Get ready for it

В жизни Эггси Анвина было не так много моментов, когда ему хотелось умереть. Шансов было много. Желания - нет. Но все когда-нибудь случается впервые. Для Эггси это впервые сопровождалось пулей, вылетевшей из пистолета Валентайна, и собственного крика, заложившего уши. Казалось, весь его мир, появившийся так внезапно, но ставший таким невыносимо важным, рухнул. Рухнул, вместе с Гарри Хартом у порога провинциальной церквушки. Сквозь гул в ушах, панику, и желание забиться под стол в кабинете наставника и рыдать, оплакивая свою потерю, Эггси находит силы спуститься вниз и добраться до виски. Не проявление слабости, а необходимость. После первого бокала чистого виски гул в ушах затихает. После второго - понемногу затихает паника. После третьего боль не уходит ни на йоту, но перестают дрожать руки. После четвертого приходит осознание двух простых вещей: во-первых, Гарри больше нет, и это нужно принять; во-вторых, Эггси не успокоится, пока все к этому причастные не отправятся в мир иной. Смутные подозрения, основанные больше на интуиции, формируются в твердое убеждение, перерастающее в план действий.

***

У Гэри даже не ёкает ничего внутри, когда он слышит предсмертные хрипы Артура. Заслужил. Потому что своих предавать нельзя. Следующий в списке - Мерлин. Пожалуй, если и есть что-то, что Гарри все-таки смог вбить в голову Анвина, так это то, что Мерлину можно доверять при любых обстоятельствах. Бредовый план, от которого у Рокси расширяются в панике зрачки, обречен на успех. Потому что Эггси нужно остановить Валентайна любой ценой. После того, как этот псих убил Гарри, весь мир Эггси сузился до одной простой задачи: уничтожить эту бешеную тварь. Выживет ли при этом сам Гэри? Не принципиально. Его рассудок холоден, мозг работает как часы. Бравада и ухмылки усыпляют бдительность Мерлина, и он не замечает очевидного: Гэри Анвин идет не только остановить Валентайна и отомстить за Галахада. Гэри Анвин идет умирать. На самом деле, все прошло почти идеально. Из них троих вышла отличная команда. Эггси радостно вопил что-то в микрофон Рокси, о том, что верил, и никогда не сомневался, а внутри него клокотала ярость: планы Валентайна сорваны, планета в безопасности, и Эггси переполняет злое удовольствие, когда этот ублюдок лежит у его ног в луже собственной крови. Совсем как... нет. Не думать. Не сейчас. Проблема лишь в одном - Эггси выжил. Он расценивает это как насмешку судьбы, но дает себе еще немного времени. Принцесса с ее предложением (так и знал, что все они - шлюхи) оказывается очень кстати. Когда в тот день Эггси возвращается домой, домой к Гарри, разумеется, маска слетает с его лица с щелчком дверного замка. После двух третей бутылки виски слёзы перестают бездумно течь по щекам, и у Гэри начинается истерика. Он все-таки забирается под стол в кабинете Гарри, не готовый еще войти в его спальню, и сидит там, позволяя хриплым крикам заполнять помещение. Разумом он понимает, что Гарри отмщен, но это не меняет главного: Гарри не вернуть. Впервые в жизни после смерти отца Гэри позволяет себе выплакать боль. Он рыдает и кричит, не заботясь о том, что его могут услышать. Ему плевать, что джентльмены так себя не ведут. Он не хочет быть джентльменом без Гарри. Без Гарри он не хочет быть ни кем.

