Протяни мне руку.

Собственно, вид из окна совершенно не впечатлял. Несмотря на небоскребы практически подпирающие облака — различного футуристического, по крайней мере для Джима, вида — на городе лежала печать обреченности. Многие дома смотрели наружу выбитыми глазницами окон. На улице царило запустение и уныние. Редкие прохожие перемещались практически бегом, видимо стараясь решить какие-то свои дела побыстрее и снова скрыться в безопасности квартир. И даже видневшийся вдали океан нагонял тоску. Кирк прищурился, стараясь понять, показалось ли ему, или вода действительно черного цвета. — Все водоемы на Земле теперь такие, да и не только на земле, — сказал подошедший Спок, увидев куда смотрит Джим. — Порождения выделяют особое вещество, придающее воде такой цвет. Джим содрогнулся.  — И такая вода течет у вас из кранов? — тихо спросил он. — Нет, — Спок успокаивающе сжал плечо Кирка. — С этой проблемой мы справились. В жилые помещения вода поступает полностью очищенной. Можешь не волноваться. — Хорошо, — облегченно вздохнул человек. — А кем ты работаешь, кстати? — Спросил он, присаживаясь на подоконник. — Я работаю в исследовательском центре по изучению порождений. Правда за пять лет мы практически не продвинулись вперед. Создается впечатление, что эти создания неуязвимы. Вулканец внимательно вгляделся в аквамариновые глаза человека. Джим ему невыносимо нравился. Безумно захотелось обнять его и поцеловать в такие манящие губы. Спок моргнул, стряхивая наваждение. — Не бывает заведомо проигрышных ситуаций, — пожал плечами Джим, в свою очередь, не отрывающий взгляд от шоколадных глаз вулканца. — Просто вы еще не нашли адекватного решения. Остроухий согласно кивнул, параллельно отвечая на звонок. Устройство поразительно напомнило Кирку обычный мобильник. Не желая мешать, он соскочил с подоконника и направился на кухню в надежде добыть что-нибудь поесть. Зайдя в помещение, Джим присвистнул. Спок с пульта в гостиной поднял все ставни и перед глазами Кирка предстала весьма впечатляющая картина. Стекло, остатки которого еще торчали в раме, было обглодано вчерашним мотыльком. Человек, обладавший весьма живым воображением, тут же представил себе, как эта тварь сидит на карнизе и, весело скалясь, пожирает стекло. Недоуменно хмыкнув про себя от пришедших в голову нелепых видений, Джим распахнул дверь холодильника. На полках сиротливо лежали только листья салата и какая-то зеленая штуковина в контейнере, больше похожая на губку, которой моют посуду, чем на еду. Вздохнув, Кирк закрыл холодильник и подошел к репликатору. Оглядев прибор топорщившийся кучей кнопочек совершенно непонятного назначения, человек смело нажал на пару из них… Выкинув в утилизатор тарелку с весьма активно шевелящимися существами, очень похожими на спагетти, Джим озадаченно запустил обе руки в волосы. Мелькнувшая было мысль позвать Спока была задавлена на корню. Не тем человеком был Джеймс Тиберий Кирк, чтобы спасовать перед обычным бытовым прибором. Понадеявшись на свое IQ гения, Кирк нажал еще на несколько кнопок, под которыми было изображение чего-то весьма напоминавшего кусок стейка и сочную индейку. Материализовавшееся блюдо пахло совершенно восхитительно. Просияв, Джим достал миску с получившейся едой. Но восторг тут же испарился. Он критически оглядел массу, больше напоминающую твердые отходы жизнедеятельности живого организма. Поколебавшись и все-таки решив, что совершенно не важно как выглядит мясо, главное что пахнет превосходно, Кирк сел за стол. Есть хотелось просто невыносимо. Желая поскорее насладиться завтраком, человек решительно воткнул вилку в кусок. Масса в миске подпрыгнула, пискнула и на Джима уставились два блестящих зеленых глаза. — Мамочки, — прошептал Тиберий, сползая со стула на пол. — Спок, — еще тише позвал он. Примчавшийся на кухню вулканец, убедившись, что Кирк цел и невредим, с облегчением вздохнул. Взяв миску в руки и разглядев ее содержимое, остроухий хмыкнул:  — Это андорианский слизень, Джим. Его не едят. Я реплицировал их для опытов. — Там был нарисован стейк, — Кирк