Одни неприятности

Утро не задалось. Хотя бы потому, что наступило еще до рассвета. Клинт, не жалея покрышек, резко затормозил у полицейских машин, перекрывших дорогу возле стройплощадки на углу Риверсайд и сто двадцать девятой. Он вышел и нырнул под оградительную ленту, на ходу надевая черную форменную куртку. Строчка «Special Weapons And Tactics», выбитая по краю нашивки под логотипом полиции Нью–Йорка, блеснула в красно–синем свете включенных полицейских стробоскопов. – Бартон, – шагнул ему навстречу Рамлоу. – Привет, – кивнул Клинт, – и вы здесь? – Как всегда, – усмехнулся Брок. – А то как же вы без подтанцовки. Рация в нагрудном кармане его тактического жилета зашуршала голосом Стива: – Группа два, доложите. – Периметр очищен и закрыт, – отозвался Рамлоу. – На стройплощадке чисто. Птичка прилетела. – Что? – не понял Роджерс. – Бартон здесь, – с усмешкой пояснил Брок. – Тогда пусть поторопится. Не засоряй ерундой общую частоту. – Да твою ж… – выругался Рамлоу. – И не выражайся, – добавил Стив. Клинт хлопнул закатившего глаза Брока по плечу и направился к припаркованному впереди черному фургону. – Почему тут столько народа? – спросил он, приблизившись. – Что стряслось? – Кто–то решил самоубиться, – бросил Тони, сидевший прямо на асфальте с ноутбуком на коленях. Наташа спрыгнула с подножки фургона так грациозно, словно на ней не было бронежилета и еще десяти килограммов экипировки. Сэм, протянувший было руку, чтобы помочь ей, со вздохом отступил в сторону. – Ждем инструктажа, – улыбнулся Клинту Джеймс, собирая волосы в небрежный пучок и перехватывая их резинкой. – Где Стив? – спросил Бартон, подошел ближе к фургону и огляделся по сторонам, чтобы не смотреть на открытую шею Барнса и жесткие росчерки скул, пока тот не надел шлем. Он сам удивлялся, что так и не привык к этому. Они со Стивом и Джеймсом были знакомы еще с Куантико. Бартон до сих пор помнил, как впервые увидел Барнса на стрельбище – тот перемещался с позиции на позицию быстро и точно, идеально выверенными движениями без единого лишнего шага, поражал мишень за мишенью, даже не тратя, кажется, времени на прицеливание. Клинт и сам выбивал десять из десяти, не напрягаясь, но и тогда, и сейчас готов был поспорить, что у него не получалось так красиво. Он подошел к Джеймсу тем же вечером, в учебном центре. Они разговорились, и Бартон уже готов был осторожно прощупать почву, но тут появился Стив. Барнс обнял его, задержав в объятиях разве что на пару секунд дольше, чем полагалось для приятельского приветствия, однако Клинт все понял. Чем больше он узнавал Джеймса и Стива, тем сильней убеждался в своей правоте. Они почти не расставались, занимали одну комнату в кампусе, а когда у Барнса не срослось с ФБР, Роджерс, не раздумывая, отказался тоже, хотя его бы приняли с распростертыми объятиями. – Клинт, – подошедший Стив отвлек его от воспоминаний, и Бартон моргнул, не сразу вернувшись. – Не томи, – хмыкнул Сэм, ловко отправляя «Беретту» в кобуру на бедре. – Подозреваемый – белый мужчина, – начал Роджерс, – около шестидесяти, находится предположительно на восьмом этаже строящегося здания. Вооружен, при попытке задержания открыл огонь, но, к счастью, никого не зацепил. Угрожает спрыгнуть. – И до сих пор не спрыгнул, – хмыкнул Старк, поднимаясь на ноги. – Тони! – осадил его Стив. – Речь идет о жизни человека. Лучше займись делом. Бартон, надевавший бронежилет, спрятал улыбку. – Я и занимаюсь, – буркнул Старк. – Камер внутри нет, телефонную линию провести не успели. Подключаюсь к камерам наблюдения на фасадах ближайших торговых центров – может, удастся что–то увидеть. – Это вообще законно? – поинтересовался Джеймс. – Без подписанного ордера – нет, – сверкнул улыбкой Тони. – Но речь ведь идет о жизни человека. Клинт, туже затягивая боковую застежку бронежилета, кашлянул, чтобы скрыть смешок. Роджерс неодобрительно качнул головой и, кажется, собирался ответить, но ему помешал один из патрульных, подбежавший с картонной папкой в руках: – Сэр, – он протянул ее Стиву, – удалось установить личность подозреваемого. – Спасибо, – заглянул в папку тот. – Уэсс Джонсон, охранник спортивного зала… – он поднял взгляд на здание по другую сторону дороги, – прямо напротив. – Сегодня был его последний рабочий день, – добавил патрульный. – Руководство решило, что ему пора на пенсию. – А вот и мотив, – посмотрела на Стива Наташа. – Вижу его, – произнес Тони и повернул к остальным ноутбук. Бартон, как раз потянувшийся за шлемом, обернулся – на дисплее сквозь строительные леса и пленку на уровне седьмого этажа вполне отчетливо были видны очертания человека и тусклый свет фонарика. – Это с камеры супермаркета на другой стороне улицы, – пояснил Старк. – Выдвигаемся, – скомандовал Роджерс. – Клинт, на этаж ниже, Джеймс, на этаж выше. Наташа… – Знаю, – ответила та. – Постараюсь не дать мистеру Джонсону шагнуть вниз. – Мы с Сэмом прикрываем, – кивнул Стив. – Тони, подключи сканер тепловых сигнатур и следи за картинкой, сообщи, если что-то заметишь. – Есть, – без особого энтузиазма отозвался Старк. Клинт ободряюще улыбнулся ему, прежде чем подхватить под сошку свою стандартную «Ремингтон 700Р» с утяжеленным двадцатидюймовым стволом и