My illusion

Утром просыпаюсь от звуков музыки и человека, подпевающего ей, доносившиеся из кухни. Улыбаюсь, когда представляю Зейна за плитой, поющего песни. Это мило. Я быстро одеваю нижнее белье, пока Зейн в другой комнате, и иду к парню. Как только я вхожу, он сразу замечает меня и улыбается, делая музыку тише. — Я тебя разбудил? — спрашивает, когда я подхожу совсем близко к нему и обнимаю. — Нет, — качаю головой я, — что ты готовишь? — Яичницу с сосисками, — он отстраняется от меня, чтобы проверить еду. — Ээм, ладно, — киваю, но на самом деле не хочу это на завтрак. — Ты не хочешь? — я качаю головой. Настроение парня заметно меняется, он больше не наполнен энтузиазмом, как прежде, — приготовлю что-то другое. Я слежу за действиями Зейна, когда он открывает дверцу кухонной тумбы и выбрасывает в урну половину еды, которую приготовил. Я кладу свою ладонь на его руку, обращая на себя внимание и говорю: — Прости, Зейн, просто я пытаюсь питаться правильно, ты же знаешь. — Зачем? — немного резко спрашивает он. — Чтобы быть здоровой? — с долей вопроса отвечаю я, ведь это очевидно. — Нет, не ври мне. Твоя цель — похудеть, а тебе это не нужно. Меня раздражают его слова, хотя, скорее всего, это правда и я обманываю всех, а в первую очередь себя, говоря, что это только для здоровья. Конечно я хочу красивое тело. А как этого не хотеть, когда видишь так много фото красивых тел в Instagram или Pinterеst? Но я не хочу, чтобы все думали, что я какая-то помешанная на красоте и идеальном теле девочка, потому что это не так. — Меня раздражает это, — почти шепча говорю я, сложив руки на груди и отведя взгляд в сторону. — Что именно? — также тихо, как и я, спрашивает Зейн. Эмоции переполняют меня и всё вырывается наружу, когда я сильно повысив голос, отвечаю: — Меня раздражает то, что ты так думаешь. То, что все так думают. Меня бесит это, ясно! — Перестань, — сердито говорит парень, выключая плиту. Я ничего не отвечаю и, взяв полотенце, ухожу в ванную комнату, чтобы не разжигать конфликт сильнее. Я делаю все утренние процедуры, в том числе, прием душа, и возвращаюсь на кухню к Зейну. Я замечаю, что на столе стоит две тарелки. В одной — еда, которую готовил Зейн, когда я была рядом, а в другой — привычная мне овсяная каша с фруктами. — Это тебе, — говорит Зейн, указывая на тарелку с овсянкой. Улыбка не может не появиться на моем лице от того, что Зейн сделал. Я подхожу к парню и обнимаю его, шепча на ухо «Спасибо». — Я, если честно, хочу кушать, — говорит парень, намекая на то, чтобы я его отпустила. Я тихо хихикаю и делаю, что он хочет. Зейн двигает тарелки подальше в сторону и хлопая ладонью по поверхности тумбы, говорит: — Залазь. Я делаю как он сказал, а сам парень становится напротив меня, между моих ног. Его губы соприкасаются с моими, касаясь их языком. — Прости, если обидел тебя, я правда не хотел, — смотря мне в глаза, говорит Зейн, — просто мне не нравится, когда девушки, вроде тебя, хотят похудеть. Я думаю несколько секунд, что сказать и положив руки на плечи парня все же отвечаю: — Так много людей стоящих на месте. — Что ты этим хочешь сказать? — после моего долгого молчания спрашивает парень. — Я не хочу быть такой же. Я не знаю в чем смысл жизни. Но ты приобретешь его, ставя перед собой цели. Моя цель — саморазвитие. Физическое, умственное, духовное. Я не хочу закончить жизнь, как известные богатые люди, имевшие всё. Они умирают по собственной воли. А я не хочу быть разрушенной на столько, чтобы убить себя. Когда-то мое стремление к правильному питанию спасет мне жизнь. Ты понимаешь о чем я говорю? Он долго не отвечает, смотря на стену позади меня. Я не отвлекаю его, ведь знаю, что он просто обдумывает мои слова. — Странно слышать эти слова от человека, принимающего наркотики, — когда он говорит это, я чувствую боль, ведь он постоянно указывает на мои ошибки и мне