Она милая. Я разрушу ее жизнь...

Каждая секунда тянулась, словно вечность, а тиканье часов отдавалось эхом в ушах. Алиса сидела в приемной, и ожидала когда же выйдет врач и наконец скажет: «Она жива.». В глазах периодически темнело, от сильных переживаний, а щеки щипало от слез. Туши как-будто бы и не было- остались лишь темноватые соленые дорожки от уголков глаз. Девушка будто бы чувствовала, как фигура в черном плаще маячит перед ней, ожидая что же скажет доктор. Сейчас ее брат, работающий в допросном отделе, беседовал с парнем, который вписался на своей машине в машину Ирины. — Алиса, идем, — сказал подходя Влад, — я отвезу тебя домой, меня твой папа попросил, — сказал парень с сожалением в голосе, протягивая Алисе руку. — Я не пойду, — сказала девушка отпихивая его, — я буду сидеть тут. — устало вздохнув он поднял ее на руки, закидывая на плечо, от чего начал получать по спине ее маленькими кулачками, — пусти меня! Пусти! — начала брыкаться светловолосая, при этом дополняя всю картину криками, — поставь меня на землю! — Если не успокоишься, я попрошу чтобы тебе вкололи снотворное, и ты проспишь до того пока не окажемся на месте! — сказал парень, немного срываясь на крик. Внезапно, тело девушки обмякло и послышались лишь тихие всхлипы. Она пробормотала что-то наподобие, что может идти сама, но как только Влад поставил голубоглазую на пол, еле успел поймать, не давая ей упасть. Ноги Макаровой были ватными, а от собственной слабости становилось ужасно паршиво. Не спрашивая девушку, Суворов подхватил ее на руки одним легким движением, после чего понес к выходу из больницы, где сейчас проводилась операция.

***

Когда ребята были уже на месте, оказалось, что Алиса обронила ключи где-то по дороге, а дома сейчас никого нету. Чувствуя, что вот-вот и она вновь заплачет, парень предложил переночевать у него, попутно звоня отцу девушки и сообщая об этом. Быстро заведя ее в дом, парень снял с Макаровой пальто и сапоги, убирая их в шкаф для одежды, после чего повел ее на кухню. Усадив светловолосую за стол, темноглазый залез в один из верхних шкафчиков, доставая из него бутылку хорошего коньяка и две рюмки. Поставив это на стол, Влад начал разливать алкоголь по сосудам, после чего одернул Лису протягивая ей алкоголь. — Я не буду, — сказала та мотнув головой. Голос говорил о том, что голубоглазая готова опять разрыдаться. — Мне не нравится твой голос. Пей, иначе залью силой. — сказал тот, отпивая из своей рюмки крепкий алкоголь, от чего он пошатнулся, сидя на стуле приподнимая брови. — Не буду, — подняв свои заплаканные глаза, взгляд девушки встретился с требовательным взглядом Суворова, который судя по всему не шутил, — но только глоток, — она медленно поднесла напиток к губам и сделала маленький глоток. Алкоголь вмиг ударил в голову Алисы, не пившей за всю жизнь ничего крепче вина сегодня, а сорока градусный коньяк буквально вырубил светловолосую с первого же глотка, что было возможно сейчас даже с помощью обычного пива. Ухмыльнувшись, парень залпом выпил содержимое своей рюмки, а затем и ее, после чего поставив их в раковину и убрав коньяк в шкаф, откуда и взял, поднял Макарову на руки и понес в комнату. Укладывать спать в праздничном платье, верх которого был залит слезами — Владу казалось не очень хорошей идеей и он залез в свой шкаф, достав какую-то футболку, стянул с той платье, складывая на сколько мог аккуратно его на стул, натянул на светловолосую футболку и укладываясь рядом через несколько минут, не забыв сходить в душ. Ночью Лиса то и дело, что хныкала и звала во сне маму, будто бы маленькая, а темноволосый сквозь сон гладил ее по спине, прижимая к себе. На время, парень забыл о своем обещание довести одноклассницу до состояния, когда она заикаясь от злости будет материться на того, показывая всем свое истинное лицо. Когда на часах было пять утра, а город начал впадать в полу рассветное состояние, парень проснулся и вышел на балкон, предварительно бросив сонный взгляд на хрупкую девушку лежащую на его кровати и так отчаянно цепляющуюся за одеяло, которое сползло с той. Сейчас на Владе были только спортивные штаны, но это не помешало ему выйти на балкон, где сейчас было более чем прохладно и закурить, выпуская дым в небо, к угасающим звездам. После тех двух рюмок, голова немного покалывала, но столь родственное чувство, которым встречает его каждое утро субботы заставило невольно улыбнуться. Сегодня конечно была только пятница, но все равно. Медленно открыв глаза, Алиса попыталась вспомнить, как же она вчера переоделась и уснула, но увы- воспоминания прерывались ровно после рюмки. На глаза начали накатываться слезы, после осознания того, что вчерашняя авария- не сон. Свернувшись комочком на кровати, девушка шмыгнула носом, готовая вновь зарыдать, но ее остановило накинутое на нее одеяло, которое, по правде говоря, не слабо напугало светловолосую (с ума человека сведут). Укрыв ее одеялом, парень, будто бы почувствовал подкативший к ее горлу ком, и обнял, успокаивающе поглаживая по спине. — Не плачь, мне только что звонил твой отец, — начал тот и оказался в миг под девушкой, которая напряженно уставилась на парня своими заспанными глазами. — Что с мамой? — выжидающе спросила та, пытаясь понять заранее какой же ответ даст Влад, но на его лице отражался лишь след от подушки и не более. — Для начала успокойся, вдохни, выдохни, вдохни, выдохни, — начал парень, от чего глаза девушки начали наполняться слезами от полного отчаянья, — пиздец ты пессимистка! Жива твоя мама! — сказал тот, и тут же почувствовал, как его обнимают руками, при этом прижимаясь щекой с накаченной груди, поправочка, обнаженной, накаченной груди. Первый факт заставил покраснеть светловолосую и тут же отстраниться, густо покраснев, но при попытке спрятать свои руки за спину, они были схвачены и поднесены к больной голове. — Эй! Ты чего? — попыталась отдернуть руки девушка, краснея как рак, да что там, рак нервно курит в сторонке. — Добби охладил свою голову! Добби рад! -сказал парень с кайфом на лице, от чего Алиса улыбнулась сдерживая смех. — Добби дурак! Слушай, надо собираться, я в больницу к маме поеду. — Поправочка, мы собираемся и Я ТЕБЯ ВЕЗУ. И да это не обсуждается.