шагнуть вперед следом за Уилсоном. Тони прошел подготовку на том же уровне, что остальные члены группы, и скромно заполнил только половину IQ–теста, чтобы не отсвечивать. Однако Стив упрямо считал, что он ценней в качестве техника, а не оперативника, и в боевых операциях Старк практически не участвовал. Он ворчал, но почему–то никогда не пытался ни поставить вопрос ребром, ни сменить группу, хотя тот же Рамлоу, наверняка, не стал бы так над ним трястись. На стройплощадке было тихо. В свете уличных фонарей и неоновых рекламных щитов было хорошо видно уже полностью смонтированную лестницу и частично перекрытые пролеты. Они двинулись вверх по сигналу Стива, почти бесшумно переступая по бетонным ступенькам и держась на расстоянии друг от друга на ненадежных участках перекрытий. Добравшись до шестого этажа, Бартон отступил в сторону. Здесь даже не нужно было долго выбирать оптимальную точку – человек, стоявший на краю плиты этажом выше, был виден как на ладони. Прикинув разницу в высоте, Клинт огляделся в поисках чего-нибудь подходящего, и ему на глаза попался деревянный ящик, выглядевший достаточно прочным. Бартон подхватил его и без единого лишнего звука перетащил ближе. Устроив на нем винтовку, он взглянул в окуляр, примеряясь, перевел оптический прицел в режим ночного видения, посмотрел еще раз и отрегулировал угол прицеливания. – Готов, – сообщил он остальным. Через несколько мгновений в наушниках раздался тихий голос Джеймса: – На позиции. Сразу после этого на седьмом этаже Наташа медленно вышла на относительно освещенное место и негромко позвала: – Мистер Джонсон. Тот дернулся и вскинул пистолет. Клинт удобней устроил палец на спусковом крючке. – Опустите оружие, – мягко посоветовала Романофф. – Я здесь, чтобы помочь вам. – Что… – непонимающе передернул плечами тот, увидев белые буквы «SWAT» на ее бронежилете. – Почему… Я же просто… – Вы стреляли в полицейских, – объяснила Наташа, – так что ситуация автоматически стала чрезвычайной и превратилась в вооруженное нападение. Опустите пистолет, пока не стало хуже. – Разве может быть еще хуже? – покачал головой Джонсон. – Может, – заверила Романофф. – Ничего непоправимого не случилось. Вы никого не убили и не ранили, Уэсс. – Я сейчас на прицеле у вашего снайпера, да? – нервно оглянулся по сторонам тот. – Конечно, нет, – успокоила его Наташа. «У двух снайперов», – мысленно поправил Клинт. – Вы же не преступник, – продолжила Романофф, подходя на шаг ближе. – У вас просто был трудный день, и вы расстроены. Так бывает. То, что он не станет в нее стрелять, было ясно как день, но Бартон не расслаблялся. Каждый из них знал наверняка – невозможно предугадать, в какой момент все может полететь к черту. Так что Клинт не удивился, когда Сэм, появившийся из тени позади Джонсона, на всякий случай тоже шагнул вперед, а Стив напряженно замер на лестнице. – В вашей ситуации у любого могли бы сдать нервы, – Наташа медленно подняла руку, обхватила ладонью ствол пистолета несостоявшегося самоубийцы и, почувствовав, что тот не сопротивляется, отвела в сторону. Уэсс послушно разжал пальцы. – Они… – дрогнувшим голосом произнес он. – Они просто выставили меня… – Я знаю, – Наташа осторожно потянула его к себе за локоть, уводя подальше от края. – И мне очень жаль, что такое случается, но от этого никуда не деться. Идемте со мной, нам надо спуститься. – Меня арестуют? – посмотрел на нее Джонсон. – Да, – не стала сглаживать углы Романофф. – Но, по крайней мере, не за убийство. Тот задержался на секунду, словно раздумывая, а потом как-то разом сник и сдался: – Хорошо… Клинт убрал палец с курка и приподнялся. В наушниках он явно услышал облегченный выдох Джеймса. – Сэм, иди с ними, – произнес Стив на общей частоте. – Рамлоу, ты принимаешь. Выход со стороны Конвент–авеню. – Уже там, – коротко отозвался Брок. Бартон только успел встать, когда послышался щелчок переключения на выделенную внутреннюю линию, а сразу после раздался голос Тони: – На шестом этаже что-то странное. – Где? – уточнил Роджерс. – Примерно в четырех метрах прямо за спиной Клинта. Бартон рывком обернулся, выхватывая и включая фонарик, но не увидел ничего, кроме нескольких больших ящиков, накрытых матовым полиэтиленом. – Вижу какие-то контейнеры, – сообщил он. – Осмотреть? – Нет, – запретил Стив. – Оставайся на месте. Тони, что конкретно кажется тебе странным? – На тепловом сканере в этом секторе только черное пятно, – произнес Старк. – Материал с низкой теплопроводностью? – предположил Джеймс, как раз спустившийся к Клинту вместе с Роджерсом. – Да. Свинец, – конкретизировал Тони. – На неохраняемой стройке в жилом районе города совершенно точно не должно быть ничего, что нужно хранить в свинцовых контейнерах. Не хочется думать о худшем, но никто из вас, случайно, не захватил с собой счетчик Гейгера? Бартон и Барнс озадаченно переглянулись. Стив двинулся вперед, медленно подошел к ящикам, приподнял край пленки и потянулся к рации. – Диспетчер, – произнес он, – нужна бригада сапёров и, возможно, команда радиационной и химической защиты. Обнаружены три запаянных предположительно свинцовых контейнера с неизвестным содержимым. – Принято, – тут же раздался ответ. – Рекомендуется немедленный отход группы. Всем подразделениям: код один один восемь шесть.