Звуки музыки

      Во дворец пионеров братья пошли вместе, гитара оказалась тяжёлой, и с непривычки Сашины плечи начали ныть ещё на полпути. Он пинал опавшие листья и разглядывал странно близкое небо в лужах, Тёма безостановочно трещал о чём-то, Саша не вникал, его мысли витали вокруг предстоящего знакомства и занятий. Неожиданно Тёмин голос стал тише, а интонации тревожными, старший тут же насторожился и напряг слух.       - Эээ.. Что?       - Тебе нравится Ветреная?       Саня пожал плечами, чувствовал, что это не просто вопрос и пока не мог понять, как будет лучше ответить.       Тёма не торопился ему помочь, и молчание затянулось. Небо качнулось в ближайшей луже и пошло кругами – на поверхность опустился ярко-жёлтый лист. Он был таким же ярким на общем сером фоне, как улыбка Ветреной. И Саша задумался всерьёз.       - Она нравится тебе? – он посмотрел на брата в упор, тот попытался спрятаться за сильно отросшей чёлкой, но налетевший порыв ветра нагло смахнул её. И Саша увидел ответ в его глазах, всего мгновение, пока Тёма не отвёл взгляд.       - Для меня это не проблема, если что, - чуть торопливее, чем следовало бы, заверил он.       Тёма улыбнулся уголком рта так, что Саня понял, что брат раскусил его манёвр, но всё равно благодарен. И правда, старший не мог сказать, что влюбился в неё по уши, заинтересовать да, она его заинтересовала, но не более того, так что ничего героического в своём поведении он не видел. Просто девчонка, в конце концов, у близнецов одинаковый набор хромосом, нет ничего странного в том, что нравятся им одни и те же.       Им и раньше нравился один типаж, ну как Скарлетт Йоханссон, например, а в реале, Артём обычно фыркал на подружек старшего, и чаще всего это выглядело как банальная зависть с его стороны. Так что Саша привык не посвящать Тёму в свою личную жизнь, а младший такой влюбчивый, что у него вообще каждую неделю новый идеал. Правда, младший близнец до сих пор девственник, говорит, что ждёт большую любовь, в этом братья тоже различаются, Саша не имеет ничего против связей на одну ночь, предпочитая не заморачиваться, это же всего лишь секс, главное предохраняться. Так что это ещё одна причина, почему старший без раздумий уступил Ветреную ему. Парню уже восемнадцать, пора бы познать все прелести полноценной половой жизни. А неформалки должны быть отвязными и раскрепощёнными, по крайней мере, именно такими он себе их всегда и представлял.       В общем, зря они тащились в такую даль, выяснилось, что Иваныч в запое, и ближайшие пару дней его точно не будет. Саня приуныл и, пока Ветреная что-то жизнерадостно вещала, разглядывал объявления и всяких странных персонажей, мотавшихся по гулкому, отделанному под гранит, фойе. Несмотря на название, пионерского возраста детей практически и не было видно, зато подозрительные типы с длинными давно немытыми волосами сновали по лестницам и исчезали в дверях. Мелкий пялился на Ветреную во все глаза, так что Саня старательно прикидывался деревом и не мешал их общению, хотя она постоянно оглядывалась на него. В конце концов, Юля кому-то позвонила, о чём-то договорилась, и Тёма махнул рукой, привлекая внимание брата. Тот кивнул и поплёлся следом. На улице Саша сумел проявить чудеса маневрирования, чтобы оказаться позади сладкой парочки. Брат странно покосился на него, но промолчал, а старший выудил из кармана наушники, врубил погромче музыку, и постарался немного отстать от них, чтобы они маячили в зоне видимости, но в тоже время, чтобы не быть третьим лишним. В конце концов, они оказались в каком-то унылом районе серых панельных многоэтажек, Саша с тоской огляделся, понимая, что на раз заплутает в этих безликих дворах, а ребята уже ждали его у одного из подъездов, пришлось прибавить шагу.       Так братья попали на первый в своей жизни квартирник, это такой акустический концерт для пары десятков слушателей. Саша понял, что во Дворце пионеров ещё было ничего так, здесь встречались экземпляры и покруче. Прихожая была завалена кедами и гриндерсами всех фасонов и размеров, реально, братья никогда в жизни не видели гриндеров такого кукольного размера, видать, какой-то девушки, вряд ли на такие сборища ходят с детьми.       