Моё сладкое солнце

Погода сегодня выдалась хмурой, но это приемлемо для моросящей осени. Земля, как ребёнок, сонно скрывалась от солнца за серым пуховым одеялом облаков. Лени поддались и её жители. Лицо человека сонно бодрствовало по утрам, рано уплывало в царство морфея вечером. Валик любил осень, и по своей природе, жил осенней меланхолией все времена года. Золотые листья привычно засыпали неподвижные могилы минувших летних дней, что никогда не вернутся, останутся в прошлом. Сейчас же эта тишина топила в себе парня. Он захлёбывался в этом чёрном дыму. Небо казалось не таким живописным как всегда. Вся простая красота городского пейзажа потерялась в маленьком мире оконца. Он с головою повяз в этом омуте. -Валь,- Гоша тихо прикрыл за собой дверь.-Игорь...он рассказал мне всё. Солнухов не стал ничего говорить, не моргая продолжил вглядываться в окно. Нахимов осторожно присел рядом с другом, обеспокоенно вглядываясь в голубые глаза. -Я правда не могу поверить в то, как он смог с тобой поступить... -Мы даже не были знакомы. Это был простой перепих,- холодно отчеканил Валик. То ли от недоброго тона, то ли от слов, Гоше стало горько и погано. Он поёжился. Потирая палец, где час назад красовалось обручальное кольцо, Нахимов опустил голову. -Я не верю в истинных, ты же знаешь,-криво улыбнулся карамельный. Подняв взгляд на фотографа, парень пытался рассмотреть хоть какой-то намёк на малёйшую реакцию, но посчитав это дело безуспешным, подсел ещё ближе и крепко обнял. -Он попросил меня сделать аборт. Валик обернулся. Плечо его стало влажным. Нахимов не хотел поднимать голову. Они просто сидели и молчали. Солнухов онемел. Хотел было что-то сказать, но не издал и звука. Едкое, кислое чувство вновь расщепляло его разум. Кажется, кроме скорби к прошлому у них уже ничего не осталось. Но и она вскоре уйдёт, оставив после себя пустое безразличие в потухших глазах. -А ты? -Я не буду этого делать. Из-за этого он подает на развод. Солнухов положил руку на волосы сладкого цвета, гладит, ерошит непослушные локоны. -Я буду с тобой,-шепчет Валик.-Я никуда не уйду. Гоша сильнее прижимает к себе друга. И ему бывает больно. Он тоже человек. Солнухов держится. Извечно весёлый и бойкий омега плакал в его плечо. Внутри бродило гнилью за двоих. Это какой-то рок? Родовое проклятье? Валик молча глядел в окно. Вдруг нахлынувшие воспоминания о нежелательной сцепке в момент полового акта, в миг отозвались тревогой. -Возможно не ты один беременный. Гоша отстранился, посмотрел заплаканными, удивлёнными глазами на друга. Валик улыбался, кажется, в первый раз в жизни так горько. *** -Он не хотел, чтобы я снова становился толстым. Говорил, что если я рожу, то снова потолстею. А ему нужен всё время стройный муж. Он ведь человек светских кругов!-с набитым ртом рассказывал о бывшем Гоша. Теперь омега не расстраивался, вспоминая события пятимесячной давности. И даже сам с огоньком старался как можно почаще перемывать Олегу кости. -Ну хватит уже. Всё о том альфе?-Валику уже поднадоели эти частые беседы о прошлом. Сам он не старался ворошить былые времена. Сейчас у него было всё что нужно. Любимая работа, лучшие друзья и сын, которого он пока носит под сердцем. -Ты у нас прям хозяюшка. Этот образ тебе очень к лицу,-Игорь улыбнулся. Но Солнухов и с того уже округлым животиком, в фартуке в цветочек, с этим старым чайником, и правда выглядел тепло и уютно. -Я рад, что ты в коем-то веке посетил мою скромную обитель, а тут ещё и комплименты от бога вечеринок,-подхватил фотограф, разливая по кружкам горячий чай. -Надо почаще к вам заходить, ребята, кстати, в следующий раз приведу свою омежку. -Ммм. Проснулся наконец! А раньше познакомить не мог?-Гоша припоминал, как когда-то давно альфа упоминал о своём истинном, и уже тогда был заинтересован этой парой. -Всему своё время. -Да, но боюсь, это время будет уже после того, как я рожу,- недобро покосился на альфу омега.- Меня завтра кладут в больницу на сохранение. -Ого, уже? -Ну так пятый месяц! Надо думать? -А ты когда ложишься?-повернулся Игорь к Валику. -Через недели две. -Омега? Альфа? -Я не делал УЗИ. Хочу узнать, кто это будет, когда рожу. -Вот!-указывая на Солнухова, воскликнул Можайкин.-Вот это нормальный парень! Этот же все уши прожужжал, про то, что у него омега!-покосился он на Гошу. -Да пошёл ты в жопу,-демонстрационно отвернулся Нахимов.- Я теперь тебе ни слова не скажу! -Ребят, давайте не будем забывать о том, что среди нас дети,-аккуратно поглаживая животик, произнёс Валик. Но друзья не последовали его совету, а лишь посильнее разожгли костёр "войны". Стали кидать в друг-друга конфеты. Вдруг Гоша резко схватился за живот, и негромко вскрикнул. -Гош,-Валик перепугано подскочил к другу.-Схватки, да? Нахимов кивнул. Солнухов только взглянул на Игоря, как тот понял, и помог дойти беременной омежке до машины. -Не надо было,- Гоша был красным, вдруг отёк, казался надувным мыльным пузырём.-Я сам. -Я вижу, -усмехнулся Можайкин, усаживая того на заднее сиденье. -Вы куда без меня то?-омега, собрав в темпе все нужные документы, буквально взлетел в машину.-Ну что стоим? Едем, едем! Мотор взревел, и машина быстро поспешила выехать со двора. -Преждевременные роды могут вызвать осложнения и риск появления выкидыша,- говорил не спеша доктор, не сводя взгляда со стопки бумаг в руках.-Но может всё и обойдётся недоношенным ребёнком. На этот случай в нашей клинике имеются все необходимые аппараты для такого поворота событий. Буквально на прошлой неделе нам завезли два новых "инкубатора". Там пятимесячные чувствуют себя совсем как в животе у родителя. От данной информации друзьям стало не по себе. Беременность протекала нормально, даже хорошо, а тут такие новости. -Скажите, а как чувствует себя Гоша? С ним всё будет в порядке?-Солнухов сильно переживал за друга. Ну не могло здоровому и крепкому карамельному чуду вдруг стать так плохо! -Не волнуйтесь, у него просто повысилось давление, под конец беременности у омег такое бывает. Сейчас он в реанимации под капельницей, вскоре ему станет лучше.-седовласый старик опустил взгляд на округлый живот омеги.-Вам не стоит нервничать, это нежелательно сказывается на ребёнке. -Да знаю я, но... -Никаких но,-подкрался сзади Игорь.