Pointing North

Саймон всегда знал, что все рождаются с компасом чуть ниже запястья. Некоторые из них украшены витиеватыми узорами, некоторые выглядели просто, какие-то выглядели древними, никто не знал, почему, они просто принимали это. Найти свою вторую половинку было целью всей жизни. Многие люди, включая Саймона, считали, что это чушь. Существует много вещей, которые нужно сделать, исследовать, множество миров, которые нужно открыть. И почему они должны быть сконцентрированы на одном человеке? Что, если их родственная душа — придурок, который ни о чём не волнуется? Что, если их родственная душа уже мертва? Что, если её невозможно найти? Саймон думал, что это чушь, потому что он был влюблён в свою лучшую подругу, Клэри Фрэй, которую знает с детства. Проблема в том, что его компас никогда не указывал на неё, независимо от того, как сильно Саймон хотел этого. Он указывал только на старое здание, которое предположительно было отелем. Отель Дюморт. Саймон был здесь несколько раз, ходил вокруг здания, но никогда не заходил внутрь. Почему его родственная душа живёт здесь? Почему чья-то родственная душа живёт здесь? Никто не может жить здесь, никто не видел ни одного человека, заходящего сюда так почему его компас указывают сюда? Возможно, его компас был сломан. Он точно был сломан, решил Саймон и постарался принять это. И провалился в этом.

***

Этот напиток. Этот идиотский напиток, из-за которого он впервые оказался в этом месте. Но нет, его глупое эго доказывало то, что только он виноват в том, что оказался здесь. Глупый, подумал он, потому что не мог сказать это вслух. Потому что он был крысой. И он был в отеле Дюморт. Здесь были люди, нет, вампиры. Очень много вампиров. Он задумался, кто из них был его родственной душой. Его родственная душа была мертва. Не совсем мертва, напомнил он себе, но и мертва в то же время. Какая-то его часть хотела сбежать из отеля, но другая его часть хотела превратиться обратно в человека и найти свою вторую половинку. Найти её или его и сказать, как всё это несправедливо. У него не может быть мёртвая родственная душа. Как у него может быть мёртвая родственная душа?

***

Саймон не понимал, что с ним происходит. Он хотел пить кровь, он голодал. Он сидел в своей комнате, положив голову на руки. Он не мог принять еду, которую ему оставила мама. Ему просто хотелось крови. И он знал, где её достать.

***

Саймон бродил вокруг отеля около пяти минут, прежде чем перед ним неожиданно появилась чья-то фигура. Ему понадобилась секунда, чтобы понять, что компас на его руке указывает на человека перед ним. — Тише, — сказал парень. Под лунным светом Саймон мог разобрать черты лица этого парня. У него были тёмные волосы, почти чёрные глаза, смотрящие на Саймона с таким интересом, что ему было трудно смотреть в ответ. Его тёмный локон упал на лоб, из-за чего Саймон жадно проглотил слюну. — Я… — начал Саймон, прежде чем его взгляд упал на свою руку. Его компас указывал на парня напротив. Саймон вздохнул и резко обнял парня. Он закружил его, чувствуя себя глупо, но это не имело значения, не сейчас. Не тогда, когда он наконец-то нашёл его. Его родственная душа оказалась вампиром. Который, возможно, превратил в вампира и Саймона. — Что, — зарычал парень, показывая своё непонимание. — Ты делаешь? — Ты моя родственная душа, — сказал Саймон, прежде чем всё потемнело.

***

Кровь. Голод. Такой жуткий голод. Этой крови было мало. Её всегда мало. Почему её всегда так мало?

***

Когда Саймон пришёл в себя, он открыл глаза, чтобы увидеть, что все смотрят на него. Клэри, Джейс, Лайтвуды, Магнус Бейн и… И этот парень. Его родственная душа. — Рафаэль, — пробормотал Саймон, внезапно вспомнив его имя. Рафаэль быстро подошёл к нему и помог встать на ноги. — Ты помнишь моё имя, — сказал тихо Рафаэль. — Ты моя родственная душа, конечно я помню твоё чертово имя, — ответил Саймон и замолк. — Непреднамеренный каламбур.* — Я уверен в этом, — губы Рафаэля скривились в знак отвращения или увлечения, Саймон не мог точно сказать.

***

Он помнит, как впервые набрался мужества, чтобы поцеловать Рафаэля. Это было после того, как он решил жить в отеле Дюморт. Он вспомнил, как взял Рафаэля за воротник рубашки и подвинулся ближе. Он помнит, как пальцем нажимал на морщины между его бровей, чтобы Рафаэль перестал хмуриться хотя бы на этот раз. Он помнит нажатие своих губ на мягкие губы Рафаэля. Он помнит, как вздохнул Рафаэль, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха, в котором он не нуждается. Возможно, он вдыхал не воздух, а запах Саймона, потому что сам Саймон определённо делал это. Его руки лежали на щеках Рафаэля, а пальцы поглаживали его скулы, стараясь на ощупь запомнить его лицо с закрытыми глазами. Они целовались так долго, будто прошло несколько часов. Возможно, они действительно целовались несколько часов, но Саймона это не волновало, всё, что его волновало — его родственная душа. Он понял, что не против того, что Рафаэль мёртв, не совсем мёртв или каким бы Рафаэль ни был. Всё, о чём он волновался — это Рафаэль, который был рядом и его компас, который точно не был сломан. Эта часть его не была сломана, она была жива и целовала его, стоя напротив. Когда они оторвались друг от друга, Рафаэль прошептал: — Если скажешь хоть слово об этом Бейну, то я тебя прикончу. Саймон только улыбнулся и снова поцеловал его.