Когда они зашли в просторную комнату, набитую людьми, где царил полумрак и какая-то прям интимная обстановка, пела какая-то девчонка, которую все здесь звали Клавишница, правда, играла она на гитаре. Не особо красивая, даже скорее наоборот, губастая, все черты лица такие округлые и выступающие – щёки, подбородок, лоб, кудряшка, постоянно спадающая на глаза, но привлекающая внимание на раз, и пела она очень громко, вызывающе, Zombie Cranberries, со всеми этими стонами и завываниями. Но людям нравилось, никто не вышел покурить, все слушали, расположившись вокруг на диване, креслах и просто на полу. Саше было не по себе, а Тёма только довольно жмурился, а потом, она всё же умолкла, и её место занял Миша, сидевший на полу в первом ряду, к нему присоединились Ветреная и ударник, они играли на простых акустических гитарах, барабанщик стучал по каким-то барабанам туземцев и шуршал шейкером.       Но всё равно это было круче посиделок соседей по подъезду на скамейке летним вечером под дворовую классику. Миша пел как будто в пол голоса, это добавляло интимности, он всё время шутил и перекидывался словечками с благодарной публикой. Парень из первого ряда писклявым голосом в перерывах между песнями возвещал о том, что «хочет от него ребёнка», при чём от каждого участника группы по очереди, все ржали каждый раз этой шутке, как будто слышали её впервые, Тёма тоже. Только Саня чувствовал себя немного неуютно, особенно, когда Ветреная бросала на него внимательные взгляды из-под чёлки. А потом рядом с ним каким-то образом оказалась Клавишница, она всунула ему в руку запотевшую холодную бутылку пива, он благодарно кивнул и сделал глоток. Гадость та ещё, слишком горькое и даже кислое, но старшему хотелось хоть немного захмелеть, чтобы перестать быть чужаком на этом празднике жизни. Вот Тёма сразу окунулся в происходящее с головой, он уже вовсю трещал с соседом, каким-то чуваком с нереальными туннелями в ушах и крашенными в ярко-красный цвет волосами. Брат периодически пихал Саню локтём в бок, когда слышал что-нибудь смешное и хотел, чтобы тот тоже заценил.       - Новенький? Первый раз вижу вас с братом здесь, - тем временем Клавишница атаковала его с другой стороны. Она сидела на подлокотнике и говорила прямо ему в ухо, чтобы не мешать выступающим, и этим здорово нервировала Сашу, он чувствовал, как её кудри щекочут шею, а сладкий аромат её духов оседал где-то в глотке.       - Ага. А как ты поняла, что мы братья? – непривычно, ибо все как раз-таки удивляются, когда узнают, что они родственники.       - Так вы на одно лицо, как близнецы, сразу видно, - пожала плечами она.       Саша посмотрел на неё с интересом, она ухмыльнулась, наклонилась ещё ближе и поцеловала его. Саша застыл от удивления, но спустя мгновение догадался обнять её. Под рукой она была обжигающе горячей и мягкой, а её пухлые губы потрясающе влажными и со вкусом фруктового блеска и горького пива. Саша понимал, что Тёма смотрит на них, и надеялся, что Ветреная тоже не пропустила это выступление дуэтом.       Как-то ненавязчиво они перебрались в самый тёмный угол комнаты, на кресло, Клавишница уселась на Сашу верхом и увлечённо вылизывала его рот, а он как-то нелепо шарил руками по её телу, очерчивая пальцами все округлости и немного тормозил. Группа Миши и Ветреной уже закончила выступать, и теперь пели все, кому не лень, репертуар не особо поражал оригинальностью, Кино, Алиса, Гражданская оборона, из зарубежного была замысловатая вариация на что-то вроде Judas Priest, но это всё Саня улавливал краем уха, музыка шла ненавязчивым фоном, основное действие разворачивалось у него на коленях. Наверняка Клавишница уже давно поняла, что нравится ему, уж слишком откровенно она елозила по сашиной ширинке. А он судорожно соображал, обломится ли ему сегодня секс, и самое обидное, презервативов у него с собой не было, так что он пытался придумать, где же их можно достать, и желательно так, чтобы не прерываться, вдруг она передумает, пока он ищет в этом гетто аптеку.       Зря Саня парился на счёт секса, в какой-то момент его бесцеремонно похлопали по плечу, Тёма знаками показал, что пора уходить, и Клавишница невозмутимо соскочила с него, одёрнув короткую юбку. Они трещали о чём-то с Ветреной, пока Саша искал свои ботинки в ворохе чужой обуви, Тёма пританцовывал рядом, он почти подпрыгивал на месте от переполняющей его энергии.       