My illusion

Следующим утром мы вернулись обратно в общежитие, где Зейн позвонил Тайлеру на счет работы. Он предложил ему попробовать устроиться в одно кафе, где каждый вечер выступают начинающие исполнители, которым за это, конечно же, платят. Но для этого Зейну нужно хотя бы 3 песни, ведь там поют исключительно собственные произведения, а у него готова всего одна. Мне очень интересно посмотреть и послушать как он поет. Уверена, это будет потрясающе. Сейчас я готовлю для нас ужин, в то время как Зейн пытается закончить свою вторую песню, которую начал писать еще несколько месяцев назад, но позже забросил, и вот снова взялся за нее. Он занят этим уже несколько часов и я вижу, что он уже устал и мне жаль его, но ему придется еще несколько дней провести в таком духе, ведь он хочет выступить уже в эту пятницу, а это через 5 дней. Когда карри с курицей и фасолью уже готово, я иду в комнату, где на кровати с ноутбуком в руках на кровати сидит парень что-то печатая. Я подхожу ближе к Зейну и говорю: — Еда готова, Зейн. Сначала парень никак не реагирует, всё ещё смотря на экран ноутбука, но немного позже тихим голосом он говорит:  — У меня нет времени. Я подхожу ближе и сажусь на кровать рядом с ним, но он даже не посмотрел на меня. — Зейн, оставь это. Продолжишь позже, тебе стоит поесть, — говорю я, но парень грубым громким голосом отвечает: — Я же сказал, что не могу. Не мешай мне. Я не хочу этого, но мне становится обидно от его слов и того как он это сказал. Он буквально кричал. Я понимаю, что он переживает и хочет, чтобы всё получилось и я совсем не хочу обижаться на него из-за этого, но как я могу не делать этого? Я ушла из спальни и стала возле плиты, начиная медленно помешивать готовую фасоль на сковородке. Я не хочу возвращаться к Зейну, но он сам приходит ко мне. — Прости, Скай. Я не хотел обидеть тебя, ты же знаешь, — он берет меня за руку, поворачивая меня лицом к себе, но мой взгляд остается опущенным. — Хей, ты обижаешься? — его ладонь поднимает мое лицо, из-за чего мой взгляд встречается с его. Я замечаю улыбку на его лице. Я качаю головой, в знак протеста, и улыбаюсь, ведь не могу не делать этого, когда вижу улыбку Зейна. — Иди ко мне, — он забирает меня в свои теплые объятия и я с удовольствием иду навстречу. Мое лицо на уровне его шеи и я целую его в открытую часть его кожи, от чего парень издает тихий смешок. — Ты ведь покушаешь? — с надеждой спрашиваю я, не разрывая объятий. — Я действительно занят, малыш. Прости, — говорит, целуя меня в висок. — Всего пол часика, Зейн. Тебе нужно отдохнуть. Пожалуйста, — уже смотря на парня, прошу я. Он кивнул, улыбаясь, после чего мы поужинали и Зейн вернулся к работе. — Тебе нужен ноутбук? — спрашиваю, когда замечаю, что теперь лэптоп стоит в стороне от парня, а в его руках блокнот и карандаш. — Нет. Бери, если нужно, — говорит, не поднимая глаз. Я беру ноутбук в руки и, усевшись поудобнее на кровати и взяв наушники, чтобы не мешать Зейну, включаю фильм, который хотела посмотреть уже давно. Он длится почти 3 часа, но он совсем не надоедает. Я ставлю кино на паузу, когда Зейн садится рядом со мной, вынимая один наушник из моего уха. — Что смотришь? — Волк с Уолл-стрит, — отвечаю, переводя свой взгляд на парня, — смотрел? — Да, смотрел. Как тебе? — спрашивает и я замечаю ухмылку на его губах. — Много наркотиков и секса, — отвечаю, тихо смеясь. Зейн тоже смеется и его рука ложится на мой живот, поглаживая его. — Прямо как у нас, да? — его лицо приближается к моему и его губы соединяются с моими. Наши губы двигаются в такт друг другу и наш поцелуй становится более страстным. — Секса не так уж и много, — говорю я, когда я прерываю поцелуй. Тихий смех звучит со стороны парня, когда он говорит: — А ты хочешь больше? — Зейн лежит совсем близко ко мне, почти нависая сверху, но ему мешает