* – И почему с вами, парни, вечно одни неприятности? – с усмешкой вздохнул Брок, захлопывая дверь патрульной машины за Уэссом Джонсоном. Утро не задалось. Клинт остановился у дверей офиса, сквозь открытые пластиковые жалюзи глядя на Джеймса. Тот сидел на краю стола Стива, они смеялись, что–то оживленно обсуждали – и ладонь Роджерса лежала на колене Барнса так непринужденно, словно ей там было самое место. Бартон вздохнул и толкнул дверь. Даже божественно пахнущий кофе у него в руках, о котором он мечтал всю дорогу до Департамента полиции Нью–Йорка, больше не радовал. – Ты чего такой кислый? – поинтересовался Сэм, повернувшийся к нему в крутящемся кресле. – Опаздываешь, – заметил Стив. – Я надеялся на выходной после вчерашнего прыгуна, – буркнул Клинт, отвечая на оба вопроса сразу. – Он-то наверняка выспался в камере. На самом деле мистеру Джонсону Бартон сейчас был даже благодарен – из-за ночного происшествия можно было не придумывать оправданий собственному резко испортившемуся настроению. Наташа взглянула на него поверх монитора мельком, однако Клинт успел разглядеть сочувствие в ее глазах. – Есть что-нибудь по вчерашним ящикам? – спросил он. – Ага, – потянулся в кресле Тони. – Внутри каждого оказался плотный монокристаллический нерадиоактивный слиток весом около пяти килограмм, упакованный в колбу из высокопрочного молибденового стекла. Сами контейнеры, кстати, действительно свинцовые и весят по сто килограмм. В лаборатории пока не выяснили, что это за вещество, но навскидку я бы сказал, это какой-то из оксидов ртути. – И вероятнее всего, чем бы это ни было, его привезли в страну нелегально, – добавил Стив. – Зачем кому-то может понадобиться контрабандная ртуть? – не понял Бартон. – Ртуть – многофункциональный катализатор с низкой температурой замерзания, – произнес Старк. – Ее соединения используют в детонаторах термоядерных бомб и в сверхмощных лазерах, способных с орбиты поражать наземные цели. Что? – развел руками он, увидев, что он остальные изумленно смотрят на него. – Ты всерьез думаешь, будто тот, кому принадлежат эти ящики, мечтает о мировом господстве? – спросил Стив. – Тогда это не к нам, – хмыкнула Наташа, – а к кому-нибудь вроде Мстителей. – Ладно, – вскинул ладони Старк. – Все может быть гораздо более прозаично. В металлургической и химической промышленности ртуть тоже нужна. – Удалось найти владельца здания? – через плечо взглянул на Стива Клинт. – Да, – Джеймс взял со стола Роджерса папку и протянул ее Бартону. – Вот. Детективы утром поделились. Тот взглянул на обложку папки с бело-синей эмблемой Службы гражданства и иммиграции, открыл ее, задержался глазами на фото молодого мужчины и прочел имя: – Пьетро Максимофф. – В Штатах меньше года, – Сэм подбросил мячик-антистресс, поймал его и подкинул снова. – Перебрался из восточной Европы вместе с сестрой, купил пару многоквартирных домов и земельных участков, ни в чем противозаконном замечен не был. – А вот и он, – Наташа опустила ноги со стола и приподнялась на стуле, приглядываясь к происходящему в коридоре. Пьетро, державший за руку темноволосую девушку, очень похожую на него, вслед за дежурным офицером прошел в сторону отдела по борьбе с организованной преступностью. Он выглядел подавленным и напуганным, и Стив с сомнением проводил его взглядом: – Они всерьез думают, что он возглавляет какую-то банду? – Картель подпольных изготовителей термометров, например? – фыркнул Тони. Дверь приоткрылась, и в офис заглянула капитан Хилл, возглавлявшая участок. – Стив, – позвала она, – ты хотел присутствовать при разговоре с ним. – Да, – шагнул к выходу тот. – Спасибо, Мария. Хочу послушать, что он скажет. – И я, – Бартон поставил на стол едва начатый кофе и пошел за ними. Он и Роджерс вошли в служебную часть комнаты для допросов и остановились перед стеклом. Пьетро в помещении по ту сторону не нервничал, но явно беспокоился. Девушка рядом с ним по-прежнему держала его за руку, мягко поглаживая по пальцам. – Мисс Максимофф, – произнесла Хилл, переступая порог и прикрывая за собой дверь, – вам не обязательно здесь быть. – Я буду там, где мой брат, – возразила она. – Хорошо, – не стала спорить Мария и опустилась на стул напротив. – Пьетро, спасибо, что пришли. Тот кивнул и спросил: – Что случилось? – Вы знаете что-нибудь об этом? – она подвинула ему несколько фотографий контейнеров со стройки. – Последний раз я был там вчера днем, – ответил тот. – Этих ящиков не было. Никаких поставок не планировалось… – он поднял один из снимков. – Что это вообще? – Мы пытаемся выяснить, – ушла от ответа Хилл. – У кого есть доступ на стройплощадку? – Да у кого угодно, – пожал плечами Пьетро. – Там просто забор, даже камер нет. Я и не думал, что есть необходимость нанимать охрану до того, как начнутся отделочные работы. Это же Манхеттен. – Судя по проектной документации, вы строите деловой центр, – произнесла Мария с оттенком вопроса в голосе. – Так и есть, – подтвердил Максимофф и, помолчав немного, повернулся к сестре. – Ванда, ты не оставишь нас на минутку? – Что? – свела брови та. – Почему? – Пожалуйста, – произнес он чуть настойчивей. Она резко