My illusion

Погода. Именно погода влияет на 50% моего настроения. Солнечное небо делает мое настроение в два раза лучше. Мне нравится солнце, особенно сейчас, когда уже неделю мне приходилось видеть одни тучи. На лице появляется улыбка, когда вспоминаю события вчерашнего вечера, точнее ночи с Зейном, как бы это не звучало. То чувство, когда ребенок ожидает своего дня рождения. Именно это чувствую я, когда думаю о том, что Зейн находится в этом доме, в нескольких метрах от меня. Но что будет, когда он уедет? Что случится совсем скоро. Лучше сейчас даже не думать об этом. Застелив кровать, иду в ванную, после чего расчесываю волосы и наношу легкий макияж. Оставшись всё в той же серой пижаме, спускаюсь вниз, на кухню, чтобы выпить стаканчик сока и приготовить вкусный завтрак. Хотя, я надеюсь, что это сделала Софи и мне не придется утруждаться. Войдя на кухню, вижу человека о котором начала думать слишком много. Конечно же, Зейн. Когда он замечает меня, его глаза осматривают меня с ног до головы, ухмыляясь. Я замечаю, что он уже одет. Черные джинсы и белая футболка. Так просто и так красиво. Его светлые волосы составляют неаккуратную прическу, а на лице заметна легкая щетина, что делает его более брутальным. Он готовит, но не вижу, что именно. Одна мысль о том, что он готовит, заставляет меня улыбаться. — Доброе утро, малышка, — то, как он назвал меня, вызвало быстрый ритм моего сердца. — Доброе, — тихо отвечаю я и подхожу к нему ближе, — Лиам и Софи еще спят? — Не знаю, но я еще не видел их этим утром, — отвечает, всё еще не возвращаясь к готовке. Я стою прямо перед ним и чувствую запах сигарет исходящий от него. — Как спалось? — спрашивает, прижимая меня к столешнице, ставя руки по обе стороны от меня на ее поверхность. — Хорошо, — шепчу, смотря на его серьезное лицо, в то время, как переплетаю свою правую руку с его левой, оставляя их на столешнице. А своей левой рукой скольжу вверх по его телу к шеи. Он не отрывает взгляд от моих глаз, а на его лице не появляется улыбка вновь, даже тогда, когда я улыбаюсь ему. Становится жарко. Может от того, что включена плита, а может всё дело в нас. Смотрю в его карие глаза. Безупречные. Разве есть в них хоть один изъян? Слежу за тем, как они становятся всё ближе и ближе ко мне. Закрываю глаза. Я уже готова почувствовать его губы, но вместо этого чувствую только его горячее дыхание. Открываю глаза и замечаю ухмылку на его лице. Но я не улыбаюсь в ответ. Он играет со мной. Резкое столкновение его губ с моим вынуждает схватиться за его шею крепче. Его рука, которая до этого лежала на поверхности столешницы, теперь крепко сжимала мою талию. Стараюсь успеть в такт его губам, но, кажется, он сам этого не хочет. Мурашки пробегают по моему телу, когда моя грудь сталкивается с его. Мы стали слишком близки. Мы переступили порог дозволенного, если он вообще существует. Но это не важно. Он убирает свою руку, которой держал мою до этого, и запускает ее в мои волосы. Медленно проводит по ним до самого низа где начинает наматывать их на ладонь, сжимая в кулак, а после распускать обратно. Он делает это бережно, боясь причинить боль, что заставляет улыбаться сквозь поцелуй. Он отстраняется, оставляя меня бороться с желанием. — У тебя такие длинные волосы, — его лоб соприкасается с моим, а губы всего в нескольких сантиметрах от моих. Мои глаза всё еще закрыты. — Не нравится? — спрашиваю, тяжело дыша. — Наоборот. Ты даже не представляешь, что с ними можно сделать, — томно шепчет мне на ухо. Это звучит пошло и неправильно, но мне нравится это. Открываю глаза и вижу ухмылку на его лице и то, как он облизывает свои губы. Может это Зейн так действует на меня, а может я и сама являюсь такой, но я думаю, что это выглядит сексуально. — Кажется, ты что-то готовил, — говорю я, чувствую запах чего-то горелого. — Чёрт, — ругается парень и отходит от