***

Утро находит Гэри Анвина свернувшимся калачиком в кровати Гарри Харта. Ныне покойного Гарри Харта. Когда эта мысль пробирается сквозь замутненное похмельем и переживанием сознание, Эггси жалеет только о двух вещах: не успел сказать самого важного самому важному, и не сдох вчера. Он бледной тенью бродит по дому, кончиками пальцев касаясь то картин на стенах, то краешка чайного столика. Весь этот дом настолько пропитан духом Галахада, что Эггси мерещится, что он вот-вот выйдет из-за угла, и посмотрит на Гэри с явным неодобрением: джентльмену не пристало выглядеть так, будто он ночевал лицом в пчелином улье, да еще и слёзные железы свои контролировать не может. Стыдно, Гэри. Но Гарри не выходит из-за угла, и Эггси возвращается в кровать, всё еще хранящую запах хозяина. Мерлин появляется неожиданно, и Гэри даже не удивлен, что у него есть свой ключ. Мерлин смотрит с грустью, помноженной на жалость, и тяжело вздыхает. Количество пустых бутылок вокруг Эггси за минувшие дни выросло в геометрической прогрессии. - Скажите, Мерлин, - у Эггси даже нет сил оторвать лицо от подушки, и от этого и без того хриплый сорванный голос звучит совсем тихо, - у вас в Кингсмене нет такого задания, чтоб была возможность не вернуться с него? Мерлин вздрагивает, но мальчишка явно ждет ответа, глядя на него одним открытым глазом. - Чтоб я сдох нахуй? - Боюсь, мистер Анвин, такого нет. Но есть не менее тяжелое, отчасти опасное и с абсолютно неизвестным финалом. Гэри хмыкает и шелестит что-то вроде "Не заинтересован". Мерлин не уходит, и если бы Эггси был чуть трезвее, он заметил бы внутреннюю борьбу, отражавшуюся в его светлых глазах. - Вставайте Эггси. У меня остались последние распоряжения Галахада для вас. Мальчишку словно прошибает током, и это видно со стороны. - Вы шутите? - Гэри смотрит на координатора со смесью ужаса и боли. - Нет. Но я не произнесу больше ни слова, пока вы не сходите в душ и не выпьете чашку кофе. Эггси требуется еще секунд тридцать, чтобы осознать: Гарри думал о нем в последние часы и оставил что-то для него. Выучка морпеха, которую, как известно, не пропьешь, позволяет Гэри справиться со всеми требованиями Мерлина за рекордные 20 минут. Но даже после того, как Эггси, чистый и пахнущий свежестью, а не дешевым притоном, допивает кофе, Мерлин продолжает молчать. Гэри начинает трясти, но он усилием воли берет себя в руки, и его голос почти не дрожит, когда он обращается к Мерлину: - Итак. Что Гарри просил вас мне передать? - Прежде, чем я скажу вам что-либо, я хочу, чтобы вы осознали, что конец у данного... поручения действительно непредсказуем, и вы дадите мне слово, что, несмотря ни на что, будете вести себя достойно. - Я все осознаю, и даю вам слово. - Голос не дрожит совсем. Мерлин еще секунду смотрит ему в глаза, словно ища в них ложь или неуверенность, но не находит даже намека. - Поедемте. И они едут. Эггси перестает ориентироваться в пространстве после того, как они выезжают за пределы Лондона. Всю дорогу в голове Гэри испуганными птицами кружат мысли, грозящие новым витком истерики, так что все силы уходят на самоконтроль. Поездка заканчивается внезапно для Анвина, и его взгляд упирается в неприметное серое здание. - Наша секретная база. - Коротко кидает Мерлин, ничего тем самым не прояснив. Они идут безликими коридорами с одинаковыми дверями, и Эггси не может даже вообразить, каким образом Мерлин здесь ориентируется, когда они останавливаются у одной из дверей. - Прежде, чем мы войдем, я хочу напомнить, что вся информация, которая откроется вам за этими дверями, абсолютно конфиденциальна. - Я все помню, поверьте. - Мерлин внутренне ёжится от бесцветного голоса мальчишки и распахивает дверь. Первое, что замечает Эггси, - ослепительная белизна. Глазам становится больно от такого количества света, и он невольно жмурится. Мерлин легонько толкает его в спину и закрывает дверь. - Откройте