ноутбук на моих коленях, но мои руки обхватывают его шею, притягивая ближе к себе. — Может быть, — отвечаю и не могу сдержать улыбку, когда Зейн оставляет нежный поцелуй на моих губах. — Не сегодня, малышка, — шепчет мне на ухо и я строю обиженное лицо, из-за чего парень смеется, — мне нужно работать, — шепчет мне в губы. — Ладно, — я киваю, убирая руки с шеи парня, отпуская его, и он садится в прежнее положение, начиная что-то писать в блокноте. Досматривая фильм я иногда смотрю на Зейн. Мне нравится следить как он работает, и нравится, когда он, замечая мой взгляд, улыбается мне. В фильме действительно много секса, наркотиков и денег. И я совсем не понимаю главного героя. Неужели для него самое главное это деньги шлюхи и наркота? Я бы не смогла жить, как он. Совсем не мое. Мне больше нравится мысль о уютной небольшой квартире в центре города с толстым и пушистым котом в ней. Вот это мое. Я улыбаюсь, когда Зейн, отложив блокнот в сторону ложится рядом со мной, утыкаясь лицом мне в шею. Мне становится щекотно, когда он дышит, из-за чего я смеюсь. — Я устал, — говорит, откидывая голову на подушку. Я убираю ноутбук со своих ног и ложусь так, чтобы быть с Зейном на одном уровне. — Тебе нужно ложится спать, — говорю, целуя парня в губы. Я вижу, что парень кивает и закрывает глаза. Его рука движется вверх от моих ног к моей пояснице, где и останавливается, обнимая меня. — Нужно снять одежду, Зейн, — шепчу ему на ухо, замечая, что он всё еще в одежде, в которой был весь день. — Помоги мне, — совершенно серьезно говорит Зейн и я понимаю, что он действительно устал. — Поднимись, и я сниму твою футболку, — прошу я. Он делает как я и сказала, и тогда я снимаю с него вещь и кладу ее рядом на кровати. Затем я снимаю с него джинсы, в чем он мне помогает, приподнимая бедра. Чтобы снять с него штаны ушло немного больше времени, чем на футболку, ведь узкие джинсы намного сложнее снимать с других людей, чем с себя. Зейн был без носков, поэтому это всё, что нужно было снять с его тела. После этого я сложила его одежду и положила в шкаф. Он уже лежал на боку, не укрывшись одеялом, с закрытыми глазами. Я прошу его подняться, чтобы вытащить одеяло из-под него и укрыть его ним. После того как Зейн оказался под одеялом, я, выключив свет, ложусь рядом с ним и кладу свою ладонь на его грудь, оставляя там легкий поцелуй. Он уже спит. Мне так жаль, что ему приходится так много работать. Я хочу помочь ему, но это не в моих силах. Я прижимаюсь к телу парня сильнее, прежде чем уснуть. Самое интересное в жизни человека, это его смерть. Мне не нравится читать о детстве, юности, зрелости человека, мне нравится узнавать о его смерти. Почему это происходит? И мне так жаль, что это неизбежно. Я могу не знать седьмую цифру после запятой числа Пи, но я знаю, что Джона Леннона убил Марк Чепмен, а Альфред Хичкок погиб от почечной недостаточности. Каждая мелочь смерти задевает меня. Снова и снова. Черно-белое кино не покажет тебе кровь. Зрачки человека расширяются при смерти. Это странно, ведь ему больше нечему удивляться. Самая интересная смерть это убийство. Но совсем неинтересна сама смерть. Интересно то, почему это совершили. Люди не в праве распоряжаться жизнями других. Но люди всегда делали много неправильного, делают сейчас и будут делать. Мы слишком глупы, чтобы изменится, или, хотя бы, понять, что нам это нужно. Зейн снова работает над текстом песни, хотя уже почти полночь. Обычно я уже сплю в такое время, но я не могу уснуть сейчас. Он такой красивый, когда сидит с таким серьезным лицом, думая над строчками песни. Он совсем не похож на того человека, который кричал на меня, когда мы ссорились. Такой спокойный. Я поднимаюсь, принимая сидящее положение, и садясь рядом с Зейном, облокачиваясь спиной об стену. — Ты думал над тем как ты умрешь? — спрашиваю я, чем