-Позаботься лучше о себе. Гоша справится. Он сильный. Валик обернулся и сжал в полоску губы. Ему хотелось возразить, вот только нечего было сказать. Доктор зашёл к себе в кабинет, оставляя друзей одних в небольшом коридоре. -Поехали домой,-альфа аккуратно положил ладони на плечи омеги.-Нас всё равно сегодня к нему не пустят. -Игорь? Друзья обернулись. На альфу смотрел невысокий юноша. Внешность у него была яркой. Конопатый паренёк с зелеными глазами, каких мало. Ярко-рыжие волосы были аккуратно зачёсаны назад. -Андрей? А что ты здесь делаешь?-Можайкин поспешил убрать руки, только что пришедший омега заметил это. Паренёк опустил голову, покраснел. -Я был у омеголога,-рыжий вновь поднял недовольный взгляд на Можайкина, попутно поглядывая на беременного.-А ты то что здесь забыл? -У моего друга были схватки. Надо было быстро отвести его в больницу. А зачем до омеголога-то? Что-то серьёзное? Ты мне ничего не говорил. На многочисленные вопросы парня Андрей решил не давать ответов. Он лишь не довольным взглядом сверлил незнакомца напротив. -Меня зовут Валик,-Солнухов протянул руку пареньку.-А тебя Андрей? Игорь уже давно хотел познакомить нас. -Мне не нужны поддачи от твоих шлюх,-прошипел рыжий альфе. Он развернулся и быстрым шагом направился к выходу из больницы. Два приятеля продолжили стоять в ступоре. Первым проснулся альфа. -Прости,-бросил он другу и поспешил за своим омегой. -Ну отлично. Я ещё шлюхой не был!-выкрикнул в никуда Валик. *** Город был похож на большой серый муравейник. Люди вокруг вечно куда-то идут, торопятся. Небо побелело, то ли от увиденных ужасных мгновений этого мира, то ли от бесконечных туч, окутывающий этот город довольно часто. Он чувствовал себя белой вороной здесь. Большие люди, словно их разум был помутнён, шли как один по влажному как от слёз асфальту. Маленький человек остановился. Вглядывается в мутный горизонт непроглядной дали. Держится за округлый животик. Что-то его греет изнутри. Может надежда? Он не понимал откуда берётся этот легкий нежный порыв, который как цепь держит его связь с прошлым. Не чужим и далёким, а своим и родным. Там где он с ним. Почему это не проходит? Это даже не телесное желание быть вместе. А что-то не поддаваемое объяснению. То, что заставляет сердце биться быстрее, в последнее время довольно-таки часто. *** -Я та-а-ак пересрался,- раздался уже повеселевший голос друга в трубке.-Прикинь, если бы я раньше времени родил? -Гош, ты даже не представляешь как я рад тебя слышать. -Ха, пончик, что уже соскучился по мне? -Сам ты...пирожок с мясом. Заколебал уже. Даже когда мы оба не худые, я по прежнему главный жиртрест! -Хахаха. Я этого не говорил,-Нахимов был далеко от Валика, но омега как будто видел, что он улыбается. -Я люблю тебя, друг. Правда люблю,-глаза стали влажными. Душу переполнили разноцветные краски эмоций. Вдруг нахлынула тоска. Такая тяжёлая, будто вот вот и его намертво прибьёт к полу железной хваткой. -Ты чего там ревёшь? Больной что-ли? -Нет, просто Хатико вспомнил, с чего ты взял? -Вот как,-голос стал мягким, нежным. Слова будто шептали Солнухову в ухо не телефон, а сам друг, здесь в комнате. -Я тоже по тебе так скучаю. Правда. Слёзы Валик не мог сдержать. Но чтобы не расстроить друга он решил ничего не говорить. -Не плачь. -Как ты увидел?-улыбнулся омега. -Просто, чувствую. -Знаешь, я вот тебя тоже не вижу, но почему-то такое впечатление, что ты там ревёшь. -И ты прав друг мой. Но это ведь нормально, правда? У всех в нашем положении "что-то да замыкает", да?-теперь, казалось, он улыбался. Сквозь слёзы. Вдруг сзади Валика послышались шаги. Он обернулся. -Знаешь, мне кажется, в нашей квартире я не один. -Может воры? -Сплюнь, блин. Я серьёзно! Поволновался бы за меня. Я всё-таки одинокий и беззащитный омега. -А ещё ты страшный зануда. Валик улыбнулся. -Я бы мог говорить с тобой вечность, но на меня тут уже наезжать начинают... -Ох, да? Тогда давай я к тебе завтра приду? -Нет, не надо. Тебя всё-равно сюда не впустят. Меня только откачали. Под капельницей лежу. Лучше сходи завтра в парк, где-то к обеду, там открыли киоск, в нём продают очень вкусное мороженное, та и денег берут пока мало. -Когда ты уже успел без меня мороженное поесть? -Было время, Валь,-имя друга с губ карамельного выходило как-то по своему нежно. Между ними нависло небольшое молчание.-Валь, я тебя люблю. -Ты опять плачешь?-но в ответ лишь протяжные гудки. Фотограф удивился такому внезапному прощанию, но перезванивать не стал. Не хотел тревожить друга. Тогда во время разговора с Нахимовым у омеги было чёткое ощущение присутствия кого-то ещё, но сейчас как будто и не было ничего. Игра воображения? Просто показалось. Стены поглощали гробовую тишину тёмной ночи. Квартира пустовала. Свет был везде выключен. Лишь еле уловимые огни падали на пол. Окна пропитывали затхлый свет ночного города. Омега опять был один, и почему-то именно сейчас он ощущал это пустое чувство так едко. Валик не знал почему. У Игоря был свой омега, своя жизнь. А у него был Гоша и их будущие дети. Больше им никто и не нужен. Будут жить в квартире пара омег и два маленьких карапуза. Что ещё нужно для счастья? И даже не смотря на эти важные для его счастья аргументы, он по прежнему ощущал какую-то пустоту внутри, будто ничего у него и не осталось. Валик пытался убежать от этого чувства, в раздумья о том, мог быть кто-то в доме сейчас кроме него. *** Сегодня было облачно, пусть из под белого,пухового одеяла иногда и выглядывало солнце, Валику было грустно. Он молча шагал по аллее парка, в направлении к киоску с мороженным, что ему посоветовал вчера друг. Без карамельного на душе было как-то совсем не то. Пусть Солнухов и знал, что с Гошей всё в порядке. У небольшого киоска была очередь из трёх человек. Последним, кажется, был альфа. Валик понял это по широким плечам и внушительных размеров спине, накрытой чёрным, коротким пальто. Пусть на улице и была весна, но воздух был холодным, да март сам по себе такой месяц, в котором солнце не греет. -Вот это среднее с шоколадной глазурью,-прозвучал хрипловатый голос мужчины. Омега напрягся. Уж больно знакомый запах исходил от этого альфы. Получив свой заказ, черноволосый готов был идти, но заметив боковым зрением омежку, остановился. Альфа буквально поедал фотографа взглядом, его даже не смущало положение, в котором находился его избранный. Солнухов был взаимен этому чувству. Как ребёнок на звёзды, вглядывался он в тёмные глаза. Не смотря на боль, причиненную мужчиной, Валик не смог отвернуться от него. Разум кричал, бился в истерике, но душа пела, была готова вновь и вновь падать в глубокую бездну. -Повторите заказ,-произнёс он приказным тоном, не сводя глаз с Валика. -"Ну же! Скажи хоть что-нибудь! Или уйди! Не стой!"