Новый пациент

- Где ты был сегодня? – Айзек отвел взгляд от занавесок и обхватил руками колени, устраиваясь поудобнее в мягком кресле, прежде чем ответить. - Мы с Эрикой тусовались в местном клубе. Пытались разузнать что-нибудь о том оборотне. - Оборотне, что пришел в город несколько недель назад? – парень натянул рукава серой водолазки почти до кончиков пальцев и впервые за полчаса разговора взглянул на собеседника, чуть прищурив глаза. - Он странный, - на лице Питера проскользнула тень усмешки, смешанной с изумлением, - Мы чувствуем его, но не находим. Ни разу не смогли вычислить в толпе, даже узнать ничего не получилось толком. Будто его и нет вовсе, но… чутье не обманешь. Айзек опирается на руки, в очередной раз меняя положение тела, понимая, что, если задержится в каком-то одном, не сможет сконцентрироваться на разговоре, а поговорить с Хейлом действительно хотелось. - И что случилось в баре? – Питер становится чуть более серьезным, опирается локтями в подлокотники кресла, копируя позу Лейхи. - Почему такой вопрос? Все было довольно мирно, - парень на секунду отвел глаза, фокусируясь на стыке кремового цвета стен, делая усилие, чтобы удержать руки на месте и не начать беспокойно сминать собственную одежду. - На этот раз тебя не было очень долго, - Питер откинулся назад, чуть расслабляясь, казалось, по одной реакции собеседника заранее определив его ответ. - Мне показалось, что он смотрел на меня, - Айзек порывисто взмахнул рукой, хмуря светлые брови и напряженно продолжил, - Этот взгляд не давал покоя. В конце концов, я не выдержал и побежал за ним. По крайней мере, я так думал, - в тишине комнаты звоном отдался от стен раздраженный выдох. Мужчина, сидящий напротив, подался немного вперед, не прерывая зрительного контакта, и положил руку на чужое колено, слегка сжав. - Что дальше? Ты нашел его? - Нет, - Лейхи вздрогнул и покачал головой, - В добавок, я бросил Эрику. Стоит извиниться перед ней в следующий раз. Она наверняка дико обиделась. Разговор прервал глухой стук в дверь и смешанное звучание голосов. Послышались шаги, коридор начал заполняться шумом и суетой, тогда как в кабинете Хейла все оставалось неподвижно. Питер взглянул на часы и приподнялся с кресла, плавно потянув парня за собой. - Тебе пора на обед, не стоит опаздывать, - положив горячие ладони на плечи собеседника, мужчина повел его к двери, обходя мебель, - Только не увлекайся… поисками. Буду ждать тебя завтра, так же после прогулки. Дверь перед Айзеком услужливо распахнулась. Медсестра, стоявшая в ожидании со стопкой полотенец в руках, кивнула Хейлу, доброжелательно прибавив «Сэр», и повела парня дальше по коридору, минуя идущего навстречу гостя. - Доброго дня, - Питер кивнул вошедшему, внимательно осмотрев его костюм, и закрыл дверь, - Думал, вы все еще на терапии. Что-то случилось? – собеседник легко улыбнулся, чуть наклонив голову вбок, и поправил галстук выверенным, аккуратным движением. - Нет, я закончил, доктор Хейл. - Прошу, присаживайтесь, Ганнибал, - мужчина указал на кресло, в котором не так давно сидел Айзек и прошел к столу, возвышаясь над бумагами, отыскивая взглядом карту Лейхи. - Мой пациент… довольно специфичен, - начал Лектор, останавливаясь взглядом на коллеге. - Настолько специфичен, что путешествует по психиатрическим больницам вместе со своим врачом, - Питер изогнул губы в легкой усмешке и подошел к креслу, присаживаясь напротив Ганнибала, спокойно игнорируя его взгляд. - Уилл – это большая редкость, - в голосе скользнула улыбка, на что Хейл обратил внимание и на секунду поднял голову, - Не могу позволить, чтобы у меня его украли. - Да, его случай – редкость. Остается только надеяться, что вы приложите все силы на его изучение. *** Над Балтимором который день подряд сгущались тучи, однако ни одной капли влаги еще не упало с неба. На третьи сутки мучительного ожидания ливня люди начали проявлять беспокойство, суетясь на улицах, стараясь быстрее дойти до места, забывая и теряя зонты. Айзек