глаза, Гэри. И Гэри открывает, чтобы закрыть, потереть ладонями, и снова открыть. От осознания того, что он стоит в больничной палате, ему становится дурно, но это ничто по сравнению с тем, кто находится в ее центре. Мерлин успевает поймать его, когда у Гэри натурально подкашиваются колени от взгляда на окутанного проводами Галахада. Истерика накрывает волной, и Гэри только успевает зажать рот обеими руками, чтобы его крик не был слышен. Мерлин терпеливо усаживает мальчишку на кушетку, и протягивает стакан воды, от которого на лигу разит успокоительным. Эггси выпивает одним махом. Потихоньку его начинает отпускать, и он, не отводя глаз от лежащего с закрытыми глазами Гарри, спрашивает: - Это пьяная галлюцинация? Или я сплю? - Вы не спите, и это не плод вашего подсознания. Всё гораздо хуже. Гэри понимающе кивает, и осторожно подходит к кровати. Гарри бледен, его голова забинтована, и он определенно жив. Истерика клокочет где-то под желудком, и Эггси осторожно сжимает в своей ладони пальцы Харта. Они теплые, и это вселяет надежду. - Эггси, послушай меня. - Голос Мерлина доносится как сквозь вату, но Гэри всеми силами старается его услышать. - Мы не знаем, очнется он или нет. С такими ранениями не выживают. Но он смог. И теперь нам остается только ждать. - Я буду ждать. Столько, сколько ему понадобится, чтобы вернуться. - Голос Гэри тих и твёрд, и это успокаивает Мерлина. И Эггси ждет. Прямо здесь, в палате. Мерлин явно знает больше, чем показывает, по крайней мере, так думает Анвин, когда в тот же вечер в палате появляется сумка с его вещами. Эггси спит на кушетке, несмотря на все требования врачей покинуть палату, и день за днем ждет, когда Гарри очнется. Он знает, что это не кома, и что опасности для мозга Гарри нет хотя бы с этой стороны. Хотя, о чем речь, если в его голове побывала пуля. День за днем Эггси делает то, что умеет лучше всего - говорит. Он рассказывает Гарри всю свою жизнь настолько подробно, насколько возможно. Вспоминает и рассказывает все истории, что случались с ним, или его друзьями, или о которых он просто слышал. Когда Мерлин застает его за этим, то просто понимающе улыбается, а потом приносит книги, и Гэри начинает читать вслух. Часами на пролет он сидит у кровати Гарри и читает ему. Мерлин наблюдает со стороны, и понимает: чем больше проходит времени, тем меньше у Галахада шансов. Только он совсем не знает, как сказать об этом мальчишке. Эггси сидит на стуле, и смотрит в лицо Гарри. Такое родное, что становится больно. - Знаешь, а я ведь так и не сказал тебе кое-что. Но я подожду. Подожду, когда ты очнешься, и скажу это тебе в глаза. Ведь наверняка джентльмены поступают именно так. Гэри просыпается от адской боли в спине: он так и уснул на стуле, держа Гарри за руку, и теперь все тело нещадно болело. С тихим стоном он прогибается, и хруст позвонков слышится громом в тишине палаты. За всеми ощущениями Эггси даже не замечает, что его ладонь не просто касается пальцев Гарри. Ее сжимают в ответ. Эггси замирает, и медленно переводит взгляд на лицо Гарри. Карие глаза темными угольками выделяются на бледном лице, и Эггси кажется, что он еще спит. - Гарри? Глаза закрываются, и открываются снова. Он вернулся. Эггси не может сдержать порыв, и прижимается лбом ко лбу Гарри, заглядывая в глаза. Шепот Эггси почти не слышен на фоне работающих приборов, но его отлично слышит Гарри, а остальное не важно. - Я знал. Знал, что ты вернешься. Что не оставишь меня. Гарри еще раз медленно моргает, подтверждая слова Эггси. Анвин тихо смеется, впервые с того самого дня, и делает то, что так давно хотел. Его губы легонько касаются губ Гарри, и скатившаяся с носа слезинка делает это прикосновение горько-соленым. - Не оставляй меня больше. Пожалуйста. Я без тебя не смогу. Едва заметное покачивание головой: "Никогда". У Гэри Анвина было не так много поводов хотеть умереть. Но теперь у него точно был повод жить.