-повторял Солнухов себе раз за разом. Но ноги идти никуда не хотели, кроме тех мест, куда бы его не повёл альфа. Взяв второе мороженое, мужчина подхватил омегу за локоть и медленным шагом направился вдоль аллеи. Саша завёл дружеский разговор, будто встретил старого приятеля. Будто и не было ничего между ними горького. Случись такая встреча намного раньше, тогда когда он был действительно нужен, Солнухова бы не окинул немой приступ. Валик молча следовал за ним, не поднимая головы. Обида воспоминаниями топила глаза в слезах. Он остановился. Альфа продолжил идти, погружённый своими рассказами, совсем не заметил, как слабенькая ручка выскользнула из его хватки. Не глядя в глаза светлого, Саша понял, почему тот остановился. Омега был один. И даже сейчас, среди множества больших людей, он был настолько мал и бледен, что его могли попросту не заметить, толкнуть, наступить. Альфа безусловно знал, что его мальчик нуждался в защите всё это время. Но в эти минуты он преспокойно отсутствовал. Пил, гулял, трахался. Жил своей прежней жизнью, выкинув даже мимолётные дольки воспоминания солнца, что однажды пригрело. Зачем? Осознание этого противно сверлили дырки внутри. Разжигали огни ярости и отвращения к самому себе. Он настолько крепко прилип к окружающему его дерьму, что причинил боль, наверное, единственному человеку, который бы принял его таким какой он есть. Альфа боялся отпускать ту прошлую жизнь, но идти на поводу у своих тупых устоев дальше не планировал. -Эй,-окликнул Саша омегу. Коротким шагом приблизился к истинному. Чёрная голова устало упала на хрупкое плечо. - Я здесь. -Зачем? Ты мне не нужен, уходи,- почти прошептал Валик, захлёбываясь в слезах. Такая реакция повеселила Мордвинова. Удивлённый своим же поведением, обнимает, вдыхает запах желанного омеги. Отстраняется, вглядывается в голубые глаза, вытирает слёзы губами. -Маленький мой, я здесь, не плачь, всё будет хорошо. -Я не попадусь на эту удочку снова! Уходи!-Солнухов со злостью толкает Сашу в грудь. Альфа делает шаг назад, но не расцепляет контакта глаз. Валик не собирается проигрывать в этой немой схватке, пытается показать всю горечь и ненависть. Но чем дольше вглядывается в бездну, тем быстрее начинает биться сердце. Неужели до сих пор любит? Омега начинает плакать ещё сильнее. Гнев и боль уходят. И куда? Почему не хотят заступиться за те бессонные ночи без альфы? За тяжёлые минуты? За то, как он с ним обошелся тогда в клубе? Откуда эта нежность? Омега хотел ударить альфу, сделать больно, как когда-то сделали ему, но он не мог, потому что любил. Эта любовь делала его слабым, и даже если бы Саша бросал, пользовался им, обижал, Валик всё равно так же верно ждал его, верил. И он ненавидел себя за это, потому и плакал... -Пожалуйста, я исправлюсь. Я буду самым офигенным папой и мужем одновременно,-прислоняясь к пузатому животику, произнёс Саша. Руки мужчины аккуратно обхватили талию. Альфа наклонился, дотронулся губами до немаленького животика. Рука омеги дрогнула. Ноги подкосились. Сейчас в нём разгоралась борьба сердца и разума. -"Ты ему не нужен. Он снова пришёл, чтобы только трахнуть и бросить, как в прошлый раз. Посмотри на себя. Ты урод, каких на свете мало. Не думай, что он по-настоящему любит тебя. Всё это ложь. Максимум кем ты для него станешь, так этой обыкновенной подстилкой, о которой никто не будет знать. Ведь так и надо. Сам подумай, зачем человеку светских кругов такой страшный жирдяй? "-проедая дырки в груди, поскуливал противный голос. И он не мог к нему не прислушаться. То по-детски наивное чувство утихло в зимнем саду. Замёрзло под ледяными шапками сугробов. Валик не знал, как его назвать. Может это любовь? Тогда что он чувствовал сейчас? Простое влечение? Омега совсем потерялся. Солнухов устал бродить по нескончаемым коридорам чувств. Просто хотелось уйти, туда откуда и пришёл, в тёмноё прошлое, с непрекращаемым перееданием. -Я был за границей всё это время. В Китае,-продолжал альфа.-Там пытался научиться быть без тебя, извлечь из памяти твой запах, потому что на других и смотреть не мог, они до тошноты постоянно воняли чем-то...Мне предложили попробовать забыться в "хорошем настроении". Запах от омег исчезал вообще, теперь уж от них не пахло ни сладким, и не горьким. Это мне так надоело...спустя какое-то время. Я...я был с другими под наркотиками, прости, но даже тогда не смог променять тебя. Я как будто всё это время питался вшивыми бич-пакетами.- Слова мутно доходили до Валика. Омега чувствовал, что его истинному сейчас плохо, будь это от нехватки любви и ласк, или от угрызения совести. -Мне очень трудно верить тебе сейчас после того, что произошло. Ведь я даже тебя не знаю.- Альфа засветился. Присутствие его истинного раз за разом вытягивало изнутри давно спящее чувство. Он даст ему шанс? -"Ты его не знаешь,"-повторил голос внутри Валика. -И знать не хочу,-договорил вслух Солнухов. Альфа застыл. В груди что-то рухнуло. Он знал, что омега его не примет. Слишком круто он с ним обошёлся тогда, но от этого не легче. -Прости, кажется я знаю какого тебе было тогда,-Саша улыбается, но получается погано. -И как? -Хреново. -Да, это слово подходит сюда в самый раз. Глаза истинных утопали в тоске по друг-другу. Они не хотели расставаться. А время поджимало, нервно давя на виски осознанием того, что им пора уходить. Чем раньше, тем лучше. -Я не хочу,-мотал головой альфа.-Мне правда стыдно за тот раз, правда...я...