видел. Он, конечно, мог наблюдать лишь часть этого оживления – психиатрическая больница не могла стоять в центре города. Однако даже здесь редкие люди, проходившие мимо внушительной кованной ограды, вместе с серым, пасмурным небом сообщали ему о настроениях толпы. Он сидел в общей комнате около окна, наслаждаясь редким моментом спокойствия и созерцания. Сейчас ему не нужно было извиняться перед Эрикой, снова бегать за Скоттом в лесу и в очередной раз выслушивать критичные замечания Бойда, который, конечно же, как всегда лучше всех знал, что нужно делать. Ему не нужно искать таинственного оборотня, вынюхивать по улицам и подворотням. Сейчас он может пить чай и смотреть в окно или же общаться с другими. Ровно до шести. Дальше – сон. Лейхи поморщился и заерзал, будто стараясь глубже погрузиться в свободную водолазку, нещадно вытягивая ее рукава и ворот. Сон для него был совершенно отвратительной вещью. Спать, когда ты и так имеешь слишком мало возможностей видеть мир, было просто безумием. - Добрый день, - Айзек вздрогнул, то ли от звука чужого голоса, то ли от резкого звона чашки, которую незнакомец поставил на стол прямо перед ним. Вырванный из собственных раздумий, парень поднял растерянный взгляд вверх, но промолчал, оставляя за подошедшим право самому объяснить свое поведение. - Ваш чай уже давно остыл, - мужчина кивнул на чашку в руках Лейхи и, поправив полы темно-серого пиджака, опустился в кресло напротив, будто и не собираясь больше что-либо говорить. Однако чай так и остался нетронутым, а Айзек лишь только подтянул колени к груди, почти врастая в сидение. Незнакомец был невозмутим, спокоен и до отвратительного уверен в себе. Этот эффект лишь подкреплялся дорогим костюмом, вычурным узором на галстуке и ровной, слишком аккуратной укладкой русых волос. Он был некрасив лицом, каким-то сухим и искусственным, на котором тонкая доброжелательная улыбка казалась светской и острой. Однако взгляд мужчины, проницательный, глубокий, но не навязчивый, завораживал и привлекал. Лейхи поймал себя на мысли, что они молча разглядывают друг друга уже несколько минут, и что взгляд этого человека постепенно рождает где-то в глубине его души непонятный страх. - Меня зовут Ганнибал Лектор. Я буду новым работником этого заведения, - мужчина кивнул на бейджик, который он успел положить на стол около себя, видимо, так и не решившись прикрепить его к дорогой ткани костюма или же к халату, который он держал на сгибе локтя, - Возможно, это лишь временное занятие. Но получше познакомиться с коллегами и пациентами не помешает. Айзек с трудом подавил желание встать и уйти, понимая, что до ужина ему запретят покидать эту комнату. Можно было отпроситься в туалет, но заполучить нового сотрудника в качестве провожатого так же не особо прельщало. Ему не были интересны знакомства и персонал. Его единственным врачом, собеседником и другом был Питер, и в общении с другими не было никакого смысла. Сейчас Эрика и Скотт были бы как раз кстати. Они уж точно быстро решили бы назревающую проблему, но они – там, в их лесу, все еще ищут оборотня, тогда как он, здесь, должен терпеливо выносить чужое, совершенно нежелательное присутствие. - Вы меня слышите? – Ганнибал подался чуть вперед, заставляя Лейхи заметно напрячься. Тому стоило больших усилий сохранить свой взгляд бездумно направленным чуть выше плеча мужчины, однако и мимолетного эффекта Лектору хватило для усмешки. - Айзек Лейхи, - медленно проговорил он, будто пробуя это имя на вкус, - Немного наслышан о вас, - доктор протянул руку к нетронутой чашке, внимательно подмечая любое движение собеседника и неожиданно спросил, - Мое присутствие плохо влияет на ваше состояние? Черт, да. Определенно. Айзеку все сложнее было сохранять отстраненный вид, все труднее было усидеть на месте под внимательным взглядом. Казалось, что вместе с рукой Ганнибала, оказавшейся так близко от его ног, на Лейхи переползает что-то черное, удушающее, словно дым. Напряжение и страх накатывали