birds

После того, как Гарри развязал меня и помог счистить запекшиеся сливки, мы с ним залезли в душ (того потребовал он сам). — Мыться одной гораздо легче, — вздохнула я, с трудом протискиваясь за мочалкой. — Эта кабинка слишком тесная для двоих! — Но я люблю быть с тобой, — усмехнулся он, и я пихнула его локтем. — Ай! Костлявая. — Какая есть, — пафосно ответила я, вскинув руки. — Всё, я пошла. Дашь знать, как закончишь. — Никуда ты не пошла, — захихикал он и настойчиво потянул меня назад, едва моё тело окутал холодный воздух. — Просто наслаждайся близостью, солнышко. Это очень связывает. — Мы занимаемся сексом чуть ли не каждый чертов день, — сказала я, закатив глаза. — Что связывает лучше этого? — Много что. — Неужели? — Ага. Дальше мы мылись в приятной, комфортной тишине, но, так как Гарри забыл постирать полотенца, нам пришлось вытираться крохотными махровыми салфетками. Он был воистину взрослым ребёнком. — Я не виноват! — возмущённо воскликнул он, когда я швырнула в него мокрую салфетку. — Просто забываю про это иногда. — И что мне делать теперь? — раздраженно произнесла я, хмуро уставившись в огромное зеркало. — Одежда моя грязная, с волос течёт водопадом, косметику с собой не взяла. И у тебя даже фена нет. Фантастика. — Почему бы тебе не забежать домой? — У дедушки гости, — ответила я, поджав губы. — Я хотела не появляться дома до вечера, чтобы они там нормально пообщались. Он обвил мою талию смуглыми руками и поцеловал меня в шею, уделив особое внимание лиловым отметинам. — Тогда не волнуйся, ладно? Наденешь свою юбку и одну из моих старых маек, и всё будет замечательно. Маме совершенно всё равно, ты для неё даже лучше нарезанного хлеба. — А косметика? — Тебе не нужна эта дрянь, — хмуро ответил он, и мы оба уставились на отражение своих тел, обнаженных и сплетённых вместе. — Ты и так красавица. — Все парни так говорят. — Я не «все», поверь мне. Я тебе врать не буду. Я рассмеялась. — Хорошо, чокнутый. — Это я ещё чокнутый, — улыбнулся он, легко целуя меня в плечо. — Давай, солнышко, я устал. Пойдем ляжем. — Все простыни в этих сливках, — напомнила я, переплетая наши пальцы. — А я только из душа. — Хорошо, ангелочек, я тебя понял, — со смехом сказал он. — Я сменю простыни, а ты тут подожди. Я взяла в руки телефон и мгновенно фыркнула со смеху. Алекс писала мне о том, как сходит с ума: Найл пригласил её в коттедж родителей на все выходные. От: Алекс Что мне делать?????? Он такой милый черт возьми и я очень хочу затусииииить Кому: Алекс Так соглашайся!!!! От: Алекс Но родители запретили Кому: Алекс разве ты раньше не сбегала От: Алекс в тот раз я сбежала на концерт понятно тебе. Это вообще другое Кому: Алекс скажи им, что остаёшься с кем-то другим От: Алекс бля у меня друзей больше нет лол Кому: Алекс 💩 От: Алекс это твоя фотка да Кому: Алекс ну ничего себе. очень смешно От: Алекс да я знаю — Кому это ты строчишь? — Гарри широко улыбнулся и слегка взъерошил мне волосы, проходя мимо с грязными простынями в руках. — Из другой комнаты слышно, как ты тут смеёшься сама с собой. — Я с Алекс. — С Алекс? — Да, Гарри. С Алекс. — Кто такой Алекс?.. — С Александрой! — рассмеялась я, в изумлении уставившись на него. — Разве не так ты её называешь? — О, я не знаю. Я с ней редко лично говорю. Я прищурилась. — Как это так? Ты же старший спасатель, черт возьми. — Найл с остальными разговаривает за меня. — Найл делает твою работу?! — Дерзишь, — произнёс он, развязно улыбнувшись и грубовато сжав мне ягодицы. — Мне кажется, кого-то нужно отшлепать. — Нет, спасибо. Мы оба засмеялись, и он легко поцеловал меня. Затем бесцеремонно утащил в постель и крепко сплёл наши пальцы. — Я люблю твою жёпку, — сонно улыбнулся он, укладываясь головой мне на поясницу. Я лежала на животе, оперевшись локтями на его подушку, и листала Инстраграм, а Гарри сосредоточенно целовал и трогал мой зад. — Это моя любимая подушечка. — Моя зад — твоя любимая подушечка? — рассмеялась я, глядя на его довольное лицо. — Да. — Как очаровательно, — ответила я, покраснев. — Можно я это твитну? — Можно что? — Твитну. Ну, выложу в Твиттер? — Что за дрянь? — Ты не знаешь, что такое Твиттер? — Ну нет, как видишь. — Это типа Инстраграма, но в твоём посте не может быть больше ста сорока символов. Но можно твитить любые фотки и картинки, даже неприличные. — А чем тогда плох Фейсбук? — Подростки не сидят в Фейсбуке. — Вот как. — Дай сюда свой телефон. Он протянул мне огромный Айфон. Я быстро ввела пароль и скачала ему Твиттер. — И что ты делаешь? — Создаю тебе аккаунт. — Не уверен, что это хорошая идея. — Почему? — Потому что никому нет дела до меня, солнышко. Кто станет читать о том, как я постриг газон или какой сэндвич съел на обед? — Твиттер как раз для тех, кто повествует о никому не интересных вещах. В основном там выкладывают строчки из песен и всякие глубокие цитаты, которые никто не в силах понять. — Звучит не очень весело. Я внимательно посмотрела на него и вдруг задумалась. — Ты прав, совсем не весело. Но потом привыкаешь, и становится прикольно. Смотри, у тебя уже два подписчика! — Кто такие? Он лёг вплотную ко мне, но его рука осталась на моей заднице. Будто он боялся, что я убегу. Мило, если честно. — Не знаю, какие-то девочки из твоей школы. Какие огромные сиськи. — Что? Дай посмотреть. — Фу, извращенец. — Да не сиськи, - со смехом сказал он и прижался ко мне. — Покажи девочек. Я повернула экран к нему; секунду он молча смотрел, затем потянулся к прикроватной тумбочке, достал очки в толстой оправе и нацепил их на нос. — О, я их учил в том году, — улыбнулся он, обвивая мою талию сильными руками. — Блондинка отлично берет в рот. Больно. — Что? — Бля, я не это имел в виду, — произнёс он, широко раскрыв глаза. — Я... Я просто слышал об этом от парней на первых рядах. Они все время её обсуждали. — Ох, — выдохнула я и с улыбкой уткнулась в его тёплую грудь. Но в пик моего молчаливого наслаждения в мозгу навязчиво зажужжала одна мысль. — Гарри? — Да? — Ты когда-нибудь спал с ученицами? — Не-а. — Правда? — Правда. Я спал с другими девушками в нашем городке, но с ученицами — никогда. Не хочу никакого давления потом. — А попробовал бы? — Со студенткой? — Да. Он поцеловал меня в нос. — Только если ею будешь ты.