Нить Ариадны

Солнце давно уже встало над городом, и его лучи согрели всё живое: пешеходов на дорогах, пассажиров в транспорте, учеников в школах… Солнце грело всех, независимо от пола, возраста, внешности и поступков. Горячие лучи согрели и мальчика Рицку, сидящего на уроке и грызущего ручку. Младший Аояги никогда не отличался особым прилежанием на уроках, но сегодня ему хотелось написать это сочинение на «отлично». Ведь тема была просто великолепной: «Моя семья». При этих словах девятилетний Рицка всегда представлял своего брата – ласкового, доброго…красивого… «Моя семья – это папа, мама и мой самый лучший брат Сеймей» - коряво вывела первые иероглифы детская рука. «Он очень добрый, всегда меня утешает и объясняет уроки, если я чего-то не понимаю. Он объясняет понятнее, чем даже иногда учитель. Иногда Сеймей помогает мне купаться. У меня много знакомых, но мой братик – единственный мой друг. Я люблю его даже больше мамы, хотя она меня любит и всегда готовит что-то вкусное, а иногда ругает, если мы с Сеймеем играем в войнушку». Мальчик задумался, погрыз ручку и снова принялся за сочинение. «Когда я вырасту, я хочу стать таким, как мой брат…» - он снова задумался. Кажется, последняя фраза лучше всего охарактеризовала его отношение к брату. Рицка перечитал написанное и поставил точку. И посмотрел в окно школы, где уже ждал его брат, разговаривая попутно о чем-то с высоким блондином. Рицка было насторожился, не зная, кто это, но решил, что спросит потом у Сеймея. Однако когда прозвенел звонок, и мальчик радостно вылетел из школы первым, радостно дергая хвостиком, старший Аояги был один. «Наверное, показалось!»- решил ушастик и больше ни о чем не успел подумать: старший брат подхватил его на руки и закружил в воздухе: - Рицка! - Сеймееей!!! - взахлеб засмеялся мальчишка… Четыре года спустя. Уже повсюду зажглись фонари, а они стояли, не умея разжать рук, в невозможности расстаться, чтобы исчезнуть - каждый в своем доме, каждый в своем одиночестве. - Ну…я пойду, - Рицка глубоко вздохнул, высвобождая ладошки из рук Соби, благодаря которым они не замерзли. - До завтра? Ты ведь встретишь меня после школы? - Конечно! - легкая улыбка скользнула по губам блондина. - Я люблю тебя, Рицка! Мальчик покраснел, но вставшие ушки выдали его с головой. - Спокойной ночи, Соби! Но ночь не была спокойной. Впрочем, этого следовало ожидать: едва Рицка вошел, мать тут же выбежала. - Ты не мой Рицка! Мой Рицка никогда не приходил так поздно! Я убью тебя! - мальчишку приложили с размаху к стене те самые руки, что должны были всегда оберегать и утешать его. - Мам… - он подавился, едва не откусив себе язык в тряске. Мама снова била его, так же жестоко, как и в предыдущие разы. - Ты не мой Рицка! Куда ты задевал моего мальчика? На этот раз его приложило особенно сильно: что-то щелкнуло, плечо пронзила боль, а мир на минуту исчез окутанный пеленой. - Мам… - снова прошептал мальчик, отключаясь от боли. Но в той тьме, куда он погрузился, в этой боли был единственный свет, его личное светлое пятнышко во всей жизни. «Соби! Соообиии!!!» Боец услышал этот мысленный зов уже на полпути к дому, и тут же телепортировался в квартиру Рицки - затем, чтобы увидеть там отвратительную картину избиения своего малыша - и Сеймея, появившегося через секунду после появления Соби в квартире. Соби рванулся к женщине, заносящей над мальчишкой руку, когда Сеймей крикнул: - Соби, убей её! приказываю! Пусть она больше никогда не причинит вреда моему брату! - словно не приходил его посыльный пару часов назад и не говорил матери: «Нужно убить Рицку…» На этот раз он всё рассчитал точно: Боец не стал противиться приказу, потому что и сам хотел защитить любимого. Через минуту безжизненное тело Аояги Мисаки свободно упало на пол, а Соби уже потянулся к мальчику, глядящему на всё это широко раскрытыми глазами: - Мама!!! - жалобно, дрожащим голосом позвал Рицка, держась за сломанную ключицу. - Соби…зачем??? - в голосе малыша был ужас и боль, и Соби отшатнулся, внезапно испугавшись: вот-вот его оттолкнут… Оттолкнут навсегда. Сеймей остался спокойным. Он сунул руки в карманы: - Соби, приказываю: перенеси его в комнату и возвращайся со мной. Ты снова мой Боец! - Но… - Или ты хочешь, чтобы я приказал тебе убить Рицку? Ты подчинишься мне, Соби! - Слушаюсь, Хозяин, - покорно склонил светловолосую голову молодой человек, бережно беря избитого мальчишку на руки. - Соби… - простонал тот, цепляясь за его одежду слабыми руками, и отключился, свесив голову, словно пойманная птица, и тихо постанывая при каждом шаге блондина. У Бойца разрывалось сердце при каждом таком стоне, но он донес Рицку до его кровати, осмелился вызвать для него скорую по сотовому – и вернулся к Сеймею, спокойно стоящему у двери. - Хозяин… - Заткнись, и пошли, - оборвал его Жертва. – Мы возвращаемся. Забудь о нем, - и уже с порога добавил: - Это приказ.