вдохнула, собираясь, кажется, что-то сказать, но вдруг передумала. Порывисто поднявшись и тряхнув волосами, Ванда вышла. – Послушайте, – когда дверь за ней закрылась, Пьетро наклонился чуть ближе к Хилл, – я не знаю, в чем дело, не знаю, почему я здесь, и понятия не имею, кем вы меня считаете. Я просто пытаюсь с умом распорядиться деньгами, которые достались нам после смерти родителей. – О чем вы? – не поняла Мария. – Когда Мстители в очередной раз спасли мир, – печально улыбнулся Максимофф, – то оставили от нашего города только дымящиеся руины. Наши родители погибли. Так что все это, – он повернул к ней фотографию стройплощадки, – выплаченная страховка и миллионные компенсации. Я обещал отцу, что позабочусь о сестре, и привез ее в вашу страну, чтобы у нее было будущее. Поверьте мне, – качнул головой он, – я никогда не свяжусь ни с чем противозаконным, потому что мне нельзя рисковать ни своей жизнью, ни своей свободой. Если со мной что-то случится, Ванда останется одна. За стеклом Клинт посмотрел на Стива: – Кажется, он говорит правду. – Да, – согласился Роджерс. – Но ты и сам знаешь, как редко преступники действительно похожи на преступников. Идем. Бартон открыл дверь – и нос к носу столкнулся с Вандой. – Эм… – на мгновение растерялся он. – Мисс… – Это вы нашли те контейнеры? – спросила она. – Информация такого рода не подлежит разглашению, – заметил Стив. – Значит, вы, – сделала вывод Максимофф. – Что там? Наркотики, оружие? Может, взрывчатка? – Мисс, не заставляйте меня просить дежурного вывести вас отсюда, – успокаивающим тоном предупредил Роджерс. – Ладно, – выдохнула та и растерянно запустила ладонь в волосы. – Что бы ни было в этих ящиках, Пьетро здесь ни при чем. Мы весь вечер были дома, это подтвердит даже наша соседка из пентхауса, которая нас терпеть не может! Я просто… – она подняла лихорадочно блестевшие глаза, – очень боюсь, вдруг теперь мы в опасности из-за того, что вы случайно сорвали какую-то сделку. – Дайте мне телефон, – неожиданно попросил Стив, и озадаченная Ванда непонимающе протянула ему сотовый. – Вот, – он набрал и сохранил в списке контактов свой номер. – Позвоните мне, если что-то покажется вам подозрительным, хорошо? – Да… – удивленно отозвалась она. Джеймс у дверей офиса махнул рукой, привлекая к себе внимание, и Клинт подошел к нему. Он уже почти придумал, как поубедительней объяснить, что Стив вовсе не заигрывает с девушкой, но Барнс только улыбнулся: – Тоже никак не могу проснуться. Я собирался пойти выпить кофе. Твой уже остыл, так что, может быть, ты составишь мне компанию? – Да, – поддержал Бартон, усилием воли сдержав облегченный выдох, – отличная идея. Барнс, входя в лифт первым, вскользь коснулся его спины, и Клинту понадобилось несколько секунд, чтобы прогнать идиотскую улыбку со своего лица. Он не увидел, как Ванда задумчиво посмотрела им вслед. Утро не задалось. Наташа молниеносно ударила правой, целясь в лицо. Клинт перехватил ее кулак на автомате – не думая, тело все сделало за него, но Романофф достала его коленом в корпус, пнула в голень и легко вспорхнула ему на плечи, роняя на каучуковый пол. – Бартон, – она поправила бретельку короткого спортивного топа и протянула Клинту руку, – в чем дело? Тот только качнул головой, поднимаясь. Писк будильника разбудил его пару часов назад – именно в тот момент, когда во сне Джеймс накрыл его всем телом, вжался грудью ему в спину, зарываясь лицом в волосы на затылке. Он горячо выдохнул в мокрую шею, двигаясь размеренно и медленно – горячо, восхитительно, туго, влажно… Волшебно и совершенно безумно. Не проснувшийся толком Бартон отчетливо помнил, как потрясающе было ощущать Джеймса внутри, и от этого просыпаться хотелось еще меньше. Он отпихнул в сторону скомканное одеяло, чувствуя себя раздраженным и взвинченным. Холодный душ помог ему немного успокоиться, но напряжение по-прежнему кипело внутри. С мыслью, что на Барнса можно только смотреть, Клинт давно свыкся и искренне желал им со Стивом счастья, но иногда его особенно сильно накрывало чем-то, очень похожим на отчаяние. Злиться на Роджерса или ревновать к нему было совершенно невозможно, да и бессмысленно – Стив явно был тем самым идеальным бойфрендом, каким Бартон никогда не смог бы стать. Так что Клинт злился только на себя. Пойти в зал с самого утра и побить грушу, чтобы выпустить пар, казалось хорошей идей – пока он не столкнулся там с Наташей. – Значит, Барнс, – сделала вывод Романофф, открывая бутылку воды. – Даже странно, всего лишь второй раз за этот месяц. – Замолчи, – рассмеялся Бартон и тут же грустно вздохнул. – Что я могу сделать? – О-о-о, нет, – подняла раскрытые ладони Наташа. – Я не буду давать тебе советы. – Ты же лучший переговорщик штата, – фыркнул он. – Да, – пожала плечами она. – Поэтому если ты решишь взять Джеймса в заложники и потребовать вертолет, чтобы улететь с ним на какой-нибудь райский остров, я уговорю тебя этого не делать. Клинт хмыкнул. Джеймс и Стив, кажется, даже не ссорились ни разу – ну, или просто были взрослыми людьми и понимали, что у них не та работа, на которую могут влиять семейные дрязги. Похищение бы точно не помогло, хотя не то чтобы он собирался. – Нам пора, – заметила Романофф. – Принеси