волнами, постепенно учащался пульс, хотелось поскорее оказаться рядом с ребятами, но иногда совершенно несвоевременное забытье на этот раз не собиралось приходить желанным спасением. Выхода не было. - Как и присутствие любого другого человека, - осторожно ответил парень, оглядываясь на часы. Нужно было перетерпеть еще сорок минут, возможно – меньше, если Лектору все же надоест этот «разговор», - Не люблю, когда на меня смотрят. - Неправда, - мужчина откинулся назад, словно с издевкой, показывая, что уходить никуда не собирается, - Человек, который не любит, когда на него смотрят, и сам не пытается разглядывать других. Айзек поджал губы и снова повернул голову к окну, вызвав этим тихий смешок Ганнибала, и вздрогнул от неожиданности, когда тот снова заговорил через несколько мучительно долгих минут. - Вы меня видите, - чуть приглушенный голос мужчины стал почти стальным, что резко контрастировало с его развеселенным и приятным выражением лица. - Как и все вокруг, - ответ прозвучал слишком поспешно, выдавая страх и растерянность Лейхи. Разговор принимал странный оборот, двусмысленность веяла опасностью и угрозой. - По-своему, - тон Лектора стал чуть мягче и звучал теперь более успокаивающе, чем несколько секунд назад, - Вы меня интересуете, Айзек. Все это было неприятно, отвратительно. Будто обожгло изнутри кипятком. Парень вскинул голову и прищурился, не пытаясь скрыть своих эмоций. Он и сам плохо понимал, чем так разозлил его этот человек, диалог с которым со стороны вообще мог показаться весьма обыденным. Возможно, его разозлила собственная волна страха, моментально поднявшаяся в груди и осевшая на легких болезненным спазмом. Он не был ни в чем уверен. Необходимо было уйти, сейчас. Непонятно почему и зачем - просто выйти, наконец, из этой общей клетки и укрыться в своей собственной. В голове искрой сверкнула идея, что, наверное, отразилось в глазах Лейхи – Ганнибал, до этого спокойно наблюдавший за ним, в секунду напрягся и привстал, но парень был быстрее. Чашка с грохотом врезалась в стену, осыпавшись на пол крупными белыми осколками. На бежевых, тканевых обоях безобразной кляксой отпечатался неровный коричневый след с тремя капиллярными дорожками, направленными вниз. Все остальное Айзек видел смутно, словно через белую, молочную пелену. Он видел искаженные в удивлении лица спешащих к нему санитаров и сестер, понимая, что сам находится в шоке от своего поступка, от оглушительного звона разбившейся керамики. Однако, почувствовав крепкую хватку, он лишь облегченно вздохнул и обернулся в сторону Лектора. Тот стоял, по-прежнему сжимая в руке халат, держа в другой руке бейдж, не пытаясь помочь и не мешая, пряча за челкой чуть заметную усмешку. Лейхи вздрогнул и отвернулся, послушно следуя за санитарами в свою палату. *** Питер захлопнул за собой дверь, возможно, чуть более сильно, чем следовало, только лишь этим выдавая свое раздражение и беспокойство. После странного, непонятного инцидента в общем зале, Айзеку успели щедро вколоть снотворного, прежде чем Хейл успел прийти и разобраться с ситуацией. Лейхи никогда не был буйным - ни одного эксцесса за все время его пребывания. Однако, сердобольные сестры сделали «все строго по схеме», чем порядком вывели мужчину из себя. Этот парень никогда не вписывался в общие схемы - он был особенным пациентом, особенным… человеком. По крайней мере для Питера. Теперь же выяснить, что произошло перед ужином, он сможет только завтра, когда Айзека приведут к нему на прием. - Вы выглядите утомленным, - голос Ганнибала, устроившегося в кресле и разложившего перед собой несколько врачебных карт, застал Питера врасплох. - Вы все еще просматриваете? Я думал, вы уже выбрали себе необходимое, - Хейл прошел к столу, но не стал садиться, застыв в ожидании, будто намекая, что Лектору пора покинуть его кабинет. Он слишком устал на сегодня, чтобы теперь вести гостеприимные диалоги, которых за последние дни и так стало слишком много. - Да, никак не могу определиться. Если