меня, оставляя следить за всем. Он открывает вафельницу и достает из нее порцию темно-коричневых вафель, которые сразу же выбрасывает в мусорное ведро. — Значит вафли, — говорю, подходя к окну и открывая его. — Надеюсь, ты их любишь, — слежу как парень выключает из розетки вафельницу и начинает убирать там, где готовил. — А кто их не любит? — улыбаюсь и подхожу, чтобы помочь с уборкой. Убрав здесь всё, вспоминаю, что должна позвонить отцу. — Зейн, мне нужно позвонить. Достань, пожалуйста, клубнику из холодильника. — Как-раз это и собирался сделать, — отвечает, на что я улыбаюсь. Поднимаюсь к себе в спальню и ищу телефон, когда вспоминаю, что поставила его заряжаться на ночь. Отключаю его от зарядного устройства и набираю номер папы. Он точно не спит, ведь уже 10:00, а он обычно встает в 7:00. И, странно, но я никогда не замечала, чтобы он вставал позже этого времени. Даже после праздников или каких-то банкетов, после которых все привыкли ложится спать поздно. — Да? — слышу голос отца и улыбка появляется на моем лице. — Привет. Ты звонил мне вчера, но я заметила это только тогда, когда было слишком поздно для звонков, поэтому звоню сейчас. — Только хотел узнать, всё ли в порядке? — Да, не волнуйся, всё хорошо. — Тогда отлично. Я уже сегодня буду дома, поэтому у вас есть несколько часов, чтобы заново построить дом, — я закатываю глаза на его замечание. Почему он думает, что если нас оставить дома одних, то мы обязательно что-то испортим? Мы ведь уже не дети. — Паап, — тяну я. — Ладно. Мне пора выезжать, поэтому через шесть — семь часов ждите меня. — Мы тебя ждем. Удачной дороги. — До встречи. Блокирую телефон и кладу его на стол. Только сейчас понимаю, что всё еще в пижаме. Поэтому достаю из шкафа черные лосины, такого же цвета кроп-топ и горчичного цвета кардиган. Когда я спускаюсь на первый этаж, слышу голос брата и его девушки исходящие из кухни. Значит уже проснулись. Если честно, то хотелось бы, чтобы они всё еще спали, а мы оставались одни. Зайдя на кухню, вижу Зейна фотографирующего вафли, сверху которых лежит слой взбитых сливок с клубникой. Это действительно выглядит хорошо. — Хей, что делаете? — спрашиваю я, привлекая внимание к себе. Сажусь за обеденный стол, ко всем. — Зейн решил устроит фотосессию вафлям, — с насмешкой говорит Софи. Я смотрю на Зейна с улыбкой и когда он замечает это, улыбается в ответ. — Я, вообще-то, всё. А вы лучше бы сказали спасибо за мною приготовленный завтрак, — возмущается парень. — Спасибо, — говорю я и он кивает в ответ. Зейн вопросительно смотрит на Лиама и Софи, ожидая от них «спасибо». Лиам закатывает глаза, но всё же благодарит парня, так же и Софи, но без закатывания глаз. Я сижу рядом с Зейном, а с другой стороны стола, напротив нас Лиам и Софи. Все берут ножи и вилки и приступают к еде. — Я звонила папе, он сказал, что будет здесь через шесть — семь часов, — обращаюсь я к Лиаму. — Ладно, надо будет прибрать в доме к его приезду и приготовить ужин, — командует Лиам. — Тогда я и Скайлет готовим, а вы, парни, убираете, — говорит Софи, указывая вилкой на каждого из нас по-очереди. — Ладно, — соглашается Лиам. Еще пару часов каждый занимался своим делом. А именно я смотрела "Друзей". Лучший сериал, по моему мнению. И, конечно же, мой любимый. А позже мы с Софи приступили к готовке. Оказывается, она не только умеет готовить, но и любит делать это. Поэтому всё, что она доверила мне делать, это нарезать овощи. Но я, конечно же, не была против этого, ведь я готовить не люблю. — Если честно, я переживаю из-за предстоящего знакомства с вашим отцом, — говорит девушка, доставая из холодильника продукты для запеченной в духовке курицы с овощами. — Не стоит. Уверена, ты ему понравишься, — пытаюсь ее успокоить. — Почему ты в этом уверенна? — она действительно не понимает? — Потому, что Лиам счастлив с тобой, — это всё, что нужно сказать прямо