-альфа вцепился в руку истинного. -Отпусти! -Молодой человек, кажется этот юноша не желает с вами больше вести беседу,-в разговор вмешался мужчина лет сорока, что случайно проходил мимо. -Вам кажется,-прорычал сквозь зубы Мордвинов. Выдернув руку с цепкой хватки, Валик кинул на Сашу испуганный взгляд и быстрыми шагами двинулся в обратную сторону,не оборачиваясь, подальше от этого места. Не думал он, что когда-то придётся бежать от истинного. Ему было больно, но лучше так. Пусть малая царапина покровоточит сейчас, чем потом всё тело будет ныть от гниющих язв. *** -"Как мне обрадовать Гошу о приходе моего истинного? Помню он так грозился его покромсать",-поднимаясь на второй этаж больницы, размышлял Валик.-"Готовь ножи, рыжий, или нет...Фредди, сегодня ты займешься любимым делом!" -О, Алексёй Викторович!-окликнул он доктора.-Я вас как раз и ищу. Я до Гоши. Как он?-улыбнулся Валик. -Что у вас с сотовым? Мы звонили вам, но ваш телефон был заблокирован,-поправляя очки, начал не спеша доктор. -Я не слышал, но ведь у меня есть деньги на телефоне, я клал недавно. Что случилось? -Пройдёмте ко мне в кабинет. Валик настороженно зашагал вслед за стариком. -Так что с моим другом?-снова спросил Валик, зайдя в кабинет. -Прошу, присаживайтесь. Солнухова напрягала врачебная аккуратность и вежливость по отношению к посетителю. Валик затылком чувствовал что доктор готовит его к какой-то не очень хорошей информации, но возникать не стал, лишь нахмурился и сел на ближайший стул. -Вчера у вашего друга неожиданно начались схватки, снова. Мы живо всё подготовили, но принимать роды для нас стало весьма проблематично, так как плод попросту не выходил. И мы приняли решение сделать кесерево. Георгий поддержал эту идею и мы приступили к операции. Сейчас младенец находится в "инкубаторе". Его состояние стабильно. Омега потихоньку набирает вес. -Это хорошо,-кивнул Валик. Вдруг его осенило: -"Но он же мне вчера звонил, и ничего не говорил об этом, наоборот, хвалился о том, что не родил." -А как Гоша? Его можно навестить? -Мы спасли ребёнка...-замялся доктор.-А папу...спасти не смогли,-отводя взгляд, проговорил тихо старик. Глаза Валика минут пять смотрели на врача как на идиота. -"Что он такое говорит? Как не спасли?" -Это не смешно. Где мой друг?! -Успокойтесь, сядьте, истерикой вы его не вернёте. -Да откуда возвращать то? Он мне вчера звонил. С ним всё было в порядке!- Валик вскочил со стула. -Ваш друг вчера скончался после операции,-громче объявил строгий голос.-Когда я вышел с операционной, на часах было десять тридцать. Я лично звонил вам, но телефон был недоступен.- Омега остановился. Алексей Викторович явно перегибал с этой шуткой. -Я не поверю вам до тех пор, пока вы мне не покажете его тело,- со злостью произнес Солнухов. Доктор снял очки. Перекрестил руки на груди. Закрыл глаза и с тяжёлым вздохом начал потирать переносицу. -Видит Бог, не я вас на это подписал,-продолжал он зажмурившись, а потом, открыв глаза, посмотрел на невозмутимого Валика.-Но, видимо, по другому никак. *** В морге было холодно, но Солнухова это не трогало. Здесь, наедине со своим страхом, он до последнего надеялся, до последнего верил, что это просто шутка. Но когда врач сделал шаг к тележке, сердце Валика забилось в разы быстрее. Доктор посмотрел на Солнухова. Взгляд из-под очков спрашивал парня, готов он или нет. Омега замешкался, но всё же неуверенно кивнул. Алексей Викторович не торопясь закатил простыню по пояс телу на тележке, открывая омеге оголённый вид парня. Глаза с жадностью всматривались в знакомый лик. Лицо человека напротив было холодным, каменным, мёртвым, противоположным лицу его друга-вечно живому, улыбающемуся. Карамельные волосы потускнели, жизни не было и в них. Солнухов потянул руку, но остановился, пытался отыскать намёки на жизнь в закрытых веках. Вот-вот пушистые ресницы дрогнут и он посмотрит на него. Но ничего не происходило. В глазах всё сливается, становится мутным. Это действительно был его друг. Гоша был таким красивым...даже сейчас, освещённым холодным светом. Валик наклонился над телом. Рукой проводит по холодной скуле. Слеза скатывается по щеке карамельного, пытаясь согреть безжизненный труп, единственное что для него может сделать Валик. -"Почему ты мне ничего не сказал?"-пальцы Солнухова зарылись в густые волосы. Он был мёртв...его дорой друг был мёртв. И уже не ответит ни на один из его вопросов. -"Ты ведь звонил, так почему не сказал мне?"- в голове вдруг прозвучали последние слова Гоши: -"Валь, я тебя люблю" Душа тянула в низ. Ноги не держали. Они ведь были в месте с самого детства. Кто теперь его защитит от неприятелей? Кто поднимет настроение? Кто будет рядом?Валик плакал. Опять. Внутри ничего уже не осталось. И на все увещевания о том, что ему нужно быть сильным он отвечал холодным равнодушием. Сейчас, от него будто отодрали половину. Ту самую, от которой зависела жизнь. Доктор хотел успокоить омегу, но отстранился. Почему-то он знал, что ему лучше не трогать парня, дать выпустить слёзы наружу. Всё-таки он видел как они были близки. -Я тоже тебя люблю, правда,-тихо прошептал омега на ухо другу. Врач пропустил это мимо ушей, на опознании трупов люди и не так реагировали на потерю любимых. -Теперь я верю вам,-произнёс парень, заглатывая слёзы. -"А помнишь нашу первую встречу в детском саду? Боже, как я был рад, что у меня появился друг! До сих пор помню твою детскую улыбку. А первый класс? Ты тогда остался на второй год ради меня! Я помню каждую дебильную шутку, которую ты когда-либо проговаривал вслух."-мысли в быстром вальсе вскружили голову парня. Он не хотел оставлять друга в этом холодном месте. -Нам пора,-тихо произнёс врач. Валик опустил голову. Взгляд его бродил по безжизненному лицу парня. Солнухов до дрожи в костях ощущал, насколько одинок его маленький сад. *** -Сейчас нужно разобраться о будущем этого ребёнка, в данный момент он находится в не очень хорошем состоянии, но он борется, пытается выжить. Валик не раздумывая принял решение об усыновлении омеги. Родителей у Гоши с девятнадцати лет не было. А отдать ребёнка в детдом Солнухову бы не позволила совесть вместе с чувством ответственности и долга перед умершим другом. -Нужны деньги? -Нет, это абсолютно бесплатно,-продолжал не спеша доктор.