Loveless

Найл шёл в университет, слушая музыку в наушниках. У него было хорошее настроение. А ещё ему хотелось поскорее увидеть брюнета. Сегодня первой парой у них была вместе с третьим курсом. А именно с группой Зейна и Луи. Откуда он это знал? Луи вчера весь день только и говорил об этом на радостях. Уже дойдя до университета, войдя в аудиторию, Найл опечалился даже. Брюнета не было. По рассказам Луи, Зейн никогда не пропускал этот предмет. Даже если и опаздывал, то всегда старался попасть на этот предмет. — Луи, — Найл улыбнулся и помахал другу. От Луи не было вообще никакой реакции. — Луу, — протянул блондин имя Томлинсона и пощёлкал пальцами перед его глазами. — Найл? — Луи поднял свои серо-голубые глаза и посмотрел на парня. — Привет, — хотелось бы блондину узнать о чем думал Луи. — Ужасно выглядишь, — Хоран сел рядом с Луи. Вид шатена и правда оставлял желать лучшего. Мешки под глазами, растрепанные волосы. Да и футболка… Он ее одевал ее вчера. Обычно Луи не одевал одну и ту же вещь два дня подряд. — Почти не спал, — он потер глаза. — Пришлось девочек забрать из дома Зейна, — Хоран многообещающе промычал.

***

После учебы Найл пошел к Луи. Просто блондину было скучно. Особенно без Зейна. Парень пытался расспросить у друга о том, что произошло и почему брюнет не пришел сегодня на пары. Луи просто переводил тему, не желая разговаривать по этому поводу. -Будь тише, дружище, — предупредил Луи. Он прекрасно знал, что Найл далеко не тихий. В прочем, именно поэтому они и сдружились. — Девочки еще спят, — они зашли в дом парня. Криком о том, что обед готов, из кухни, шатена заманили сразу же. Он схватил ушастого и потащил в комнату, где всегда благоухает приятными запахами выпечек. — Добрый день, Найл, — Джо, мама Луи, накладывала на тарелки обед. — Я девочек разбужу, а вы начинайте кушать, — она поставила две тарелки на столешницу. — Только сначала руки помойте, — она ушла. Парни выполнили ее указания и принялись за еду. — Расскажи о Зейне что-то больше, чем-то, что я знаю, — попросил Найл. Ему хотелось бы лучше знать этого немного загадочного, для него, парня. Откуда он? Сколько лет? Почему вечно угрюмый? Почему порой нервный? Чем увлекается? А самое главное: есть ли у него кто-то. — Тебе лучше не знать, — с неким сочувствием произнес шатен. — Он далеко не такой, как ты, — серьезно сказал он. Найлу даже стало немного не по себе. Луи поднял на него свой взгляд. — Только не говори, что он тебе нравится, Найл, — угрожающе произнес он. — Я просто хочу узнать его получше, — блондин пожал плечами.- Зейн вечно задумчивый. А еще угрюмый ходит по университету, — возмутился он. — Вот мне и интересна причина его, порой необоснованных или глупых, поступков, — Найлу казалось, что Луи будет его за что-то осуждать. — Просто… — Просто что? — Луи? — Джоанна появилась на пороге кухни. — Они-, — она даже не успела договорить, как Томлинсон вскочил и побежал на второй этаж. Он поклялся Малику, что сделает все возможное, но только бы девочки были здоровы и живы. — Хей, кто тут вставать не хочет? — он оперся спиной о дверной косяк и сложил руки на груди. — Где Зейн? — Ох, девочки, — он вздохнул и подошел к ним. — Я обещаю, что скоро вы увидите его, только для этого требуется какое-то время, — он присел на кровать. — Простите, но это не зависит от меня, — ему было правда жаль их. Родителей ни капли не заботились о них, откровенно говоря, ложили они на них огромный и толстый хуй. А что может быть хуже безразличия родителей? И уже не важно, есть ли любящий и заботящийся брат. — Его посадят за убийство? — спросила Сафаа. — Спускайтесь кушать, — Луи улыбнулся им, хотя, улыбаться и вовсе не хотелось. Его лучший и самый близкий друг мог огребеть за убийство человека. А если его и помилуют, то кошмары его точно замучают. — А где Найл? — спустившись вниз, Луи не нашел своего друга. — Он как ошпаренный вылетел из дома.

***

Он не появлялся на учебе около недели. Найл с утра до вечера сидел в углу своей квартиры и словно в бреду повторял «Он хороший, он не мог». Его и так худое тело постепенно превращалось в скелет, обтянутый кожей. По ночам ему снилось, как Зейн кого-то убивает. А то еще хуже, убивает его. -Он хороший, — он наливает в кружку кофе, — он не мог, — добавляет около трех ложек кофеина. Нет, ему нельзя спать. Нельзя! Найл возвращается в свой уголочек, теребя край его футболки, которая все еще отдавала запах никотина и одеколона Малика. Найл не реагирует на внешние звуки или посторонние вещи. Возможно, именно поэтому, один парень все никак не может достучаться и дозвониться до него. Но блондин ушел в себя, не желая возвращаться в реальный мир, потому что все в нем ложь. Как бы Найл не старался верить в то, что брюнет хороший и не причинит никому вреда — ничего не выходило. Он снова и снова начинал сомневаться во всем. Даже если он и верил, что Зейн не плохой человек, что с ним, возможно, просто много не хорошего произошло, все это ставилось под сомнение, когда он представлял, что парень кого-то лишил жизни. — Твою же мать, — владелец голоса будто стоит за миль триста от него. До Найла это доходит лишь эхом. — Вставай же, — он вовсе не сопротивлялся. Найлу смысла не было сопротивляться. Да ему и не хотелось. Его мир разрушен. Ему уже нечего терять. Так он думает. Через короткий промежуток времени, Найл чувствует, что его ноги больше не касаются твердой поверхности. Видимо, парню, который пришел к нему, надоело волочить его и тот поднял его и потащил. Найл обвил шею парня руками и уткнулся носом в нее же. Он ощущал такой знакомый запах сигаретного дыма и одеколона, которым пользовался брюнет.