и выбирать себе второго подопечного, кроме Уилла, то выбирать кого-нибудь интересного и необычного, - Питер лишь пожал плечами, попутно убирая документы в ящик стола. - Тот пациент, что сегодня устроил бардак в общем зале, - Ганнибал не поднял головы и не сменил тона голоса, будто действительно задавая вопрос для поддержки разговора, но Хейл все равно чуть прищурился, разглядывая собеседника куда более внимательно, чем до этого, - Айзек Лейхи? Я говорил с ним в этот момент. Он интересен. - Не думаю, что я могу отдать вам его, - Питер ответил на невысказанный вопрос легкой усмешкой, - Этот пациент находится под моей личной опекой, программа его лечения уже назначена. Лектор встретил ответ молчанием. Он еще раз осмотрел последнюю карту и сложил бумаги в ровную стопку, по-прежнему не поднимаясь с кресла. - Я смогу еще раз побеседовать с ним? Надеюсь, этот эксцесс никак не был связан с моим присутствием, я был и так крайне осторожен, - Ганнибал вежливо улыбнулся, однако его взгляд имел противоположный, тяжелый и холодный оттенок. - Завтра на приеме я разберу с ним эту ситуацию, - Хейл кивнул, открывая дверь, недвусмысленным жестом приглашая коллегу покинуть кабинет, - Думаю, вы действительно были ни при чем. До завтрашнего вечера, - он ответил на рукопожатие и закрыл дверь, прикрыв глаза и потирая напряженную шею. Теперь он действительно имел основания волноваться за своего подопечного. *** Медсестра ввела Айзека в кабинет и услужливо передала Питеру наполненный успокоительным шприц. Эти меры были излишними, но мужчина не стал возражать, кивнув и отложив лекарство на край письменного стола. Лейхи стоял около кресла в нерешительности и беспокойно оглядывался на доктора, будто ждал ругательств и обвинений в свой адрес. Хейл мягко надавил ему на плечи ладонями, заставляя сесть, и сам опустился в кресло напротив, чуть подаваясь вперёд. - Что произошло вчера? Айзек сжал рукава своей кофты и заговорил неожиданно беспокойно и быстро: - Мне нужно было уйти к себе, в свою палату. Сложно было терпеть, и я разбил... Это была единственная возможность. Взгляд Айзека к концу фразы стал почти отрешенным. Всплеск эмоции сменился апатией - парень снова уходил в себя. Питер встал, обошел подопечного со спины и, наклонившись, положил руку ему на голову, аккуратно массируя кожу и перебирая светлые волнистые волосы. Лейхи вздрогнул и подался чуть назад, подставляясь под горячую ладонь, заметно расслабившись и на секунду прикрыв глаза. - Так что произошло вчера? - голос Хейла был почти на тон ниже обыкновенного, отчего каждое слово будто отпечатывалось в сознании Айзека, не давало отвлечься, заставляло сконцентрироваться на разговоре. - Ганнибал Лектор, - парень замер, чувствуя, как на несколько секунд рука на его голове сжала волосы чуть сильнее, но продолжил, - Он сказал, что я ему интересен. Питер заговорил не сразу. По его лицу пробежала тень недовольства, однако больше он ничем себя не выдал. - И что ты ему ответил? - Я швырнул в стену чашку, - Айзек запрокинул голову, улыбкой отвечая на удивление, проскользнувшее на лице мужчины. Он чувствовал, что его проступок, ответ на слова Лектора, скорее повеселил Питера, нежели рассердил, что было странно, но вполне приятно. - Он пугает, хоть и говорит совершенно обыкновенные вещи, - Лейхи снова прикрыл глаза, ощущая мягкие прикосновения к лицу. Они словно удерживали его в реальности, успокаивая, не позволяя снова "уйти". Сейчас чувство безопасности, которого так не хватало вчера, наконец, охватило его большим тёплым облаком, перемешиваясь с тонким ароматом парфюма Питера. - Его взгляд мне что-то напомнил. Я долго думал об этом вчера вечером и догадался, - Айзек отметил, как плавные движения Хейла на секунду прервались, что ещё раз доказывало его непонятное волнение, но не стал открывать глаз, - Так на меня смотрел тот оборотень, которого мы ищем. Я уверен. Но Ганнибал здесь, а тот волк - там... - Если учесть, что тот оборотень ни разу не показался вам