Пламя Феникса

Лили, понимая, что я очень устала, не стала читать мне лекции о хорошем поведении, а просто отправила меня в душ. Я с превеликим удовольствием стянула с себя мокрую слипшуюся одежду и залезла в душевую кабинку, встав под горячие струи воды, не щадяще бьющие сильным потоком. Когда я уже почувствовала себя чистой, то, наконец, покинула ванную комнату и уже была готова рухнуть на свою любимую кровать. Выйдя из ванной, на прикроватной тумбочке я заметила стакан молока и упаковку моих любимых печений. Так же там стояла открытка, написанная Лили. «Не думай, что я забыла. Мы все же поговорим о сегодняшнем инциденте, а пока отдыхай». - Ладно, могло ведь быть и хуже… - вздохнув, произнесла я вслух. - Ну не знаю: домашний арест на месяц мне кажется серьезным наказанием – раздался знакомый мне голос позади меня. Это была Ренесми. - Не пугай меня так – облегченно выдохнув, сказала я. – Стоп, что ты здесь делаешь? – решила спросить ее я. - Нужно поговорить – ответила она. Несмотря на то, что меня ужасно клонило в сон от усталости, я была готова слушать. – Тебя, наверное, удивило то, что сначала я спросила, подвезти ли тебя до школы, а потом, что я и мои родители не придем… - я кивнула в ответ, хоть и я не задавалась этим вопросом, что тоже странно. Последние дни для меня стали чересчур сумасшедшими настолько, что уже перестаю замечать, что происходит вокруг меня. – К нам приехали друзья Денали и… они хотят… познакомиться с тобой – с трудом, будто стыдясь своих слов, сказала она. Неужели я деградировала настолько, что не в состоянии, понять очевидных вещей? Почему Ренесми трудно об этом говорить? - Эмм… Ренесми, я никогда не жаловалась на свои умственные способности, но… я так устала, что не в состоянии думать самостоятельно – протерев глаза рукой, сказала я ей, зевая. - Ладно, мы можем поговорить об этом завтра - мягко и ласково сказала она, подавая мне стакан теплого молока. А дальше я ничего не помню… Наверное, я сразу же уснула… Меня разбудили звуки, доносившиеся с первого этажа. Еле разлепив глаза, я рефлекторно перевела свой взгляд на прикроватную тумбочку, на которой стояли часы и показывали они два часа дня. Ух ты! Вот это я выспалась – пронеслось у меня в голове. - Ну ты и спишь, просыпайся давай – раздался женский голос около меня. - Ты просидела все это время здесь? – спросила ее я, но оглядев ее, поняла, что она была уже в другой одежде. – А нет, на тебе другая одежда… Что ты здесь делаешь? - Ждала, когда ты проснешься. Лили заходила несколько раз за ночь, чтобы убедиться, что ты дома. За тобой нужен глаз да глаз, ведь не уследишь. - Мне не нужна нянька, просто захотелось вчера пробежаться, потеряла счет времени, вот и все – пробормотала я. - Ладно, я даже спорить с тобой не буду, поэтому сразу к делу. Ты помнишь, что я вчера тебе говорила? - Эмм… Что-то про Денаки? Или Тинали? – попыталась угадать я. - Денали, клан вампиров, которые ведут такой же образ жизни, как и мы, они приехали в город и, услышав о тебе,… они захотели с тобой познакомиться… - сказала Ренесми, с досадой закусив нижнюю губу. - Познакомиться? – переспросила я. – Зачем?... Оу – догадавшись, о каком знакомстве она говорить, наконец, сказала я. – Их интересует мой деф… моя инакость? Зачем вы им рассказали? – тут же присев на кровати, резко спросила я. - Наших слов Вольтури будет недостаточно, нужны еще несколько незаинтересованных… Я знаю, как дико это должно быть звучит для тебя, но, Эмили, ты должна понимать: чтобы убедить Вольтури нужно использовать все возможные ресурсы. Денали наши друзья, они не навредят тебе – начала убеждать меня Ренесми. Мне показалось или она репетировала? - Хорошо – вырвалось у меня. – Я тебе верю – тихо сказала я, на что Ренесми одобрительно улыбнулась. – Я пойду… в ванную, ладно? – сказала я, будто мне нужно было разрешение и, достав из шкафа первый попавшийся комплект одежды, закрылась в ванной