привлекаю хмурый взгляд парня. — Почему ты спрашиваешь? — его голос звучит встревоженно. Мне нравится, что он беспокоится обо мне. — Просто ответь, — пожимаю плечами я. — Нет, не думал. И тебе не стоит, — звучит немного грубо, но я знаю, что он не хотел обидеть меня. Он не смотрит на меня. Я не хотела, чтобы он стал таким. — Я думала над этим, — я беру его за руку и замечаю, что он смотрит на наши сплетенные пальцы, ожидая продолжения, — я представляла как умру. Мне будет страшно. Если бы я умирала прямо сейчас, я бы пыталась схватиться за что-то, что могло бы спасти и удержать меня рядом с тобой. Я бы схватилась за тебя. Но это так глупо, ведь ничто не спасает от смерти. И я действительно напугана этим. Отец Софи умрет в скором времени. Так сказал мне Лиам, когда мы разговаривали утром. И мне так жаль его, отца Софи, каково ему сейчас знать, что умрет совсем скоро и больше ничего не будет. Никто не знает, что будет после. Скорее всего этого все и боятся. Неизвестности, — долго молчу, прижимаясь к телу парня и не зная, что сказать дальше. Минута, или больше, тишины. Всё это время Зейн смотрел в одну точку, будто парализованный, но, наконец, он говорит: — Перестань. — Я не хотела напугать тебя, — шепчу обнимая его за шею и целуя в щеку. — Ты не напугала. Просто сердце колотится с бешеной скоростью когда думаешь о чем-то таком. Разве тебя не пугает это? — он смотрит мне в глаза и продолжает. — Не пугает то, что ты можешь больше никогда не увидеть своих родных или то, что ты можешь навсегда остаться одна? — спрашивает и нервная улыбка появляется на его лице. — Хэй, Зейн, перестань. Ты не останешься один. Бог ведь не жесток, правда? — говорю, улыбаясь парню. — Ты так думаешь? — шепчет парень. — Я уверенна в этом, — я сжимаю крепче его ладонь в своей. — Просто я боюсь потерять, кого-то из своей семьи или друзей, — он действительно обеспокоен этим. — Ты переживешь это. Мы все сможем, — я кладу голову га плече парня, закрывая глаза и думая о том какой Зейн на самом деле. Сегодня для меня он открылся с другой стороны, с которой я его еще никогда не видела. Уже послезавтра Зейн должен будет выступить в кафе со своими песнями, которые он всё же успел дописать. Мы уже входим в студию звукозаписи, где нас уже ждет Тайлер и еще какой-то парень, который, как я понимаю, работает здесь. — Привет, — с теплой улыбкой на лице обращается ко мне Тайлер, после того как поприветствовал Зейна, держащего меня за руку. — Привет, — тоже улыбаясь, говорю я. Мы подходим ближе к столу с огромным количеством разных кнопок, или как они называются? Напротив стола расположена небольшая звукоизолированная комната с прозрачной витриной. Перед столом стоит два стула на одном из которых прежде сидел неизвестный мне парень, хотя скорее мужчина. Он выглядит лет на 30, может немного больше. Его борода и клетчатая рубашка придает ему хипстерский вид, что делает его крутым, на мой взгляд. — Привет, Джим, — Зейн пожимает руку этому мужчине, а я смущенно улыбаюсь, когда взгляд Джима падает на меня. — Уже новая девчонка? Я был таким же в твои годы, — посмеиваясь над своими же словами, он садится обратно на стул. Меня смущает тот факт, что он говорит о мне в третьем лице, хотя я нахожусь с ним в одной комнате. Зейн смотрит на меня, улыбаясь, и это, если честно, успокаивает. Но то, что Джим не поздоровался со мной я, все еще, нахожу грубым. — Ладно, Зейн, у нас много работы. Давай уже начинать, — мужчина делает глоток кофе из своей кружки и выжидающе смотрит на парня рядом со мной. — Вы не могли бы с Тайлером выйти на это время? Я просто хотел бы, чтобы это был сюрприз для вас, — просит Зейн, обращаясь ко мне, на что я в недоумение хмурю брови. — Ты как всегда Зейн, — смеется Крис и, взяв подставку с двумя стаканами Starbucks, подходит к двери, где останавливается, смотря на меня