Синие розы к ногам твоей никчёмности

Помещение такое душное, что кожаные перчатки - вечные спутники его рук, почти плавятся на коже. Насколько Уилл помнил, а помнил он много всего, так было всегда. Нехватка воздуха ощутимо не мешала ему, но находясь в искусственной оболочке своего очеловеченного тела, он не раз чувствовал некий дискомфорт, когда был здесь. Закулисье Тента Телепатии - то еще местечко. Сайфер всегда с каким-то особенным страхом пребывал тут. Особенно тогда, когда главные причины его стрессов выступали на сцене. Из небольшого зазора огромной портьеры насыщенного лазурного цвета, он видел мелькавшие силуэты близнецов - звезд сегодняшнего вечера. И когда, даже на миг, тот или иной близнец приближался к самому краю кулис, Уилл невольно вздрагивал, ожидая очередного психического удара. А иногда и не просто психического. Сопровождая эту мысль легким потиранием изувеченного запястья, Уильям снова почувствовал, как липкий страх подкрался со спины. Даже слезы брызнули из глаз. Раненная рука болела, хоть и было тяжело осознать почему, ведь искусственная, человеческая оболочка не должна чувствовать боли. Но, очевидно, в этот раз снова что-то пошло не так. В его существовании всегда и все идет не так. Постоянно. Может, именно поэтому чета Глифулов не стесняется издеваться над ним? В конце концов, как не может вызвать досаду и раздражение владыка разума, способный только беспомощно хныкать в любой ситуации? Уилл и сам считал себя жалким, но почему то в затемненном помещении Тента Телепатии это ощущалось особенно четко. - Дамы и Господа, вы верите в магию? – раздается звонкий голос Диппера Глифула на сцене, и от громкости Уильяма невольно передергивает. Толпа шумит в восхищении, сыплет отрывочными звуками, словно облако - холодным дождем. Люди дарят совсем неуместные аплодисменты. Они готовы идти за человеком со сцены, готовы слушать и беспрекословно верить ему. Никто из них не знает, что уверенный голос, льющийся им в уши, только вчера шептал в ухо Уилла злые и пропитанные ненавистью слова. Воспоминания неприятным холодом пронзают сознание. Чёрная вода памяти течёт на несчастного Сайфера тяжёлым водопадом, хоронит его под толщей неприятных видений. "Никчемный…" – шептал Диппер, когда тянул его за волосы, заставляя поднять голову и взглянуть на себя. "Ты не можешь выполнить даже самого простейшего приказа! Почему Пайнсы до сих пор мешаются у нас под ногами?!" – Яркий, ослепляющий удар раскрытой ладонью прямо по оголенной щеке. "Ты не понимаешь ничего, кроме боли?! Мне нужно вбить в тебя приказ?!" - Диппер Глифул наступал ногой прямо на кисть его руки. Вжимал оную в пол, не давая пошевелиться от боли. "Будь по-твоему." – Обманчивая свобода для раненой конечности, которая тут же сменилась пронзающей агонией. Резким ударом мощной подошвы ботинка, господин со всей силы растоптал пятерню демона. Вывернул хрупкие суставы, разворочал пальцы, вмиг налившиеся кровью.… В тот момент Уильям чуть не потерял сознание от боли, но это не остановило раззадорившегося господина. Какая необоснованная жестокость. Уилл жмурится, когда очередная слеза скатывается по щеке и растворяется где-то в полете между его лицом и полом. Он не выдерживает этих воспоминаний, не выдерживает этой службы. Но вместе с тем, знает, что никуда не денется, покуда связан контрактом с семьёй Глифул. Знает, что будет терпеть любые издевательства, восставать из мертвых, если нужно, и все лишь для того, чтобы выполнить еще один приказ. Он рвано утирает воду с лица собственными перчатками, когда снова слышит голос своего господина: - Магия реальна. Так же реальна, как реально все на земле, к чему можно прикоснуться. Диппер ходит по сцене, будто плывет: шаг четкий, плавный, уверенный в себе. Уильям видит его из-за кулис сбоку, неразборчиво, но даже эта размытая слезами, далекая фигура внушает дрожь и беспокойство в сознание повелителя разума. - Хотите ли прикоснуться к магии, дорогие зрители? - звонкий, женский, голос, принадлежащий Мейбл Глифул, окутывает пространство, заставляя мужскую половину зала восхищенно выдохнуть, - Ощутить ее? Увидеть безо всяких нелепых фокусов? Брат и сестра медленно вышагивают по