Мы все застряли

Сатурн, как по насмешке судьбы, была самой маленькой и хрупкой из аутеров, и самой старшей вообще среди сенши, и даже старше Хроноса. Хотару видела рождение Селены, матери Серенити, видела, как умирает Серебряное Тысячелетие, видела, как рушится по частям Луна, как погибают храбрые воины, видела их каждое перерождение и обладала силой, которая могла лишить их жизни раз и навсегда. Однако Хотару из-за своей же силы всегда была одна, потому что ни один Сенши не мог с ней потягаться, и, стоя на страже галактики, она всегда была окружена тенями, которые тянули к ней свои длинные, уродливые когти. И она убивала их, без капли сожаления, потому что мешали единению с самой собой. Сатурн хотела найти покой, искала ее в самых отдаленных уголках вселенной, просила Судьбу и даже Хроноса, но те, грустно улыбаясь, давали очередной отказ, потому что знали, что воссоединившись в одно целое, Сатурн уничтожила бы целые миры, а не только свой дом. Хотару боялись. Мессию превозносили. Сатурн молила, убивала себя, наказывала народы, но было бестолку, ничто и никто не могло дать ей того, что она так упорно искала. Сейлор хотела покоя, хотело тихо умереть где-то на краю галактики, чтобы ее бездыханное тело развеялось прахом по ветру, но нет, Судьба не могла дать ей такой подарок, потому что не жалела никого и никогда, и даже малышка Хоти не была исключением. Проходили сотни лет, а Сатурн все молча терпела, смотрела на сменяющиеся поколения людей, перерождения Серенити и иннеров, иногда аутеров, видела смерти, десятки раз вновь и вновь знакомилась с Чиби-мун, но все это происходило скорее на автомате Но вот, наконец! Хотару сидела на холме в пустыне Сатурна. Сильнейшая буря, которая длилась здесь сотнями лет, казалось, не трогал ее совсем. Камни и песок пролетали мимо, оказавшись незамеченными глубокими фиалковыми глазами. Теперь в них засела пустота. Длинные волосы, отросшие настолько, чтобы достать до поясницы, ровными локонами падали с хрупких плеч. На лбу, под отброшенной за ненадобностью тиарой, сверкали знаки Черной Звезды и Сатурна. И лишь единицы могли понять то, что внутри Хотару шла самая настоящая война. Война за воссоединение. Война за право быть вместе, несмотря на приказы Судьбы. Шли годы, десятилетия, века, а хрупкая малышка все сидела на холме. Ветер давно не трепал ее волосы, планеты выстроились в ряд на звездном небе, и в один из бесконечно тянувшихся дней, Сатурн открыла глаза, в которых застыла всепоглощающая тьма..с переливами фиалкового. Мы все застряли. Кто в прошлом. Кто в задворках сознания. Кто в другом человеке. Кто в себе.