ему кофе, и он наверняка улыбнется. Это, конечно, ерунда, но ведь лучше, чем ничего. Мысль была здравой, и Клинт, наскоро смыв пот и переодевшись, направился к лифту, собираясь спуститься вниз и заглянуть в кофейню напротив. Он нажал кнопку вызова, через несколько мгновений двери кабины разъехались в стороны – и Бартон увидел Стива. – Привет, – улыбнулся тот, державший в руках два стакана кофе, на боку одного из которых черным маркером было написано «Джеймс». – Наверх? – Да, – отозвался Клинт, очень надеясь, что желание провалиться сквозь землю вместе с этим лифтом не читается на его лице слишком отчетливо. Войдя в офис, Бартон и Роджерс застали шумное оживление. – Этой штуки не существует! – горячо уверяла Наташа. – Ради бога, это же всего лишь один из мифов времен холодной войны! – Но в лаборатории определили формулу! – так же пылко спорил с ней Тони. – Что это, по-твоему? – Сто двенадцатый элемент таблицы Менделеева, например! – скрестила руки на груди Романофф. – Что? – наклонила голову к плечу она, когда Старк закатил глаза. – Плотность около двадцати тонн на кубический метр, температура замерзания минус сто пятьдесят градусов Цельсия, ядовитый. Вполне подходит. – Да его стабильные изотопы существуют меньше секунды! – негодующе взмахнул руками Тони. – В чем дело? – поинтересовался Стив. – Понятия не имею, – выгнул бровь Джеймс и, улыбнувшись так, что у Клинта тоскливо заныло где-то под ребрами, забрал у него свой кофе. – Из лаборатории принесли результаты исследования вещества, которое было в ящиках на стройке, – произнес Сэм. – И это все, что я понял. – Тони, – повернулся к взволнованному Старку пытающийся отвлечься Бартон. – Объясни нормально. Что такое? – Вот, – тот протянул ему лист, испещренный значками химических формул. Внизу красным маркером была обведена строчка «RM-20/20». – Это пироантимонат ртути, полученный методом нейтронноактивируемой полимеризации. Ты что-нибудь слышал о красной ртути? Если это действительно она, то в контейнерах целое состояние. Один килограмм может стоить около сотни миллионов долларов. – Наташа? – посмотрел на Романофф Стив. – Красной ртути не существует. В семидесятых годах о ней много говорили, – она пожала плечами. – Якобы советскими химиками был синтезирован многофункциональный токсичный и радиоактивный катализатор, который обладает огромной прочностью, низкой температурой замерзания и чем-то там еще. И якобы на его основе была разработана целая линейка уникальных видов оружия. – И что здесь невозможного? – фыркнул Тони. – За красной ртутью гонялись шпионы всех разведок мира, террористы и прочие заинтересованные, но никому так и не удалось купить настоящий образец, – ответила Наташа. – Скорее всего, слух о синтезе красной ртути был намеренно запущен КГБ, чтобы проверить возможные каналы утечки секретной информации. Ну, и лишний раз попугать весь остальной мир ядерной угрозой, конечно. – Дело в сложности технологии, – раздраженно присел на край стола Старк. – Порошок пироантимоната ртути помещают в шлюз реактора на быстрых нейтронах и обрабатывают мощным нейтронным потоком в течение пятисот часов. Между прочим, такой реактор был на Белоярской атомной станции, под Екатеринбургом, пока там не произошла авария. Он, кажется, собирался что-то сказать, но в этот момент ожила рация: «Требуется поддержка, – сообщила диспетчер, – пересечение Брум–стрит и Уоттс–стрит. Попытка ограбления ювелирного магазина, захват заложников, возможно, есть раненые». Клинт вздохнул. – Принято, – подхватил рацию Стив. – Пятнадцать минут. – Кто грабит магазины в десять часов утра? – проворчал Тони, неохотно откладывая в сторону документы из лаборатории. О том, что ранними пташками оказались некий латиноамериканец Карлос и три его приятеля, Клинт узнал, уже лежа в обнимку с винтовкой на крыше магазина одежды через дорогу от захваченного ювелирного – очень удачно высотой в два этажа и с почти плоской крышей, обнесенной кирпичным парапетом. В трех метрах от Бартона устроился Джеймс. – Внешние стекла магазина ударопрочные, поэтому мы не рискнули стрелять из-за угрозы рикошета, – приглушенно услышал Бартон голос капитана местного полицейского участка, разговаривавшего со Стивом, Броком и остальными внизу. – Внутри трое работников магазина и двое покупателей. Преступников четверо, с автоматическим оружием и без масок. Камеры вырубили. – Думали, что это будет быстро и просто, – произнесла Наташа, сидевшая со спутниковым телефоном в руках на подножке фургона. – По ориентировкам, – продолжил он, – эта же компания ограбила несколько ломбардов в Южном Квинсе. Видимо, решили, что готовы к серьезному делу. – И что-то пошло не так, – хмыкнул Джеймс и посмотрел на Клинта. Тот приподнял голову и коротко улыбнулся ему. – Бартон, – позвал Стив. – Есть обзор? Клинт приник к оптическому прицелу: – Вижу двоих. – Заложники у стены справа от входа, за второй витриной, – добавил Барнс, осмотрев другой угол помещения. – Есть раненый. Девушка. – Тони, – Роджерс внизу повернулся к Старку, – мне нужна связь. – Почти, – отозвался тот, не поднимая головы от ноутбука. – Я взломал блокировку стационарной линии, так что мы сможем записать разговор и замкнуть внутренний