сейчас. Я вижу как девушка улыбается. Поднимает глаза на меня и говорит: — Правда? — Да. И ты будешь первой девушкой, с которой Лиам познакомит отца. — Лиам не говорил мне об этом, — она удивлена. — Конечно, у него были девушки до тебя, но ничего серьезного, похоже, не получалось, — она кивает, но молчит. Наверное, обдумывает всю новую информацию. — Что насчет тебя? — спрашивает с улыбкой на лице Софи. — А что насчет меня? — хмуря брови, спрашиваю в ответ я. — У тебя кто-то есть? И, если что, я не буду говорить Лиаму. Всё только между нами. — Нет у меня никого, — смеюсь над ее заинтересованностю моей личной жизни. — Точно? — Уверяю тебя, у меня достаточно проблем и еще проблемы с парнями мне не нужны. — Ладно, — всё же отстает девушка, но не перестает улыбаться. К концу приготовлению ужина я была уже довольно уставшей, поэтому решила пойти отдохнуть к себе. Я взяла телефон и наушники и легла на кровать. Я слушаю разную музыку. Абсолютно разную. От классики до рока. Но я не могу слушать тяжелый рок, для меня это сложно. Еще я заметила, что никогда не засыпала под музыку. Наверное, потому, что слушая музыку, мне нравится вникать в текст, читать между строк. Кажется, на этот раз всё по-другому, ведь еще несколько минут такого лежания с музыкой и, я думаю, я могла бы уснуть. Но Лиам, вошедший в комнату, не дал этому случиться. Я снимаю один наушник, чтобы слышать, что он говорит. Он выглядит устало или даже потеряно. — Что-то случилось? — спрашиваю, садясь на кровати и откладывая в строну телефон с наушниками. — Нет, всё в порядке. Просто хотел поговорить, — его руки в карманах джинс. Он закрыл дверь и, взяв стул, развернул его ко мне и сел на него, оперевшись руками на свои ноги. — О чём? — улыбнулась я, но он не сделал то же в ответ, что заставило меня нахмуриться. — О том, что ты употребляешь наркотики, — он сказал ему. Зачем? Я ведь просила. Я не отвечаю, долго смотря будто сквозь парня. Когда я не отвечаю уже слишком долго, Лиам говорит: — Ты меня слышала? Я киваю и смотрю ему в глаза, чтобы понять о чем он думает. Но это невозможно. Глаза отображение твоей души? Ничего подобного. Это вранье. У Зейна потрясающие глаза и я не думала, что он так поступит. — Зейн сказал тебе? — глупый вопрос. Только он мог. — Да. Он рассказал, что видел тебя в клубе, а потом ты попросила его ничего не говорить мне. — Да, просила, — зло говорю я. Ведь злюсь на Зейна. — Он сказал, что вчера ты тоже была у того парня… — У Криса, — перебиваю я. — Да, у Криса. И он думает, что это потому, что ты не хочешь, чтобы я уезжал, — говорит Лиам. Я смотрю на него, а потом снова на руку, тереблющюю наушники. — Я не хочу, чтобы ты уезжал. Тебя не было и прошлым летом. Тебя даже не было на это Рождество. Но ты же знаешь, что отца часто нет дома, и знаешь как мне тяжело и всё равно уезжаешь, — тихо говорю я. Слышу как он поднимается и садится рядом со мной на кровать, обнимая за плече. — Прости. Кажется, я не понимал насколько тебе тяжело, если дело дошло до наркотиков, — шепчет, прижимая меня к себе. Мы просидели так несколько минут в тишине, пока Лиам снова не заговорил: — Ты ведь бросишь это? — Да, — отвечаю, смотря на книгу, в которой спрятаны наркотики, стоящую на своем месте на книжной полке. — Что за наркотики ты принимала? Если ты зависима от них, то нужна помощь специалистов, — он говорит, как паникующая мама и это вызывает у меня улыбку. — Лиам, всё в порядке. Это просто маленькие несерьезные таблеточки. И я не принимала их настолько часто, что это вызвало у меня зависимость. — Ох, ладно, — он встает и хотел уже выйти, но, должно быть, что-то вспомнил и, повернувшись ко мне сказал: — Зейн кое-что предложил. — И что это? — меня действительно это заинтересовало. — Он предложил, чтобы ты поехала с нами. Тем более Софи будет интереснее быть и с девушкой, а не только с парнями, — он улыбается. А