Матерящийся беспредельщик.

— … ебу… Как… да?.. ну…ах.еть….ять…       Наконец я проснулась, и всё, что смогла услышать, — это стандартный лексикон Хидана и то только частями. Стоп! Хидана?! Моментально проснувшись, резко поднялась и тут же с шумом упала обратно. — Моя голова-а-а. What the fuck?! — крайне сильно удивилась я, когда увидела над собой белую стену с серебристыми полосками… Или это… Это потолок?!       Потерев ушибленное место на лбу, приподнялась на локтях и осмотрелась. Надо мной и вправду был потолок, а сама я на дорогом деревянном… — Хорош орать, Хидан! Давай снимай её со шкафа, она очнулась уже! — проворчал Какузу и вышел из комнаты, хлопнув дверью.       Тут мои извилины завязались в тройной морской узел от происходящего. Изогнув бровь, аккуратно выглянула из-за края шкафа. — Долго ты там торчать собралась? — увидев мою робко выглядывающую мордашку и сложив руки на груди, спросил альбинос. — А что я тут вообще делаю? — испуганным шёпотом поинтересовалась я. — Меня больше интересует, как ты забралась туда, — Хидан уселся на красное бархатное кресло и закинул ногу на ногу. — Вроде мелкая такая, а скалолазка ахуенная. Что и спасло тебе жизнь. — Последнее предложение он сказал уже тише и посмеиваясь. — Блин, ты можешь нормально и внятно всё рассказать, а не своими шарадами? — пододвинулась ближе к краю шкафа. — Нифига! Какая высота у этого шкафа? — Вроде два метра. Что, залезла, а слезть не можешь, дитё малое? — усмехнулся белобрысый. — Ручку подать? — Да пошёл ты! — фыркнув, скатилась со шкафа и стала падать вниз. Хидан неожиданно дёрнулся, но я спокойно и безболезненно, по-кошачьи, приземлилась на ноги и опёрлась руками о пол. — Эх-х-х, Хидан? У тебя от головы что-нибудь есть? — зашёл к нам покачивающийся из стороны в сторону Дейдара с полуоткрытыми глазами, держась рукой за голову. — Пошёл нахер со своей головой! Эта тёлка только что сама с двухметрового шкафа спрыгнула! — воскликнул альбинос, тыча в меня пальцем. — Угу… Так от головы есть чё, нет? — Топор с бензопилой в кладовке. Принести? — Его мне уже Сасори предлагал. А вот бензопила — это что-то новое. Так есть, нет, мать твою?! — уже громче сказал Дейдара, ударив того по плечу. — Да есть, есть, хорош жужжать под ухом. Иди на кухню, принесу я тебе бензопилу, — Кенпачи толкнул в ответ блондина и встал с кресла. — И шевели ластами, а то правда голова вот-вот расколется! — пробубнил Тсукури и вышел из комнаты. - И что? Всё равно там пусто, — сказал сам себе Хидан. — Что стоим? — А что, плясать? — удивилась я и только сейчас до меня дошло… — А где я вообще? — В аду. Разве не похоже? — Именно, что похоже, — усмехнулась я, рассматривая пентаграмму, нарисованную на стене. — А серьёзно? — У меня в комнате, — ответил он и сразу же вышел. — В комнате? У тебя? Хидан, стой! — кинулась за ним следом. Но парень резко закрыл передо мной дверь, и я воткнулась в неё лбом. Чуть ли не взревев от ярости, силой открыла дверь и побежала следом за альбиносом. — Доброе утро… — произнёс сидящий за кухонным столом Какузу, помешивая что-то в кружке и положив голову на уперевшую о стол руку. — Издеваешься? — чуть ли ни пропищал Сасори, развалившись на кухонном диване с газетой на лице. — А где… — промямлила я. — Хидан, что ли? В туалет он пошёл, — догадался о моём вопросе и сразу же на него ответил Какузу. — Вот тут есть чай, тут кофе, в холодильнике минералка и спрайт, — пояснил он, указывая рукой на кухонные шкафчики, и положил голову на стол. — Я сейчас сдохну… — Я всю ночь с вами была? Меня же дома прибьют! — закипешевала я, но всё же пошла за кофе. — Мне бы твои проблемы… — держась за стены руками, показался Пейн, цвет кожи которого был слегка зеленоватым. — Ты как? — поинтересовался Сасори у рыжего, не снимая с лица газету. — Да вообще заебись, щас запляшу от радости, — пробубнил пирсингованный, повалился на диванчик и, сложив руки на столе, тут же положил на них голову. — Хули мне одному так хреново? — Ты Хидана три часа назад просто не видел, — усмехнулся Какузу, подняв голову и спустив маску, принялся медленно попивать содержимое кружки.       