Замки из песка

- Я люблю тебя. Таня потянулась, подобно большой и сытой кошке. Мужчина, лежащий рядом с ней на кровати, улыбнулся. - Когда он приезжает? - Кто он? - Твой муж. Женщина закрыла глаза, сохраняя на губах улыбку, однако в морщинке на идеально чистом лбу выразилось ее напряжение. - Через четыре дня. Я не хочу думать об этом, Коля. Давай довольствоваться тем, что у нас есть. - Не так уж много, на самом деле. Николай сел на постели, спустив ноги на пол. Потер руками лицо. - Впервые у нас целая неделя. – Таня погладила его плечо. – Коль, чего ты? Он повернул к ней голову. - Хочу, чтобы ты была моя. - Я и так… - Нет. Не моя. – Он перехватил ее правую руку, которая гладила его, поднося к лицу так, что обручальное кольцо оказалось прямо перед ее глазами, - не моя, видишь? Почему ты с ним, если говоришь, что любишь меня? Или ему ты говоришь тоже самое? - Я говорю это потому, что он мой муж. Или мне всю жизнь твердить, что наше замужество – это ошибка? Что я была просто юной и влюбленной в его потрясающую красоту девчонкой. С одним единственным желанием – повидать жизнь. И что счастья я так и не испытала в этом браке? Это мне ему говорить? Коля смягчился, целуя ее руку. - Почему же? У него много денег. У тебя все есть, и счастье в том числе. - На деньгах оно не может быть построено. Если есть деньги, но нету понимания – не будет и счастья. Такие отношения не стоят и гроша. Николай промолчал. Встал и накинул на плечи халат. Подошел к окну и уставился в ночное небо. - А он? Как тебя можно не любить? - Так же, как и можно не любить его. Я благодарна ему, желаю ему счастья, может, привязана… но любви нет. И с каждым разом все сложнее отрицать этот факт, ведь в сердце у меня другой мужчина. - Я не такой идеальный, как он. – С усмешкой протянул Коля, - и денег у меня не так много. Таня встала и подошла к мужчине сзади. Обняла, прижавшись щекой к его спине. - Я люблю не идеал. Мне нравится чувствовать себя нужной. А что во мне нужно Саше? Одно время просто он нужен был мне, чтобы встать на ноги. Но это слишком сильно похоже на корысть, и мне не хочется думать об этом. Я уважаю его, как человека, который очень много сделал для меня. Хотя теперь я чувствую, что он приходит домой не ко мне. Он просто ночует здесь, принимает душ. Мысли его на работе. Или в другом месте… Коля обернулся и обнял ее за плечи. - Поэтому у вас нет детей? Ты молодая, он тоже. Вы в браке уже четыре года. - Мне двадцать девять… - Ладно… - Коля чмокнул ее в губы, - ты старушка. Но я слышал, одна женщина родила в 64, поэтому небольшой шанс еще есть… - Сволочь ты! – Таня рассмеялась, закрывая его улыбающиеся губы поцелуем. – Детей нету потому, что я не хочу дочери или сыну объяснять, почему у нас с их папой постоянные ссоры и недоговоренности. Дети чутки к этому. Я помню свою семью… - Я люблю тебя, Таня. – Прошептал Николай, вдруг став серьезным. И эта серьезная, трогательная откровенность стерла с ее лица улыбку. Он смотрел на нее, такой не похожий на идеального Сашу. Совсем другой. Со светлыми волосами и плутоватыми глазами темно-серого цвета. И сердце Тани пустилось вскачь от эмоций. От любви, от радости, и от горя, когда на собственной руке блеснуло обручальное кольцо в лунном свете. Слишком многим она обязана Саше теперь, чтобы он отпустил ее. *** Настя проснулась от того, что что-то большое и теплое рядом с ней перевернулось с боку на бок. Протестующе забурчав, Настя придвинулась ближе, чтобы не потерять источник тепла, согревающий ее всю ночь. Сашина рука обвила ее талию, прижимая к груди. Снова стало тепло и спокойно. Уткнувшись носом в его ключицу, девушка снова начала погружаться в сон, чувствуя запах знакомого одеколона. Который, собственно, и выдернул ее из дремы. Саша. В ее постели? Она замерла и открыла глаза. Воспоминания вспыхнули в сознании. Так. Что делать? Горлова, спокойно. Просто встань, пока он не проснулся, и уйди к себе в номер. Не думай о том, как не хочется тебе покидать его объятья. Осторожно отстранившись, Настя почувствовала, как его руки прижимают ее к себе еще крепче, а лицо зарывается в волосы где-то возле шеи девушки. Кажется, толпы прокативших по спине мурашек сейчас ее просто затопчут. - Не уходи. Еще рано. – Прошептал он, не открывая глаз. - Нужно собираться на собрание. – Четвертый день их пребывания в Исландии начался в его постели. К такому можно и привыкнуть. - Хорошо. Собирайся. Удивленная и слегка разочарованная столь быстрым отступлением, Настя снова попробовала встать, но Сашины руки железной хваткой обхватили ее талию и плечи. Невольная улыбка растянула ее губы. - Для этого мне нужно встать. Отпусти меня. - Нет. – Он тоже улыбнулся ей в волосы, - Ты помнишь, я чуть