-Вопрос в другом, справитесь ли вы один, Валентин? Омега насторожился. В чём подвох? Но поразмыслив, понял к чему клонил доктор. Валик был один. Мало того что у него свой маленький ребёнок под сердцем, так он берёт на себя ответственность за другого. А справится? -Я справлюсь,-говорит так, как будто пытается что-то доказать себе. -А если честно. Подумайте, смог бы ваш друг положиться на вас, оставив вам ребёнка? Омега задумался. Всю его жизнь Гоша помогал ему, но взамен ничего не просил. Это наверное и есть дружба. Готовность прийти к дорогому тебе человеку днём или ночью. Пришёл и его черёд помогать. Но даже и с такой неопределённостью Солнухов знал, что друг верит в него. А хватит ему на это сил или нет, покажет время. -Да. -Вот и славненько,-улыбнулся доктор, поправляя стопку бумаг. -А можно на него взглянуть? -Не желательно, вы и так сегодня многого насмотрелись, а ребёнок пусть и здоров, но всё же очень мал и убог. -Что, простите? -Голова немного больше тела. Со временем всё должно затянуться, но вам лично лицезреть его не рекомендую,-указывая на живот, произнёс старик.-Хотя вышло оно странно, труп я показать не побоялся, а вот ребёнка... -Простите, я конечно всё понимаю, но нельзя ли побыстрее?-возмущается вошедший без стука в кабинет омега. Валик видел его уже где-то, вот только не мог вспомнить где. -Ты?-тыча пальцем на Солнухова, удивлённо протянул парень. -Я,-безэмоционально ответил Валик.-"Это же тот самый Костя." Старый знакомый выглядел потрёпанно. Длинные волосы отрасли до локтей. Несмотря на свою измученность, омега выглядел живым...живее того трупа в морге... -Шоколадный мой, что ты...-начал бодро омега, но заметив живот, закончил чуть ли не прошептав.-Тут делаешь? -Эм...я... -Погоди, глупо вышло. Потом поговорим. -Нет, я уже выхожу. Доктор, спасибо вам за всё,-выходя из кабинета кивнул Валик. -Не за что,-улыбнулся старик. Солнухов хотел начать разговор первым, но не как не мог подобрать слов. Смерть друга слишком глубоко въелась в сознание. -Костя,-вдруг выпалил длинноволосый омега. -Хах, я помню,-улыбка получилась немного натянутой, собеседник это заметил. -Выглядишь подавленным, кстати, прости меня, я в прошлый раз лоханулся с этими таблетками. -Да здесь и моя вина есть. Не надо было доверяться первому встречному. Эти слова подкололи цитрусового. Видимо, этот прокол серьёзно отразился на пухляке. В виде беременности. -Эм...ты забеременел с того раза?-омега до глубины души надеялся что это не так. Больничные коридоры были не так многолюдны. Они сидели на лавочке вдвоём вдалеке от остальных омег, но Валик всё равно краснел- стеснялся поднимать эту тему. -Да,-тихо ответил Солнухов. -Твою ж мать!-длинноволосый схватился за голову.-Я не хотел, правда! -Да не бери в голову, всё нормально. Это не так уж и страшно. Костя закрыл лицо руками, и минуту просидел в таком положении. Проходящие мимо омеги косо оборачивались на шумную парочку. Валик гладил по спине цитрусового, успокаивал. -Ну не скажи,-убирая руки простонал Костя.-Если бы у меня была такая хреновая ситуация, то я бы повесился! -Хаха, это ведь не смертельно,-Валик положил руку на свой живот, улыбаясь наклонил голову в сторону омеги.-Я забеременел от своего истинного. -Ааа, просто подумал...прости, на самом деле я ненавижу детей. Процесс люблю, а вот последствия нет,- улыбнулся Костя. -Только не говори мне, что ты пришёл чтобы сделать аборт. -Я бы мог сделать аборт без угрызения совести,-честно сказал длинноволосый.-Но я не беременный, и поэтому пришёл сюда не для этого. -А для чего же ты пришёл? Костя молча буравил взглядом стенку напротив, в то время, когда Солнухов разглядывал омегу в ожидания ответа. -Я болен СПИДом. -Что? -Что-что? Дотрахался я- вот что!-закричал длинноволосый на весь коридор. Теперь, в радиусе пяти метров перед омегами никто не маячил. Валика спугнула такая реакция. Он тупо замолк и лишь невинно хлопал ресницами. -Прости, арх, перед течкой всегда расшатанное настроение. -Хах, СПИДом? Это ведь значит... -Что я умру через некоторое время. Я знаю. Со времён женщин ещё существовали лекарства, но в процессе катаклизмов девы унесли с собой на тот свет последнюю из сывороток,-Костя замолчал, нервно перебирая пальцами одну из блесток из под штанов.-Но знаешь, я не жалею об этом. Мне жизнь была дана в развлечение, чтобы ублажать альф, и внешность тому подтверждение. Если говорить о моём предназначении здесь, думаю, что боженька поощрит меня за мой бездонный, не раз траханный зад. Как-никак альфа всё-таки. Валик с ужасом выслушал всё, что было сказано этим омегой. Был ли он сумасшедшим? Определённо. -А как твой муж отреагировал на твою болезнь?-Валик понимал всю неуместность данного вопроса, но ему надо было хоть как-то скрыть свою неловкость прибывания с этим человеком. -А, про него вообще не спрашивай. Он подал на развод ещё до моей болезни. Говорил, что от меня воняет! Больной. Променял меня на какого-то Чженя. Знаешь, я ведь не любил его. С ним мне было как минимум выгодно. Хотя и в постели он был тоже ничего, и на внешность. высокий, смуглый, умный. Компанию при себе держал. Запах грецкого ореха. А глаза у него такие как... - Космос. Цитрусовый нахмурил взгляд и обернулся на Валика. Собеседник смотрел на него ровно так же, как и он сам. Минутное озарение заставило сердце биться чаще. -Пиздец. -Да. -Ты трахался с моим мужем. -Это...он сам...я не... -Да забей, я сам такой, но ты бы мог не стесняться меня и сказать об этом раньше. -Да не так всё было!-от криков взбунтовавшихся омег разошлись почти все пациенты, и только пришедший медбрат смело окрикнул двоих. -Так, молодые люди, идите разбирайтесь в другом месте! -Он изнасиловал меня. -Ха, чё ты несёшь? У тебя была течка, плюс возбудитель. Сам на него небось запрыгнул,-Костя как буд-то не замечал медбрата, что сверлил его недобрым взглядом. -Я закрылся в подсобке и ждал друга, что бы он меня забрал, но этот меня нашёл...и,-Солнухов опустил взгляд.-Всем сердцем я больше всего не хотел показаться шлюхой. -Ммм...