и не обнаружил себя ничем, кроме взгляда, можно предположить, что в реальности Лектор просто смотрел на тебя в это время. Его взгляд заставил тебя беспокоиться, поэтому ты перенес его в свой мир. Это было слишком сложно и странно для буквально растекшегося по креслу Айзека. Он слишком ярко реагировал на тактильный контакт, но ничего не мог с собой поделать. Теперь ему просто хотелось сидеть так до позднего вечера, не двигаясь и не думая об оборотнях, новых докторах и странных взглядах. - Он хочет поговорить с тобой еще раз, и у меня нет пока четких причин ему отказывать. Твой поступок лишь еще сильнее заинтересовал его, - Лейхи напрягся и попытался подняться, но замер, почувствовав успокаивающую ладонь на своей шее, - Я запрещу ему, если ты скажешь, что после разговора тебе будет хуже, что тебе действительно страшно, - Айзек благодарно улыбнулся, но не попытался снова расслабленно устроиться в кресле. - Но если я поговорю с ним, проблема может разрешиться сама собой? - Я в этом не уверен. Но вполне возможно, что да, - Питер провел по волосам Лейхи еще раз и отстранился, переходя к столу, - Ганнибал пока находится в состоянии скуки – его… подопечный среагировал на перевод в другое заведение далеко не так, как ему хотелось. - Он сказал, что я «вижу его», - Айзек прижал колени к груди и поднял бровь в вопросительном жесте. Эти слова не были брошены случайно, но и понять их было сложно. «Не ты один», - Хейл улыбнулся и сел напротив парня, раскрывая перед собой его больничную карту, тем самым завершая разговор. - Мы слишком отвлеклись, Айзек. Давай вернемся к терапии. Думаю, теперь ты действительно успокоился и сможешь поработать. *** - Я хотел бы извиниться, - Ганнибал мягко улыбнулся Айзеку, сидящему напротив, и поправил галстук, чуть съехавший в сторону, - Возможно, я действительно мог быть причиной вчерашней вспышки гнева. Доктор Лектор зашел в палату к Лейхи тем же днем, перед ужином, так как «буйному пациенту» по правилам безопасности еще несколько дней запрещалось проводить время в общей комнате. Несмотря на то, что Айзек мысленно готовился к разговору, даже успел поговорить с Эрикой на эту тему, сейчас весь вчерашний страх, все странные ощущения снова встали перед ним непробиваемой стеной. Не хватало Питера. Его прикосновения помогали моментально, ощущение внутренней силы, скрытой в этом человеке, давало уверенности в своей безопасности. Сейчас ничего этого не было. Молчание затягивалось. Но что можно было ответить человеку, который сам все прекрасно понимал, и при этом требовал ответной фальши? - У меня бывают такие моменты, - Лейхи отвел взгляд от лица мужчины и застыл, рассматривая спасительное, все еще темное, затянутое тучами небо. - Вы снова говорите мне неправду, - боковым зрением Айзек заметил, как Ганнибал покачал головой и положил ногу на ногу, сохраняя доброжелательное, вежливое выражение, словно приросшее к его лицу. Парень не стал отвечать. Вызвать у собеседника скуку можно не только неинформативным разговором. Стоило просто снова изобразить апатию и, несомненно, через какое-то время «уход» ему обеспечен. - Сестры сказали мне, что у вас еще ни разу не было таких инцидентов. Зачем вы лжете мне, Айзек? Звучание собственного имени резануло по ушам, произнесенное уже знакомым строгим голосом, но парень вытерпел, оставаясь неподвижным, чувствуя, как от редкого моргания колет глаза, слыша, как медленно тикает стрелка на наручных часах психиатра. Он дернулся от неожиданности и, вероятно, упал бы, если бы сидел не на кровати, а на стуле – Лектор резким движением подался вперед, чуть привстав, сжимая его запястье и внимательно наблюдая за реакцией. - Я читал ваши файлы. Ранее вы находились «в себе» почти постоянно, врачи могли добиться какого-либо эффекта только большими дозами лекарств. Но уже как полгода ваши рецепты минимальны, а доктор Хейл ведет с вами довольно продолжительные беседы, - Айзек поднял на мужчину взгляд, застыв в немом удивлении и перестав пытаться вытянуть