Метка эльфийского бога

      ... И не видывал я никого прекраснее на свете: золотые волосы словно струились по плечам, с несколькими прядями игрался ветер, развевая их; взгляд зеленых глаз был прикован ко мне, а коралловые губы сжались в тонкую линию; мужественный стан надежно скрывался под защитой сверкающего доспеха, а руки держали столь искусный лук, что многие отдали бы все, ради возможности хоть раз пустить из него стрелу; длинные ноги были обуты в кожаные, охотничьи, сапоги, а на бедре висели ножны с кинжалом, инструктированные дорогими камнями. И лик его отличался столь невиданной красотой, что на моем месте не выдержал бы любой, опуская голову перед сияющим божеством.       Он подошел ближе, опустился рядом и приподнял мою голову за подбородок, вновь заглядывая в глаза.       – Столь невинное дитя, – чему-то улыбнулся светлый эльф, а у меня перехватило дыхание. – Сегодня ты – моя славная добыча.       Поцелуй его был сладким нектаром, столь же желанным, как и прохлада в жаркий полдень. Все внутри меня запылало, щеки залились стыдливым румянцем, но бог лишь тихо рассмеялся на это, касаясь своими изящными пальцами моей рубашки и стягивая ее с плеч. Легкий ветерок обжог холодом разгоряченную спину, заставляя изогнуться.       – Дразнишь меня? – тихий смешок и тёплое дыхание рядом с ушком заставили меня покрыться мурашками и зажмуриться. Тянуло по-кошачьи ластиться под его прикосновениями и мурлыкать от удовольствия, пока он укладывал на траву и жарко целовал. И тем сильнее было разочарование, когда бог ненадолго оставил меня, отстранился.       – Я так хочу тебя… – не сдержал я жалобный стон.       – Тише, я здесь, – успокоил он прежде, чем ужас успел сковать мою душу. Бог стянул и отбросил в сторону мои сапоги, а вслед за ними – и всю остальную одежду. Теперь я лежал перед ним совершенно нагим, мои запястья находились в плену его рук, прикрыть возбужденный член было нечем. Частое дыхание срывалось с губ, пока он любовался мною, и я вновь воззвал к нему:       – О, Кореллон! Молю тебя!       И бог снизошел до молитвы, переворачивая меня на живот и приподнимая за бедра. Его пальцы прошлись вдоль спины до копчика, заставляя дрожать от предвкушения, и коснулись сжатого ануса. Я прикусил ладонь, чувствуя боль от проникновения, но очень быстро стал насаживаться на его пальцы сам, смотря на него из-под прикрытых ресниц¹. С приспущенными штанами, с алеющим твердым членом и сочащейся головкой, он был порочно прекрасен. Мой бог... И я желал его, как никого до этого... Он был мне нужен прямо сейчас…       Кореллон вошел в меня резко и полностью, заставив вскрикнуть от внезапной боли, и тут же подался назад. Страсть охватила его с головой, забыв про нежность, он быстрыми движениями сношал меня. Мои всхлипы очень скоро сменились стонами, когда бог задевал внутри какую-то точку, вызывая ослепительные вспышки удовольствия. Его пальцы так сжимали мои бедра, что оставляли синяки, но все равно я подавался ему навстречу, выгибаясь и чувствуя себя кошкой в течке. Чем грубее бог входил в меня, чем сильнее ударялись по ягодицам его яйца, тем горячее мне становилось. Уткнувшись лбом в левую руку, правой я потянулся к собственному члену, сжимая и лаская рукой в такт движениям берущего меня бога. И этот миг хотелось продлить вечно…       Я с криком излился на траву. От охватившей слабости дрогнули колени, но Кореллон не дал мне упасть, пока полностью не излился. Бог опустился на траву, прилег рядом, и его пальцы принялись перебирать мои волосы, задевая острые уши.       – Ты сладок, – хрипло рассмеялся он, проведя пальцами по моим искусанным губам. – Я подарю тебе на прощанье это, – и пропал, оставив после себя лишь нежные побеги клубники в моих волосах…

***

      – Вот что ты ржешь? – устало вздохнул рейнджер–эльф, поправляя на себе штаны, впопыхах натянутые прямо на голое тело.       – Да я не могу! – хохотал, согнувшийся пополам, вор. – Такой рассказец учудил, я аж заслушался!       – Да, я слышал, – мстительно пнул его эльф, уворачиваясь от дротика. – Чуть не выдал нас!       – Ну, уж извини, – усмехнулся вор, выпрямляясь и отбрасывая темные волосы на спину. – Кто ж виноват, что дочку этого лорда так заводят подобные рассказы? Еще и проклятье это твое клубничное… Ну точно – Кореллон пометил. Метка эльфийского бога.       Снова вздохнув, но уже не мешая другу хохотать, рейнджер посмотрел на небольшую нефритовую статуэтку у себя в руках. Поручение выполнено, можно идти к заказчику. Ну а то, что он там наплел красотке, отвлекая ее внимание кроме постельных утех… Кто сможет проверить, правда это или нет? Эльф усмехнулся и вслед за вором направился в таверну.