Вечность в подарок

***

      За приёмом курса зелий пролетело оставшееся время до рождественских каникул. Катерина стала лучше спать, лучше выглядеть и соответственно лучше себя чувствовать. Ремус до сих пор ничего не отвечал, хотя Сириус в письмах постоянно говорит, что он бывает на Гриммо почти каждый день. Что бы отвлечься от плохих мыслей, Катерина часто приходила по вечерам к профессору Снейпу, они пили чай, беседовали, а в дальнейшем начали заниматься дополнительно зельями. Раньше девушка не очень сильно углублялась в этот предмет, из-за отношения Снейпа к ней, да и к остальным гриффиндорцам, но сейчас, занимаясь индивидуально, когда профессор объясняет все сложные или запутанные моменты, Катерине начинает нравится этот предмет, она даже стала получать некое удовольствие от варки зелий. В процессе она не думает ни о чем лишнем, потому что полностью сосредоточена на действии, и, возможно, она не блещет талантом, но в конце концов смогла начать варить пристойного качества зелья.       Катерину практически перестали мучить кошмары, потому что она старалась как можно сильнее выматываться в течении дня, что бы вечером засыпать сразу, как голова коснется подушки. Единственный сон, который продолжал периодически мучить девушку, это сон с темным коридором, который упирается в дверь с круглой ручкой.       В этот вечер Катерина не смогла скоротать время у Снейпа, потому что несколько гриффиндорцев-третьекурсников на занятии взорвали котёл с особо вонючем зельем и профессор оставил их всех на отработку, что бы они привели кабинет в порядок. Поэтому девушка сначала сидела в библиотеке и написала все нужные на неделю эссе, а потом за неимением выбора вернулась в гостиную, где какое-то время читала учебник по зельеварению, а когда все стали расходиться спать решила, что ей больше незачем тут сидеть и тоже отправилась в спальню.       Ей снился сон. Она была беременна, крупный живот выпирал так, что его было невозможно скрыть под одеждой. Катерина сидела одна дома и понимала, что отец ребенка не придет, что она осталась одна. Слезы обиды и разочарования хлынули из глаз. Спустя минуту дверь в комнату открылась и на пороге появился силуэт мужчины.       - Я же говорил тебе, что всегда найду тебя. Почему ты не приехала сама? - низкий баритон гостя показался девушке очень знакомым.       -Кто ты?       -Неужели ты уже не помнишь кому обещала своё дитя? - произнеся это, незнакомец вышел из тени.       Катерина узнала в госте Элайджу. Инстинктивно, девушка прикрыла живот руками, на что вампир только улыбнулся.       -Я же говорил, что не отниму его, ты можешь всегда быть рядом с ним, в качестве его матери и...       Сон переменился…       Тело у неё стало сильным, гибким, гладким. Она скользила между блестящими металлическими перекладинами, по темному холодному камню… Она скользила по полу на животе… было темно, но она видела вокруг мерцающие предметы странной переливчатой окраски… поворачивала голову туда и сюда… На первый взгляд коридор был пуст… но нет… впереди сидел человек, его подбородок отвис, и фигура его слабо светилась во тьме…       Катерина высунула язык… она ощущала запах человека… тот был жив, но дремал… он сидел перед дверью в конце коридора…       Катерина желала укусить человека… но нельзя поддаться желанию… её ждет более важное дело…       Но человек зашевелился, серебряный плащ свалился с его ног, и он вскочил. Его неясная мерцающая фигура надвигалась, нависала, он вынул из-за пояса волшебную палочку… и у Катерины не было выбора… она взвилась с пола и раз, другой, третий всадила зубы в тело человека, чувствуя, как захрустели ребра и хлынула теплая кровь…       Человек кричал от боли… потом умолк… съехал по стене… кровь растекалась по полу…       Нестерпимая головная боль… голова раскалывается…       - Кати! Кати!       Она открыла глаза. Все тело покрылось холодным потом; простыни опутывали её, как смирительная рубашка, и казалось, что к голове приложили раскаленную добела кочергу.       - Кати!       Над ней стояла перепутанная Гермиона. В ногах кровати маячили еще чьи-то фигуры. Она схватился за голову: боль застилала глаза… Она свесилась с кровати, и её вырвало.       - Она заболела, - послышался испуганный голос. - Надо кого-то позвать.       - Кати! Кати!       «Надо сказать Гермионе, во что бы то ни стало сказать…» Хватая ртом воздух, полуослепшая от боли, Катерина села. Она с трудом сдерживала подступающую рвоту.       - Отец Рона, - пропыхтела она. - На него напали…       - Что? - не поняла Гермиона.       - Отец Рона! Его кто-то укусил, это серьезно, повсюду была кровь.       - Пойду позову помощь, - раздался тот же испуганный голос, и кто-то выбежал из спальни.       - Катерина, — неуверенно сказала Гермиона, - тебе приснилось.       - Нет! - Очень важно было, чтобы Гермиона её поняла. - Это был не сон… не обычный сон. Я была там, я это видела… Я это сделала.       Она слышал тихие голоса Парвати и Лаванды и не прислушивалась к их словам. Боль во лбу понемногу ослабевала, но она все еще потела и её трясло как в лихорадке. Снова подкатила тошнота, и Гермиона отскочила назад.       - Кати, ты нездорова, - проговорила она дрожащим голосом. - Алиса пошла за помощью.       - Я здорова! - Катерина закашлялась и вытерла рот пижамой. Её била неудержимая дрожь. - Я в порядке, надо беспокоиться о мистере Уизли, мы должны выяснить, где он. Он истекал кровью… я была… я была огромной змеей.       Она попыталась встать с кровати, но Гермиона толкнула её назад. Одна минута прошла или десять, Катерина не знала. Она сидела, дрожала, чувствовала, что боль потихоньку уходит из шрама… Потом послышались торопливые шаги на лестнице и голос Алисы:       - Сюда, профессор.       Профессор МакГонагалл - в халате из шотландки, очки на костистой переносице перекошены - торопливо вошла в спальню.       - Что случилось, Поттер? Где болит?       Катерина никогда еще так ей не радовалась — сейчас её нужен был кто-то из Ордена Феникса, а не тот, кто будет хлопотать над ней и потчевать ненужными зельями.       - Отец Рона. - Она села. - На него напала змея, и ему плохо, я видела, как это случилось.       - Что значит «видела»? - спросила МакГонагалл, сведя брови.       - Не знаю, я спала, а потом очутилась там…       - Хотите сказать, вам это снилось?       - Да нет же! (Неужели никто из них не поймет?) Сперва мне снилось что-то совсем другое, какая-то глупость… а потом вмешалось это. Это было на самом деле, не в моем воображении. Мистер Уизли спал на полу, на него напала гигантская змея, он истекал кровью, он упал, надо выяснить, где он.       Профессор МакГонагалл смотрела на неё сквозь перекошенные очки так, словно увидела нечто ужасное.       - Я не вру, и я не сумасшедшая. - Голос Катерин взвился до крика. - Говорю вам, я видела, как это случилось!       - Я верю вам, Поттер. Надевайте халат - мы идем к директору.

***

      Дамблдор поверил Катерине и отправил портрет одного из директоров в министерство, где и находился мистер Уизли. Катерина оказалась права, на него действительно напала змея, опоздай они на несколько минут он был бы мертв. Тем же вечером её и всех детей Уизли отправили на Гриммо портключём.       Катерина ощутила сильный толчок пониже пупа, пол ушел из-под ног, рука намертво прилипла к чайнику, и, стукаясь друг о друга, увлекаемые чайником, все пятеро понеслись куда-то в вихре красок и шуме ветра…       - Прочь отсюда, отродье, предавшее свою кровь. Это правда, что ваш отец умирает?       - ВОН! - рявкнул другой голос.       Катерина вскочила на ноги и огляделась. Они прибыли на кухню в цокольном этаже дома двенадцать на площади Гриммо. Единственными источниками света были камин и оплывшая свеча, освещавшие объедки чьего-то ужина. К двери в прихожую убегал Кикимер; перед тем как скрыться, он злобно оглянулся на них и поддернул набедренную повязку. А к ним уже спешил встревоженный Сириус. Он был небрит и в дневной одежде; от него пахнуло перегаром, как от Наземникуса.       - Что случилось? - Он протянул руку и помог Джинни встать. - Финеас Найджелус сказал, что Артур Уизли тяжело ранен.       - Спроси у Катерины, - сказал Фред.       - Да, и я хочу услышать, - сказал Джордж. Близнецы и Джинни повернулись к ней. Шаги Кикимера на лестнице стихли.       - Это было… — заговорила девушка. Им рассказывать оказалось еще труднее, чем Дамблдору и МакГонагалл. - У меня было… вроде… видение.       Она рассказала все, что видела, но изменила рассказ так, как если бы наблюдала за нападением змеи со стороны, а не смотрела на это ее глазами. Рон белый как простыня, глянул на неё, но ничего не сказал. Когда Катерина закончила, Фред, Джордж и Джинни продолжали молча смотреть на неё. Она не понимала, мерещится это ей или нет, но в их глазах она прочла осуждение. Ну, если она виновата в том, что была свидетелем нападения, хорошо хоть, не сказала, что была при этом внутри змеи. Фред повернулся к Сириусу:       - Мама здесь?       - Она, может быть, еще ничего не знает. Важно было переправить вас до того, как вмешается Амбридж. А сейчас, я думаю, Дамблдор даст ей знать.       - Нам надо сейчас же в больницу Святого Мунго, - сказала Джинни. Она оглянулась на близнецов: оба еще в пижамах. - Сириус, одолжишь нам плащи или что-нибудь?       - Подождите, нельзя вам мчаться в больницу! - сказал он.       - Нет, нам надо, и мы пойдем, - уперся Фред. - Это наш отец!       - А как вы объясните, откуда узнали про несчастье, если больница даже жене еще не сообщила?       - Какая разница? - вскинулся Джордж.       - Такая! - сердито ответил Сириус. - Мы не хотим привлекать внимание к тому, что у Катерины видения и она видит вещи, которые происходят за сотни миль! Вы представляете, какие выводы сделает из этого Министерство?       Фред и Джордж смотрели на него так, как будто им плевать на любые выводы Министерства. Рон был бледен и молчал. Джинни сказала:       - Нам мог кто то другой сказать… Не обязательно Катерина.       - Кто, например? - обозлился Сириус. - Слушайте, ваш отец пострадал, выполняя задание Ордена, обстоятельства и без того подозрительные — не хватало еще, чтобы дети узнали об этом через минуту после происшествия. Это может серьезно повредить Ордену…       - Плевать нам на ваш дурацкий Орден! - выкрикнул Фред.       - Наш отец умирает - о чем мы тут говорим! - заорал Джордж.       - Ваш отец знал, на что идет, и он не поблагодарит вас, если вы навредите Ордену! - с таким же жаром ответил Сириус. - Вот как обстоит дело… вот почему вы не в Ордене… вы не понимаете… есть дело, ради которого стоит умереть.       - Тебе легко говорить, тут сидя! - взревел Фред. - Не вижу, чтоб ты рисковал своей шкурой!       Лицо Сириуса, и прежде бледное, стало пепельным. Казалось, он готов ударить Фреда, но, когда он заговорил, голос его был предельно спокоен:       - Я знаю, это тяжело, но сейчас мы должны вести себя так, как будто нам еще ничего не известно. Должны сидеть тихо - по крайней мере пока нет известий о вашей матери.       Фреда и Джорджа это не успокоило. Джинни подошла к ближайшему креслу и села. Катерина посмотрела на Рона: тот сделал непонятное движение — не то кивнул, не то пожал плечами, и они сели одновременно. Близнецы еще минуту жгли глазами Сириуса, но потом уселись по бокам от Джинни.       Сириус достал всем сливочное пиво и ребята так просидели до рассвета, когда пришла миссис Уизли. Мистер Уизли был в тяжелом состоянии, но врачи сказали, что он поправится и было решено сегодня после обеда сходить и навестить его в Мунго. Поэтому, вздохнув с облегчением все разбрелись по комнатам спать.       Катерине не спалось, её мысли витали вокруг её видения. Она не понимала почему она это все видела и почему находилась в теле змеи. Это пугало девушку, и она боялась что это именно она сделала, боялась снова кому-нибудь навредить. Хотя, не могла же она переместиться из Хогвартса в министерство и обратно? Даже хотела уйти, но портрет одного из директоров, висевший в её комнате, передал сообщение от Дамблора, что бы она сидела на Гриммо и даже не думала уходить.       Когда все встали Катерина сделала вид, что тоже выспалась. К обеду прислали чемоданы из Хогвартса и ребята смогли одеться как маглы и навестить мистера Уизли. Сопровождать их в Мунго пришли Ремус и Тонкс. При виде Ремуса у Катерины, как ей показалось, остановилось сердце. Она так давно хотела его увидеть, и вот он на расстоянии вытянутой руки, но рядом с ним стоит улыбающаяся Тонкс и он улыбается ей в ответ. Вспомнив письма Сириуса, Катерина подумала:       "Неужели они уже вместе? Она такая счастливая, как будто они уже собираются жениться или она беременна от него. А вдруг это правда?"       Девушка попыталась отогнать эти мысли, но они вновь и вновь возвращались. Катерина решила, что во что бы то не встало она поговорит с Ремусом на Рождественских каникулах. Глубоко вздохнув, девушка подошла ко всем и поздоровалась с Тонкс и Ремусом, и если девушка улыбнулась Катерине и поздоровалась в ответ, то Люпин отвел взгляд и что-то пробубнил себе под нос. Это была словно пощёчина и Катерина молча отошла в сторону. Когда все собрались, ребята отправились в Мунго.