Драбблы по СоуМа.

Безумие и страх смешались в одно целое. Её душа давно забита только ими. Сияющий огонёк души дрожит, трепещет. Руки покрылись мурашками, позволяя страху и дальше расползаться по её коже. Ноги подогнулись, касаясь мягкой поверхности кровати. С виска скатывается не первая и не последняя капля холодного пота. Спина тоже вся в нем, из-за чего хотелось снять свой плащ и бросить куда-нибудь в угол комнаты. Пальцы ног снова поджались. Волосы чуть ли не дыбом стоят от этого липкого чувства под названием "страх". В комнате, где она заперлась и сидит почти весь день, тёмно. Шторы, такие полупрозрачные, что сквозь них видно выползающую из горизонта луну, задернуты. За пределами этой маленькой комнатушки тихо и нигде нет света. Оно и понятно, кроме неё никого дома нет. Руки сжимаются в кулаки. Ей плохо. Морально и физически ей больно. Как же она ненавидит эти чувства — безумие и страх. Снова и снова она повторяет ту же ошибку. Хочет стать сильнее, но всегда выбирает один и тот же путь, по которому может следовать лишь она. И все бы ничего, если бы не одно пепельноволосое "но". И именно он против её пути. Соул Итер. Он не любит произносить свою настоящую фамилию, но кто как не Мака знает, как ему плохо, стоит ему услышать в чужих устах фамилию Эванс. Соул Итер — отличный, временами даже раздражающий и раздражительный напарник и хороший друг-товарищ-крутой парень. Мака могла разными словами описать своего напарника, но лишь одно охарактеризует её отношение к нему полностью.

Любимый.

Маке страшно. В который раз из-за неё он попадает под удар. Если бы она его почаще слушала, он бы не валялся вновь на той треклятой койке в лазарете. Только в этот раз Албарн должна понять, что не только она виновата... В щелке двери вдруг включился свет. Вздрогнув от простого такого звука в полной тишине, Мака сжалась еще больше. Она не отзывалась на оклики Соула, ищущего её по всей квартире. Она даже слышала его нелестные слова в её сторону.       — Мака? Ты здесь? — дверь открылась, давая Итеру, наконец, узреть своего Мастера, сидящую на кровати, скрюченную и уткнувшуюся в коленки. Не в её стиле. — Эй, Мак, что с тобой? Простой вопрос, казалось бы, а вывел Албарн из астрала. Она уставилась на напарника, и он без слов все понял. Понял, что она опять винит себя во всем случившемся с ним. И без толку ей объяснять, что это его выбор — защищать её, понимает парень. Он присел на кровать спиной к ней. Соул давно просек — Маке иногда нужно просто выплеснуть эмоции. И плевать, гнев это или же отчаяние. Плевать, что её страхи заставляют его действовать необдуманно. А ещё абсолютно плевать, что её слёзы и вовсе вызывают желание придушить обидчика, даже себя самого. Не прошло и пяти минут, как холодные руки обняли его со спины, а всхлипы не заставили себя ждать. Он почувствовал, как футболка сзади намокла от её слез. Чёрт, совсем не круто. Положив свою тёплую ладонь поверх её и слегка сжав, Соул улыбнулся. С виду вылитая пацанка, размахивающая книгой направо и налево, а внутри — такая слабая и милая, которую хочется защищать вновь и вновь. И угораздило же его... Так и сидели они вдвоём в одном квадратике темноты, куда просачивался свет из коридора. Она — напуганная и плачущая — и он, успокаивающий её...