и говоря, — ты идешь? Немного колеблясь я киваю и иду вслед за ним, выходя в коридор. Парень идет прямо после чего входит в комнату в которой стоит много разной мебели. — Что это за комната? — спрашиваю я, закрывая за собой дверь, когда Тайлер включает свет. — Что-то типо склада. Сюда арендаторы помещения относят старую мебель, которая им больше не нужна. Но они такие дураки, что оставили здесь этот диван, — парень буквально падает на зеленый диван, перед этим поставив поднос со стаканами на деревянный подлокотник. Перед этим диваном стоит еще один такой же, куда уже сажусь я, — я бы забрал его в свою комнату в общежитие, но мне некуда его поставить. Должна согласиться с Тайлером, что диван действительно очень удобный. — Держи, — он протягивает мне один стакан и я беру его, улыбаясь и благодаря его. — Что это? — спрашиваю я, имея ввиду напиток. — Апельсиновый мокка, — просто отвечает парень, принимая сидящее положение, чтобы выпить немного кофе. — Это ведь Рождественский напиток, — улыбаюсь, когда пробую напиток, который часто пью зимой. — Может и Рождественский, но он мне нравится независимо от времени года. — Мне тоже, — тихо говорю и продолжаю, - почему Зейн не хотел, чтобы мы присутствовали? — Не думаю, что он действительно хотел сделать сюрприз, думаю, ему просто так легче. Он и в прошлый раз попросил меня выйти. Не бери в голову, — он улыбается мне теплой улыбкой. Мне нравится, что он сейчас со мной, думаю, он хороший парень. Мы молчим, думая каждый о своем, пока Тайлер не говорит то, что немного удивило меня. — Значит, ты сестра Лиама? Мой удивленный взгляд встречается с его спокойным и я быстро говорю: — Зейн сказал тебе? — Да, сказал. Не переживай, я не скажу ничего ему, — я киваю, опуская взгляд на свои кеды и делая глоток мокка. — У тебя хороший брат. Он действительно хороший человек. Лиам много раз помогал мне, когда никто не делал этого, — я смотрю на него и его взгляд показался мне немного грустным. Мне интересно, что такого случилось с ним, но я не спрашиваю его об этом. Я совершенно согласна с его словами. Я знаю, что Лиам хороший, добрый и любящий. Людям, которых он считает друзьями действительно повезло иметь такого друга, а мне повезло иметь такого брата. — Тогда почему ты не расскажешь ему о нас с Зейном? — тихо спрашиваю я. — Зейн ведь тоже не придурок какой-то. Я бы не хотел, чтобы из-за меня лучшие друзья поругались, — я снова киваю и минутное молчание повисло между нами. Но это не было неловкое молчание, как часто бывает, а скорее уютное молчание. — Ты уже знакома с Софи? — спрашивает и теперь ни тени грусти не видно на его лице. Я киваю и тогда он продолжает, — и как она тебе? — Я даже не знаю. Я не провела с ней достаточно времени, чтобы узнать ее достаточно хорошо, но основываясь на том насколько я ее знаю, думаю, она хорошая девушка. И очень красивая, — тихо смеюсь, — мне она нравится. — Я рад, что она тебе нравится. Она моя сестра, — широко улыбаясь говорит парень. А я в изумление поднимаю брови. — Сестра? Ничего себе, — я тоже улыбаюсь, крутя в руках стакан с напитком. — Почему ты здесь, а не со своей семьей? Лиам говорил, что с вашим отцом… не всё в порядке, — немного колеблясь, говорю я. Улыбка исчезает с лица парня, когда он говорит: — Он умер еще в понедельник, а во вторник состоялись похороны. — Мне так жаль, — шепчу я, вставая со своего места и садясь рядом с парнем. Я беру его за руку, чтобы как-то поддержать его. Он сжимает мою руку в своей. — Он не говорил никому, что болен, до тех пор как это было невозможно скрывать. У нас было буквально пару недель, чтобы провести их с ним. Это было так глупо с его стороны скрывать это. А я просто не могу сейчас находиться там. Я ставлю стакан на подлокотник и теперь двумя ладонями держу его руку. Я ничего не говорю, всё равно мои слова ничем ему не