всем сердцем ты бы не хотел показаться мной. Валик открыл губы, хотел что-то сказать, но не смог даже посмотреть Косте в глаза. Длинноволосый улыбался, этот парнишка напоминал ему времена его юности, когда он был таким же глупым и наивным. -Кхм,-напомнил о себе работник больницы. -Пойдём выйдем, нам здесь не рады,-косясь на нервного медбрата произнёс Костя. -Знаешь, как бы я не представлял...даже не так...я вообще и подумать не мог, что так выйдет!- цитрусовый бурно жестикулировал руками, до сих пор недоумевая от довольно крутого жизненного поворота. -Прости, я не знал, что он твой муж, да и до сих пор мало что о нём знаю,-две омеги бродили по узким аллеям больницы. Холодный ветерок игриво перебирал их волосы. -Рассказать? -Не нужно,-Валик улыбается, качает головой.-Не думаю, что смогу снова поверить в него. -Ну и не надо, пока он сам этого не захочет, от него этого хрен дождёшься,-обходя лужи, пробубнил Костик. -Насчёт этого...я его видел сегодня. Случайно наткнулся. Он просил меня вернуться к нему. -Сам?-удивлённо пропищал цитрусовый. -Да. -Ха, тогда это серьёзно. Даже не знаю что и сказать...-омегу отвлёкла едва слышная вибрация телефона. Проверив почту, он тяжело вздохнул.-Вспомни говно- вот и оно. Просит быстро подписать пару бумажуль по разделению имущества. Говорит, у него самолёт в шесть в Китай, поэтому просит не опаздывать, мудак,- последнее слово парень пытался выдать как можно грубо. -В Китай? Ха я так и думал что ему доверять нельзя. Только в любви клялся недавно, а теперь уже в Китай летит. -Небось опять до своего Чженя,-подхватил Костя.-Ох, побегу я, а то ведь он весь мозг просверлит, потом как-нибудь найду тебя, пока. -Пока,-махнул рукой Валик вслед быстро уходящей омеге. После разговора с этим человеком на душе у Солнухова осталась какая-то неосязаемая тоска и небольшой мешочек грусти. Наверное такое ощущение всегда прибывает в людях, которые знают, что разговаривают с человеком, жить которому осталось недолго. Мысли о недалёкой смерти приятеля отозвались воспоминанием о вечном сне друга. Всё вокруг Валика медленно начало ускользать под землю. Почему пустые могилы так внезапно стали звать его мир к себе в дом? Маленькая ладонь нежно коснулась животика. Ребёнка в могилу? Ну уж нет. Солнухов грозно кинул взгляд на облака. Если эти мучения станут для него индивидуальным испытанием, то он будет сильным. -"Ха, пончик, ты уже соскучился по мне?"-раздалось откуда-то сзади. Парень обернулся, но никого не нашёл. Он щурился, внимательней всматривался в темнеющие кроны деревьев, в переплетающиеся между собой ветки. Глаза пытались отыскать знакомый светлый силуэт, но тщётно. На узкой аллее он был один. -"Неужели я схожу с ума?"-лицо приобрело гримасу мученика. Веки сомкнулись. Солнухов пытался прислушаться к голосам ближайшего леса. Может найдёт что-то похожее? Но ни тихое покачивание деревьев, ни глухое пение птиц не было схожим к родному голосу. Надежда не покидала его ещё пять минут, стояла вместе с ним, упрямо прибила ноги к асфальту, а потом ушла, уводя за собой и хозяина. Дома было тепло. Но даже несмотря на прогретое помещение, Валику было холодно. Омегу морозило на всём пути по дороге домой. Когда он пришёл, первым делом померил температуру. Тридцать семь и девять. -"Твою...мне же нельзя болеть,"-Солнухов быстро натянул жёлтый свитер друга. Не специально, просто под руку попался. -"И как всегда таблеток нет,"- подумал омега, собираясь открыть дверку шкафчика, но к его удивлению лекарства были, и много. Набрав парочку коробок и попутно ставив чайник на плиту, он разместился на ближайшее кресло. Жёлтый ворсистый ковёр приятно щекотал стопы босых ног. Солнухов медленно потирал одну конечность об другую, глубже вжимаясь в кресло. -"Идиот, надо было надеть носки, я ведь больной,"-как бы двусмысленно не звучала эта фраза в его голове, но с уютного местечка всё равно вставать не хотелось, даже свистящий на кухне чайник не заставил его сдвинуться с места. Только назойливая мелодия мобильника заставила омегу пошевелить рукой и достать беспредельщика на рядом лежащей тумбочке. -Да? -Валик, привет, прости что вчера так быстро сорвался, и за то, что потом приехать не смог. Ты был в больнице у Гоши? Или мне сейчас за тобой заехать?-голос Можайкина тараторил не разбираемо быстро. У него бывало такое, когда волновался. -Я...был у него. -О, и как он там? Омега растерялся. Глаза его устало смотрели сквозь белый рисунок обоев, губы раскрылись и хотели говорить, вот только голос застрял глубоко в глотке. А мозг вообще отказывался верить во весь этот бред. В таком положении парень завис на минуты три. -Валь, так как он там?-переспросил альфа, но никаких сдвигов не произошло.-Валь, с тобой всё в порядке? -Гоша мёртв,- прошептал Солнухов. -Что прости?- Можайкин конечно всё слышал, но готов был переспрашивать своего друга триста раз. -Гоша мертв. -Ну неее, Валь, не шути так. -Я не шучу,-сдавлено прохрипел Валик от неспособности продержать в горле постепенно нарастающий ком. -Бля ну ты сука и жук, я ведь недавно вас на машине до больницы подвозил. -Роды были тяжёлыми, смогли спасти только ребёнка. На другом конце провода повисло молчание. Теперь завис Игорь. -Я видел его труп. -Ты больной? Зачем ты туда ходил? -Я не верил ему до последнего. Я не хотел верить. -Ты действительно ненормальный, ты пошёл туда, хотя знал что переволновавшись, могут пойти преждевременные схватки. -Я... -Глупый омега. Раррр, ладно, сиди на на месте я скоро подъеду. Ты, кстати, где? -Дома -Вот сиди дома! И ни дай Бог я приеду, а тебя нет... -Я понял, езжай уже,-отключая телефон пробормотал Валик. Класть телефон на место было слишком лень, но с дивана всё-таки встать пришлось, так как чайник на кухне разрывался во всю. -Задолбали,-перекрывая поток газа на плите недовольно протянул Солнухов. Он всё так же держал в руке телефон и только сейчас опомнился, так сильно спешил на кухню, что забыл закинуть мобильник на место. -"Интересно, сколько времени?"-смотрит в экран недорогого аппарата. Было около трёх. Парень неуклюже набрал ключ блокировки и зашёл в контакты телефона. -"Десять тридцать,"-вспомнил омега слова доктора. Пальцы быстро стали набирать книжку вызовов. -"А когда же ты мне позвонил?"-пролистывать ненужные номера долго не пришлось, ведь в последнее время он ни с кем толком и не созванивался. Под входящим вызовом друга было обозначено время и дата.