Особые таланты

      Появление рыцарей Одиссеи сильно взволновало всю Акихабару. Их медленное мрачное шествие к главной площади заставило собраться огромную толпу зевак. Сами рыцари, казалось, были полностью отрешены от внешнего мира, и совершенно не реагировали на действия окружающих. Тем не менее, бойцы Ордена Чёрного Меча бдительно следили за их передвижениями.       Несмотря на все старания Красти и Сироэ, рыцари Одиссеи начисто отказались сотрудничать с Круглым Столом. Когда очередное предложение разбилось о бессмысленно-тупой взгляд Сюнити, назвавшегося главным, в разговор вклинилась Мариэль.       — Может, поживёте пока здесь? — предложила она. — У нас завтра фестиваль начнётся.       — Мы не можем задерживаться, — жёстко ответил Сюнити. — Мы зашли только с одной целью — узнать, не нашли ли вы способ вернуться в наш мир. Если нет — мы уходим.       — Вы считаете, что ваш метод может помочь? — поинтересовался Сироэ.       — Да, пока это лучшее, что мы нашли. Вы же знаете? Когда умираешь, видишь частичку нашего мира. Возможно, однажды мы сможем умереть здесь, чтобы возродиться там. А может, умрём навсегда. Но и это будет лучше, чем оставаться. Мы не собираемся участвовать в ваших попытках жить так, как будто всё в порядке.       Над площадью повисло напряжённое молчание. Сюнити осуждающе окинул зевак взглядом и дал рыцарям знак уходить.       — Извините, можно напоследок один вопрос? — скромно уточнила Мариэль.       Сюнити повернулся к ней.       — Это касается наших убеждений?       — Да, напрямую.       — Тогда спрашивайте.       — Почему вы сражаетесь в таких хороших доспехах?       — В доспехах?.. — изумлённо переспросил Сюнити.       — Именно. При таком снаряжении монстрам нужно нанести достаточно большой урон, чтобы вас убить. Если вы снимете доспехи, вас смогут убить буквально первые попавшиеся суслики.       Рыцари Одиссеи переглянулись.       — Доспехи… Урон… Суслики… — бормотал Сюнити, осматривая себя. — Доспехи… А-а-а-а!       Издав истошный вопль, рыцарь начал срывать с себя всё, что было на нём надето, и раскидывать в стороны.       — Вперёд, к смерти! — закричал он и, сверкая обнажёнными ягодицами, рванул в сторону городских ворот. Соратники последовали его примеру.       Первым из ступора вышел Айзек.       — Да они с ума сошли! — взвыл он, после чего повернулся к своим воинам и махнул рукой. — Поймайте этих эксгибиционистов!       — Девочки! НАТУРА! — восторженно завопила быстро сориентировавшаяся Надзуна.       — Я что-то не так сказала? — ошалело спросила Мариэль у Сироэ, глядя, как половина собравшейся толпы утекает с площади в спонтанном марафоне.       Сироэ пожал плечами и поднёс руку к голове — его вызывала Акацуки.       «Господин, по городу бегут голые мужчины», — сообщила она.       «Я знаю», — ответил Сироэ.       «За ними бегут воины с топорами».       «Я знаю».       «А за ними — женщины с блокнотами, зарисовывающие на ходу».       «Я знаю».       «Господин, это нормально?»       «Похоже, что да…»