комнате. Вольтури… Не знаю: нормальная ли реакция с моей стороны страх или же я зря беспокоюсь. Что, если я не справлюсь? Что, если я сделаю что-то не так? Я умылась, почистила зубы, переоделась в свои домашние спортивные штаны с кофтой с длинными рукавами и вышла из ванной. Войдя в комнату, я сразу обратила внимание на стоящую у стены Ренесми, изучающую статьи и вырезки, которые в свое время были мной помещены сюда. На полу под ней валялась черная ткань, которой я стала прикрывать это, чтобы не пугать Лили. Я тут же подбежала и, подняв черную ткань, поспешила закрыть стену, но Ренесми не дала. - Что это? – спросила она. - А на что похоже? – задала я ей встречный вопрос, когда уже поняла, что мне не отвертеться. - У меня нет здравых мыслей на этот счет – ответила она, пристально вглядываясь в вырезки из газет и распечатанные статьи из Интернета, которые я копила месяцами и знаю наизусть. - И не должно быть. Ведь это действительно ненормально – ответила я. Мне было стыдно перед ней, перед собой. Это стена – не только сводки об убийствах в нашем штате, это стена моего позора. Я не нашла брата, до сих пор не знаю, что с ним могло произойти и это мой позор и напоминание о том, насколько я на самом деле беспомощна, раз ничего не могу сделать, и глупа, раз не могу разгадать тайну исчезновения Люка. - Это часть поисков твоего брата? – спросила, наконец, она, прервав эту гнетущую тишину. - Да,… я пытаюсь понять, что с ним произошло. Эти странные смерти столь же странные, как и его исчезновение. Я не сумасшедшая, я просто хочу знать – не знаю, зачем я сказала ей последнее. Может быть, потому что мне надоело, что все считают меня ненормальной и мне хочется, как и любому человеку, чтобы его поняли? Не знаю. Ее рука поддерживающе легла мне на плечо, и я почувствовала, что мне становится лучше. Почему в ее присутствии я чуть ли не теряю голову? - Я не знаю, какого это, потерять кого-то из членов семьи, и уж точно, каково потерять чуть ли не всех, но я уверена, что не выдержала бы подобного – сказала она, после чего повернулась ко мне. – Ты сильная… Эмили, но груз слишком тяжелый и это тянет тебя на дно. - А может быть, я хочу быть на дне? Или не хочу. Я не знаю. Я просто хочу знать, что случилось с моим братом. - Я понимаю - Нет. Прости, Ренесме, но ты не можешь понять – возразила я, забирая у нее ткань и накрывая стену. - Я… Лили наверное хочет со мной поговорить и обсудить вчерашнее. Так что, может, увидимся завтра? Сейчас мне нужно было побыть одной, как никогда. Ренесме согласно кивнула и покинула мою комнату, будто растворившись в воздухе. Наверное, это было слишком грубо с моей стороны. Только сейчас я ощутила ужасную ноющую боль в ногах. «Ну да, Эмили, а что ты думала? Пробежишь марафон, и на следующий день будешь порхать как бабочка?». Спустившись вниз, я, стиснув зубы при каждом шаге, причиняющем мне боль, направилась на кухню, где сейчас сидела Лили. - Ноги болят? – спросила Лили и так очевидное. - Нет, ни капельки – отмахнулась я. Лили вздохнула и заставила меня сесть на стул и сказала, что завтрак приготовит мне сама. Я, молча, приняла помощь и вслушивалась в звуки перемещающейся по кругу стрелки на часах. Когда молчание стало для меня невыносимым, я подала голос. - Лили, хочешь ругать – ругай. Только не молчи – попросила я. В это время Лили управлялась с тостером. - Я не собираюсь тебя ругать – сухо ответила она и, следом последовало очередное молчание. - Ладно, я поняла: моя безответственность привела к тому, что ты сильно волновалась и… Стоп, почему ты позвонила Калленым? - Ренесме твой единственный друг в этом городе. Не трудно догадаться, что она Каллен, учитывая, что она новенькая в вашей школе, да и другие… моменты. А журналисту достать номер главврача местной больницы не составит труда – ответила она, подавая мне тосты с кофе. - И это я еще и ненормальная? – со скептицизмом спросила я. - Я не считаю тебя