-"Совсем не десять тридцать,"-экран показывал одну минуту первого ночи.-"Ну да, и лёг я вчера поздновато, а чё за фигня с номерами?"-Валик ещё долго рылся в контактах телефона, пытался найти разумное объяснение звонку друга, но так и не нашёл.-"Может доктор ошибся?"-Солнухов стал подбирать глупые отмазки, нелепые совпадения, но даже логически рассуждая он понимал, что даже бы если друг ему звонил в нормальном состоянии, то рассказал про роды, про ребёнка, про то что...умер... Валик не моргая минут десять смотрел на зелёную плитку кухни. -"Он ведь умер. Почему...нет, я не понимаю. А что если он мне звонил, когда уже был мёртв? Да бред. Но..."-снова смотрит на время входящего вызова.-"Я ведь точно помню что ты звонил и о том, что мы разговаривали,"-в головном кавардаке и невиданном беспорядке начинают всплывать моменты вчерашнего вечера.-Ты просил не приходить к тебе в больницу сегодня. Но зачем? Говорил про киоск...куда я и пошёл,а потом встретил этого...-и тут Валик всё понял. Понял что друг был уже мёртв к тому моменту, понял что его встреча с истинным была не случайностью. Это друг его к альфе направил.-"Но зачем? Он же тебе так не нравился! Ты ненавидел его хуже моего,"-Валик беспокойно наблюдал обыденный пейзажем за стеклом. -Видимо он действительно раскаивался, не лгал. Неужели что бы понять это, мне нужна была смерть друга?-закрывая лицом руками от стыда, он нервно всхлипывает. Снова глаза его дрожат от слёз.-"И даже с поддержкой друга после смерти я упустил последний шанс. Прости, Гош, я и правда хреновый друг." Слабый солнечный свет едва прорывался из-за серой пелены облаков. Его лучи едва касались до холодной зелени плитки. Белые обои стали на тон темнее, но даже в темноте этот свет не упускал шанса едва уловимо приласкать своим теплом пребывающего в комнате человека. Голубая радужка глаза насквозь прожигала картину действительности перед собой. Перед Валиком не было ни кухонного стола, ни стульев, ни этих белых занавесок. Был только свет, который потихоньку пробирался в душу. -"А может ещё ничего не потерянно? Куда и на чём он там собирается уезжать?"-вытирая слёзы, медленно зашагал он к себе в комнату.-"В Китай, да? На самолёте?" Омега быстро нашёл пару тёплых носков и штаны потеплее. Захватил с собой таблетки и уже натягивал своё чёрное короткое пальто, как в дверь тут же вломился высокий мужчина. -И куда это мы намылились?-недоумевал Игорь. -Хорошо что ты приехал. Мне нужна твоя помощь. -Не не не. Мы так не договаривались. Я те чё сказал? Сиди дома. Тебе беременному вот не резон сейчас по городу разъезжать. -Мне срочно нужно ехать в аэропорт. -На кой хрен? -Игорь,- Валик был не в том состоянии что бы объясняться перед другом, ему срочно нужно было у видеть истинного. Сейчас на него будто давило что-то, не давало нормально дышать. Тоска по альфе не давала даже нормально мыслить. -Валик,- Можайкин видел в каком состоянии находился омега, поэтому наотрез отказывался ехать куда-либо. -Мне сейчас же нужно чтобы ты отвёз меня в аэропорт! -Вот только не ори, твои беременные бредни я выслушивать не буду. -Там мой истинный, доволен? Игорь насторожился. Кому как не ему знать как хреново без того, кто предназначен тебе судьбой. -Ты действительно готов принять его? Он ведь кинул тебя при всех, опозорил. -Я знаю. Но он жалеет об этом, ему плохо без меня и мне без него тоже очень плохо,- ещё чуть-чуть и омега зарыдает в голос, на душе скребли не кошки, душу рвали волки. Игорь тяжело вздохнул, попутно потирая глаза. Сам ведь любит своего омежку без памяти, даже в те моменты, когда Андрей явно перегибал палку с ревностью, он так же души в нём не чаял. -Ладно, но если он кинет тебя и в этот раз, я ему морду то разукрашу!-угрожающе покачивал он пальцем. -Ха, да хоть кастрируй,-улыбнулся Валик. Огромное здание аэропорта было переполнено людьми. В этой толпе нужно было отыскать один знакомый облик. Высокого альфу в длинном чёрном пальто. -А ты точно уверен, что он будет где-то здесь?-засматриваясь на прохожих спросил Игорь. -Точно, если самолёт на Гонконг ещё не улетел. Игорь закатил глаза. Ему очень не нравился резкий подрыв друга на приключения. Но раз дело состоит в разборках любви сердечной, то он готов был потерпеть. -Пойдём в кассу. -Господи...-альфу не спрашивая потянули куда-то в перёд, а он как тряпичная кукла всюду следовал за своим хозяином.-Я не уверен, что мы его сможем здесь отыскать. -Извините, а в котором часу отправка самолёта Москва-Гонконг?-проигнорировал слова друга Валик. -Через пол часа,-ответил деловито молодой омега в кассе.-Билеты уже все распроданы. -А мы и не собираемся лететь,-завопил откуда-то сзади альфа. -Помолчи,-шикнул на друга Валик. -Не шикай тут на меня! -Извините, но не могли бы вы побыстрей?-позади парней стоял староватый омега в очках и сверлил молодых недовольным взглядом. -Помолчали бы, дедушка. -Заткнись! Что ты за цирк устроил? -Да как вы смеете грубить старшим?-к разборкам подключился другой престарелый дед. -Извините, но он больной, мы уже уходим,-улыбаясь, уводил под руку друга Солнухов. -Беспредел,-цокнул в след дедушка в очках. -А если бы охрану вызвали? Совсем заболел? -Нет, что ты, я лишь пытался привлечь внимание того альфы,-указывая куда-то позади омеги, улыбнулся Можайкин. Валик обернулся. Сзади него стоял высокий черноволосый мужчина и не думал оборачиваться. Он был занят рассматриванием каких-то фотографий по телефону. Солнухов насторожился. Он узнал этот запах грецкого ореха. Мурашки вновь пробежали по спине, совсем как в тот раз в клубе. Голубые глаза просили обернуться альфу. Валик не решался пройти в перёд, даже быкоподобное, постепенно нарастающее раздраженное дыхание друга не торопило его. Парню казалось, что если он позовёт его по имени, то альфа обернётся и больше никуда не уйдёт, но он даже не знал, как его зовут. -Эй ты, чмо в длинном чёрном пальто, обернись уже, а?