телефон только на себя. Сейчас… Есть. Под его диктовку Наташа набрала номер магазина. Несколько гудков никто не брал трубку, а потом послышалось настороженное: – Какого хрена? – Привет, Карлос, – ответила Романофф. – Полиция Нью-Йорка. – Она сама виновата, ясно? – повысил голос тот. – Нечего было лезть к сигнализации, никто бы не пострадал! – Хорошо, Карлос, – прежним спокойным голосом продолжила Наташа. – Я тебя поняла, мы во всем разберемся. Чего ты хочешь? – Нам нужна тачка, – буркнул Карлос после паузы. – И сто штук наличными, непомеченными купюрами. – Ладно, – согласилась Романофф. – Ты же понимаешь, на это потребуется время. Хочешь ускорить процесс – отпусти девушку, ей требуется медицинская помощь. – Нет, – агрессивно возразил он. – Сначала машина. Клинт услышал недовольный выдох Джеймса. Тот прекрасно видел говорившего по телефону парня, но ему оставалось только наблюдать. – У тебя пушка, Карлос, – заметила Наташа. – Ты босс, расслабься. Если девушка умрет, все станет гораздо сложней. Не хочешь светиться сам – пусть ее выведет кто-то из коллег. – Пошли вы! – рявкнул он. Романофф посмотрела на Стива и отрицательно покачала головой. Клинт нахмурился. Это означало, что, скорее всего, ничего не выйдет, и ситуацию не удастся разрешить мирным путем. – Рамлоу, группу к черному входу, – произнес Роджерс. – Заходим по команде. Барнс, Бартон, готовность номер один, без приказа не стрелять. В этот момент в магазине Карлос швырнул телефон в стену, схватил одну из девушек и потащил с собой к входу. – Стив! Наш парень сорвался, – предупредил Джеймс. – Движется к дверям с заложницей. – Понял, – отозвался Роджерс. Наташа одним слитным движением положила телефон, подхватила «М4» и прижалась к краю фургона, беря вход в магазин на прицел. Сэм быстро переместился за ближайшую полицейскую машину и замер на позиции, тоже готовый стрелять. Тони потянулся было к пистолету в набедренной кобуре, но Стив остановил его запрещающим жестом. Через мгновение он шагнул вперед и, когда Карлос, вооруженный короткоствольным автоматом, появился за стеклянными дверями, чуть приподнял руки, демонстрируя, что не собирается стрелять. Тот, похоже, не ожидал ничего подобного. В растерянности он направил было оружие на Роджерса, но заложница тут же рванулась в сторону, пытаясь освободиться, и он снова ткнул дуло автомата ей под ребра. – Где моя машина?! – с отчетливо слышимой начинающейся истерикой в голосе крикнул Карлос и толкнул девушку с такой силой, что она отлетела к стене. – Я ее пристрелю! – Группа два, – тихо проговорил Стив. – Вперед. Не привлекающим внимания жестом он опустил ладонь, сжатую в кулак, за спину и выпрямил сначала указательный и средний пальцы, а после – большой. – Принято, – Джеймс двинулся, подаваясь чуть вперед и плотней прижимая приклад к плечу, и посмотрел на Клинта. Тот кивнул ему и негромко произнес: – Один… На «два» Барнс нажал на курок, на «три» выстрелил сам Бартон. Стекло в ювелирном магазине, может, и было ударопрочным, но против двести двадцать третьего калибра выстояло бы разве что бронированное. Выстрел Джеймса обрушил его, пуля Клинта вошла в лоб Карлоса чуть выше переносицы. Стив, Наташа и Сэм кинулись в здание магазина, присоединяясь к группе Рамлоу. Все было закончено меньше чем через пять минут. Барнс поднялся, Бартон встал следом за ним и наклонился за винтовкой. В следующую секунду позади раздался сухой хлопок и тут же – сдавленный то ли вскрик, то ли выдох. Клинт рывком обернулся и, внутренне замерев от ужаса, увидел лежащего Джеймса. Он бросился к нему, осторожно приподнял и быстро оттащил за широкую трубу вентиляционного выхода, опасаясь, что стрельба продолжится, однако новых выстрелов не последовало. Бартон окинул непонимающе моргнувшего Барнса испуганным, но внимательным взглядом, увидел пулю, расплющившуюся о бронежилет чуть ниже лопатки с правой стороны – и, кажется, только после этого снова начал дышать. Чувство облегчения на несколько замерших в пространстве и времени секунд заслонило собой все. – Господи, ты жив… – выдохнул Клинт, не слыша ни взволнованного Стива в наушниках, спрашивающего, что случилось, ни голоса собственного разума. Обхватив лицо Джеймса ладонями, он скользнул пальцами по его скулам и, склонившись над ним, коснулся его губ своими. Утро не задалось. «У вашего друга легкая травма межреберных мышц, я полагаю, – произнес на записи голос, искаженный преобразователем. – Считайте это предупреждением. Вы взяли со стройплощадки на Риверсайд кое-что, что лучше было не трогать. Верните – и больше никто не пострадает». – Можно отследить звонок? – спросил нахмурившийся Стив. – Скорее всего, нет, – с досадой качнул головой Тони. – Слишком быстро. Мрачный Бартон сидел на столе, подобрав под себя ногу, рядом с напряженно молчавшей Наташей и перекатывал из ладони в ладонь мячик-антистресс, борясь с клокочущей внутри злостью. Это сообщение он обнаружил на своем автоответчике меньше часа назад, когда вышел из душа. – Я поработаю над записью вместе с аналитиками, – продолжил Старк. – Возможно, удастся вычленить шумы на заднем плане. – Как Джеймс? – сочувствующе опустил ладонь на плечо Стиву Сэм. – В порядке, – кивнул тот. – На всякий случай проведет дома пару дней, хоть он и не в восторге от этого. В дверь коротко постучали, и порог переступила Хилл, а за ней вошел мужчина в строгом костюме. – Это агент Коулсон, – представила его Мария. – И ему есть что вам сказать. – Агент чего? – неприветливо поинтересовался Бартон. – Щ.