руку из крепкой хватки. - Никакого четкого описания. Ваш врач, вероятно, пользовался нестандартными методами лечения. Или же он просто не захотел описывать те действия, что не вписывались в рамки терапии, - Лектор откинулся на спинку стула, отпуская чужую руку, - Что делал Питер? Лейхи вжался затылком в стену и обнял себя руками в немом жесте защиты. Он не знал, какие методы можно считать стандартными, а какие - нет, но был уверен, что Питер не делал ничего плохого. Тот использовал тактильный контакт для того, чтобы вырывать Айзека из его состояний, однако никогда не заходил далеко. Только в самом начале их «общения» ему пришлось прибегнуть к чему-то странному. То прикосновение к губам парень помнит до сих пор, но не более того. В глазах Лектора промелькнула догадка. Он улыбнулся уголком губ и встал, рассматривая Лейхи сверху вниз, заставляя все переворачиваться внутри от страха. - Что делал Питер? – каким-то коротким, пробным движением Ганнибал дотронулся до светлых кудрей Айзека, внимательно следя за его лицом. Тот упрямо отвел взгляд и отвернулся, все еще хватаясь за возможность быть незамеченным, как бы абсурдно это не звучало. Раньше от чужого внимания его всегда спасала напускная апатия и уход «в себя». Людям сложно было заинтересоваться человеком, больше напоминающим труп и почти не реагирующим на раздражители, - Что. Делал. Питер. Голос Лектора приобрел совершенно резкие, угрожающие интонации. Лейхи понимал, что еще немного – и он убежит, сорвется с кровати и помчится в кабинет Хейла, подальше от этого взгляда и слов, произносимых с четкими паузами, будто выбиваемых на подкорке. Тем более, мужчина уже не спрашивал. В его словах не было ни тени вопроса, скорее требование к подчинению, требование дать ответ. Требование показать страх, что уже душил парня. Но Айзек остался на месте, не двигаясь и не отвечая, успокаивая себя тем, что его не могут убить или покалечить, по крайней мере, пока он находится в пределах этой больницы. Холодные, сухие пальцы мужчины обвели скулу и спустились к шее. Лейхи подавил желание зажмуриться и уйти от прикосновения, мысленно отсчитывая двадцать секунд, после которых он точно оттолкнет врача. Но не успел он досчитать и до пяти, когда чужая рука стальной хваткой пережала горло, почти не оставляя возможности вдохнуть. Айзек попытался закричать и оторвать ладонь от своей шеи, будто издалека слыша собственные хрипы. Он смотрел на лицо Ганнибала расширившимися в панике глазами и нещадно бил того кулаками по торсу, медленно осознавая, что его попытки бесполезны. На лице Лектора отразилось некое подобие удовлетворения и одобрения. Он чуть ослабил хватку, позволяя жертве вдохнуть и наклонился к чужому уху. - Невежливо вот так вот игнорировать собеседника, - Лейхи еле слышал низкий, укоризненный голос сквозь собственное хриплое, жадное дыхание. Он не оставлял попыток оттолкнуть психиатра от себя слабыми, негнущимися руками, не стараясь вникнуть в смысл сказанного. Воздух, снова заполняющий легкие, обжигал, словно горячий пар. Неимоверно сильно хотелось свернуться на своей кровати и закрыть глаза, только не чувствовать больше Ганнибала рядом с собой. - Я прекрасно вижу, когда ты притворяешься. Почти каждую минуту, пока я говорю с тобой, - Лектор повернул Лейхи к себе за подбородок и чуть отстранился, - У меня есть свои методы работы с такими пациентами, как ты… Они тоже весьма эффективны. *** В коридоре висело одно зеркало на весь этаж. Оно было закрыто белой, плотной шторой, служившей предосторожностью на случай буйной реакции пациентов на свое отражение. Пожалуй, им пользовались лишь медсестры и один старик, любивший спорить и ругаться с зеркальной поверхностью. Сейчас он, наконец, ушел, и Айзек, до этого сидевший в углу на жестком, металлическом стуле, подошел к стене и отодвинул толстую ткань. В другом конце коридора, около стеллажей с бельем и полотенцами, сестра, прислонившись к полкам, внимательно следила за ним. Он был благодарен ей хотя бы за