Private Hell

      Недосып, красные глаза и ещё более бледная кожа, торчащие во все возможные стороны волосы. Я прекрасен. Мортон никому разболтать не успел, но я все ещё переживаю, словно от этого зависит моя жизнь. Не знаю, чего от Брайана можно ожидать.       На одной из перемен большинство учеников идёт в столовую, коридоры немного пустеют и я направляюсь на крышу. Хоть это и запрещено, но многие рассказывают о том, как там круто, а я, за все время обучения так и не сходивший туда, считаю это лучшей возможностью приобщиться к тому, чем любят заниматься его сверстники.       Дверь на крышу запирает совсем хиленький замок. Скорее всего, управление школы знает об этом, но делать ничего не собирается, потому что чем старательнее что-то скрываешь, тем больше это пытаются отыскать.       Крыша оказывается на удивление пустой: все действительно, как голодная саранча, спешат поесть. Я подхожу к краю и, опираясь на ограждение, осматриваюсь. Всего лишь трехэтажное здание, а видно все совершенно иначе. Дует холодный ветер, и меня пронимает мелкой дрожью. Даже дышать здесь легче, чем в другом месте, и город кажется не таким суетливым. Хочется постоять подольше, но ведь если слишком долго наблюдать за тем, что нравится, в какой-то момент это надоест. У меня всегда так: чем бы ни заинтересовался, от множественного повторения приедается.       — Здесь недостаточно высоко. Асфальт внизу идеально ровный. Если сброситься, можешь не умереть, но остаться инвалидом. Не недооценивай свое тело, — голос тихий, но уверенный. И низкий. Брайан.       Какое глупое стечение обстоятельств. Оправдываться не стоит — будет неубедительно, как и в прошлый раз. Уходить тоже не хочется, слишком место полюбилось. Да и не так уж одноклассник мешает. Придется завести разговор.       — Спасибо за небольшой экскурс в биологию, учту, — Мортон становится рядом, так же смотря на горизонт. Так и хочется взглянуть на него, но это почему-то кажется неуместным. Разговаривать с ним трудно, а тишина переносится с ещё большим трудом.       И снова такая же легкая усмешка. Вроде бы доброжелательная, но странная.       — Не переживай, Айрис. Лекций от меня не услышишь. Все равно, твое тело — твое дело.       — Спасибо, — для меня уверенность Брайана превращается в какое-то соревнование. Даже не хочется позволять своему голосу дрожать из-за холода.       — И я никому не скажу. Мои глаза и так были лишними, а уж лишние уши тебе точно не нужны. Да и я в курсе, как люди умеют кости перемывать.       — Я не в курсе, со мной ничего такого не случалось. Странно, но ко мне нормальное отношение.       — Тебе, видимо, главное, чтобы не надоедали. Да и почему странно? Думаешь, что заслуживаешь унижения? Фильмов пересмотрел? В реальности одиночек обычно просто оставляют одних, если они не начинают забавно реагировать. Ты не смешной, вот и все.       — Выходит, я просто никакой? Даже не смешной. Да ты мастер подбадривать.       — А чего ты ожидал? — и опять расплывается в ещё большей улыбке. — Особого отношения? Я никогда не занимаюсь вытаскиванием чужих задниц из депрессий. Извини, дорогой потенциальный суицидник.       И ответить нечего. Я, не привыкший к настоящему общению, не знаю даже, как реагировать. Стоит ли воспринимать это как оскорбление? Или как шутку? Пытаться объяснить комичность ситуации?       — Пойдем. Скоро звонок будет, да и ты продрог.       Оставшиеся занятия провожу в замешательстве. А выходя из кабинета, замечаю Брайана. Свое удивление не показываю и тогда, когда Мортон идет вместе со мной. Создается впечатление, что все правильно, как и должно быть. По дороге домой мы даже о чем-то говорим. Правда, когда Брайан сообщает, что ему пора сворачивать, и скрывается за углом многоэтажки, у меня не получается вспомнить, о чем мы разговаривали.       Если посмотреть со стороны, то этот вечер проходит так же, как и все предыдущие. Но в этот раз я смотрю фильм, который посоветовал одноклассник. И слушаю несколько песен, которые тоже посоветовал он. К моему удивлению, фильм мне понравился, как и некоторые песни.       Но для меня всё ещё остается загадкой, почему Мортон вообще со мной разговаривает. За все годы, проведённые в школе, мы ни разу нормально не общались. Два нелюдимых человека обычно не сходятся, ведь в их случае тишина становится ещё более странной, неуместной и неловкой.       А что, если Брайану просто хочется понаблюдать за «потенциальным суицидником»? Только так я смог его заинтересовать. Возможно, стоит поиграть в грустного, обиженного судьбой парня? Слишком уж приятно ощущать себя интересным кому-то. Приятно, когда кто-то замечает. Так долго я пытался научиться быть в тени и довольствоваться такой жизнью, что забыл, насколько хорошо говорить с кем-то. Не просто перебрасываться парой фраз за обедом и ужином, а разговаривать. Никуда не спеша и не пытаясь задеть. Но по-честному, без притворства, мне такого, как Брайан, рядом не удержать.