Нить Ариадны

POV Соби. - Чтоооо? – я поднимаю руку ко лбу, чтобы удержать стремительно раскрывающиеся глаза. – Вы уверены? - Уверены, - кивает Нацуо. – Поехали? - Да, - я заклинатель слов, но сейчас я не могу найти подходящих. Ну, Рицка!! Как только я доберусь до него, выбью это из его головы! Я подозреваю, что у него за особая программа! Надо только успеть… - Поехали, - бросаю я парням Зеро, переодевшись. Те кивают, и мы шагаем в пустоту. Я иду по той нити, которой шел полтора года назад, боясь его потерять. «Рицка…». Кажется, я впервые так зол. «Боец должен слушаться свою Жертву» и « Боец должен беречь свою Жертву» - дилемма? Да ничего подобного! Мы с Рицкой – команда, он сам когда-то помог мне это понять, и сегодня я ему напомню это. Свет. Звук. Арена. Выпускные бои. Немало зрителей собралось в этом месте – единственном, где система не нужна, где тысячи зрителей могут видеть, что происходит. Мы успели. Я оглядываюсь в поисках Рицки, но Йоджи дергает меня за плечо: - Смотри! Противники Аояги – младшего – Бездыханные, уже повзрослевшие. Рицку объявляют как Бойца – Жертву, и я замираю, вслушиваясь. Сейчас я даю ему единственный шанс выиграть этот поединок, как когда-то он дал мне шанс стать полностью его. Это больно, но я молчу. И лишь когда он побеждает, я разрешаю себе сорваться с места и переместиться к нему. - Рицка! Что ж ты делаешь, зараза!!! – он удивленно оборачивается, и я прижимаю его к себе. Шепчу на ухо довольно зло: - Ты что творишь? - Соби… - он дергается. – Я не хотел, чтоб ты был здесь… - Даже если ты не хочешь меня видеть – я твой Боец, и ты – мой любимый, - я сильно прижимаю его к себе. - Соби-кун! – улыбается Минами, будто ему моё имя медом намазано, и я завершаю диалог: - Потом поговорим… POV Рицка. Этот бой я выдерживаю довольно спокойно, хоть и волновался. В следующую секунду рядом возникает разъяренный Агацума, и из его слов я понимаю, что он хочет быть со мной до конца, даже на этой арене. Он же не знает.… И как теперь? - Соби-кун, сегодня здесь только выпускники, - напоминает директор. – Идем, я покажу тебе место, откуда можно видеть… Теперь уже гнев накрывает меня с головой. Я беру его за руку, становлюсь у плеча: - Этот бой мы будем принимать вместе с Агацумой как боевая пара. Надеюсь, у дирекции нет возражений? Я прикрываю глаза. Между нами уже не то, что нить связи – канат, и Минами разводит руками. - Полагаю, бесполезно уже что-то менять. - Мы, Непобедимые, вызываем на битву заклинаний! И мы с Соби улыбаемся. - Мы принимаем бой! Нам не нужно имени. Ни оно, ни поцелуи не повлияют на нашу связь. Просто мы уже есть. В жизни и в смерти, в горе и радости… Едва нас отпускают с арены, Соби хватает меня за руку и тащит куда-то. - Соби, что… - я стукаюсь головой о стену раздевалки и удивленно смотрю на любимого Бойца, не понимая, что он задумал. А он подлетает ко мне, жадно целует – и я чувствую, как теплые пальцы проникают под рубашку. Меня встряхивает от возбуждения и стыда: - Ссоби… Он замирает, обнимая. Пальцы обманчиво – небрежно скользят по спине, по шрамам, оставленным плетью: - «Особая программа», да? – шепчет он мне на ухо, и вздрагивает, часто дыша. - Соби… - я опускаю голову, признавая то, что скрывал от него. В следующий миг раздевалка сменяется его домом, и Агацума берет у меня из рук диплом, откладывая в сторону: - Документ получен, образование у тебя есть, а теперь, - он роняет меня, всё ещё ошарашенного быстротой событий, на кровать, почти рыча повелительно: - Ты. Больше. Никогда. Не вернешься. Туда! - Соби… - я вздрагиваю от осознания, насколько мы сейчас близко, и он замирает. Спрашивает тихо: - Будешь спорить? - Нет, - шепчу я в ответ, часто дыша, и руки сами тянутся обнять его за шею. - Боишься? – вопрос ещё тише, и я закрываю глаза, чтобы ничего больше не разрушить. - Соби… я соскучился! - Я тоже, - улыбка в голосе, и по моей шее бегут легкие нежные поцелуи. Нежность захлестывает меня с головой. Теперь всё позади, и я могу себе позволить… - Соби… - я провожу пальцами по его горлу, расстегиваю пуговицы его рубашки – всё неторопливо, чтобы успеть окунуться в эту бескрайнюю любовь. - Я знаю, - улыбается он в ответ, стягивая с меня футболку. Целует кожу груди, чувствуя, как я вздрагиваю. – Я тоже. Его поцелуи бегут по телу шелковыми змеями, и очень скоро дыхание сбивается, и я исчезаю. Остаемся Мы – единое тело на двоих, обнаженное, открытое, задыхающееся в желании быть ближе. - Соби! – я ловлю его губы своими, вжимаюсь бедрами в тело любимого. – Я хочу тебя. Всего. - Рицка… Имена ничего не значат. Мы были глупы, когда огорчались о том, что мы разноименные. Мы зря спешили избавиться от них – наша суть куда важнее имен. И всё же порой имя значит целый мир. Мой. Наш. - Ссоооби… - Риц…ка…