ненормальной – серьезным тоном ответила она мне, в то время как я хотела разрядить обстановку. - Да ну? – с издевкой спросила я. - Эмили, как же ты не понимаешь? Я ведь волнуюсь! Ты ушла на пробежку черт знает куда, тебя не было несколько часов, на улице был страшный ливень, телефон оставила дома… Я… - Перестань, я ведь в порядке! Что со мной может произойти?! – лучшая защита это нападение. Немного выдохнув, я продолжила уже более спокойно. – Лили, я могу о себе позаботиться. Я не слабая, больше не слабая. Лили после моих слов помрачнела. - Я помню, когда ты говорила мне это и я верила тебе. Но все заканчивалось тем, что ты не ночевала дома по нескольку дней, а когда приходила, то появлялась с ссадинами на шее, на руках, даже с переломами. Каждый день, сидя дома, я боялась включать телевизор, залезать в интернет, вздрагивала от каждого звонка, боясь плохих новостей, а когда приходила на работу снова боялась, ведь в любой момент мне могли дать сводку с новостями о тебе. - Не надо, Лили… - Нет, надо. Я прошу тебя, Эмили, начать жить спокойной размеренной жизнью обычного подростка. - Но я не могу! Я не могу жить простой размеренной жизнью обычного подростка, потому что я не обычный подросток! Ведь ты знаешь! Мы обе это знаем! Я никогда не буду нормальной! - Не говори так! Просто следуй правилам, мы справимся… Эмили… - с глазами, наполненными слезами, сказала она, пытаясь меня приобнять. - Нет – мотая головой, ответила я. – Я никогда от этого не избавлюсь… Никогда… Это будет со мной всегда. Ты ведь понимаешь – безнадежно ответила ей я. Подобные мысли я никогда не впускала в свою голову, не позволяла себе никогда думать об этом, потому что это больно. Сейчас, сказав это, я будто вытащила нож из груди, который вонзила себе сама же. После моих слов между нами воцарилось молчание. Она знала, что я права. Ей больно, полжизни она потратила на воспитание выродка, коим я являюсь. Это тяжело. Взяв себя в руки, я пробежалась рукой по щекам, смахнув слезы. - Я обещаю, что больше не будет никаких внеплановых вылазок, я всегда буду брать с собой телефон и даже, если буду задерживаться, буду звонить тебе и предупреждать об этом. Еще мы никогда больше не будем обсуждать мою «проблему». Лили, давай начнем с этого. - Хорошо… - согласилась со мной она. – Ты поела? – я кивнула в ответ, и Лили забрала посуду, чтобы закинуть ее посудомоечную машину. Я встала со стола. - Лили, я пойду, прогуляюсь, ладно? – спросила разрешения я, хоть оно и не требовалось. – Я возьму с собой сотовый – тут же добавила я. - Эмили, у тебя проблемы с памятью. Ты под домашним арестом – ответила тетя. - Что, на столько все плохо? - Подтянешь учебу, а после уроков разрешу тебе посмотреть Королей танцпола – отдали мне приказ. Оставалась лишь встать по стойке смирно и с вздернутым вверх подбородком сказать вполголоса «есть, сэр!». - Это жестоко – оставляя надежды на снисходительность моей тети, промямлила я. - Я стараюсь. Сарказм, прекрасно! Наконец, взяться за голову и подтянуть учебу, было не такой уж и плохой идеей. Лучший способ очистить голову это заняться делом, погрузиться, так сказать в дело с головой. Этим я и занялась. Под оглушительный рев музыки группы Rammstein я буквально вдалбливала в себя формулы по тригонометрии, абсолютно не понимая смысл того, что я пытаюсь запомнить. Сомневаюсь, что лет так через десять я буду, сидя в каком-нибудь офисе с ног до головы загруженная бумагами, смотреть на угол и думать: «Ах, какой красивый угол, подсчитаю ка я его синус и косинус». Тьфу ты! Спустя три часа я справилась с тригонометрией на более или менее твердую тройку, надеюсь. Самое простое я решила оставить на десерт. История куда более интереснее, чем геометрия, алгебра и тригонометрия. Итак, подводим итог: уже на часах девять вечера, за все время, что у меня было я расправилась со всеми домашними заданиями и даже умудрилась сделать проект, который могла бы