Будь моим

      Снова пошёл дождь, навевая тоску и унылость на и так серый и скучный день. Кажется, эта погода должна была продлиться на всю неделю, Эрена этот факт совсем не радовал, ведь таскаться по дождю не всем хочется. Приоткрыв окно возле столика, учитель подошел к чайнику, а Эрен продолжил сидеть и смотреть на капельки, падающие на дорогу и разбивающиеся об асфальт, разбрызгиваясь в разные стороны. Дождь усилился и те самые капельки начали падать прямо на руки юноше, вызывая у него от этого мурашки по всему телу. Холодная вода стекала вниз по руке, капая на джинсы. Эрен внимательно следил за каждой капелькой, не только за теми, что катились, но и за теми, что падали ему на руки. Чистое мягкое полотенце коснулось кожи парня. Нежная ткань двигалась по руке и получив щелбан и указ пересесть на другое место, Эрен встал и сел поближе к учителю. Приятный аромат чая наполнил кухню прекрасно дополняя свежий дождевой запах. Это идеальное сочетание горячего напитка, дождя и расслабляющая атмосфера. Эрен действительно расслабился сидя в таком положении и попивая чай. Однако, было и то, что его немного напрягало — холодные глаза учителя, можно сказать, пытались в нем дыру прожечь. Изучая его всего: от волос, до ног. Повернув голову к своему преподавателю, Эрен попал в плен прекрасных серых глаз, которые его будто сковали в своей темнице, из которой нельзя выбраться. От этого пронзительного взгляда даже сердце застучало в два раза сильнее. — Эрен, скажи, как давно ты мечтал научиться играть? — Где-то с четырёх лет. Однажды мы с родителями сидели дома, была такая же погода. Так вот, они в обнимку лежали на диване и смотрели телевизор, а там по какому-то каналу шёл концерт Бетховена. Я до сих пор это помню. Те волшебные звуки моментально запали мне в душу. Как только я впервые их услышал мне сразу захотелось играть. Но родители посчитали это глупой мечтой и не захотели меня записывать на уроки. — А где сейчас твои родители? — Они давно погибли. Автокатастрофа. — Прости… — Нет что вы, ничего страшного. Леви опустил взгляд на полупустую кружку и еще раз посмотрев на мальчика о чём-то задумался. Сейчас в его голове крутилось много мыслей, они крутились и крутились, но ни одна из них не могла показать ничего чёткого. — Эм… спасибо за чай, Леви-сан, можно мне идти? — Подожди, когда следующий урок? В какое время тебе удобно? — Выбирайте сами, я свободен. — Как на счёт понедельника, среды и пятницы? В это же время. — Да, хорошо, спасибо. До свидания. Кивнув, учитель проводил ученика до двери и, что-то сказав на прощание удалился. Эрен вышел из квартиры, а потом и из дома. Идя по дороге домой и опустив голову вниз он все не мог насладиться тем прекрасным моментом, когда он коснулся нежных идеально белых клавиш этого изумительного инструмента. В голове все еще вертелись воспоминания о бархатистом голосе учителя, говорящего ему куда нажимать и тех нежных протяжных звуков, которые получались при нажатии на клавиши. К сожалению для Эрена, следующий урок только в среду и, с немного разочарованным лицом, он пошёл домой. Ему хотелось скорее показать тетушке чему он научился. *** Утро. Школа. Снова пять. Все устали. Все гулять. Скучно. Грустно. Все опять Закурить и побухать. Кажется, можно продолжать вечность, ведь именно этим занимается мозг Эрена на алгебре. Никому не нужный предмет, где изучают непонятную, тупую белиберду, которая не пригодится в жизни никогда. Что еще делать. Эрен сейчас был расслаблен, ведь после вчерашнего урока, он целый день играл дома на рояле, демонстрируя своей тетушке, хоть одну и ту же, но все же прекрасную мелодию. Дождь до сих пор шел, размывая прекрасные впечатления о новом утре. Уже глубокие и мерзкие лужи были по всему городу, добавляя ему серость. Эрен смотрел в окно, ведь ничего так не может отвлечь, как наблюдение за маленькими капельками, что падают с неба. *Так прошли практически все уроки* Оставался только один — физкультура. На удивление, Эрен был довольно неуклюжим сегодня, наверно, во всем виноваты его мечтания. Ведь ему два раза сделали замечание «не спать» и один раз попросили наконец очнуться. *Вечер* Немного выгнув руки