у меня внутри будто взорвался фонтан. С ними? До конца лета? Целый месяц я проведу со своим братом, его лучшим другом и его девушкой. Разве может быть что-то прекраснее? На моем лице появляется самая глупая и самая широкая улыбка, которая когда-либо появлялась на моем лице. — Конечно, — отвечаю и, встав, я подошла к брату и обняла его, а он меня. — Я пойду. Надо еще придумать, что я скажу отцу, — точно, папа. Я и забыла. Что, если он не разрешит? — Не переживай, я ведь не буду просить его согласия, а просто поставлю его в известность. Я смеюсь. Он всегда так делал. Наверное, это его личный прием, как уломать родителей отпустить ребенка, даже не спрашивая их об этом. Он вышел и сейчас у меня есть время подумать обо всём. Первое: я одновременно злюсь на Зейна и благодарна ему. Теперь Лиам знает обо всём и это, с одной стороны, облегчение, но чувство вины и стыда никуда не исчезли. Но, так же, Зейн предложил ему, чтобы я провела эту поездку с ними. Хочет ли он, как и я, провести ее вместе или он просто хотел помочь другу? Но всё же, я доверилась ему, а он так просто рассказал всё Лиаму. Тайны от Лиама всё еще остались. Например, он не должен узнать, что у нас с Зейном что-то было. Или это может разрушить всё. Наши отношения с Лиамом наладились и я не хочу этого портить. Меня волнует только то, что я так быстро поверила человеку, которого совсем не знаю. Он решил мне помочь, а так мало людей, которые пытались сделать это, и он стал одним из них. Я поверила ему, его словам, действиям. За всё это небольшое количество дней, которое я его знаю, он стал для меня человеком, которому я могу довериться. Но так ли это? Я совсем не уверенна. Это так неправильно. И это точно неправильно. Но это то, что я желаю прямо сейчас. И завтра уже не так важно. Стук в дверь, после чего Зейн входит в комнату. Я всё также сидела на кровати, но с его приходом встала, чтобы быть на одном уровне с ним. — Лиам уже разговаривал с тобой? — спрашивает, наверняка зная при этом ответ. — Да, — отвечаю немного грубо, — зачем ты рассказал ему? — добавляю я. — Потому что нужно было что-то сделать, — отвечает совершено спокойно, подойдя ко мне немного ближе. — Ты не должен был делать этого, — настаиваю на своем, скрестив руки на груди. — Разве плохо то, что я сделал? Разве ты не рада провести лето со своим братом? Я сделал это для тебя, — его раздраженный тон заставил напрячься, как и его последние слова. Для меня? — Разве я просила? — шепчу я, смотря в сторону, ведь не хочу встречать темные карие глаза. — Ясно. Значит я должен был оставить всё так? В конце концов ты бы умерла от передозировки наркотиков и я должен был жить с этим? — закрываю глаза, понимая, что малейшие шансы на то, что он хотел побыть со мной подольше, испарились. — Значит только поэтому? — тихо спрашиваю, поднимая взгляд на него. — Нет, не только, Скайлет, — от того, как он произносит мое имя, мурашки бегут по коже, — знаешь почему еще я рассказал ему обо всём? — его тон спокоен. Слежу за тем, как он подходит ближе ко мне, — потому что я не хотел видеть всю боль в твоих глазах, скрытую злостью, когда бы ты провожала Лиама. И знаешь чего я хотел еще? Тебя. Тебя рядом со мной. Знаю, это глупо и ты, скорее всего, не поймешь меня, но ты просто сводишь меня с ума, — как же я понимаю тебя, — вопрос только в том, хочешь ли ты того же. Лето вместе. Ты хочешь этого? — недолго думая, киваю, — тогда какого черта? Он злится на меня. И я его понимаю. После его слов я чувствую себя глупо. И я понимаю, что моя злость на него была каким-то детским вздором. Мне стыдно за саму себя, самое ужасное чувство, которое существует. Хочется извиняться перед ним, встав на колени, но не делаю этого. Я вообще ничего не делаю. Просто смотрю на его идеальные черты лица, рассматриваю его тело и одежду на нем. Слышу звуки доносящийся сюда снизу. Слышу голос отца. Он