обвиняюще ткнул пальцем в сторону репликатора, поднимаясь с пола и снова усаживаясь на стул. — Это не стейк, у мяса не бывает рожек, — назидательно ответил Спок,— и вообще, нужно было позвать меня. Меня очень сильно поражает человеческое самомнение. — Это не самомнение, а уверенность в себе, — парировал Джим, присматриваясь к картинке под кнопкой. У изображения действительно были рожки, как у обычных земных улиток. Тоскливо вздохнув, Кирк спросил:  — А белые штуки, похожие на спагетти? Это что такое? — Думаю, что это и есть спагетти, — правая бровь вулканца улетела под челку. — Они шевелились! Вторая бровь остроухого составила достойную компанию первой:  — Тогда я затрудняюсь определить что это было без визуального осмотра. Возможно какой-то особый вид трубчатых червей. Брови Спока вернулись в нормальное положение. Внезапно он фыркнул, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех:  — Тебе однозначно надо работать шеф-поваром в ресторане, где подают экзотические блюда. — Ничего смешного не вижу, — обиженно пробурчал Джим, выбрасывая в утилизатор тарелку со слизнем. — Я вообще-то есть хочу. — Мне нужно съездить на работу и думаю, что нужно взять тебя с собой для обследования. Перекусим там, чтобы не терять время. После обеда приедут вставлять новое стекло.   Спок протянул человеку стопку одежды, добытую из репликатора. Кирк согласно кивнул, подозрительно оглядывая одежду на предмет обнаружения еще каких-нибудь странных существ. Ничего не обнаружив он, проигнорировав веселящегося вулканца, гордо удалился в ванную комнату. Спок подошел к окну, внимательным взглядом окидывая обглоданное стекло. «Наверное нужно было бы взять пробы» — вяло подумал он. Мысли совершенно не хотели сосредотачиваться на научной работе, упорно подкидывая остроухому картинки совершенно иного характера. Джим — принимающий душ… капли воды, скользящие по его обнаженному телу… Вулканец с силой вцепился обоими ладонями в подоконник, оставляя вмятины от пальцев. Он почувствовал, как по телу прокатилась волна жара и кровь буквально закипела от накатившего возбуждения. Спок зашипел сквозь стиснутые зубы, еще сильнее сжимая пальцы и подавляя совершенно дикое желание ворваться к Джиму в душевую и, взять его немедленно. Только долгие годы успешного ментального контроля позволили вулканцу сдержаться. Постепенно успокаиваясь, остроухий анализировал сложившуюся ситуацию. Совершенно однозначно было то, что в его организме происходят не испытываемые ранее физиологические процессы. Мысль о возможном начале ПонФарра промелькнула у Спока, но вулканец отбросил ее как совершенно нелогичную. Ему было всего двадцать восемь лет, для начала цикла было еще слишком рано. Полностью восстановив контроль над телом, остроухий вышел в коридор, и, поджидая Джима, начал бегло просматривать записи с камер видеонаблюдения. Собственно, кроме уже виденных ночью существ, на записях не было ничего нового. Искоса посмотрев на вышедшего Кирка, вулканец, ни говоря ни слова, открыл дверь и кивком приказал человеку следовать за ним. Джим только пожал плечами, списав странное состояние Спока на инопланетные причуды. Общая унылость и серость Сан-Франциско снизили настроение человека практически до нуля. Было совершенно очевидно, что город умирал. Умирал, не выдерживая тяжелой борьбы с порождениями ночи. У Кирка не вызвал оживления даже стоящий на парковке аэрокар Спока, настолько угнетающее впечатление производило окружающее. Город из вселенной Джима был совершенно другим — ярким, светлым. Сердце кольнула грусть. Человек откинулся на сиденье и закрыл глаза, полностью отдавшись воспоминаниям. Из этого состояния его вывел голос вулканца, тихо сообщивший, что они прибыли к месту назначения. — С тобой все в порядке? — Спросил Кирк, пристально глядя на Спока. — Более или менее, — ответил не умевший врать остроухий. — Идем. — И вулканец потянул Джима ко входу в лабораторный комплекс. В комнате, забитой различным оборудованием, их встретил невысокий светловолосый парнишка. — Привет, я Павел! — С воодушевлением проговорил он, пожимая