-Игорь заколебался. Валик медленно обернулся и готов был убить друга на месте, но как посмотрит на них его истинный, ему было куда интересней. Альфа лицезрел их не сразу, да и отреагировал он не так словно его кто-то позвал, а словно откуда-то сзади почудилось зловонье из кошачьего лотка. Такое у него было на тот момент выражение лица, но это быстро прошло, так как неприятный запах быстро сменился на до боли знакомый приятный и сладкий аромат. Голубые глаза попали в цепкую хватку глаз космоса. Их разделяли пять метров, но Солнухову казалось, что даже они пропадут, станут коварным расстоянием, что разделяет людей, или огромной пропастью, через которую не смог бы перепрыгнуть, или обойти ни один человек. Что бы этого не случилось, омега быстро побежал к истинному, не оборачиваясь. -Да, конечно, спасибо тебе большое, Игорь. Я очень благодарен тебе, Игорь,-смотря вслед убегающему другу пробубнил Можайкин. Омега хотел сильно впиться руками в альфу, но как только остановился рядом, застыл на месте. Примет ли он его после того разговора в парке? - Я ...-ему не дали договорить. Нежный поцелуй был совсем неощущаемым, но альфа попытался вложить в него всё то, что чувствовал на протяжении всего этого времени без своего истинного. -Ты пришёл за мной, да? -Я...люблю тебя, прости,-омега не выдержал, разрыдался прямо перед возлюбленным. Кажется, это у него на почве беременности развилось большое слезовыделение в последнее время. -Ну, малыш, не плачь, это ты меня прости,-вытирая слёзы омеге, шептал кареглазый.-Я люблю тебя. От этих слов Валик расплылся в улыбке. Он плакал от счастья. Но в голову впился давно мучающий его вопрос. -А как...тебя зовут? Альфа потупил взгляд, но быстро покраснев, отвернулся. Только сейчас он понял, что отымел в первый раз в жизни омегу, у которой даже не знал имени, а что ещё интересней, именно этот парень его истинный. Быстро приведя себя в чувство, он мигом повернулся к светлоглазому. -Александр. -Валентин,-распирающее в его груди чувство вновь закружилось в стремительном вальсе. Солнухов в первые чувствовал такую отдачу от человека. Это было не только в его груди. Светлая прядь волос скользнула на глаза омеге. Саша аккуратно уложил её за ухо возлюбленному, попутно целуя в губы. -Такой светлый и тёплый. Как солнце,-шепчет он, едва касаясь щеки Валика.-Моё солнце. Двое ещё долго стояли в толпе больших и малых людей. Пару переполняло одно чувство, что никогда больше не отпускало, что никогда не вырвать из груди, да и зачем? Ведь так приятно, когда твои руки нежно гладят солнце, а до губ касаются сладкие уста. Пять лет спустя. -Дорогой, ну почему так мало сахара? Ты же знаешь, я люблю сладкое,-Саша медленно перевёл недовольный взгляд на мужа. Горячий кофе был ему явно не по вкусу. Валик улыбается, игнорируя, продолжает нарезать колбасу ломтиками, затем берёт карамельку из корзинки с конфетами и кладёт её в рот. Медленно оборачивается и целует возлюбленного, угощая сладким сюрпризом. -Так слаще? -Вполне,-альфа довольный как кот, объевшийся сметаны. -Папа! Папа!-в кухню влетают две маленькие омеги. -Никита, Артём, не балуйтесь, кухня это не место для игр,-журил мальчиков Валик. -Там один альфа обозвал нас толстыми мамонтами,-пропищал детским голосочком светлый пухляк с чёрными глазами. Рядом стоящий Никита едва сдерживался от слёз, наклонил голову и хмуро смотрел в пол. -Мальчики,-Валик подошел к маленьким омежкам. Это ему напомнило старые времена детства и дорогого друга.-Запомните очень важную вещь,-начал он, улыбаясь,- Важно не что у вас здесь,-рукой он показал на свой не крупный облик,-А здесь,-рука омеги коснулась груди насупившегося мальчика, а затем быстро дёрнула его за нос,-Не грусти! -Тебе легко говорить, пап, ты ведь такой красивый,-у детей не было проблем со зрением, просто Валик действительно сильно изменился за всё это время. Оказывается, по семейной линии Солнуховых омеги после родов сами по себе худеют. Генетика такая, а какая радость для парня! Теперь он стал настоящим красавцем. -В это трудно поверить, ребят, но я был ещё тем пончиком. -А почему тогда папа полюбил тебя?-взгляд глаз цвета реки устремился на Сашу, допивающего своё кофе. -Ну,-альфа растерялся. -Ему понравился мой запах,-подмигнул мужу омега. -И не только!-Саша так воскликнул, будто его обвинили в преступлении века. От быстрой смены настроения у отца дети немного попятились назад. Альфа и сам удивился своему напору, но продолжал уже более мягче, вглядываясь в глаза возлюбленному,-Я полюбил его, за то что он... -Не был шлюхой?-перебил папу Артём. От таких ранних познаний своего ребёнка у омеги глаза чуть не вылезли из орбит.-Этому нас тоже тот альфа научил.-опустил взгляд светловолосый. -Хахаха, это мой мальчик!-рассмеялся во всю Саша. -Мальчишки, не обращайте внимание на своего папу, идите играйте во двор, а слово шлюха-это очень плохое слово. Омегам, которые говорят плохие слова, Дед Мороз не дарит подарков. -Мы не будем больше! Честно, честно!-завопили в голос омежки. -Ну тогда ладно, бегите, играйте, Когда входная дверь закрылась за детьми, омега недобро покосился на альфу. -Что? -Совсем ничего,-Валик прикрыл лицо рукой и неодобрительно покачал головой. Сейчас, именно в этот момент, парень ощутил тёплое чувство душевной полноты. Оно раскрылось в нём словно маленький жёлтый цветок, ещё одно украшение его огромного летнего сада. Его тело приятно ломило от лёгкой усталости и недосыпа, но он был счастлив. Год назад Костик скончался. Валик знал, что это произойдёт, вопрос был во времени. На похоронах было не много людей. Большинство омег. Даже как-то странно, Саша тоже отказывался идти, и если бы не его омега, то он бы там не присутствовал. Нахимов не горел желанием вспоминать прошлое с этим человеком, но всё же потом признался, что попрощавшись с ним тогда на церемонии, на душе стало легче. Размышление о смерти Костика напомнили ему похороны Гоши. Кстати, Саша и на них присутствовать не хотел, но Валик его заставил. Опять. Омега много рассказывал о своём друге истинному и ребёнка его он принял как родного, но о том случае со звонком рассказать не осмелился. А может ему всё-таки приснилось? Как бы там не было, но результат на лицо. Валик счастлив. На холодильнике, рядом с омегой, внезапно пропищал телефон о пришедшем сообщении. Он не стал проверять откуда, дальше принялся нарезать колбасу ломтиками. Это был радостный смайлик, пришедший с давно позабытого номера.