А потом они долго шли куда-то по малознакомым улицам, и Саша разглядывал фонари, отражающиеся в лужах, небо было сюрреалистично синим, а пронизывающие пространство жёлтые огни вызывали ассоциации с картинами Ван Гога. Как выяснилось, они провожали Ветреную, та жила в общаге колледжа искусств и училась на отделении бас-гитары. Братья прониклись уважением, Ветреная стала для них первой знакомой с настоящим музыкальным образованием, пусть и пока незаконченным. Близнецы не представляли, как бы они сказали родителям о том, что хотят поступать в колледж искусств, отец точно бы не оценил таких порывов, он уверен, что профессия должна быть серьёзной, чтобы название конторы звучало солидно и стабильная зарплата. А всё остальное может быть только хобби, не более.       Ну, а дальше они пошли провожать Клавишницу, и тут опять Саша оказался третьим лишним, и как так происходит? Она увлечённо трещала о чём-то с Тёмой, а он опять пинал листья и сокрушался о несостоявшемся сексе.       На прощание Клавишница расцеловала младшего в обе щёки, обняла, как родного, а на старшем так откровенно повисла, тут же запустив язык ему в рот. Горячая штучка. И только по пути домой Саня понял, что не спросил её номер телефона, хотя, кто знает, как у них принято, может, завтра она и имени его не вспомнит.       - Ну ты, брат, силён, - Тёма вовсю потешался над старшим.       - Отвали.       - Девчонки на тебя так и вешаются!       - А не фиг тупить, - огрызнулся он. – И вообще, болтали они обе всю дорогу с тобой.       - Потому что я умный, со мной интересно, а ты так, только для случайного секса и сгодишься.       Старший смерил братца презрительным взглядом.       - Ну да, ну да, кто бы говорил, мальчик-колокольчик, ни разу не бом-бом!       Тёма обиделся и надулся, правда, надолго его не хватило, и всю дорогу до дома братья безостановочно обсуждали новых знакомых и музыку Миши.       Утро наступило и, кажется, прямо на Сашу. Вроде бы вчера было выпито не так уж и много, но затылок ломило, а ещё с непривычки ныли плечи после долгих прогулок с гитарой. Саша откинулся на подушку, прикрыв глаза, где-то на кухне шарохался младший, был слышен звон посуды и хлопанье дверцы холодильника. Клавишница. Под веками мелькнуло воспоминание о вчерашнем вечере и Саша не удержался от довольной улыбки. Надо бы узнать её номер. И имя.       В итоге в Дом пионеров Саня попал только через несколько дней и, как оказалось, вовремя, Юрий Иванович был на месте и вменяемый.       Иваныч оказался не таким уж и старым, скорее просто изрядно потрёпанным жизнью мужиком слегка за сорок. Он с сомнением посмотрел на Сашу, почесал клочковатую растительность на подбородке, результат недельного запоя, и неожиданно изрёк:       - Гитара – женщина, ей мужик нужен. Ты видел хоть одного крутого гитариста – педика? Они есть среди басистов, клавишников, вокалисты так через одного педики. А гитарист должен быть мужиком, иначе ничего у него не получится. Понимаешь? Её приласкать надо, полюбить, душу отдать, если понимаешь, о чём я. Поэтому среди баб не бывает толковых гитаристов, только техничные. Но техника это полдела, этому и мартышку можно обучить, тут надо чувствовать, каждую струну, малейшее изменение настроения инструмента. Тебе только кажется, что это просто деревяшка со струнами, а она живая! И капризная. Женщина, в общем.       И что можно на это ответить? Вот и Саша просто тупо пожал плечами. А Иваныч бережно снял с подставки гитару, и тут его некрасивые пальцы с узлами суставов начали творить такое! Саня смотрел за ним во все глаза, не понимая, как из гитары можно извлечь такие божественные и такие разные звуки! Он, конечно, знал пресловутые три дворовых аккорда, а кто их не знает? Но тут он понял, что музыка сродни волшебству, и это зажгло в нём искру.       Дома Саша заперся в комнате и терзал гитару до тех пор, пока пальцы слушались его. Он понимал, что на утро они распухнут и будут нещадно болеть, но остановиться уже не мог, гитара околдовала его. Тёма заглядывал пару раз, приносил ужин, а потом и чай с бутербродами, но вопросов не задавал. Вот в чём прелесть иметь близнеца – вы понимаете друг друга без слов. Не так чтобы в голове звучали его мысли, это вообще выходит очень неочевидно и естественно, они просто ЗНАЮТ, что чувствует сейчас второй. Это как дышать, ты же не задумываешься перед тем, как сделать вдох или выдох.       