Мы преодолеем все

- Привет, – тихо сказала я. На меня уставились три пары глаз. Я стояла и смотрела на лица моих мальчиков, а из глаз лились слезы, скатываясь по дрожащим губам.       Музыканты смотрели на меня, не отрываясь, а я стояла и просто плакала, не то от счастья за то, что они все живы, то ли из-за того, что, наконец их увидела. - Глория, – тихо прошептал Алекс. Солист поднялся с тюремной койки, подошёл ко мне и крепко обнял. – Я думал, что больше не увижу тебя, – тихо сказал он мне на ушко. Его горячее дыхание опалило мою кожу. - Я тоже, – так же тихо повторила я.       Следом ко мне подошел Джей. Его лицо было бледным, а сам он очень сильно похудел, от его сильного тела почти ничего не осталось. Было видно, что он все ещё страдает из-за смерти Беккс. Мне было жаль его. Смотря на него, у меня на глаза навернулись слёзы. - Прости меня, Джей. – сказала я и заплакала. – Прости! – я крепко обняла его. Джей скрепил руки на моей талии и уткнулся мне в шею, его тело сотряслось от рыданий. – Я так виновата перед ней и перед тобой, я никогда себе этого не прощу! Господи, Джей! Прости! – я ревела в голос и никак не могла успокоиться, я стояла и просила у музыканта прощения. - Успокойся, Глория! Ты не виновата, не ты выстрелила в нее, а Дезмонд, это он убил ее, не ты! – голос Джея был хриплым. - Пуля предназначалась мне, значит, отчасти здесь есть и моя вина! Прости! – я отстранилась от Джея и вытерла слезы тыльной стороной ладони. - Малышка. – Стив подошёл ко мне последним. – Ты совсем забыла про меня? – его лицо было измученным. - Нет, Стив! Как ты мог такое подумать! – я улыбнулась и обняла блондина. Тёплые губы музыканта нашли мои и он поцеловал меня так нежно, будто первый раз, передавая этим поцелуем всю любовь. Я ответила ему, но не так нежно, как это делал Стив, в моей груди уже ничего не было от любви к нему, от его прикосновений не бежали мурашки по коже, а ноги не подкашивались в сладком предвкушении. Я поняла окончательно, что не люблю его. Но сейчас я не хотела этого говорить, он мог натворить слишком много глупостей. - Я скучал по тебе, – сказал блондин и взял меня за руку. - Я тоже, Стив, – я слегка улыбнулась. Я села рядом с Джеем на койку и стала рассказывать о том, как прошли мои дни после «самоубийства», Алекс смотрел на меня с гордостью, Стив с ужасом, а страх Джея, потерять ещё и меня буквально исходил от него волнами. Я совсем не заметила, как прошло 20 минут и в камеру вошёл охранник. - На выход! – грубо сказал он. Я встала с койки и попрощалась с парнями. - Я буду скучать, – сказала я и вышла за дверь. Дверь камеры захлопнулась. Я снова далеко от музыкантов.

***

      Мы ехали по шоссе. За окном огромными каплями шёл дождь. Я сидела и смотрела на пейзаж пролетающий мимо меня. На душе стало как-то пусто после встречи с музыкантами, я ещё раз поняла, что без них мне не жить. Они мой воздух. Без них я просто не справлюсь.       Вскоре мы подъехали к дверям дома, я выскочила из машины и побежала в дом. Феликс даже не успел и слова мне сказать. Когда я вбежала в дом, Беатриса сидела на диване и листала какой-то журнал для будущих мам. - Привет, – лучезарно улыбнулась блондинка. - Привет, Беа. – я попыталась выдавить улыбку, но она вышла очень жалкой. - Что-то случилось? – видимо Беатрис все поняла по моему лицу. - Да, но это не важно, не хочу нагружать тебя своими проблемами, – сказала я. - Хорошо. Ужин на плите, я недавно приготовила, очень захотелось есть, – Беа не стала допрашивать меня. Эта её черта меня очень привлекла. - Спасибо, – теперь я улыбалась охотно, я была благодарна ей. - Я поставлю чай, – сказала Беатрис и пошла на кухню.       Я же поднялась в свою комнату и заперлась в ванной, мне нужно было срочно принять душ. Только он мог смыть с меня весь моральный груз. Я скинула с себя одежду, которая одинокой кучкой упала у моих ног и встала под тёплые струйки воды. Все моё тело мгновенно расслабилось и я блаженно выдохнула. Закончив водные процедуры, я обмоталась махровым полотенцем и вышла из ванной. Достав из шкафа длинную тунику и легинцы, я оделась и спустилась вниз. Мой желудок скручивало от голода. Феликс сидел за столом и о чем-то весело щебетал с Беатрис. В груди что-то больно кольнуло. Я ревновала его. - О, Сэм! Садись, я наложу тебе поесть, – сказала Беатрис и улыбнулась. Её настроение после похода к врачу было просто на высоте и я была рада за неё. - Спасибо, Беа, – я улыбнулась ей.       Я заметила странный взгляд Феликса на себе. - Ты в порядке? – тихо спросил он. - Нет, – я печально улыбнулась.       Феликс подсел ближе ко мне и взял за руку. По телу распространилось тепло от его ладони, мурашки пробежали по спине. - Поговорим позже, – коротко сказал Феликс и вышел из кухни. - Держи, – Беатрис поставила передо мной тарелку ароматного овощного рагу. - Ммм, как вкусно пахнет, – протянула я. Щеки Беатрис приобрели пунцовый оттенок. – Не смущайся! – я хихикнула. - Мне очень приятно, что тебе нравится, – сказала блондинка. - Ну, давай рассказывай, как твой поход к врачу?! – мне не терпелось узнать. - Ну с ребёнком все хорошо, развивается как и надо по моему сроку, ничего не угрожает. Я так рада была, когда врач сказал, что у меня будет девочка, видела бы ты моё лицо! – воскликнула Беа. - Я так за тебя рада, Беатрис! – я обняла девушку.

***

      Помыв за собой посуду, я поднялась в свою комнату и достала книжку из прикроватной тумбы. Дорогой дневник!       Сегодня был самый счастливый день моей жизни! Я наконец-то увидела своих музыкантов! Время потрепало всех их, но больше всего досталось Джею. Он совсем исхудал, от веселого жизнерадостного парня совсем ничего не осталось. Он все так же горюет после смерти Беккс, но и мне легче не стало. Я все так же вспоминаю свою малышку, её звонкий смех и ямочки на щеках. Как она дулась на меня, когда я говорила что-то плохое. Я все это помню.       Сегодня я окончательно поняла, что разлюбила Стива, потому что при встрече, когда он меня поцеловал, в моей груди ничего не шелохнулось. Я остыла к нему. Ничего. Теперь не будет долго и счастливо со Стивом. Наша история закончилась. Я не сказала ему об этом только потому, что он мог натворить слишком много глупостей, а я этого очень не хочу!

Глория.