Кирку руку. — Пойдем, я все тебе покажу. Спок рассказал нам о твоем появлении. Это очень-очень интересно! — Думаю, что Джиму не мешало бы перекусить, — мягко проговорил вуланец, обращаясь к Паше. — Мне нужно в лабораторию к МакКою. Я могу на тебя рассчитывать? — Конечно, мистер Спок, — просиял парнишка. — Я все-все устрою! — И потянул Джима в сторону видневшегося в отдалении стола. Кирк проводил задумчивым взглядом ушедшего вулканца. С ним совершенно однозначно было что-то не так и Джим намеревался выяснить, что же именно. Он понял, что за короткое время, проведенное с этим остроухим, Спок стал ему небезразличен. Усевшись за стол, уплетая принесенные Павлом бутерброды и запивая их кофе, человек задумчиво изучал в планшете или, как его тут называли — падде, информацию о вулканцах, найденную в информационных сетях. Парнишка же между делом успел просканировать Кирка каким-то странным прибором и взять анализ крови, записывая данные в такой же падд и счастливо улыбаясь. Увидев, что Джим поел, Павел пригласил его на обзорную экскурсию по комплексу, между делом знакомя его с учеными и различными сотрудниками. В это же время вулканец сидел на кушетке в лаборатории, ожидая результатов анализов, которые делал хмурящийся и бормочущий что-то себе под нос Леонард. Наконец он повернулся к Споку и посмотрел на остроухого:  — У тебя идет серьезный гормональный дисбаланс. Все данные подтверждают начало ПонФарра. Тебе нужен партнер и срочно. — Сколько осталось? — хрипло спросил вулканец. — Дня три до того, как ты окончательно слетишь с катушек. Я серьезно, Спок, найди себе кого-нибудь, иначе ты погибнешь. — МакКой передал падд с данными в руки остроухого. Тот, бегло просмотрев результаты, ответил:  — Ты же знаешь, Леонард, что это невозможно. Я бы попросил тебя позаботиться о моем найденыше. Теперь ты отвечаешь за него. МакКой в раздражении стукнул кулаком по стене:  — Ты — упрямая ушастая задница! Даже в комплексе полно людей, готовых переспать с тобой. Какого черта? — Ты же знаешь, что для контактного телепата секс без любви омерзителен, — проговорил Спок. — И почему это должно иметь какое-то значение, если на кону твоя жизнь? — упрямо возразил Леонард. — Да неужели за все свои двадцать восемь лет ты не смог ни в кого влюбиться? Вот Ухура например. Она неровно дышит к тебе. — Я успел, — вулканец внимательно посмотрел на МакКоя, — буквально за несколько часов. И я никогда не подвергну его такой опасности. Ни за что в жизни! — Это твой спасенный человек? Джим? — уточнил Лео. — Так расскажи ему, вполне возможно, что и ты ему нравишься или он спасет тебя из чувства благодарности! Спок упрямо помотал головой.  — Да чтоб тебя, — прошипел МакКой, тут же осекаясь, увидев вошедших в лабораторию Павла и Кирка. — Я привел Джима на дополнительные обследования, — сияя белозубой улыбкой, сообщил Паша. - И, мистер Спок, вас вызывал мистер Пайк. Ему нужны уточненные данные по порождениям. А свой коммуникатор вы видимо оставили дома. Вулканец проверил карманы, подтверждая вывод паренька и вышел в коридор, бросив предупреждающий взгляд на Леонарда. — Я Леонард МакКой, — представился доктор Спокову найденышу, внимательно оглядывая человека. Леонард решительно не понимал, что же именно привлекло в нем вулканца. Обычный смазливый блондинчик. — Ложитесь на кушетку. Джим проследил взглядом за уходящим Павлом и встал напротив МакКоя, начисто проигнорировав просьбу последнего. Подходя к лаборатории, он услышал разговор на повышенных тонах и не удержался, чтобы не подслушать, тем более, что Павел отвлекся в это время на разговор с человеком, ранее представленным Кирку, как Кристофер Пайк. Услышанное ошеломило Джима, буквально выбивая почву из-под ног. Вполне возможно, что он попал в этот жуткий мир как раз для того, чтобы помочь одному остроухому вулканцу. Видимо у вселенной был свой план. — Джеймс Кирк, — ответил человек. Пристально рассматривая доктора, он решительно произнес: — А теперь вы мне расскажете со всеми подробностями, что такое ПонФарр и что я должен сделать, чтобы спасти Споку жизнь.