не делать еще как минимум неделю. Ну, разве не чудо? – подумала я, убирая свой бардак со стола. Плейлист все продолжал проигрывать песни одной из самых любимых моих групп, а я просто рухнула на свою кровать, закрыла глаза и позволила себе, наконец, расслабиться. Оказывается, я вздремнула, поскольку стоило мне открыть глаза, как я заметила, что музыка уже перестала играть. Проснулась я от стука в дверь. Поднявшись на ватных ногах, я подошла к двери и отперла ее. Это была Лили и она звала меня на ужин. Мы спокойно поужинали, разбавив тишину бессмысленной болтовней, я расспросила ее о работе, о учебе тема не заходила, поскольку мы и так обе знаем, что состояние довольно плачевное. - Рада, что у вас с тем англичанином все хорошо. Но тебя не беспокоит, что рано или поздно ему придется покинуть наше захолустье и вернуться к себе на родину? - … Как кстати, что ты об этом спросила… - ковыряясь вилкой в брокколи и уткнувшись в тарелку, сказала она. - Да, что-то мне подсказывает, что это мне совсем не понравиться. - Как насчет того, чтобы поехать на зимние каникулы в Лондон? – видимо собравшись с духом, выпалила она. Ее взгляд был устремлен прямо на меня. Услышав это, я чуть ли не поперхнулась. - Лондон? Ты не торопишь события? Он, конечно, интересный, порядочный, насколько я знаю, но все же… - Думаешь, торопимся? – невинно взглянув на меня, спросила она. – Дело даже не в нем – тут же уверенно выпалила она. - Да ну? – скептично спросила я у нее. - Я давно хотела увидеть Лондон, это прекрасный город, там столько достопримечательностей! А в январе огромные скидки! – начала оправдываться она. - И дело вовсе не в том, что он уезжает через неделю, и ты будешь «очень сильно скучать по своему медвежонку». И нет, я не подслушивала, просто ты громко разговаривала как раз в тот момент, когда я проходила мимо твоей комнаты. - Так ты «за»? – переходя к самому главному, спросила она меня. - А у меня есть шансы отказаться? - Абсолютно никаких. - Тогда… Хорошо, покуем чемоданы, зубные щетки и пижамки и в январе «Добро пожаловать в Лондон» - решила поддержать ее я. - Ну раз уж, с этим мы разобрались, то… - уже расслабившись, начала говорить она, сверкая на меня глазками, полными любопытства. – Возможно, ты мне расскажешь что-нибудь о своем… - О своем? – не понимающе начала спрашивать я. - Я имею ввиду того симпатичного парня, который заходил на днях и искал тебя. - О ком ты говоришь? – не понимаю, о чем говорит Лили, спросила я. Не знаю почему, но услышанное меня насторожило. - Он сказал, что его зовут Брайн – ответила она, кокетливо улыбаясь. Когда мое молчание затянулось, я взяла себя в руки и сделала вид, что поняла, о ком она говорит. - А. Брайн. Точно. Совсем про него забыла – кивая головой, ответил я. – Хотя, как я могла забыть его … красивые глаза и волосы…? - Да, он самый сексуальный обладатель карих глаз из всех, что я когда-либо встречала. Кстати, он натуральный блондин? – как я и предполагала, она выдала мне некоторую информацию. Слишком красивый… Вампир? Тогда почему глаза карие? Вампиры могут носить линзы? - Да… натуральный. Блондин… Знаешь, я наелась, все было очень вкусно, спокойной ночи – протараторила я и убежала наверх в свою комнату. Я забежала в комнату и увидела сидящую на моей кровати Ренесми, которая, вероятней всего, слышала весь наш разговор. Я закрыла за собой дверь. - Ты слышала? – спросила ее я. - Да. Этот Брайн, ты ведь с ним не знакома? – решила уточнить она у меня. - Да я его знать не знаю – ответила я. - Это все объясняет… - задумчиво ответила Ренесми. - Не желаешь поделиться с классом? – нетерпеливо спросила я. - Несколько дней назад Эмметт и Розали наткнулись на запах чужака. Вампира. И ты вчера сказала Джасперу, что тебя кто-то преследовал в лесу… - Я не… не уверена, мне могло привидится. Было темно и шел ливень, мне вполне могло показаться. - Эмили, нет, тебе не показалось – с сожалением сказала она.