надоело это. — Не говори это, пожалуйста, я устала, — в разочарование отвечаю я. — Да, прости, я знаю, что невыносим по этому поводу. Я хочу помочь тебе, но мое бессилие меня убивает. Прости, — шепчет парень, сжимая меня в своих крепких объятия. Обида уходит, а улыбка появляется на моем лице, но я знаю, что одна досточка, из моста между нами, сломана. Через пару минут, включив музыку снова, мы приступаем к нашему завтраку. — Помнишь Тайлера? — спрашивает Зейн, доедая свою еду. Хмурясь, я качаю головой, не понимая о ком он. — Парень, которого мы встретили в коридоре пару дней назад. — Ох, да, точно, — вспоминаю о ком он говорит. — Он звонил вчера, приглашал сходить все вместе в бар недалеко, выпить чего-нибудь. — Мне двадцати одного нет еще, — смеюсь я. — Тебе мы закажем молочный коктейль, — я снова смеюсь на его слов. — Ладно, если ты хочешь, — соглашаюсь на предложение парня я, в то время как он моет нашу посуду. — Спасибо, — с мокрыми руками парень обнимает меня, целуя в щеку. Вечером мы уже собирались, чтобы пойти в бар, так как договорились встретиться в 20:00. Я выравняла свои волосы, оставляя их распущенными. Одела черные джинсы, ботинки на высокой подошве, темную укороченную майку и серый кардиган с карманами. Мы немного спешили, поэтому из макияжа я только подвела брови и накрасила губы помадой цвета бордо, которая стала так популярна в этом году. Мы уже собирались выходить, когда Зейн сказал: — Подожди, мне нужно в туалет. — В баре разве нет туалета? — закатываю глаза я. — Я ненавижу общественные туалеты. Серьезно, терпеть не могу, — я смеюсь на его реакцию и иду в спальню, где ложусь на кровать, пока жду парня. Зейн выходит через пару минут и я почти встала с кровати, но он бросил что-то на кровать, говоря: — Держи. Это твое. Его голос звучал жестко и довольно грубо. Вещь лежащая на кровати заставила меня нахмурится, не понимая, что это, но позже страх овладел мной. — Ты рылся в моих вещах? — не поднимая взгляд, говорю я. Я держу наркотики в руках, которые до этого лежали в моей косметичке. — Твоя косметичка была открыта и она упала, когда я мыл руки, а вместе с ней и это дерьмо. Какого хрена, Скайлет? — немного повышает голос на последнем предложение. — Это не твое дело, — тихо отвечаю, все еще не смотря на парня. — Перестань говорить это, — раздраженным громким тоном говорит Зейн. Я встаю и иду в ванную, игнорируя Зейна, чтобы положить пакетик с таблетками на место. Когда я делаю это, возвращаюсь к Зейну. — Какого черта они здесь? — снова спрашивает парень. — Отвали, Зейн! — кричу я, толкая парня в грудь, но он даже не пошатнулся от моих действий. Он хватает меня за предплечье и толкает к стене, при чем я больно ударяюсь спиной. — Не разговаривай со мной так, — говорит более спокойным тоном. Мне становится страшно. Я боюсь, что он может ударить меня. Я опустила взгляд вниз, чтобы он не увидел страха в моих глазах. — Ты помнишь, что ты обещала бросить? Ты обещала и мне, и Лиаму. Знаешь, что самое ужасное? То, что ты и не собиралась. Ты не считаешь это проблемой, хотя именно этим это и является. Утром ты мне говорила о том, что не хочешь стоять на месте, а двигаться дальше. Ты думаешь, что всё стоит, а ты движешься, а на самом деле всё наоборот. Ты закончишь жизнь умирая от нехватки героина в каком-то разваленном доме. Ты врешь всем и себе тоже. Это отвратительно. Я не говорю ни слова. Боль, которая окутала весь мой разум, не дает сделать это. Вырвавшись из его хватки, я ухожу. Спускаюсь по лестнице вниз, не пробуя вызвать лифт, выхожу из помещения и ухожу за пределы кампуса. Я обнимаю себя руками и иду вниз по улице. Кажется, ничто и никогда не делало мне так больно, как его слова. Я сдерживаю слезы только потому, что людей, проходящих мимо, слишком много. Мне не нужно лишнее внимание. Хочу закрыться в какой-то комнате и выплеснуть всё наружу. Но мне некуда