***

Увидев свою дочь с опухшими глазами, и бледным лицом, Александр Макаров тут же хотел отправиться с ней после похода к ее матери в парк развлечений, дабы отвлечь девочку от того ужаса, что был вчера и не дать ей сойти с ума от сильных психологических травм, но тут же, на место ее отца вызвался темноволосый. Сейчас же они поднимаются на горках вверх, под мысль в голове твердившую: «Расшибемся и поминай как звали, да приноси цветочки на могилку», а вот адреналин, который сейчас зашкаливал буквально крича: «Только рок! Только хардкор!». Раз стук, два стук, три и не стук, а полет. Казалось что от большой скорости сердце прилипло к легкому, которое в свою очередь ударилось о спину, не дававшему ему вырваться и образовать в теле явно не лицеприятную дыру. Сказав пару ласковых буквально писком во время поездки, парень облегченно выдохнул слезая со своего места и помогая Алисе. Девушка тут же потащила темноволосого на «палубу Джека"(прикольная фигня, на которой автору стремно кататься). — Етить твою налево! — крикнул парень с еще несколькими другими, наблюдая как Алиса придерживает юбку своего платья, — ну хоть что-то хорошее, — улыбнулся пошло тот, заставляя девушку покраснеть.

***

Ночная мгла окутала город, а тусклый свет фонарей во дворе Влада и Алисы почти ничего не освещал. Когда девушка поняла, что ключи она так и не забрала, при этом еще и огласила это в слух, Суворов рассмеялся и сказал, что еще одна широкая рубашка у него найдется. Вот бывают простые совпадения, а бывают черные полосы жизни, и похоже у ребят как раз черная полоса: застрять на одном и том же этаже, в одном и том же лифте застрять- искусство, которое ребята изучили на отлично, при этом как и в тот раз не работала кнопка вызова диспетчера, и так же разряженные под ноль телефоны. Тяжело вздохнув, девушка облокотилась о стену лифта и приподняла брови, смотря на то как телефон пытается отчаянно включиться, раз десятый, но как и тогда просто показывает полностью разряженную батарею. — Не стой ты месяца работы моих родителей и двух недель моей голодовки- полетел бы в стену этого лифта, — буркнула Лиса на свой только месяц проживший пока что Айфон шесть. — Ищи во всем свои плюсы, — сказав это, Влад, с усмешкой, навис над Макаровой, ставя свои руки по обе стороны от ее головы, а рукой залезая под подол юбки…