не погиб ночью! Мне нужен постельный режим. - Это не смешно. Сон был очень реальным. Он поднял голову, оперевшись локтем о подушку, но вторую руку так и не убрал. Зеленые глаза смотрели сонно, красивое лицо выглядело чуть осунувшимся из-за пробившейся на подбородке и щеках щетины. - Реальными были твои слезы. Вот глупая девчонка… Я в детстве тоже боялся грозы. Насте показалось, что где-то в груди у нее что-то кольнуло. - Ты на возраст намекаешь, да? После того, что произошло ночью, ей стало удивительно легко называть его на «ты». - Нет. На эмоции, которые в тебе вызывает гроза. Просто во мне этот страх прошел. - Слабая отмазка, ну да ладно… - Настя ответила улыбкой на его мину. Саша вздохнул и снова опустил голову на подушку, закрывая глаза. - Расскажи мне о своей семье. От неожиданного вопроса Настя приподняла брови. - Какая часть тебя интересует? - Ну… не ранее девяностых. Кто тебя воспитывал? - Бабушка. – Настя покосилась на него, лежащего рядом, и, недолго думая, свернулась под его боком, положив голову на Сашину грудь. – Бабушка и мама. С отцом у меня отношения довольно сложные. То есть мы мало общаемся. А если совсем вдаваться в подробности, то за последние четыре года не обмолвились ни словом. - Почему? - Это долго рассказывать. И… не очень приятно. Если в двух словах – он плохо обращался с мамой. - Ясно… - Рука Саши принялась гладить Настины волосы, облаком лежащие на подушке, - а самое яркое воспоминание? Девушка задумалась, слушая равномерное дыхание мужчины. - Только не нужно про первый поцелуй и первый постельный опыт. Щеки ее вспыхнули. Настя опустила лицо, чтобы он не заметил прилившую к щекам кровь. - Я и не собиралась… в общем… Когда я была маленькая, мы с бабушкой пошли на речку. У нас в Семенково есть небольшая речка, называется Пыжка. Весь берег там усеян золотым песком. Мы с бабушкой построили большой песочный дом из мокрого песка, с проходами, и коридорами. Сделали окна, и даже флаг из березового листа. Он был действительно огромным. На тот момент даже больше меня. - Да, это сложно себе представить… - С улыбкой пробормотал Саша, перебирая ее волосы. - Когда мы построили этот дом, бабушка сделала из двух ромашек, брошенных кем-то на пляже, две фигурки. Она сказала, что это я и она. Живем в большом доме, и не знаем горя. Что я маленькая принцесса, которую заберет сказочный принц и увезет на белом коне. А бабушка будет смотреть в окно и махать нам рукой. – Настя закрыла глаза, чувствуя, что сознание утаскивает ее в тот далекий день. – Что у нас будет много детишек, и мы будем жить в таком же доме, как наш. С коридорами, окошками и флагом из березового листа. Саша молчал, глядя в потолок. - Я верила ей. Каждому слову, представляешь. Ночью после этого проснулась, и просидела у окна, высматривая коня. - И долго ты жила в сказке? - Нет. На следующий день мы пришли на Пыжку, а наш дом высушило солнце, и песок осыпался. – Настя вспомнила, как расстроилась тогда. – Но я не плакала. Я строила каждый день новый дом, пока не закончилось лето. - И все твои дома осыпались? - Конечно. Это же песок. – Настя помолчала, - я любила бабушку за то, что она подарила мне этот фантастический мир. Детство у меня было недолгим. Пришлось взрослеть, и так решила не я, а обстоятельства. После этих слов они, почему-то, замолчали. Сашина рука замерла, а Настя слушала удары его сердца. Каждый думал о чем-то своем. Наконец пришло время вставать – часы показывали семь утра. - Ну что же, будем собираться, да? Собрание в половине девятого. - Саша сел на постели, спуская ноги и ежась от утренней прохлады. - Как бы здесь не было прекрасно и красиво, холодина неимоверная. - Саш… - М? Он обернулся через плечо, глядя на нее с какой-то спокойной лаской. Будто просыпаться вместе было у них в порядке вещей, и будто так было и будет всегда. - Я хочу, чтобы ты знал… - Настя замялась, не зная, как сказать ему то, что собиралась. – Я… кхм… Он чуть нахмурился и напрягся. - Что? - Я… впервые просыпаюсь с мужчиной в постели. Лицо его тут же разгладилось. На нем отразилось недоверие, удивление. Странная радость. Понимание. Столько всего успела заметить Настя в его взгляде прежде, чем отвернулась и спрятала пылающие щеки в ладони. Но он не дал ей отвернуться. Наклонился и запечатал на ее губах осторожный поцелуй. Почти дружеский. Но слишком чувственный, как для друга. Настя замерла, но не успела ничего понять, как поцелуй закончился, а Сашины уже глаза вглядывались в ее собственные. - Спасибо. – Шепнул он. Встал и отправился в ванну, где его встретило улыбающееся отражение в зеркале. А Настя так и сидела, прижав к щекам холодные руки. "Я люблю его." И вместе с этой мыслью к ней пришел страх от ее осознания.