- В тебя, чертов лис, в тебя!

Как обычно, в главном полицейском офисе работа кипит. Все ходят с кучей бумажной работы в руках, пытаясь не споткнуться об коллег меньше размеров, которых появилось довольно много. Да, вы не ослышались. После того, как отважная крольчиха Джуди Хопс поступила в полицию и удачно раскрыла дело о горлодерах, новеньких в полиции просто завались! Белки, кролики, сурки! Кого только не встретишь теперь! Гордилась ли Джуди тем, что привлекла в полицию столько животных? Конечно! Она была безмерно рада, что столько зверей наконец заинтересовались работой в полиции, хотя немного смущалась, когда у нее просили автограф или сделать фотографию. Вот только Ник в последнее время вел себя странно. Был ли рад Ник такому вниманию к своей напарнице? Нет, определенно нет. В нем просыпались гнев и ревность, когда к Морковке в очередной раз подходил какой-нибудь расфуфыренный кролик, пытаясь уговорить крольчиху на свидание. Но, слава богам, она всегда отказывалась, после чего Ник успокаивался. Но почему же отказывалась? Нет, Ник рад, что она отказывала. Но почему? Хочет до конца жизни провести в одиночестве в своем кабинете с надоедливым лисом? Этот вопрос мучил лиса довольно долго, пока он наконец не решил спросить на прямую: — Морковка, почему ты постоянно отказываешься идти на свидание? Этот вопрос в самом деле шокировал и вывел из строя мозговые центры крольчихи. Она мгновенно покраснела и отвернулась от наглого лиса, посмевшего спрашивать такое. — Неужто уже в кого-то втюрилась? — лис не перестает смущать крольчиху. Какое грубое слово «втюрилась». Влюбилась. Именно влюбилась. Влюбилась в этого наглого лиса, в его зеленые, изумрудные, невероятной красоты, глаза. В его рыжую, сияющую на солнце шерсть. А эта улыбка? Эта неземная улыбка, от которой подкашиваются лапы? Она прекрасна. Идеальна. Любимая. Она влюбилась в него до кончиков ушей, до самого тайного уголка своего сердца. Он забрался в ее мысли, не спрашивая разрешения и мешая спать ночью. Она постоянно думала о нем. На работе, дома, на улице. Смотрела на него так долго, что лис уже спрашивал ее: «Что-то не так?», а она, покрасневшая до мозга костей, лишь, заикаясь, отвечала: «Нет, все хорошо». Нет, все совсем не хорошо. — Нет, все хорошо, — ну вот опять. Опять соврала. Даже не посмотрела на него. Она не признается ему. Ни за что. Не признается, что любит, что хочет провести с ним всю жизнь, что хочет обнять прямо здесь и прямо сейчас, лишь бы он не уходил на свидание с очередной лисицей. Глупый лис. Глупая зайка. А его мучает вопрос «Что с ней?». Все время краснеет, отворачивается. Не то, чтобы ему это не нравилось. Ему определенно нравилось все в ней. Но скажет ли он ей об этом? Нет, не скажет. Может, лишь в шутку. Потому что это неправильно. Потому что он — лис, а она — зайка. «Я кролик!» — возразила бы сейчас она, услышав его мысли. Он лишь тихо усмехнулся, понимая, что им не суждено быть вместе. Она определенно в кого-то влюблена. Иначе почему всем отказывает? Он узнает. Несмотря на то, что больно. Он узнает. Узнает в кого. Последнюю неделю лис доставал бедную крольчиху вопросами. На работе, на обходе, на задании, в кабинете, в кафе, в парке. Да где только возможно! — Ну может ответишь? — снова вопросы. — Ник, отстань. Я не выспалась, — Джуди лишь зевала. — Почему же? Думала о своем возлюбленном? — Ник улыбнулся своей фирменной наглой улыбкой, хотя ему было неприятно о всем этом спрашивать. Он был уверен, что она в кого-то влюблена. И он узнает. Обязательно. — Нет же! — воскликнула Джуд, опять покрываясь румянцем. Опять соврала. Она ведь в самом деле пол ночи думала о нем. Думала, что ей делать с этими чувствами. Она решила. Решила, что признается. Сегодня. Сердце бешено билось вспоминая, что сегодня невероятно важный день. Возможно, самый важный в ее жизни. Сегодня она потеряет друга и напарника. По своей глупости. Потеряет. Рабочий день закончен. По темным улицам Зверополиса идет необычная парочка. Природные враги. Лис и зайка. Тусклый фонарь светит на место, где они стоят. У самого дома, где живет Джуди. Ник как обычно провел ее домой, дабы с такой глупой зайкой ничего не случилось в такой поздний час. — Ну что ж, — протянул Ник, после пары минут молчания, — пока, — он нервно повернулся, собираясь идти домой. Его рубашку потянуло. — Подожди, — Джуд остановила его, лишь взяв его за край рубашки. — Маленьким глупым зайкам пора спать, — Ник потрепал ее по голове, — Опять будешь пол ночи думать о своем возлюбленном? — голос стал тише и уже не таким веселым. Он прикрыл глаза и быстро пришел «в форму», — Глупая зайка влюби-и-илась, — протянул он, фирменно улыбаясь. Увидев опущенный взгляд напарницы, и не услышав не слова в ответ, он спросил, — И в кого же? — он постоянно утверждал, что напарница влюблена, но никогда не спрашивал в кого. Просто боялся услышать ответ. — Спокойной ночи, — все, что прошептала крольчиха, медленно повернувшись в сторону двери. Да как она смеет! Столько готовился, чтобы спросить! А она взяла и отвернулась! — А ну стой! — рыкнул Ник, схватив ее за лапу, — В кого? Отвечай! — нервы полетели к черту и Ник перешел на крик, — Ну же! Отвечай! — зайка все время пыталась вырваться. Когда это удалось, она быстро повернулась к Нику со слезами, которые уже были готовы бежать горячими ручейками по серой шерстке. — В тебя, глупый лис, в тебя! — крикнула она, сильно сжав кулачки и зажмурив глаза, — Я влюблена в тебя! Наступила тишина. Ник отпустил ее руку. Ну что, довольна? Добилась? Потеряла друга. Сейчас он просто рассмеется и уйдет прочь, оставляя тебя одну плакать в ночи. Мысли в голове перемешались. Как это… В него? Все время он ревновал, рвал подушки, бил тарелки из-за самого себя? Ник, слегка медлив, лишь обнял Джуди. Глаза крольчихи широко открылись. Глаза, цвета лаванды, были полны слез, которые уже давно бежали по щекам. - Глупая зайка, - тихий шепот наконец раздался, - Кто бы мог подумать, - он слегка усмехнулся, - Казалось бы, природные враги, а влюблены друг в друга. Что он только что сказал? Влюблены? Зайка быстро подняла голову и уставилась на Ника удивленным взглядом. Уже было хотела что то сказать, но губы вдруг были затянуты в поцелуй. Нежный, трепетный, невероятный. Сердца обоих стучали так, что были головы выпрыгнуть из грудной клетки. Господи, Ник невероятно целовался. Поцелуй продолжался до тех пор, пока обоим не стало хватать воздуха. - Глупая, я тоже люблю тебя. Наконец, оба влюбленных были спокойны. Были спокойны за свое будущее. Они бесспорно проведут его вместе. До конца.