Я тихо сделала себе кофе и уселась от греха подальше с самым тихим и спокойным из них. С Сасори. — А что ним? А я где был? Я же вроде не спал? — приподнял голову рыжий. - Это тебе кажется, что ты не спал, — без шума на кухню зашёл Дейдара с кружкой чего-то шипящего. — Он чуть ли ни каждые десять минут всю ночь свой желудок опустошать ходил. — А ты-то где был? — первым заметил его Сасори. — В туалете, — ответил блондин и присел рядом со мной. — Так там же Хидан, — вспомнил Какузу. — Он моется. — Пойду тогда и я в туалет схожу, что ли, — стал подниматься с места Сасори, скинув наконец с себя газету. — Перебьёшся! — дёрнувшись, Пейн резко вскочил и, зажав рот рукой, молнией вбежал из кухни. — Вот урод! — сел обратно Данна. — А ты чего? Никаких последствий нет? — это уже относилось ко мне. — Есть немного. Голова болит и тело. Вы меня вчера избили, что ли? - Нет, это ты с крыльца упала, — ответил с усмешкой Какузу. — Ты вообще ничего не помнишь? — спросил мужчина. Я помотала головой. — Вот везучая! — А что вчера было? — обратилась я сразу ко всем. — М-м-м… — промычал Какузу и снова лёг на стол. — Дей, расскажи, у меня голова болит. — А у меня не болит, думаешь? — огрызнулся тот и положил голову мне на плечо. — Точно вспомнить хочешь? — со смешком спросил меня Сасори. Я кивнула. — С чего бы нача-а-ать… После менутры мы пошли в какой-то подъезд. Там… — Мы пошли в МОЙ подъезд! — перебил его пришедший, запыхавшийся Пейн. — Чё, Тришке вчерашнюю ночь рассказываете? — улыбнулся он и сел на своё место. - Типа того. Да не перебивай ты меня! Мы пошли в ЕГО подъезд, — указал рукой на тупо лыбящегося рыжего. — Ну, это я помню, — процедила я. — Потом Пейн дунул, Хидан. Потом они как гиены заржали. Потом и Сасори заставили. Потом… — тут я запнулась. — Потом тебя накурили, — засмеялся Пейн. — Угу… А потом и меня, — продолжил Дей. — Только из-за дикого ржача двух не особо нормальных… — взглянул на смеющегося рыжего, — Вышла какая-то бабка, обозвала наркоманами и выпинула из подъезда. Точнее, наркоманами назвала она только нас, а Пейна… — Тсукури заинтригованно замолчал и с улыбкой покосился на резко заткнувшегося рыжего. — Что Пейна?! — с опаской спросил тот, наклонившись к столу. — А ты, оказывается, «вечно пьющий раздолбай-гомосек, который кроме пива и сигарет ничем не пользуется в жизни» — с улыбкой вспоминал Какузу, сложив руки на живое в замочек. — А после того, как ты от этого заржал ещё сильнее и сказал: «Смотрите, говорящий глобус!» и ткнул пальцем ей, как ты выразился, в Америку, старушка завизжала что-то неразборчивое и стала бить нас всех метлой, толкая к входу.       Пейн слушал, открыв рот и боясь пошевелиться. Мы с остальными кое-как сдерживали смех.  — И-и-из к-какой она кв-в-вартиры была? — заикаясь спросил рыжий. — Вроде из сто пятой, — ответил на вопрос Дей, делая глоток чая. — Мне пизда. — Ударился о стол головой рыжий. — Хватит, млять, буянить!       Все замерли от голоса, который исходил из-под стола. После пятисекундного ступора, Пейн додумался, не отрываясь от стола, поднять клеёнку и заглянуть под стол. За ним повторили действия и остальные, включая меня. — Что? — таким невозмутимым голоском и удивлённым выражением лица спросил нас тот, кто привлёк внимание. — Ты чего тут вообще делаешь? — удивился Пейн. — Сплю! — Я, конечно, понимаю, что Итачи слегка с прибамбахами, но такого я точно не ожидал, — процедил блондин. — Да вы задолбали вчера тут махаться! — ответил на это Учиха. — А я, между прочим, спать хотел! — Так пошёл бы в спальню, — удивился Сасори. — Ну, на крайний случай в зал на диван. — Ага. А может, тогда сперва дверь надо было открыть, чтобы я в эти спальни и залы пошёл? — огрызнулся брюнет, так неудачно повернулся и ударился локтём о ножку стола. — Да вылези ты оттуда наконец! — надоело сидеть согнутым в тридцать три раза Пейн. — Ахуенно-то ка-а-ак! — в дверях появился Хидан в одних джинсах с улыбкой до ушей и одной рукой трогал сырые волосы, а другой держал телефон.       