И.Т.а, – спокойно улыбнулся тот и продемонстрировал открытое удостоверение. – Мы забираем контейнеры, которые вы нашли, их перевезут в надежное хранилище. – Это же красная ртуть, да? – оживился Тони. – Предположительно, – не дал прямого ответа Коулсон. – Пока это высокотоксичное вещество невыясненного происхождения. Дело переходит под нашу юрисдикцию. Поскольку вам угрожали, на время расследования вы, разумеется, отстраняетесь от работы. Считайте это отпуском. С поправкой на то, что за вами будут приглядывать агенты Щ.И.Т.а. – В смысле, следить? – предпочел назвать все своими именами Роджерс. – В смысле, обеспечивать вашу безопасность. Это вынужденная мера, и я прошу вас отнестись с пониманием. – А если нет? – накрутила рыжий локон на палец Наташа. – Ну, есть и другой способ вас защитить, – непринужденно скрестил руки на груди Коулсон. – Например, арестовать за неподчинение прямому приказу и посадить под домашний арест, пока все не закончится. – Они согласны на первый вариант, – заверила его Хилл. – И они сейчас же с удовольствием разойдутся по домам. Я права? – повернулась она к Стиву и остальным. – Ага, – пружиняще спрыгнула со стола Романофф. – Расходимся, – подтвердил Роджерс. Клинт, скептично фыркнув, поднялся. Попрощавшись со всеми, он отправился к себе, собираясь с чистой совестью проспать полдня – и до последнего оттянуть необходимость показаться на глаза Джеймсу и как-то объяснить свою выходку. Однако его планам не суждено было осуществиться: Барнса он увидел гораздо раньше, чем рассчитывал – уже въезжая на парковку возле дома. Тот стоял, прислонившись к своей машине, и вряд ли можно было надеяться, что он ждал здесь кого-то другого. Клинт припарковался, сделал глубокий вдох, пока заглушал двигатель, и, распахнув водительскую дверцу, улыбнулся: – Привет. – Привет, – улыбнулся в ответ Джеймс. – Дело забрал Щ.И.Т., – поделился новостями Бартон, выбираясь из салона и отчаянно пытаясь успокоить свое колотящееся сердце. – Так что мы все в отпуске. – Клинт, я… – шагнул ближе к нему Барнс, тоже выглядящий взволнованным. – Я должен спросить… – Что? – посмотрел на него Бартон, догадываясь, что и так знает ответ. – Я не уверен, что мне не приснилось или просто не привиделось, – потер лоб тот. – Ты… поцеловал меня? Клинт и сам не знал, откуда у него взялись силы на то, чтобы спокойно поднять взгляд. – Я никогда не встану между тобой и Стивом, – произнес он. Джеймс нахмурился, словно не мог собраться с мыслями или вообще не понял, что он имеет в виду. Напряженное молчание затягивалось, и Бартон успел пару сотен раз пожалеть, что просто не сказал «нет», когда Барнс все же заговорил, удивленно и недоумевающе: – Между мной и Стивом ничего нет. И никогда не было. – Что? – неверяще переспросил Клинт. От ощущения, будто мир на мгновение скакнул с ног на голову и так и завис, не собираясь возвращаться в нормальное положение, у него кружилась голова. – Мы выросли вместе, – слегка растерянно произнес Джеймс. – Стив мне как брат. – Вы же не расстаетесь ни на секунду… – проговорил, все еще боясь поверить, Бартон. – И вместе живете… – Ты в курсе, сколько стоит аренда жилья на Манхеттене? – фыркнул Барнс. – И, серьезно, ты правда не знаешь, что Стив встречается с капитаном Хилл уже пару месяцев? – Боже, – выдохнул Клинт, помолчал несколько секунд, пытаясь придумать что-нибудь, чтобы сохранить остатки чувства собственного достоинства, но все же сдался. – Я… Не знаю, что тебе сказать. – Я просто спрошу снова, – облегчил ему задачу Джеймс и подошел ближе. – Ты поцеловал меня? Они стояли почти вплотную друг к другу, и это было слишком – особенно теперь, когда Бартон больше не был уверен, что все безнадежно. Поэтому вместо ответа он подхватил Барнса ладонью под затылок, притянул к себе и прижался губами к его губам. Джеймс замер. Несколько мгновений он не двигался, и Клинт уже готов был отстраниться, но еще через секунду Барнс отмер – скользнул пальцами по его спине, сминая ткань рубашки, и чуть наклонил голову, чутко подстраиваясь, уколол щетиной. Бартон улыбнулся в поцелуй и сделал то, о чем мечтал с того момента, как увидел Джеймса на стрельбище в Куантико: потянул с его волос резинку и запустил ладонь в рассыпавшиеся пряди. – Что если мы пропустим конфетно-букетный период? – хрипло выдохнул Барнс ему в губы. Клинт многообещающе вскинул брови, взял его за руку и повел за собой. Цепляясь за остатки здравого смысла, они умудрились сдержаться и не наброситься друг на друга прямо в лифте, но это было все, на что их хватило. Едва оказавшись за порогом квартиры, Джеймс пинком закрыл дверь и прижал к ней Бартона, вклинился коленом между его бедер и снова поцеловал – крепко, нестерпимо хорошо и сладко, так, словно не только Клинт хотел этого всю жизнь и вот, наконец, дорвался. – Скажи мне, что это не просто всплеск адреналина после вчерашнего выстрела, – прерываясь на то, чтобы стащить куртку с плеч