Solstraalene

- Где ты хочешь? - Хосок, не прекращая отчаянных мокрых поцелуев, заталкивает Тэхена в свою студию. Младший виснет на шее, хнычет, не в силах терпеть напряжение: ему всё равно где, хоть на полу коморки со швабрами, только бы с хёном, только бы хён - в нём. - На столе, давай на столе? Тэхена сажают на не особо прочную конструкцию, но они уже не раз пользовались услугами этой лакированной поверхности, правда тогда Тэхен лишь опирался о стол локтями и грудью. Сейчас же Хосок намерен взять его лицом к лицу, но мысли Тэхена слишком далеки от тех, в которых он, возможно, падает на пол из-за подломившихся ножек. Хосок сегодня особенно дикий, такое с ним нечасто, и потому Тэхен собирается взять от этого хёна всё: он жарко и влажно стонет, пока старший терзает острые соски, прикусывая и втягивая в рот, отпуская со звучным чмоком; разводит бёдра шире, притираясь пахом о возбужденный член Хосока; цепляется одной рукой за волосы на затылке, а другой - за крышку стола. Ладони потеют и скользят, Тэхен бьётся пару раз головой о стену позади себя, глотает раскалённый воздух открытым ртом, не успевает облизать пересохшие губы, потому что язык Хосока проходится по розовой мякоти рта. Он уже без одежды, как и Хосок, старший гладит упругую головку, заставляя Тэхена скулить и ёрзать влажными ягодицами по скрипящему столу. Бисеринки пота блестят на торсе старшего и Тэхену очень хочется слизать каждую, но у Хосока иные планы, поэтому он дёргает младшего на себя, укладывая спиной на стол, кружит языком между сочных половинок, вырывая из Тэхена хриплые стоны. Он мягко толкается внутрь, чуть шипит от узости, придерживая стройные бёдра, даёт Тэхену возможность контролировать ритм, пока тот упирается ладонями в пресс, а потом, когда читает в глазах отчётливое "мало", начинает вбиваться вглубь, используя гибкое сильное тело на максимум. Комната звукоизолированна, а потому Тэхен кричит. Он кричит, отзываясь на каждое движение, заглушая скрип стола, грозящегося обвалиться под напором чистой, кристаллизованной страсти, но продолжает поддерживать Тэхена из последних сил; Хосок прижимается грудью к груди Тэхена, выписывает восьмёрки тазом и младший, вцепившись в его предплечья, кончает, зажмуриваясь от удовольствия до слёз. Хосок догоняет через несколько секунд, выйдя из горячего мягкого тела за мгновение до финиша, и с протяжным стоном пачкает живот Тэхена. Хосок выгоняет Тэхена из студии, придав ускорение смачным шлепком, и смеющийся довольный младший выпархивает из студии, оставляя Хосока "заметать следы". Стол, если бы был живым, сейчас выдохнул с облегчением. И закурил.