Тут из-под стола начал вылезать Учиха с весьма угрюмым видом: плащ наизнанку, абсолютно все волосы собраны в один хвост, и это выглядело, будто он ползёт к Кенпачи. Альбинос дёрнулся, зачем-то крякнул: «Ух ты!», и слегка отпрыгнул назад, с силой бросив телефон в ползущее на него существо. Мобильное устройство угодило Учихе прямо в макушку. — Ух ты ж блять! — высказал свои эмоции Хидан, увидев причину своего испуга, и заржал. — Блять, Учиха, ты себя в зеркало видел? Даже с жуткого похмелья у меня такого вида никогда не было! — Пошёл ты в жопу, придурок! Кинул в меня что-то ещё и обсирать продолжаешь? — поразился наглости брюнет, вставая с пола. — Не трещи ты! Иди лучше в душ сходи, освежись, — махнул рукой Кенпачи и потопал к холодильнику. Итачи что-то проворчал себе под нос и сделал шаг в сторону двери… — Стопэ! — окунувшись головой в холодильник крикнул Хидан. — А ты какого хуя вообще у меня дома делаешь? — осенило парня, и он и взглянул на брюнета, не закрывая холодильник. — Ветром надуло! — огрызнулся тот и вышел из кухни. — Да откуда он взялся-то? — спросил уже остальных альбинос. — Так, короче… — начал Сасори. - Вкратце расскажу, если кто что не помнит. Нас выкинули на улицу. Мы пошли обратно в парк. Там все бухие уже были. Остатки мы выжрали и попёрли до тебя, — указал на Хидана. — По дороге нам попался Итачи, и мы… Э-э-э… Хидан его уговорил пойти с нами. Точнее, заставил. Заломив ему руки за спиной… Вроде всё. — А поподробней? — попросила я, неосознанно облокотившись на блондина, который с охотой обнимал меня. — Поподробней? Ну… мы… — Короче, не помнишь, — сделал вывод Какузу. — Короче, не помню, - раздражённо повторил Данна и скрестил руки на груди. — Тогда с кем я подрался? — задал вопрос мужчина с маской. — А с чего ты взял, что ты дрался? — не отрывался от стола Пейн.       Хидан тем временем вытащил из холодильника большую кастрюлю макарон и теперь разогревал всем порции в микроволновке, добавив туда немного колбасы, и сейчас присел на кухонные тумбы и внимательно слушал остальных. — Челюсть болит, — ответил Какузу, пощупав больное место. — Ни с кем ты не дрался, — вспоминала я. — Ты удачно упал на бревно. — Ах, вот оно что… — А чего Итачи в час или два ночи на улице делал? — удивился Пейн. — Сказал, что за хлебом ходил, — усмехнулся Дей. — В час ночи?! — оторвал голову от стола рыжий. — Да откуда я знаю, чего ему сбрендило в такое время за хлебом идти?!       Раздался звук микроволновки. Я стала вылезать из-за стола, дабы пойти в туалет. — Кто первым пожирать будет? — повернувшись к микроволновке произнёс Хидан. — О-оу… У кого-то отличная ночка была! — улыбнулся блондин, увидев восемь ровных царапин на спине альбиноса. Я, услышав Дея, сперва не поняла, о чём он. Потом устремила свой взгляд туда, куда смотрят парни, и решила подождать с туалетом. — Кобель и в Африке кобель, — усмехнулась я. — Чё? Что за наезд?.. А, вы об этом, — успокоился Хидан и поставил очередную тарелку в микроволновку. — И всё? Может, скажешь, кого уже успел отыметь? — удивился Какузу. — Да никого я не имел! Я, кхм-кхм… — Ну! — Блять, да я Трини с Карин перепутал! Вот и полез к этой обдолбленной, а та наоборот инициативу в свои руки переняла и поцарапала мне спину! Тогда-то и понял, что ошибся… — То есть, ты хотел полезть ко мне? — приподняла бровь я. — Долго до этого додумывалась? — улыбнулся Кенпачи. — Я ж говорю, кобель, — села обратно, так как мочевой пузырь передумал. — Но ведь кобель сучке очень даже подходит, — поймал меня за талию альбинос и, притянув к себе спиной, схватился другой рукой за волосы. — Яйца оборвать? — Может, мне что-нибудь другое оборвать? — промурлыкал мне на ухо он. — А ведь тогда в универе ты была… — Блин! Точно же! Универ! — подняла кипешь я, но всем было как-то срать. — Мы уже две пары просрали! — Да не визжи ты… — промычал Пейн. — Щас поедим да пойдём…       Тем временем еда разогрелась, и все принялись за пищу.