сцене, двигаясь полукругами, словно змеи, собравшиеся завернуться в клубок. Спина Уильяма холодеет от такого сравнения. Иногда он действительно чувствовал себя жалкой мышкой в их обществе. - Для нашего следующего номера... Сайфер, наконец, находит в себе силы отвернуться от зазора огромных портьер, и выдохнуть почти облегченно. Какое-то время он сможет побыть в относительном покое: номера со зрителями всегда длятся дольше обычных. Так что демон, наконец-то, сможет перехватить кружку успокаивающего чая, который, к сожалению, давно уже не действует на его нервную систему. Мысль о коротком отдыхе греет душу лучше оранжевого огня, что кипит на кончиках пальцев, когда он взмахом руки, создаёт из ничего керамический сосуд с тёплой травяной жидкостью. - Для нашего следующего номера нам понадобится помощь нашего ассистента - Уильяма! Пальцы конвульсивно дёргаются, выпуская чашку из хватки. Та разбирается на сотни мельчайших осколков, столкнувшись с полом. Чай рваной лужей залил грубые, деревянные доски, забрызгал штанину правой ноги. Сердце в груди Сайфера замерло, заставив его тело вывернуться в болезненной судороге, и только потом забилось снова. Собственное имя, выговоренное магической близняшкой, кажется смертельным приговором. "За что?" - проносится в голове Уилла. С новой силой режет в глазу, будто туда высыпали целый галлон песка, - "Это такое наказание?" Раздаются аплодисменты, публика ждет нового актера. Шок ослабевает лишь спустя пару мгновений. Сайфер делает шаг в сторону сцены, но ноги не слушаются, в очередной раз заплетаются, делая его до комичного неуклюжим. Потеют ладони, лицо, всё тело вообще. От этого так много влаги, верно? Тут нестерпимо жарко. А там? Какого там, на сцене? Ведь, если подумать то это... "…мой первый выход" - проносится мысль в светловолосой голове, и Уилл сглатывает ком, образовавшийся в горле. Новый приступ паники. - Поторопись, Уильям! Не заставляй публику ждать! - пропела Мейбл, и голос ее, будто нож у горла - звучит со скрытой угрозой: попробуй ослушаться – пожалеешь. Когда Уилл появляется на сцене, свет софитов нещадно лупит ему по единственному глазу, и он жмурится, прячась на миг от толпы под собственное веко. - Дорогая публика, - произносит Диппер, взмахивая полами своего плаща, - Это первый выход Уильяма на сцену. Прошу, поддержите его вашими аплодисментами. Грохот хлопков въедается куда-то в затылок. Сайфер, наконец, находит в себе силы открыть глаз. Лица зрителей, словно шаблон в некачественном мультфильме, сливаются в один большой, серый фон. Будто подбитый улей, люди вибрируют, качаются, двигаются... издают громкие, режущие слух звуки. Кто-то с задних рядов скандирует "Уилл, Уилл, Уилл..." И от этого демону становится еще больше не по себе. Повелитель разума сейчас отдал бы все за возможность оказаться в знакомой серости тихого ментального пространства. - Каждый из вас знает фокус с распиливанием человека, - начинает близняшка Мейбл, подходя к зажатому в тиски внимания демону, который боится даже шелохнуться, - Эти нелепые номера, когда человека в коробке распиливают надвое... - Настоящей магии не нужны никакие дополнительные аксессуары: шкафы или таинственные ящики. Настоящая магия дарит возможность лицезреть себя в своей истинной, обнаженной форме. - Усмехается близнец Глифул, заводя одну руку куда-то за спину. Взмах плаща, и вот в пальцах юноши сверкает длинная и, несомненно, острая шпага. - К чему же мы все это говорим? - Улыбается Мейбл, подводя Сайфера к середине сцены. Уильям окаменевшими ногами следует за ней, пот стекает с его виска. - К тому, что сегодня вы, наши дорогие гости, увидите новое исполнение фокуса с распиливанием! - Заканчивает Диппер и взмахивает шпагой в воздухе, отчего тот рассекается с неприятным звуком, - На ваших глазах! Впервые!.. - …Мы распилим нашего очаровательного ассистента. - С придыханием произносит Мейбл, кинув томный взгляд на дрогнувшего Сайфера. Толпа перед сценой заинтересованно загудела. На миг, демону кажется, что если бы сейчас зрители наблюдали самое настоящее убийство, то не стали бы скрывать своего восторга. Просто потому что это происходит в Тенте Телепатии. Руками самых