Сон

Фран — философ. Бельфегор — безумец. Аомине — архитектор. Фран фанатик фиалок. Бельфегора бесят бегонии. Аомине анализирует астры. Фран фанатик фортепиано. Бельфегор безбашенный барабанщик. Аомине аккуратно играет на альте. Фран фальшивка. Бельфегор бесом был. А Аомине активист. Фран фыркает. Бельфегор баюкает. Аомине ахает. — Я люблю безумцев, — проговорил парень. — Люблю фиалки, — сказал принц с венком из фиалок. — Мне нравятся люди с длинными пальцами, — сказав это, человек посмотрел на свои пальцы. Фран любит фехтовать. Бельфегор любит баловаться. Аомине любит аксонометрию. Фран слушал Fade. Бельфегор слушает Bring me the horizon. Аомине любит песню Afraid. Они встретились, и случилось нечто. Бельфегору и Аомине приглянулся Фран. Франу понравились оба, но ближе ему был Бельфегор. Но Аомине не отставал и верил, что Фран опомнится и будет с ним. Но, сколько бы времени ни прошло, он уже отдал сердце принцу. Но Бельфегор безумец. Он убьет Аомине. Аомине ожидает этого. А Франу безразлично, он дальше будет сидеть над фортепиано. Его бесит вся эта ситуация, он выкидывает венок и надевает бесценную диадему. Ее блеск слепит глаза. Он не мог не заметить диадему, она запала ему в душу. Как и копна белокурых волос. А он так же ухаживал за фиалками и сделал венок из белоснежных цветов. Он ждал своего принца с венком из фиалок. Он верил, что он придет. Он ждал его и ждать будет всегда. Но он не придет. Но он любил его. Но он влюбился в другого. А он был в шоке. А он не ожидал этого. А после плюнул на все. Фран француз. Бельфегор белорус. Аомине американец. У Франа была прекрасная речь и приятная дикция. Бельфегор любил слушать его. Ему нравился французский, так же и французский поцелуй с Франом. Аомине не понимал ничего, что говорил Фран, но он пытался разобраться. Но он скорей спроектирует Эйфелеву башню или съест тонну лягушачьих лапок, чем выучит французский. Но однажды появился 4 всадник. Это был человек, похожий на принца, но в тоже время они были разные. У него были прямые волосы до плеч, его улыбка была самой кровожадной. На его теле было много шрамов. Он любил боль. Он был безумней принца, но в тоже время - добрей. Расиэль — развязный, ревнивый. Расиэль растил розы. Расиэль играл на рояле. Расиэль решительный. — Я заберу его у тебя! Ты жалок, ты не достоин, носить венок, сделан им. Ты пустое место. Рад, что родители выгнали из дому, а то убил бы всех. Ты же безумный эгоист, нелюбящий ничего. — И это говорит человек, который причиняет себе боль. Я его люблю. — Ты его любишь, но сердце ты уже отдал другому. Так иди к тому, кому оно принадлежит. Не стоит расстраивать ребенка. И между ними опять назревает война. Бельфегор был всадником войны, а Расиэль всадником смерти. Он уже достал веер из ножей, а он стоял с улыбкой и ждал атаки. Бельфегор кинул в него ножей двадцать, но не один не попал. — Почему они не долетели? — Ты слишком наивен, братец. Он кидал их со всей силой, но так и не достал. Расиэль заранее приготовился и положил на землю магниты. Их не видно на траве. Он понял, в чем проблема, но уже было поздно. Расиэль уже подбежал к нему и ударил по лицу. Диадема слетела с головы принца, разбита губа. К ним подошли другие всадники. Фран был всадником голода, а Аомине всадником чумы. И именно Аомине подбежал к Бельфегору. Ему нравилась алая кровь на его губах. Он хотел слизнуть ее, но он сдержался. Фран же стоял на месте и смотрел на происходящее. Ему уже был безразличен принц, потому что он проиграл. Ему был безразличен Аомине, потому что в его глазах была искра. Он взглянул на незнакомца и понял, что он и принц похожи внешне, но разные внутри. Франа он заинтересовал, но ненадолго. Как только он улыбнулся, интерес упал. И он ушел. Слишком молод, слишком дерзкий, слишком милый он был. Расиэль именно так представлял Франа. Он хочет быть с ним. В этот же день Бельфегор и Аомине не появились. Видимо убежали, поджав хвосты. Его диадема так и лежала в траве. Расиэль ее поднял и отнес Франу. Он положил диадему перед Франом, а он так же ухаживал за фиалками. Он увидел эту диадему, взял ее в руки, покрутил и надел на Расиэля. — Будешь моим принцем? — Я буду королем и защищу тебя от всего и всех. Ты будешь моим и только. И в туже секунду он достал острый нож и порезал себе грудь в районе сердца. — Скоро здесь будет шрам, он будет означать, что мое сердце принадлежит тебе. Фран выхватил нож и сделал такой же порез, что и Расиэль. — Тогда забирай мое. Расиэль был в шоке. Но ему нравилось, как потекла кровь на его бледной коже. И он прильнул к порезу и стал вылизывать его. У него была так сладка кровь, что он сделал порез на шее. Фран просто покрылся мурашками от всех этих действий. Ему не было больно, он кайфовал от прикосновений тонкий, длинных, холодных пальцев. Расиэль подхватил его и кинул на кровать. Он продолжал вылизывать порез, но уже на шее. Он начал раздевать его. Не отрываясь от шеи, он снял рубашку и уже приступил к штанам. Но тут он почувствовал ужасающую боль в груди. Он хотел кричать, но все что