то, что та сразу не повела его в свою палату, дав возможность взглянуть на свое отражение. Синяков не было. Не было ни одного яркого следа, который он мог бы предъявить Питеру. Лейхи еще раз осмотрел бледное запястье, покрутил головой, провел по коже пальцами, но ни одного свидетельства вчерашнего «разговора» с Лектором не обнаружил. Хейл наверняка поверил бы ему и без этого. Ему вообще не требовалось доказательств, чтобы верить Айзеку. Но Ганнибал, выходя вчера из палаты, выглядел настолько спокойным и уверенным в себе, что парень понял – он ничего не сможет сделать. Доктор Лектор может спокойно назвать случившееся очередным эксцессом, игрой воображения, сказать что угодно, и против его слов обвинения Айзека уже не будут иметь никакой силы. Он резко вздрогнул и развернулся, почувствовав прикосновение к своему плечу. - Айзек? Все в порядке? – Хейл подошел слишком тихо и, обернувшись, кивнул сестре, жестом отпуская ее. Лейхи поймал себя на том, что все так же опасливо потирает шею и отвел руки вниз, вцепляясь в полы своей кофты. - Я не хочу возвращаться в свою палату, - Питер кивнул и молча повел парня в свой кабинет, не задавая лишних вопросов. Только услышав стук закрывшейся двери, Айзек устало опустился в кресло и поднял глаза к потолку. Хейл молчал, давая возможность подопечному самому начать разговор. Он не стал садиться напротив и встал позади кресла парня, облокачиваясь о его спинку. - Где сейчас доктор Лектор? – Лейхи обернулся, порывистым, случайным движением скинув бумаги с журнального столика. - На терапии, - Питер нахмурился, но остался стоять неподвижно, - Он приходил к тебе вчера? - Да, - Айзек неожиданно улыбнулся, вспомнив, как Эрика рвала и метала после того, как он утром рассказал ей о случившемся. Друг, который переживает за него. Друг, которого не существует… здесь. - Что-то произошло? – Хейл спрашивал терпеливо, спокойно. Его размеренные интонации расслабляли, но когда мужчина провел рукой по волосам Лейхи, пытаясь приободрить привычным жестом, тот резко встал, перехватывая чужую руку. Они стояли неподвижно несколько долгих секунд в полной тишине кабинета и смотрели друг на друга с удивлением и непониманием. Одну руку Айзек по-прежнему держал на пострадавшем горле, прикрывая его ладонью, другой, дрожащей от напряжения, сильно сжимал запястье Питера. - Прости, - парень сделал шаг назад и опустил руки вниз, оставаясь все таким же напряженным, внимательно вглядываясь в лицо собеседника. - Что он сделал? – вопрос Хейла, прозвучавший немного резко, заставил Лейхи судорожно выдохнуть. Сейчас взгляд мужчины, стоявшего напротив, был таким же пугающим и темным, как у Ганнибала при их первой встрече. Айзек никогда не думал, что Питер сможет так на кого-то смотреть. Однако его голос, повторяющий вроде бы почти тот же вопрос, что звенел в голове вчера, был достаточно мягок и сдержан, что хоть немного успокаивало. - Я не хочу больше говорить с ним, - парень выдохнул, чувствуя, как напряжение момента уходит, как Хейл постепенно успокаивается и отходит к столу, на котором по-прежнему лежал так и не убранный шприц с успокоительным. - Я действительно «видел» его тогда и увидел вчера. Я беззащитен перед ним, и это пугает, - Питер улыбнулся на эту немую просьбу и, подойдя ближе, взъерошил Айзеку волосы, чуть приобняв. - Он больше к тебе не подойдет, - во вкрадчивом голосе по-прежнему чувствовалась угроза, но тело мужчины было расслабленно. Лейхи положил голову ему на плечо и закрыл глаза, вдыхая чужой запах, буквально чувствуя, как волнами накатывает спокойствие и тепло. - Ты не боишься его? - Не думаю, что должен. *** - Вы никогда не заходили ко мне ранее, доктор Хейл, - Грэм не сменил расслабленной позы при звуке открывающейся двери, но кивнул вошедшему в качестве приветствия. Он сидел на кровати, прислонившись спиной к стене, и держал на коленях папку с какими-то бумагами. - Не было необходимости, - Питер кивнул в ответ и сел, пододвинув к себе один из легких, пластмассовых