пойти. У меня даже денег с собой нет. Я уже долго иду прямо, не сворачивая никуда, чтобы не заблудится. На улице ночь. Но совсем не спокойная ночь, ведь сейчас вечер пятницы и громкие компании, которых я встретила несколько по дороге, направляются в какой-нибудь клуб или бар, чтобы выпить и отдохнуть от тяжелых будней. Заметив небольшое уютное кафе, я захожу в него и ищу дверь ведущую в туалет и, увидев ее, иду туда. Сажусь на крышку унитаза, перед этим заперев дверь. Руками зарываюсь в волосы, сжимая их. Слёзы начинают течь по щекам. Я не думаю, что я нуждаюсь в этом, но я хочу взять и просто выплеснуть всё наружу. Я сижу здесь слишком долго, не переставая плакать. Я боюсь признать то, что я ошиблась в Зейне, я боюсь и просто не могу. Неужели всё это было ошибкой. Моей ошибкой. Его слова надолго оставят ноющие раны на моем сердце. Я думала, что Зейн мой спасательный круг в бушующем море, но то, что он сказал вынуждает думать, что у меня нет ничего, что могло бы меня спасти. И я знаю, что тоже виновата. И, в большей части, я виню себя. Я отчаянно борюсь с болью внутри себя, но я никогда не стану победителем в этой схватке. Телефон в моем кармане непрерывно вибрирует, что означает, что мне звонят. Но я не отвечаю и даже не смотрю кто звонит, ведь всё равно не смогла бы говорить. Спустя долгое время, когда я перестаю плакать, я смотрю кто звонил. Если это отец, я не хочу, чтобы он волновался. Я вытираю глаза от последних слез руками и смотрю на экран смартфона. 5 пропущенных звонков от Зейна и одно от Криса. Что за черт? Почему он звонил мне? Это очень странно и я немного волнуюсь, когда я перезваниваю парню, которого давно не видела и не слышала. — Хей, привет, — раздается голос Криса, — я звонил, почему ты не отвечала. Ты что игнорируешь меня? — Привет, — мой голос дрожит из-за слез и долгого молчания. — Ты в порядке? — Да, всё хорошо, — теперь мой голос звучит, как всегда, — я спала и не слышала звонка. Что ты хотел, Крис? — последнее предложение вышло немного требовательным. — Что так грубо? Просто не видел тебя давно и дома тебя тоже нет. Где ты? — Я сейчас в Лондоне. Зачем ты искал меня? — Может соскучился, — я чувствую, что он улыбается, говоря это, — надеюсь, мы встретимся. — Что ты имеешь ввиду? — хмурюсь, не понимая его. — Через пару дней я собираюсь в Лондон. — Зачем? — Знаешь ли, именно там я достаю товар. Я киваю, но молчу и тогда парень сам говорит: — Так мы сможем встретиться? — Я не уверенна, — шепчу, ведь действительно не знаю. Я не знаю буду ли я здесь завтра и останусь ли у Зейна. А если и останусь то, что я скажу ему. Я ведь не могу сказать, что собираюсь встретиться с наркоторговцем после нашей ссоры. — Я не понимаю. Где ты остановилась и вообще, зачем ты там? Я долго думаю перед тем как ответить. Я не знаю могу ли я сказать ему о том, что живу у Зейна. — Просто приехала отдохнуть от Брайтона. Я живу у своей сестры, — говорю первое, что приходит в голову, решая не говорить правду. — У тебя ведь нет сестры? — сомнительно спрашивает Крис. — У двоюродной сестры, — уточняю я. — Ладно. Так почему мы не можем встретиться? — Мы можем. Просто позвони, когда закончишь свои дела, — я не нахожу подходящего объяснения, чтобы отказаться и просто соглашаюсь. — Хорошо. Тогда до встречи. — До встречи, — отвечаю и завершаю вызов. Я выхожу из кабинки туалета, подхожу к умывальнику, набираю в руки воды и аккуратно споласкиваю лицо. Я облегченно вздыхаю, когда вижу, что не размазала помаду. Я выхожу в зал кафе и чувствую вибрацию в кармане. Это Зейн. Я отвечаю на звонок, чувствуя, что уже готова поговорить с ним. — Да, — говорю я. — Где ты? — обеспокоенный голос Зейна слышится на другой линии. — Как называется это заведение, — спрашиваю я у, проходящей мимо, официантки. — Кафе «Sunset», — быстро отвечает она, на что я киваю. — Я слышал, — говорит Зейн, — я скоро