Из дневника помощника маньяка

1 января. Мой наставник Джон Крамер по случаю праздника пропустил прием лекарств и напился виски с содовой. Лоуренс Гордон со свойственным ему оптимизмом утверждает, что от подобной невоздержанности Джон «Пила» Крамер скоро помрет. Наконец-то я стану полноправным продолжателем дела «Пилы». Джон давно мне это обещал. Вот давно уже (не по своей, правда, воле) пить бросил, а все равно вижу призрак сестры. Надо будет у Гордона выпросить рецепт на какие-нибудь таблеточки. Или у Аманды выпросить сами таблеточки. Или выманить угрозами. Все равно. Гордон в своей больнице наорал на пациента за то, что тот не ценит жизнь. Пациент оказался афроамериканцем-геем-инвалидом и подал в суд. А бабушка его — из индейцев. Удача явно не на стороне Гордона. 10 февраля. Джону опять стало хуже. А по всей стране эпидемия свиного гриппа. Хорошо, что на дело мы ходим в масках. Если все так и дальше пойдет, в отделе освободится куча вакансий, а меня, глядишь, сделают начальником, и не придется их всех убивать ради карьерного роста. Гордон обматерил пациентку, которая спрашивала, как ей похудеть на тридцать килограмм за пять дней и велел ей выпить яду. Прилюдно. А она так и сделала. Опять ждем суда. 13 марта. Ну и живуч же Джон! Я попросту теряю время на этой жалкой должности помощника маньяка. 20 апреля. У бывшей Джона, Джилл, во время разговора левая грудь качается справа налево, а правая — слева направо. Ригг говорит, это плохая примета. Купил костюм, в котором пойду на похороны Джона. Гордон побил пациента своей искусственной ногой. Арт лишился половины своих кудрей от стресса, запил и все время проклинает тот день, когда согласился стать семейным адвокатом Джона. 3 июня. Вот и умер Джон Крамер. Даже завещание мне оставил — правда, чтобы его услышать, пришлось ехать в морг и смотреть там на его вскрытый труп. «Моя работа будет продолжена», — вот что я услышал. Нет, ну точно я теперь официальный — официальнее просто некуда! — продолжатель дела «Пилы». Умолчу, пожалуй, о том, откуда извлекли эту кассету. Гордон со скандалом развелся с женой, отсудил дочь и ушел к своему задохлику-фотографу. И его тут же назначили начальником отделения, потому что руководство больницы жуть как боится обвинений в нетолерантности. И почему у нас в полиции не так? Вот стану официальным продолжателем дела «Пилы», так сразу куплю новый костюм и женюсь на Фиске. Или на Страме, я еще не решил. Хотя за Страма, наверное, придется выходить замуж. Но это все мелочи. Тем более костюм у меня уже есть. Я в нем на похоронах Джона в подносе с тарталетками спал, а так — совсем как новенький. 5 сентября. Увы, не на пользу мне смерть Джона. Продолжатель дела «Пилы» теперь Джилл, его вдова. Нет, вы только подумайте — только потому, что она его бывшая жена. Проклятая семейственность. Думал подать в отставку, но потом назло решил не сдаваться. Напились с Гордоном и Амандой и плакали в объятиях друг у друга — каждый надеялся занять освободившуюся вакансию, а нас так жестоко кинули. Подумать только, мое законное место заняла ходячая реклама силикона! Все надежды пошли прахом. 12 октября. Джилл страдает. Помогали с Амандой ей вчера строить ловушку, да так неудачно уронили заготовку, что та возьми да упади прямо на знаменитый бюст миссис Так. И теперь у нее одна грудь пятого размера, а другая — второго. Предатель Гордон обещал похлопотать за нее перед знакомым пластическим хирургом. Мы с Амандой теперь дружим против него. Брюнеты против блондинов — так уж исторически сложилось. Поклялись друг другу ни за что не сдаваться! 9 ноября. Операция прошла не очень удачно — грудь Джилл теперь выглядит так, словно она набила свой бюстгальтер полным собранием сочинений Стефани Майер. Джилл в депрессии, Гордон с позором изгнан из нашего бизнеса. Кто знает, может, скоро я все-таки стану наследником «Пилы»! Призрак сестры говорит то же самое.