стульев. - А какая же появилась сейчас? – во взгляде Уилла промелькнул интерес, он подался чуть вперед, облокачиваясь локтями о собственные колени. - Слышал, доктор Лектор привел вас в довольно стабильное состояние после «переезда». - Он просто сократил сеансы и увеличил количество вливаемых в меня лекарств, - Грэм усмехнулся и неожиданно серьезно взглянул в глаза собеседнику, - Но вы прекрасно понимаете, что, если бы он вообще не приходил ко мне, мое состояние бы только улучшилось. - Почему вы считаете, что я не один из почитателей Ганнибала и его психиатрической практики? – Питер поднял бровь в легкой усмешке и положил руку на неудобный подлокотник, уменьшая его давления на ребра. - Хотя бы потому, что вы ни разу не пришли посмотреть на меня, как на «интереснейший случай», - Уилл скопировал его позу, положив руку на спинку кровати и улыбнулся, - Думаю, мы друг друга поняли. - Да. Но, думаю, вы не были бы счастливы, а уж тем более спокойны, если бы Лектор исчез из вашей жизни, - профайлер вскинул голову и нахмурился, одергивая больничную рубашку. - Вы и сами прекрасно понимаете: он исчезнет, и я никогда не поймаю его. - Что вы, - доброжелательная улыбка Хейла казалась почти искренней, - Ганнибал Лектор – честный человек, его незачем ловить, - в ответ послышался лающий, тихий смех Грэма. - Конечно же. Так с чем пришли ко мне вы? - С выгодным предложением, - Питер подался вперед, вытянул из кармана лист бумаги и подал его собеседнику, - В результате нашей совместной работы я смогу обезопасить своего… приоритетного пациента, а вы – снова вернуть себе свободу действий. *** Небо, наконец, окончательно почернело, разразившись грозой и ливнем. Из общего зала вывели почти всех – мало кто из пациентов мог вынести раскатистые звуки грома, кому-то становилось плохо от молнии, периодически прорезавшей тучи. Не смотря на уличный шум, на нижних этажах, особенно в коридорах, было достаточно спокойно. Тишину нарушали только поспешные шаги и смешанный гул голосов. Из индивидуальной палаты сбежал пациент, и теперь сестры вместе с санитарами не находили себе места, обыскивая здание, подключая к поиску охранников. Питер стоял посреди холла, сжимая в руке стаканчик с кофе и с беспокойством на лице следил за передвижениями служащих, попутно успевая отвечать на все новые и новые вопросы. Несколько минут назад он тоже участвовал в этой суете, но теперь, когда Ганнибал вышел из палаты пропавшего Уилла Грэма, ему ничто не могло помешать взять перерыв. Доктор Лектор появился в поле его зрения через несколько секунд, облаченный в куртку, сжимающий зонт в руке. Он явно спешил по направлению к лестнице. Хейл не собирался его останавливать или окликать, но Ганнибал сам повернулся к нему, пронизывая на несколько секунд темным, проницательным взглядом. Питер ответил ему тем же, позволив себе приподнять в усмешке уголок губ и салютовать уже наполовину пустым стаканчиком. Лектор развернулся и быстро скрылся в проеме лестницы, не имея возможности и времени чем-либо ответить коллеге – Уилл Грэм ускользал от него, как песок сквозь пальцы, чего Ганнибал никак не мог допустить. Их немой диалог никем не был замечен. *** Айзек сидел в привычной позе в общем зале у полюбившегося окна, прижав колени к груди, не отвечая на вопросы сестер, проходивших мимо, что уже привыкли к его «приступам» и не особо беспокоились об отсутствии ответа. Его взгляд был неподвижен и совершенно пуст, руки крепко держали чашку с недопитым чаем. - Я рада, что ты, наконец, в норме, - Эрика улыбнулась, приобнимая Лейхи, попутно ткнув ему в бок ладонью, - Ты порядком всех напугал, знаешь ли. Скотт до сих пор ищет того оборотня. Ты уверен, что он больше не появится? Айзек улыбнулся, поудобнее усаживаясь на большом пне с ветвистыми корнями, что они с подругой выбрали для привала. Лес гулко шумел листвой, заставляя солнечные лучи плясать на траве причудливый танец. Они ждали Скотта и Бойда - те скоро должны были вернуться из города. - Уверен. Это точно.