получалось, так это выплевывать кровь. Они давно придумали этот план. Задолго до этого. Бельфегору никогда не нравился брат. Он его ненавидел всем сердцем, он резал его, избивал, но Расиэлю было пофиг. Он был мазохистом. Бельфегора это бесило. Он случайно познакомился с Франом и узнал, что у него есть слуга Аомине. Они играли свои роли. Аомине якобы был влюблен в Бельфегора. Фран отдал сердце Бельфегору. А Бельфегор полюбил Франа, но был влюблен в другого. Расиэль не знал, он не догадывался. Он просто повелся, как ребенок. И щас его тело остывало, из него выходила жизнь. Бельфегор специально подставил лицо, чтобы брат ничего не понял. Фран специально порезал себя, а Аомине сыграл любовника Бельфегора. Бельфегор не заметно пробрался в комнату Франа. Фран обработал его разбитую губу, но не мазью, а своим языком. Фран любил целовать эти губы, а особенно окровавленные. Он любил запускать пальцы в эти длинные, слегка кудрявые волосы. А Аомине сделал свое дело и уехал. Он стал свободным. И вот, когда Фран оторвался от желанных губ, он спрятал принца. И сделал вид, что ухаживает за цветами. Он уже остыл, из его тела ушла жизнь. Осталось только убрать и закопать его. Бельфегор уже копал глубокую яму, а Фран тем временем обернул тело покрывалом и выкинул все, где была кровь павшего короля. Яма выкопана, тело выкинуто и зарыто. После всего Фран и Бельфегор пошли в дом. Сняли одежду и сожгли. Фран уже набирал воду в ванне. Он любил лежать в ней, она его успокаивала. А особенно его успокаивал человек сидевший сзади. Они провалялись в ванне около часа, а после начали мыть друг друга. Бельфегор был выше Франа, поэтому он спустился ниже, чтобы помыть ноги. Но он не упустил возможность укусить сосок. Фран сладко застонал и притянул к себе принца для поцелуя. Он был долгим, сладким, пьянящим. Не хватало воздуха, мешал душ, слюны было много, она стекала изо рта Франа. Они не хотели прекращать поцелуй, но ноги уже не держали Франа и он облокотился на стену. Бельфегор сжалился, но ненадолго. Он стал целовать шею, оставляя багровые засосы. Шея была похожа на космос, она уж болела от укусов, да и места живого не осталось. — Какой же ты сладкий. Я не могу оторваться от тебя, Фран. Я хочу тебя всего, везде и всегда. Ты – мой! — Да, Бельфегор. Он переключился на ключицы. Так же оставил на них засосы, так же кусал. После от ямочки и до пупка провел языком. Он чувствовал, как пробегали мурашки у Франа, он видел, как кожа стала гусиной. И он почувствовал, как Фран задрожал от наслаждения. Бельфегор взял в руку его член, он только провел языком по головке, как Фран тут же кончил. Он долго ждал, слишком было хорошо. Ему не стыдно, что он быстро кончил. Нет. Ведь это только начало. Это только разогрев. Они смыли всю грязь, всю усталость, всю пену с тела и отправились в комнату. За окном было уже темно, они не зашторили окна, они не включили свет. Они стояли в темноте держав за руки. Бельферог повел Франа к кровати, он усадил его к себе на колени и стал целовать. Языки были горячие, они стонали в поцелуй. Фран обхватил руками и ногами своего принца, чтобы углубить поцелуй. Бельфегор обнял его и, не разрывая поцелуя, опустил руку к аппетитной заднице. Он вошел в него средним пальцем, после добавил еще два и начал растягивать его. А Фран стонал, не стесняясь Бельфегора, насаживался на пальцы. Ему было хорошо, ему было больно, он хотел большего. Бельфегор не глуп, он вытащил пальцы и заменил их большим, сочащемся членом. Когда он вошел в него, они в голос застонали. Он трахал его, не боясь порвать. Он вдалбивал в него член на всю длину. А Фран, как наездник, обуздал жеребца, который изголодался. Еще пару толчков и Бельфегор кончил, он излился внутри Франа. А после он провел рукой по члену Франа и он кончил. Ему не стыдно. Они просидели в обнимку минут пять. Отдышались и пошли принимать душ, но были они там не долго. Смыли семя, пот, жар и пошли на самую мягкую кровать. Сил не было у обоих, и они уснули в обнимку. Бельфегор был бойцом. Ради него, он научился играть на фортепиано. Он был его стеной, опорой, защитником. Фран был романтиком. Он выращивал фиалки для него и сплел ему новый венок. Цветы были бирюзовые и желтого оттенка. Он был для него опорой, слушателем, любовником. — Бельфегор, сука! Вставай уже, заебал листы портить слюной своей. — Аомине, отстань! Я всю ночь писал этот бред. Сука! Какого черта все сырое?! Это твоих рук дела?! — Ахаха, это все твой грязный рот. — Ага, да. Я так и поверил. Ты ведь специально все подстроил. — Иди домой! Проспись, идиот коронованный. — Ши-ши-ши, а ну повтори?! — Бееел, мне тебя долго ждать? — О, Фран, привет и пока. Он злой, сонный, слюнявый и со стояком. Удачи! — Сука, убью! — Да, да. Пока. — Бееел.. — Фран, иди ко мне. — Идем домой, я мясо с картошкой пожарил. — Мм, а на десерт ты, ши-ши-ши. — Договорились, идем, горе слюнявое. — Это все Аомине подстроил! — Я верююю. К счастью это был сон, написанный Бельфегором. — Только в магазин зайдем. Минку мясо купим, а то он изголодался. — Как и я.