помогут. Спустя несколько минут молчания я говорю: — Прости, что спросила тебя об этом. Мне правда очень жаль, — я совсем не понимаю, что Тайлер сейчас чувствует, но я знаю, что ему тяжело. — Всё хорошо. Ты совсем не виновата, — скромная улыбка появляется на его лице и я улыбаюсь этому. На мгновение его взгляд задержался на моем лице. Его глаза смотрят в мои, а после на губы. Он приближается ко мне, чтобы поцеловать, но я не двигаюсь на встречу, пребывая в недоумение. В паре миллиметрах от моих губ он останавливается и отстраняется с смущенной улыбкой на лице. — Прости. Это так глупо. Правда, я просто немного потерялся в себе. Я знаю, что не должен был делать этого и хорошо, что не… — быстро говорит парень, но я перебиваю его, тихо смеясь: — Остановись же уже. Ничего ведь не случилось. Не переживай так. — Прости, — в последний раз говорит парень. Я беру стакан обратно в руки и делаю глоток теплого напитка. Через несколько минут Тайлер предложил пойти погулять, а не сидеть в душном здание, ожидая Зейна, и я, конечно же, согласилась. Мы долго гуляли по городу, а потом еще и зашли в кафе перекусить и снова гуляли. Не смотря на то, что мы очень устали, мы хорошо повеселились. С Тайлером действительно очень круто проводить время. У него на всё есть своя шутка. Вернулись в общежитие мы довольно поздно, а если точно, то почти в полночь. Зейн звонил мне несколько раз, но, когда он звонил мне в 9 вечера его голос звучал раздраженно и после этого он мне больше не звонил. Я понимаю, почему он обиделся, но я просто хотела хорошо провести время. Тайлер вернулся в свою комнату, а я уже несколько минут жду пока Зейн откроет дверь своей комнаты. Я слышу шаги за дверью в то время как я уже собиралась звонить парню. Зейн открывает дверь пребывая в одних спортивных штанах, показывая свое прекрасное тело. — Привет, — улыбаюсь я, но Зейн только молча пропускает меня внутрь, после чего закрывает дверь. Я снимаю обувь и прохожу в спальню, где Зейн, сидя на кровати, делает что-то на ноутбуке. Если он сидел за ноутбуком то почему не открыл дверь раньше, чем через пару минут? — Я думала, что разбудила тебя, — говорю снимая с себя одежду, оставляя только нижнее белье. Я замечаю взгляд парня на себе, когда одеваю свободную футболку на себя. — Нет, не разбудила, — сдержанно отвечает парень. Я сажусь рядом с Зейном и, обняв его за руку, целую в щеку. Он никак не реагирует на мои действия и я, хмурясь, спрашиваю: — В чем дело? — Ты о чем? — спокойно спрашивает в ответ. Он и сам знает о чем я. — Хватит уже, Зейн, — немного грубо говорю я и продолжаю немного повысив голос, — если ты обижаешься, то это глупо. Я просто не хотела сидеть в той комнате несколько часов, ожидая пока ты закончишь свои дела, ясно? Зейн поправляет волосы и, громко вздохнув, говорит: — А я просто хотел, чтобы ты была рядом со мной сегодня. — Тогда мог бы сказать мне это, вместо того, чтобы попросить уйти, — тихо говорю я, после чего парень, встав и взяв сигареты со стола, говорит: — Мне тяжело говорить о своих чувствах напрямую. Он выходит на кухню, чтобы выйти, но я не даю сделать этого, взяв за руку возле самой двери. — Стой, Зейн. Не уходи, — я беру его за руку в которой он держит пачку сигарет, — дай мне это, — он отпускает ее и я кладу ее на кухонную тумбу. Крепко обнимаю парня за шею и оставляю несколько поцелуев на его плече. — Прости, — шепчу я, когда руки парня обнимают меня в ответ. — Всё в порядке, ты не должна извиняться, — он прерывает объятия, но теперь его губы накрыли мои, соединяя их в поцелуе. Наши губы двигаются медленно и нежно, как и рука Зейна на моей спине, но когда доходит до низа футболки, запускает одну руку под нее, а другой сжимает мою попу, от чего я улыбаюсь сквозь поцелуй. — Я устала, — шепчу я, прерывая поцелуй. — Я тоже. Идем спать, — я киваю, соглашаясь с ним.