и спину, так, что кости во всем теле захрустели, Эрен сел за рояль. Проведя пальцами по клавишам, он вспомнил ноты, что диктовал ему учитель и вновь коснувшись одной из клавиш он начал играть восхитительную, но такую короткую мелодию. Она прекрасно звучала и наполняла комнату нежностью и красотой. Рояль стоял прямо около окна, закрытого нежно-зелеными занавесками. Дождь барабанил по окну, а тусклый свет от лампы создавал немного печальную, но такую прекрасную атмосферу. Эрен еще не умел играть, но эту мелодию, что дал ему учитель, он, казалось, знал в совершенстве. С каждой новой нотой все сильнее вспоминался голос мужчины, он будто говорил ему куда нужно нажимать и Эрен следовал его голосу, играя мелодию ярче и еще красивее. Все это время Ханжи стояла в дверях, наслаждаясь мелодией, что наигрывал ее племянник. *** Стук в дверь, такой тихий, такой аккуратный. Снова послышались шаги и отворив дверь перед Эреном встал учитель. Поздоровавшись парень зашел внутрь и сняв с ног кеды прошел в глубь квартиры, садясь на диван и доставая из сумки тетрадку с ручкой вновь приготовился писать. Учитель присел рядом и махнув ученику рукой пригласил его сесть к роялю. Юноша подошёл к учителю и опустившись на невысокий пуфик приготовился играть. — Ты потренировался дома? — Да. — Тогда сыграй мне. Парень положил руки на клавиши и начал нажимать на них, создавая комбинацию из звуков, напоминающие ту восхитительную мелодию, что играл вчера учитель. Леви прикрыв глаза внимательно вслушивался, но услышав точную ошибку он накрыл ладонь парня своей, тем самым останавливая игру. Эрен посмотрел на учителя, но тот взял его пальцы в свои и начал наигрывать правильное сочетание нот, пытаясь указать юноше на ошибки. Покрывшись румянцем, Эрен старался запомнить все, что делал мужчина. Он запоминал движения рук учителя и своих, чтобы потом все с точностью повторить. Наконец отпустив пальцы шатена, Леви посмотрел на него и кивнул. Эрен опустил руки на белоснежные клавиши и начал повторять эту мелодию. На этот раз ошибок у него не было и достав небольшую книгу, учитель открыл нужный параграф и зачитав Эрену про ноты, клавиши, их названия и сочетания, решил показать это на практике. Взяв из тумбы нотную тетрадь, Леви сыграл мелодию. С виду она казалась очень легкой, но выучить ее было довольно сложно, и Эрен в этом убедился. Около часа они разучивали эту композицию, она прекрасно звучала, и когда, наконец, юноша сыграл ее, учитель вздохнул с облегчением и уже собирался уходить, но его остановил голос Эрена. — Эм… Леви- сан, а можете сыграть что-нибудь красивое и сложное? — Например? — Ну, например… Э-э-э… Лунную сонату. — Ну раз ты этого хочешь. Мужчина сел за рояль и попросив парня пересесть на диван, чтобы не мешал, начал играть. Прозвучала прекрасная мелодия, она наполнила все комнаты, разбавляя серую усталость новым приливом красоты. Леви играл на рояле, даже не смотря на тетрадь, казалось, он знает эту мелодию наизусть. Эрен сидел на диване, рядом с роялем и наслаждался этой композицией, он и сам не заметил, как его веки начали тяжелеть и сердце с каждым ударом успокаивалось, а нежность и наслаждение разливалось по всему телу. Учитель закончил играть и повернувшись к Эрену слегка удивился этой картине. Во сне его лицо было таким прекрасным, оно было так расслабленно. Уложив парня на подушку, Леви укрыл его пледом и пошел на кухню. Тут раздалась довольно громкая мелодия, он понял, что это не его телефон и поспешил в комнату, ведь этот звук мог потревожить спящего. Увидев на телефоне имя «Ханжи» он решил ответить. — Эрен, ты где? Я уже волноваться начинаю. — Здравствуй, Ханжи, это Леви, слушай, этот щенок уснул, давай, как он проснется, я его на такси домой отправлю? — Ладно-ладно, если он под присмотром, тогда я волноваться не буду, но позвони, как он отъедет. — Хорошо. Сбросив трубку, учитель сел за рояль и начал наигрывать спокойную, умиротворяющую мелодию, казалось она расслабит даже истеричку. Услышав шебуршание у себя за спиной Леви обернулся и посмотрел на парня, который все еще спал, что-то говоря во сне. Учитель прислушался и разобрал довольно чёткое слово: — Леви…