очаровательных близнецов. В самом безумном городе штата. Очевидно, Уилл крупно провинился, если его решили наказать у всех на глазах. Публика затихает, когда Диппер поднимает ладонь в просьбе внимания. Страх облизывает сознание Сайфера, делая тело чрезвычайно холодным. Уильям зажмуривается, чувствуя медленные, приближающиеся, шаги своего хозяина. Лучше не видеть, не думать, не чувствовать. Но как назло, зал молчит и лишь стук каблуков отдается набатом в голове. Сабля разрезает воздух. Демону хочется помолиться. В обществе этих близнецов он постоянно забывает о своей природе. Истинные демоны в этом месте, несомненно, они. Взмах и резкий удар, рассекающий одежду и плоть. Лезвие проходит сквозь мягкий живот, беспрепятственно режет внутренние органы человеческого сосуда, выпуская карминовый поток крови. Легко, как нож по маслу, делит повелителя разума пополам, но тормозит, попав в зазор между позвонков. Диппер хмыкает, столкнувшись с такой проблемой, но секунду спустя двигает оружием резко, напористо, так, что позвонки распадаются, выпуская саблю из живого плена. Один из них падает, и, сделав непонятный кульбит, откатывается в сторону. Мейбл, находящаяся рядом, держит верхнюю половину тела за подмышки, приподнимает ее еще выше, показывая образовавшуюся пустоту между туловищем и так и оставшимися стоять на сцене ногами. Публика шокировано смотрит на представший ей вид, все еще не в силах поверить своим глазам. Уилл отстраненно думает, что нормальные люди уже давно опустошили бы свои желудки от подобного зрелища. - Никаких фокусов, - громко произносит Диппер Глифул, и голос его звучит зловеще в абсолютной тишине, - Никаких тайн, лишь магия. Взмахнув саблей еще раз, он смахнул с нее кровь, поставив карминовый росчерк на чистом полу сцены, а после убрал оружие куда-то в плащ. Зал завороженно следил за артистом. Диппер провел рукой между частями тела Уильяма, доказывая, что никакими нитями части тела друг к другу не крепятся, и всё это не обман зрения. - Он... он жив? - внезапно раздается несмелый голос в первом ряду. Мужчина в возрасте, с настоящим испугом на лице наблюдал всё это действо. Его руки била дрожь, а глаза напряженно подрагивали. - Жив ли он? - Задумчиво протянула Мейбл, стрельнув заговорческим взглядом брату. Тот ухмыльнулся, взглянув прямиком в глаза встревоженного зрителя: - Относительно. - Впрочем, - улыбнулась девушка, наконец, опуская верхнюю половину тела на нижнюю, - Почему бы не спросить об этом самого Уилла? Ткани стали срастаться между собой с такой бешеной скоростью, что зал наполнили пораженные возгласы. Люди, не веря в увиденное, зашептались, все еще не сводя глаз со сцены. - Как видите... - Проговорил Диппер, неожиданно протягивая руку к вновь целому животу и проводя по нему ладонью. Сайфер вздрогнул от прикосновения. Такое откровенное касание его смутило, чего не скажешь о Глифуле, который направил свой взгляд в зрительный зал. - …наш любимый Уилл цел и невредим! - Заканчивает фразу близняшка, - Ну же, помаши зрителям, Уилл! Демон неловко поднимает руку, и сдержанно машет ей, доказывая, что он в порядке. - Ваши аплодисменты нашему очаровательному ассистенту! - Громко говорит Диппер. Публика тут же взрывается оглушающими аплодисментами и свистом. Кто-то с задних рядов кричит "ну и чудеса!", а на сцену прилетает много одиноких цветков. Уильяму не по себе от такого внимания - единственное, чего ему хочется, так это уйти куда-нибудь подальше от шумящей толпы, и побыть в одиночестве. - А теперь отпустим нашего ассистента. - Произносит Диппер, поворачиваясь к нему лицом. Неожиданно, холодные глаза Глифула искажены какой-то чудной дымкой... Будто Диппер посмотрел на него, никчемного демона, с нежностью. Это окончательно выбило Сайфера из колеи. - Спасибо, Уилл - произносит господин достаточно громко, но в тот же момент как-то излишне интимно. От этого несчастному ассистенту еще больше становится не по себе. Сайфер сдержанно кивает, стремясь покинуть сцену как можно быстрее. Передвигает ногами быстро, скрываясь за занавеской, по пути пнув куда-то свой потерянный позвонок. - А мы продолжаем! - объявляет сестра Глифул, бросая на брата красноречивый взгляд.