Третий не лишний

Лекса перевалилась через порог квартиры, как только Кларк открыла ей дверь. Вудс практически не видела лица девушки за горой продуктов из ближайшего Walmart’а, зато отчетливо уловила, как за ее спиной на огромной скорости пронесся серый ком, громко стуча коготками по паркету. Гриффин удивленно ойкнула, когда из рук шатенки выпали пакеты, а сама она, не замечая этого, кошачьей походкой двинулась вглубь квартиры, на ходу схватив швабру, одиноко стоявшую в углу. — Кларк, — оповестила девушка, не оборачиваясь, — у нас по дому бегает очень жирная крыса. После этой фразы блондинка успела испугаться до чертиков, уже открыла рот, чтобы завизжать, как в любой дешевой комедии, но тут же расхохоталась. Лекса непонимающе уставилась на нее, часто моргая. — Это енот, — засмеялась Кларк, весело поглядывая на недоумевающую девушку, — и мне совершенно не жаль, что ты увидела его раньше, чем я успела сказать о нем. Зеленые глаза сощурились, взгляд быстро прыгал с Гриффин на проход, ведущий на кухню, откуда доносилось всяческое шуршание и возня. Обживаясь, зверек во всю хозяйничал на новой территории. Шатенка стиснула зубы отчего желваки проступили на ее скулах, швабра в руке угрожающе закачалась. — Нет, неа, даже не думай. — Кларк мужественно перегородила узкий коридорчик, закрывая обзор на животное, — Это Рикки. Я потратила на него всю свою месячную зарплату и километры нервов. Смирись, Лекса, теперь он будет жить с нами. Вудс ушам своим не поверила. — Кларк, это енот, ЕНОТ, — взвыла она, указывая куда-то за спину девушки, обильно жестикулируя, — ты мне чертову собаку завести не разрешила! А тут это. Этот. — Знаешь, вы даже чем-то похожи, — вдруг сказала Гриффин, — особенно когда ты злишься. Я абсолютно уверена, будь у тебя усы, они бы точно также забавно топорщились. Впервые за всю свою сознательную жизнь Лекса не нашлась, что ответить. Она так и застыла с поднятой в воинственном жесте шваброй, с отрытым ртом и застрявшими на языке словами, которые не успели вырваться лишь потому, что Кларк нагло перебила ее пламенную речь. Вудс беспомощно заморгала, вызывая у блондинки очередной взрыв хохота.

***

Зверек, к досаде Лексы, все же остался жить с ними, став полноценным членом семьи. Кларк светилась от счастья, когда играя носилась за енотом по скользкому паркету, сметая все на своем пути, оставляя после хаос и разрушенные нервные клетки Вудс. Дома Кларк забывала про “я”, постоянно употребляя “мы”. Мы с Рикки, разумеется, отчего Лекса страдальчески закатывала глаза чуть ли не до черепно-мозговой травмы. — Мы с Рикки решили разобрать прошлогодние коробки на балконе, — вырвался из динамика счастливый голос Гриффин. — Мы с Рикки идем на кухню, прихватить тебе чего? Мы с Рикки, мы с Рикки, мы с Рикки. Рикки. У Лексы зубы сводило при одном упоминании этого имени, уже не говоря о ее реакции на появление самого зверька. Если Кларк была готова визжать от восторга и любить животное до конца дней своих, то с Вудс енот вел настоящую партизанскую войну и шатенка с энтузиазмом принимала в ней участие, отвечая на всяческие проделки и козни.

***

Лекса настолько привыкла, что Кларк просыпалась в ее объятиях, что от неожиданности свалилась с кровати однажды утром, обнаружив, что уткнулась лицом в жесткую шерстку. Оказалось, ночью енот нагло влез на постель и вклинился между девушками, уткнувшись мордочкой в шею Гриффин и повернувшись своей не самой лучшей частью к шатенке. Лекса вырвала из цепких лапок большое и сладкое яблоко, которое Рикки получил от заботливой Кларк. Вудс уселась напротив зверька, демонстративно откусывая большой кусок, победно ухмыляясь. В темных глазках промелькнула обида. Утром, высыпав из коробки сухой завтрак, Лекса нашла в тарелке с молоком несколько маленьких камешков, об один из них она чуть не сломала зуб. Блондинка хохотала во все горло, слушая ругань Вудс, которая тогда выдала много чего нелитературного содержания, время от времени сама поражаясь бескрайним возможностям своего красноречия. Енот сидел за спиной хозяйки и довольно потирал лапки.

