Возьми в плен моё сердце

      Колин стоял у стойки регистрации и думал. Думал о своих приключениях, о том, как он начал принимать своё Я. Ещё он думал об Алексее. Этот альфа покорил его сердце своим терпением, нежностью. Он с удивительными вниманием и заботой ухаживал за бетой и смог разбить панцирь настороженности, страха и недоверия, которым окружил себя Колин после поступка его брата. Почему же Колин так и не смог сказать Алексею о своих чувствах? Альфа, вероятно, тоже влюблён, но если он, бета, сделает первый шаг, то сможет ли он уважать Алексея как альфу? Нет, не сможет. Это, может, старомодно и даже глупо, но по-другому Колин не мог, да и не хотел. В его мировоззрении, альфа должен делать первые шаги и доказывать свою любовь. Бета чисто инстинктивно чувствовал, что он правильно сделал, что оставил записку и не стал звонить.       Хонг признался сам себе, что он не альфа. И никогда им не будет, даже если сделает операцию по смене пола. Странно, но эти мысли вызывали не глухое сожаление или жалость к себе, а покой и удовлетворение. Он бета и гордится этим.       Хонг простил Александра и отпустил его. Этот альфа изменился и бета был уверен, что тот ещё встретит свою судьбу.       Наконец, завершив формальности, Хонг прошёл в зал ожидания. Поставив чемодан рядом, Колин устало помассировал виски и огляделся. Несмотря на то, что границы были открыты совсем недавно и то, что военный конфликт между странами был улажен не до конца, в аэропорту было весьма многолюдно и сегодня планировалось не менее четырёх рейсов в США. До посадки оставалось не больше двух часов, и бета решил никуда не ходить, а просто почитать книгу, в ожидании своего рейса.       Алексей отчаянно ловил такси, чтоб доехать до аэропорта. Но ему всё никак не везло. Возможно, дело было в камуфляже мужчины - он отпугивал таксистов или в том, что сфера такси перешла в приложения и поймать машину сейчас было делом непростым. Так или иначе, но время шло. Тогда Алексей Аристов решил впервые в жизни воспользоваться служебным положением. Бывших военных не бывает, к тому же высокое звание, множество наград, хорошая репутация и несколько хороших знакомых позволили альфе проделать один хитрый манёвр.

Тем временем, в международном аэропорту "Кневичи"

-"Внимание, начинается посадка на рейс до Нью-Йорка! Уважаемые пассажиры, просим вас пройти к выходу №3. Attention, boarding begins for flight o of New York! Dear passengers, please proceed to exit 3"-       Колин вздохнул и направился к месту посадки на борт. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как его окружили с десяток альф в камуфляжной форме, в масках, с оружием. -Мистер Хонг? - обратился к застывшему от напряжения бете самый крупный из них. -Д-да. А в чём, собственно дело? - Колин чувствовал как на него обратились сотни пар глаз пассажиров и персонала аэропорта. Неужели, Вронский не сдержал слово?! -Вы обвиняетесь в краже сердца нашего друга: майора Алексея Аристова. - торжественно провозгласил альфа.       Командир подал знак подчиненным, и они расступились. Колин растерянно смотрел на выступившего вперёд Алексея в парадном мундире. Аристов с достоинством опустился на одно колено и твёрдым голосом спросил: -Коля, я полюбил тебя с первого взгляда. - альфа протянул изумлённому бете алую бархатную коробочку с дивной красоты золотым кольцом, которое украшало камень сапфира и чёрного бриллианта в виде символа "Инь и Янь". - Окажешь ли ты мне честь, и станешь ли ты моей женой? -Я...я... - Колин не мог выговорить ни слова от переполнявших его чувств. -Ты можешь подумать пока мы вместе летим в Нью-Йорк. - альфа достал из кармана паспорт со свежей визой, а так же билет на самолёт и продемонстрировал его вконец растерявшемуся Хонгу. -Нет, я не хочу думать. Я согласен! - бета ни секунды не сомневался в своих словах. -Да! Ура! Молодцы! Красавчики! - аэропорт взорвался аплодисментами и радостными возгласами, глядя на обнимающихся влюблённых.       Чуть позже, уже в самолёте, Колин укрыл своего жениха пледом, размышляя о том, как он будет представлять любимого семье. О, это, вероятно, будет непростое знакомство, но бета не волновался, уверенный в том, что его альфа точно понравится его родным. Иначе и быть не может!