!

Медицинский центр ДВФУ. Шесть дней спустя.

Было три часа ночи, когда Колин смог позволить себе спокойно вздохнуть. Операция на сердце закончена и ещё не старый альфа, находящийся под наркозом, сможет прожить намного более длинную жизнь. Колин смог добиться уважения русских всего за несколько дней, когда во время выходных согласился провести сложную операцию. За кратчайшие сроки, он изучил историю болезни пациента и ознакомился с результатами предыдущих операций. Колин на ходу стянул запачканные кровью перчатки и направился в свой кабинет. Не включая свет, бета плюхнулся на диван. Сколько же ему предстоит работы! Хонг улыбнулся и смежил веки. «Немного вздремну…», — подумал бета. — «И, можно будет приниматься за работу. Нужно заполнить карточку пациента, написать электронное письмо Игорю Себастьяновичу…» Но, когда Колин открыл глаза, в окно вовсю светило зимнее яркое солнце. В ужасе вскочив, Колин растерянно огляделся. Как он мог так беспечно заснуть? Схватив телефон, бета посмотрел на время. Половина одиннадцатого. Ну всё, теперь он точно получит нагоняй от Игоря Себастьяновича. Колин огорчённо покачал головой. Его больше пугала перспектива получить, как выражаются русские, по шее, чем, то, что он должен быть уже на обходе у пациентов. Колин быстро переоделся, умылся и хотел уже выйти, как его взгляд зацепился за огромный букет цветов, стоящий в вазе прямо посередине его стола. В нём были три вида роз, красная, белая и розовая. Он был прекрасен. Но, на Хонга красота букета не произвела никакого впечатления. Более того, ему стало страшно. Кто-то забрался ночью в его кабинет и принёс цветы! да, с ним, Колином, могли сделать что угодно! Надо сообщить охране! Но, выкидывать букет Колину было откровенно жалко. Он решил отдать его медбратьям на пост — весёлым омегам, которым явно нравился крепкий бета с иностранным акцентом. Но, открыв дверь, Колин чуть не наступил на второй букет. Этот букет был из больших и мелких ромашек с крупными красными розами… Колин побледнел, но практичность победила, и бета с неохотой поднял букет и, вернувшись в кабинет, положил его рядом с первым. Из букета выпала небольшая записка. С удивлением бета заметил, что похожая записка лежит рядом с первым букетом. С неохотой раскрыв первую, бета вгляделся в текст: «Я не смог забыть вас. Прошу, дайте мне шанс. Ваш А. А.» Колину были незнакомы эти инициалы. Он решил прочитать вторую записку. «Я всегда добиваюсь своего. Ты не будешь исключением. А. А.» От второй записки, Хонгу стало не по себе. Он позвонил в службу охраны и сообщил им о взломе своего кабинета. Но сотрудники ЧОПа следов взлома не обнаружили. А узнав о причине тревоги Колина и вовсе не сдержали ухмылок. Колин дал себе слово быть осторожнее и смотреть в оба. Звонок в полицию, конечно, не дал результатов. Медбратья, получив такие роскошные букеты, едва не задушили Колина в объятиях от восторга. — Вот бы и мне так же взломали дверь… — томно протянул один из омег, русоволосый парень в очках с тонкой оправой, по имени Дима Кислицын, перебирая пальцами лепестки цветов. — …а, тогда была бы обеспечена ночь удовольствия… — мечтательно подхватил другой омега, Василий Щеглов — блондин с голубыми глазами. Колин, хоть и отошёл на приличное расстояние, но всё хорошо расслышал. Он нисколько не разделял глупые фантазии. Он полагал, что записки были от разных людей и чувствовал, что его так просто в покое не оставят.