***

Как-то раз, проснувшись в пять утра, Кларк долго ворочалась и никак не могла уснуть снова. Тогда взгляд зацепился за сопящих в унисон Лексу и Рикки. Безумная идея завладела сонным сознанием, а рука сама потянулась к кисточкам. Когда все было закончено, Гриффин с чувством выполненного долга аккуратно легла обратно и принялась ждать. С первыми лучами солнца, пробившимися сквозь их окно, енот начал вертеться в поисках более выгодного положения от слепящего света и разбудил Лексу. Та сонно заворчала и, скинув с себя зверька, поплелась в ванную. Кларк откровенно веселилась, слушая возмущенные вопли. Через секунду перед глазами стояла злая Вудс, угрожающе нависая над блондинкой. Черные пятна, которые Гриффин старательно малевала на рассвете, растеклись от попавших на них капель, образовывая дорожки черной краски, стекающие на лицо. Теперь это больше походило на боевой раскрас и Лекса даже напоминала какого-то супергероя или беспощадного воина, пусть и стояла перед ней в старых домашних штанах и огромной футболке. Вот только усы не придавали ей никакой брутальности, как и предполагала Кларк ранее, они лишь забавно дергались при каждом слове в гневной тираде Лексы. Она еще никогда так не смеялась. Только с тех пор Рикки начал понемногу признавать в шатенке “своего”.

***

Кларк улетела на неделю в гости к матери в соседний штат. Перед тем, как отдать билеты, она заставила Лексу поклясться на мизинчиках, что та будет заботится об их еноте. Вудс была настолько подавлена предстоящей разлукой, что согласилась без колебаний. Подъезжая к дому, она готовилась к грандиозному противостоянию, великой битве между человеком и животным длиной в неделю, ведь единственная, кто их сдерживал, сейчас была в тысяче километров отсюда. Вудс покормила зверька и оставшийся вечер старалась с ним не пересекаться. Смотря очередной сериал на Netflix, она смиренно ждала его маленьких проделок, последствия которых ей предстояло разгребать оставшиеся дни в мучительном одиночестве. В этот день ничего не произошло. И на следующий тоже. Рикки зарыл топор войны. Все дни тянулись одинаково медленно, по одной и той же схеме. Самым радостным событием стабильно был звонок Кларк в скайпе, Лекса счастливо улыбалась и расспрашивала как обстоят дела в семействе Гриффин, даже успела поболтать с Эбби. Мама Кларк была чрезвычайно приятной и милой женщиной. Рикки каждый раз был рядом, возбужденно прыгая от радости, заслышав знакомый голос. До приезда Кларк оставалось три дня. Рикки все также исправно приходил по ночам в кровать. В первое время Лекса безжалостно спихивала енота, единолично занимая все пространство. Потом оказалось, что одной в постели совсем неуютно и холодно. Сегодня она сама посадила зверька на край кровати. Рикки недоверчиво покосился, но не ушел. Утром, когда зверек забежал в кухню, Лекса, отрезав ему половинку собственного яблока, протянула в руке угощение. Рикки тут же забрал фрукт с открытой ладони. Вудс улыбнулась, наконец-то прогресс в их отношениях, Кларк будет счастлива. Рикки настойчиво перегородил путь шатенки к хлопьям. Лекса пристально посмотрела на енота, тот виновато прятал за спиной большую желтую коробку. Она все поняла и засмеявшись, впервые ласково потрепала его по жесткой шерстке. Рикки даже не попытался ее укусить. Кларк прилетела на пять часов раньше заявленного. С грохотом распахнув дверь, она гигантскими прыжками кинулась в гостиную, где перед телевизором развалились Лекса с енотом, жуя чипсы из общей миски. Вудс смеялась, когда Кларк повисла у нее на шее, обнимала, показывая как она рада ее видеть, наконец поцеловала. Рикки, обезумев, носился вокруг, перевернув тарелку. Лекса сгребла обоих в свои объятия. Она еще никогда не была так счастлива.