уже здесь. Зейн тоже это понял, говоря: — Кажется, твой отец приехал. Вздыхает, будто разочаровавшись в чем-то, и выходит прочь из моей спальни. Мое настроение разрушено. И никакая погода его не восстановит. Сдерживаю всю обиду в себе, поправляю прическу и спускаюсь вниз. Все собрались в гостиной и Зейн тоже. Кажется, Лиам знакомит Софи с отцом. Они обнимаются и улыбка на ее лице стала еще шире. Я рада, что она больше не переживает из-за знакомства с папой. Я подхожу к папе, улыбаясь и он делает то же, замечая меня. Он задерживает меня в своих крепких объятиях, и говорит: — Я так скучал по вам, — слышу смех Лиама позади. — Мы тоже, — отвечаю. — Надеюсь, ужин готов. Я очень проголодался в дороге, — говорит отец отпуская меня. Замечаю взгляд Зейна на себе, но быстро перевожу взгляд в сторону. — Готов, — отвечаю, — мы с Софи приготовили. — Тогда я отнесу вещи наверх и будем ужинать, — берет вещи и поднимается по лестнице. Минут через 20 мы все уже сидели за столом, ужиная. Лиам и Софи сидят с одной стороны стола, а мы с Зейном с другой, напротив их, а папа с третьей стороны, между мной и Лиамом. Отец рассказывал о его поездке. Оказывается, все эти четыре дня в Бристоле шли дожди и он не выходил из своего гостиничного номера, хотя он бы не сделал это даже если светило солнце, ведь был занят работой, которую не успел выполнить. — Зейн, — обращается папа к парню, что заставляет меня оторваться от еды. — Да, мистер Пейн? — Зейн обращает свой взгляд на отца. — Называй меня просто Джеймс, — Зейн кивает, — Лиам рассказывал ты собирался жениться, — говорит отец и смотрю на отца, который накалывает горошек на вилку. — Да, но потом оказалось, что не всё так просто, — внимательно слушаю его голос, который звучит с долей усмешки и грусти. — Расскажешь? Я не настаиваю, просто интересно, если хочешь, не говори, — говорит отец. Он сейчас похож на старую сплетницу, которой всё интересно. — Всё нормально. Мы с ней начали встречаться еще в школе, а потом учились в одном университете. Мы решили пожениться и всё, вроде бы, было хорошо, но я чувствовал, что уже всё не так, как прежде и мы просто стали в тяжесть друг другу, — его голос звучит грустно. После небольшой паузы он добавляет, — мы встречались пять лет. Я смотрю на него и его лицо не выражает ничего. Никаких эмоций. Он действительно скучает по тем временам, когда он был в статусе жениха. И, конечно, мне неприятно от этого, у меня есть какие-то чувства к нему. Влюбленность? Любовь? Я не знаю, ведь никогда не чувствовала таких чувств. Я знаю только то, что если он даст руку мне — я возьму ее, и если улыбнется — я улыбнись в ответ. — Поэтому ты решил приехать сюда? Чтобы не встретить свою бывшую невесту? — Зейн кивает, — а Лиам сказал, что ты поссорился с семьей, — отец укоризненно смотрит на Лиама, но тот сосредоточен на Зейне, должно быть, ему тоже интересно это всё. — Это тоже. Но я бы не хотел обсуждать это, — я всё еще смотрю на него, когда он осматривает мое лицо, будто хотел понять, о чем я думаю. — Можно последний вопрос? — настаивает папа, на что парень кивает, — ты бы хотел всё вернуть? — молчание повисло за столом и все ждут ответа Зейна. Сердце ускоряет ритм, когда я слышу ответ: — Да. Ведь эта девушка подарила мне лучшие воспоминания, но чувств больше нет и ничего не вернуть. — Всё еще будет. Не расстраивайся, парень, — Зейн улыбается моему отцу, но я чувствую, будто распадаюсь на куски. — На счет путешествия по Великобритании. Пускай Скайлет едет с нами? — говорит Лиам, смотря то на меня, то на отца. Сейчас думаю над тем, чтобы отказаться, но такое чувство, будто если я скажу хоть слово, то расплачусь прямо у всех на глазах. — Я не против, — отвечает самым повседневными голосом. — Отлично, — говорит брат и я знаю, что он смотрит на меня, но я смотрю только в свою тарелку и не хочу, чтобы кто-то видел мои глаза сейчас.