буду. Не уходи никуда. Я убираю телефон от уха и кладу его в карман. Сажусь за свободный столик и официантка подходит ко мне. Это всё та же девушка, у которой я спрашивала о заведение. — Ты в порядке? — спрашивает она. — Да, всё в порядке. Спасибо, — улыбаюсь ей я. — Может что-нибудь принести? — Нет, не нужно. Можно я здесь подожду одного человека, но не буду ничего заказывать? — мне неудобно перед девушкой, ведь я занимаю ее столик и даже ничего не заказываю. Я бы заказала, если бы были деньги. — Не переживай. Людей мало, поэтому сиди сколько понадобится. Позови если что-то будет нужно, — ее губы выгибаются в искренней улыбке и я не могу не улыбнуться в ответ, смотря на нее. Я киваю и она уходит. Всё время, пока я жду парня, я смотрю то на телефон, проверяя время, то на дверь. И ровно через 10 минут в зал входит Зейн. Он осматривает столики, пока не замечает меня. Я встаю, когда парень идет ко мне. Его руки обхватывают мое тело, обнимая меня и прижимая к себе. Я вдыхаю запах одеколона парня наслаждаясь этим. Зейн отстраняется от меня, осматривая мое лицо. — Хреново выглядишь, — смеясь, говорит парень, на что я тоже смеюсь, ведь согласна с ним. — Я не хотел тебя обидеть, — я закрываю глаза, когда Зейн целует меня в лоб, а открыв замечаю, что несколько людей, включая ту девушку-официантку, смотрят нас нас. — Идем ко мне? — я киваю и, взяв меня за руку, парень выходит из кафе. Зейн достает сигарету и закуривает ее. Медленно он выдыхает дым в ночную тьму. И это выглядит потрясающе. Я бы хотела сделать фото. — Я звонил тебе несколько раз. Ты не отвечала. Но потом я пытался дозвониться, но ты уже разговаривала с кем-то. Кто это был? — спрашивает парень, оборачиваясь на меня. — Папа, — вру я. — Ладно. Когда Зейн уже докуривает сигарету и выбрасывает окурок в урну, говорит: — Знаешь, я все еще злюсь на тебя. — За что? — спрашиваю, хотя знаю ответ. — За то, что врала мне. Я останавливаю парня и, держа его за руку, говорю: — Я знаю, что виновата. Прости. Но, Зейн, ты не должен вмешиваться в это. — Не должен вмешиваться? — его голос серьезен, как и его лицо. — Черт. Я не это хотела сказать. Я не должна была брать их с собой, но я ведь не могла их оставить дома. Что если бы отец нашел их? — Ты могла бы их просто уничтожить. Я молчу, не зная, что ответить и после тихо шепчу: — Не могла. — В этом вся проблема. Ты думаешь, что не зависима от наркотиков, но это не так. Его голос звучит разочаровано. Он разворачивается и продолжает путь. Я кусаю губу, думая над его словами. Что если он прав? Но я не хочу признавать это. Я не могу быть зависима от этого дерьма. И я докажу ему это. Когда мы возвращаемся в комнату Зейна, я веду его в ванную. Достаю пакетик с наркотиками из своей косметички. Открыв пакетик, бросаю их в унитаз и смываю, а пакетик выбрасываю в урну. Я смотрю на Зейна, но по его выражению лица нельзя понять о чем он думает. — Видишь? Я не зависим, — говорю и выхожу, оставляя парня одного. Я снимаю кардиган и бросаю его на пол. Я чувствую крепкую хватку вокруг моей руки, когда парень разворачивает меня к себе лицом. Он смотрит мне в глаза, а выражение его лица остается прежним. Его лицо быстро приближается ко мне и наши губы соединяются в столкновение. Я хватаюсь за шею Зейна, когда тот валит меня на кровать, нависая сверху. Я стону в губы парня, когда он больно кусает мою губу во время поцелуя. Наши языки сплетаются, а поцелуй становится более страстным. Его руки задирают мою майку, оголяя живот и касаясь его. — Ты такая молодец, — шепчет мне на ухо, кусая его. Во время этого он дышит мне в ухо и мне становится щекотно, из-за чего я смеюсь. Он оставляет мокрый поцелуй на кончике моего носа и я снова смеюсь. Я могу видеть улыбку на его лице и это потрясающе. Мы долго молчим просто смотря друг на друга, пока я не говорю: — Я хочу спать. — Ладно, — улыбаясь, говорит парень.