Хорошо, что Тёма делал домашку за двоих, иначе Сашу отчислили бы ещё до первой сессии, он же целыми днями пропадал с Иванычем, тот взялся за него всерьёз, а Ветреная сказала, что это редкость, и берётся он только за тех, в ком видит потенциал. Она же рассказала историю жизни Иваныча. В молодости тот играл в ансамбле, как раньше они назывались – вокально-инструментальном, они даже гастролировали по стране. А потом у Иваныча случилась любовь с фанаткой, и он стал мотаться после гастролей сюда, к ней. Барышня успешно забеременела и он, как честный человек, женился. И с этого момента всё пошло под откос, пришлось забыть про гастроли, муж-гитарист это как-то несолидно, неожиданно ей понадобился муж-менеджер, который вечера и выходные проводит дома. Родился сын, денег не хватало, с музыкальным образованием не особо и устроишься, Иваныч работал в музыкалке, подрабатывал звукорежиссёром на каких-то нечастых в те времена мероприятиях, кризис, всё такое.       Потом он запил, жена ушла, с работы выгнали. Сейчас он подрабатывал то там, то здесь, помогал молодым музыкантам с записью в студии и тайком учил своего сына играть на гитаре, тайком, чтобы бывшая жена не прознала, они до сих пор не разговаривали. Его сын оказался длинноволосым угрюмым парнем с непривычным именем Игнат, играл он не хуже Иваныча, но на контакт не шёл от слова совсем. Ветреная сказала, что он тоже невероятно талантлив и собирается на следующий год поступать в музыкальное, правда, его мать пока не в курсе, что по классу гитары, она-то его отправляла учиться скрипочке. Кстати, на скрипке он тоже играет, не так хорошо, как на гитаре, но на отчётных концертах в музыкальной школе выглядит вполне достойно.       Саша не был талантлив от бога, как они, зато он был упорен в достижении целей. И рядом с ним всегда был Тёма, который строчил новые тексты и уже даже начал напевать их. Правда, на занятия вокалом младший отказался ходить категорически, даже уговорам Ветреной не поддался. Критику он не переносит ни под каким соусом, и вряд ли преподаватель смог бы восхищаться им целое занятие. Так что восхищаться приходилось Саше. А ещё доводить до ума его песни, которые сплошь состояли из обрывков фраз и какой-нибудь простенькой мелодии. Тёма теперь вообще не расставался со своим блокнотом и строчил даже на парах.       Оторваться от этого музыкального безумия братьям пришлось на время зимней сессии, даже Новый год и поездка домой промелькнули как-то незаметно, они проторчали все праздники дома, Саня разучивал очередную песню братца на гитаре, а тот развлекал родителей рассказами о счастливом студенчестве, правды в его словах было процентов на десять, не больше.       Каким-то чудесным образом оба умудрились сдать экзамены даже на стипендию, чем, конечно же, обрадовали родителей. Не сказать, что это большие деньги, но всё равно приятно, отец даже сказал что-то, про «сводите девочек в кафе», Тёма фыркнул презрительно в ответ, не особо-то с девочками сходишь в кафе. Тем более что Саша совершенно случайно узнал, рановато вернулся с занятий с Иванычем, что братишка уже общается с Клавишницей, имя которой он до сих пор не мог запомнить.       Дело было так, Иваныч слился с занятия пораньше по каким-то неотложным делам, Саня сразу заподозрил горящие трубы, но делать нечего, потопал домой. А дома женский смех и запах курева – из кухни вывалилась Клавишница, хихикнула, обняла его так по-свойски и позвала с ними смотреть «Шоссе в никуда» Линча. Тут и Тёма явился собственной персоной, видимо, закончил наводить порядок у себя в комнате, он предложил пиво и тоже пригласил на закрытый просмотр.       А старший взял и согласился. Ну, во-первых, уйти ему некуда, а сидеть тупить в соседней комнате, изображая интроверта, странно, а во-вторых, всё равно поиграть не получится, чего уж вечеру пропадать, тем более и кино хорошее. Клавишница вообще не парилась, она уселась между братьями и старательно кокетничала с обоими, то на ухо что-то начнёт рассказывать, то по коленке погладит…. Такой вот тройничок получается.       Ситуация немного нервировала Саню, но к середине фильма он увлёкся происходящим на экране и смог расслабиться, уже не обращая внимания на её поползновения. Когда пришло время прощаться, Тёма вызвался проводить её до остановки, Сашу она обняла и, встав на цыпочки, поцеловала в губы, а потом потопала с Тëмой под ручку.       Вернувшись, младший поднимать эту тему не стал, ну и Саня промолчал, в конце концов, в вечной любви они друг другу не клялись, да и они вряд ли друг другу будут объясняться в чём-то подобном. Тем осенним вечером они с Клавишницей классно зажгли, и да, Саня бы не отказался повторить, но если по-честному, то времени на девушек просто не оставалось, учёба и музыка забирали его без остатка. Так что забили и проехали. Возможно, у Тёмы обломилось с Ветреной, так Клавишница даже вариант получше, она точно без комплексов и без тормозов. Может, хоть у кого-то здесь будет секс...