Зачет

Я никогда еще так не переживал, сидя на паре по сопромату. Препод стоял прямо напротив меня и пожирал взглядом. Я не был отличником, но двоечником меня тоже нельзя назвать. Обычный среднестатистический ученик, у которого через раз проскакивали тройки. Ладони вспотели, а сидящий рядом Сашка, заметив мое волнение, только сочувственно похлопал меня по плечу. Впервые в жизни передо мной предстал выбор: выучить ненавистный предмет или же просто пригласить на свидание сына. Судя по нахваливаниям профессора, Ярослав был просто душкой: умный, солидный, родителей слушается и к тому же знает сопромат, и не суть, что он учится только в одиннадцатом классе — отец обо всем позаботился заранее. Я даже не удивлюсь, если этот «принц на белом коне» окажется очкастым ботаником с тележкой комплексов при себе. Но попробовать стоит. Я поднялся со своего места, вскидывая руку вверх. Сашка вылупил на меня свои большие темные глаза, а я, горестно выдохнув, произнес: — Альберт Дмитриевич, я согласен на свидание с вашим сыном. — Уверен? — Как никогда. Все разом повернули головы в мою сторону. От множества взглядов, которые были не совсем одобряющими, стало не по себе. Но, с одной стороны, идея была не плохой, я же не спать с ним собираюсь. — Похвально, Иванов, похвально. Мой мальчик будет ждать тебя после пар у входа, не разочаруй меня, — стальным голосом произнес препод, и тут стало понятно, что я даже лишнего слова не смогу сказать — мокрое место останется.

***

После пар я шел на выход, словно на эшафот. Незнание того, что ждет меня за массивной железной дверью, наводило на меня страх за свою жизнь. С одной стороны, удачное свидание поспособствует хорошей, а может, даже и отличной оценке в моей зачетке, но с другой, препод отправит меня проходить все круги ада, если хоть один волосок упадет с головы его сыночка. Я вышел за дверь. Солнце резко ударило по глазам, в следствие чего пришлось щуриться. Я не сразу заметил стоящего рядом парня. Я, взрослый, самостоятельный парень, стоял на крыльце университета и боялся раскрыть глаза, стараясь избежать встречи со «своим парнем на следующие несколько часов». — Ты Станислав Иванов? — бархатный голос раздался прямо над ухом, пока я корячился, стараясь укрыться от злосчастного солнца. Наконец, разлепив глаза я смог рассмотреть чудо, стоящее передо мной. Светлые волосы были немного растрепаны, большие синие глаза казались бездонными, а на пухлых губах сверкала улыбка. — Обалдеть… — Спасибо, — парень захохотал и помог мне подняться. Тут я понял, что Ярослав был намного выше меня. Точно разовьется комплекс неполноценности, когда восемнадцатилетний одиннадцатиклассник выше меня, студента третьего курса, взрослого мужика. — Ты точно сын препода по сопромату? — я скептически оглядел парня. — А что не похож? — По крайней мере, я думаю, что ты не собираешься втирать мне про предмет, который ведет твой отец? — Я его терпеть не могу, но папа заставляет учить. — Я тебе не завидую. — Я тебе тоже. — Это почему? — Потому что мой отец не отстанет от тебя, если ты мне понравишься.

***

И тут я понял, что моему безмятежному будущему пришел конец. Яр действительно был довольно привлекательным молодым человеком. Находясь на стадии цветочного периода, я смог узнать его вдоль и поперек. Он любил тяжелый рок, читал классику и пил много фруктового чая. Парень стал моим персональным фетишем. Я любил наблюдать за ним тогда, когда его длинные пальцы перелистывали белоснежные страницы. Он запоем читал очередное произведение Булгакова, сидя на подоконнике, пока я находился на паре по сопромату. Альберт Дмитриевич с неким озорством осмотрел каждого студента, посетившего его занятие. Я не обращал внимания на взгляды, которые препод бросал в мою сторону, мои мысли занимал Яр. Он снова ждал меня после занятий. Это можно сказать вошло в привычку. Светлая челка упала на глаза, но парень не собирался убирать ее. Я следил за Яром сквозь прозрачную перегородку в стене. — Иванов, давай зачетку! — позвал меня преподаватель. Стало страшно. В голове вспыли слова Ярослава во время нашего знакомства: «Потому что мой отец не отстанет от тебя, если ты мне понравишься». Довольное лицо мужчины не предвещало ничего хорошего. Я на негнущихся ногах подошел к столу и протянул зачетку. — Зачем? Я ведь не выучил, да и сына вашего вряд ли заинтересовал. — Ты просто душка. Мой сын в восторге от тебя. Думаешь, что если бы ты ему не нравился, он бы бегал к тебе после уроков? Он без остановок может рассказывать о тебе. Я даже подозреваю его в любви к тебе. Есть вопросы? — спросил мужчина и вывел на чистой странице красивую пятерку. — Но… — Ничего не хочу слышать! Завтра ждем тебя в гости, будем знакомиться. Пара давно закончилась и радостные студенты выбежали из аудитории, пока я стоял и тупо смотрел в одну точку. — Сынок, не стой в дверях, проходи! Твой парень проводит тебя до дома. Твой парень. Как обухом по голове. — Хорошо, пап. — И не забудь подготовить книги по сопромату, завтрашний вечер будет познавательным для вас обоих! — крикнул вдогонку Альберт Дмитриевич, когда Яр за шкиботину вытаскивал меня из кабинета.