Джеймса, проговорил Бартон. – Нет, – торопливо выпутался из рукавов тот, – это шесть лет намеков, которые ты упорно игнорировал, – он приник к шее Клинта, горячо лаская губами. – Знал бы, что всего-то и нужно подставиться под пулю, сделал бы это раньше. «Не смей», – хотел было возмутиться тот, но Барнс зашарил жесткими ладонями по его груди и бокам, забираясь под одежду, и Клинта накрыло одуряющим чувством вседозволенности. Бедром он отчетливо ощущал, что Джеймс заводится так же быстро, как он сам, и это смяло остатки его самоконтроля. Он притянул Барнса к себе, судорожно гладя везде, куда мог дотянуться, стараясь только не касаться его спины под правой лопаткой. Он все еще едва верил, что это происходит на самом деле, но телу до его сомнений не было никакого дела – руки будто действовали сами по себе, и он трогал Джеймса так уверенно, будто делал это не первый раз в жизни. Отлепившись от двери, не прекращая целовать, Клинт потянул его к спальне, однако несколько метров через гостиную, очевидно, показались Барнсу слишком большим расстоянием. Спотыкаясь и на ходу расстегивая ремень джинсов Бартона, он повернул вместе с ним к дивану. Клинт рухнул на пыльные подушки первым, затянул Джеймса на себя, и мгновение они смотрели друг на друга, задыхающиеся и взмокшие. Он заправил волосы Барнса ему за уши и вглядывался в его лицо, пытаясь впитать, запомнить все до последней детали – тонкие нижние ресницы, морщинки в уголках глаз, серые прожилки в голубой радужке, алые влажные губы. Джеймс, не сводя с него взгляда, потянул в стороны полы его рубашки, неаккуратно, но пуговицы выдержали, одна за другой выскользнув из петель. Клинт приподнялся, сам избавляясь от рубашки, и он, воспользовавшись паузой, нетерпеливо стянул майку. Бартон тут же беззастенчиво, жадно огладил литые мышцы его живота, грудь, маленькие острые соски. Барнс выдохнул, жмурясь, и, для равновесия упираясь одной рукой в диван, другой расстегнул джинсы. Клинт стянул их ему под ягодицы, подцепив вместе с резинкой белья, и Джеймс неловко повернулся, спуская неподатливую ткань ниже, до лодыжек, и снимая совсем. Бартон приподнял бедра, раздеваясь тоже, схватил его ладонь и потянул вниз, шумно втягивая воздух и запрокидывая голову, когда Барнс обхватил оба члена. Воздух в комнате стал обжигающе горячим, душным, путающим сознание. Клинт посмотрел на Джеймса поплывшим взглядом, наткнулся почти на такой же – темный, властный, и выдохнул низкий, гортанный стон. Он накрыл руку Барнса своей, заставляя двигаться быстрее, не понимая, что сводит его с ума сильней – их соприкосновение или то, как пальцы Джеймса то и дело натыкались на его собственные. Этого было недостаточно, совсем, а Клинт не желал терять больше ни секунды, даже прелюдии не хотелось – он и так ждал слишком долго. Сунув руку между подушками, он выудил начатый тюбик смазки и протянул его Барнсу. – Ты это спланировал? – хмыкнул Джеймс. – Да если бы, – усмехнулся в ответ Бартон. – О, – Барнс прикусил нижнюю губу и щелкнул пластиковой крышкой. – Значит, этот диван периодически участвует в чем-то интересном? – Время от времени, – коварно улыбнулся Клинт, снова притягивая его к себе и целуя. О том, что иногда он прямо в процессе представлял, как все могло бы быть с Джеймсом, Бартон предпочел промолчать. Он вжался в Барнса всем телом и податливо выгнулся в спине, хватаясь за твердые плечи, когда тот принялся неторопливо раскрывать его для себя. Джеймс коротко, но сильно толкнулся пальцами, еще и еще, и у Бартона перехватило дыхание. В висках стучала кровь, лицо и шея горели, а по спине к паху все ощутимей стекало предвкушение. Клинт уперся затылком в подлокотник дивана, постанывая и теряясь в ощущениях. Он уже готов был попросить чересчур осторожничавшего Джеймса поторопиться, когда тот, наконец, потянул его к себе за бедра и медленно скользнул внутрь, раскрыл головкой, преодолевая легкое рефлекторное сопротивление мышц. Он замер на полпути, а потом втолкнулся до конца, жестко и резко, так, что вскинувшийся Бартон зашелся в протяжном стоне и крепче стиснул его бедра ногами. Барнс выдохнул, наклонился, прижимаясь лбом ко лбу Клинта, и начал двигаться, каким-то образом почти идеально угадывая, замедлиться, ускориться, поменять угол или толкнуться глубже. Это было так хорошо, что Бартон не мог заставить себя заткнуться, после каждого судорожного вдоха выдыхая вскрики и всхлипы. Жаркие волны подступающего удовольствия накрывали его одна за другой – и пожалуй, больше всего остального дело было в одном только осознании, что Джеймс с ним. Перед глазами плыло, мокрые ресницы слипались. Клинт едва успел прикоснуться к себе, как его смело оргазмом – быстрым, мощным и ошеломительным. Он неконтролируемо сжался и почти не почувствовал, как Барнс крупно вздрогнул всем телом в его руках. Утро не задалось. Даже несмотря на то, что проснулся Бартон, когда Джеймс, мокрый после душа, плюхнулся рядом с ним и трогательно поцеловал его в нос. – Привет, – Клинт скользнул ладонью по его влажным волосам. – В твоем холодильнике только пиво и острый соус, – приподнялся на локтях Барнс. – Хочешь, я спущусь за кофе и пончиками? Или давай сходим куда-нибудь позавтракать, раз уж мы в отпуске. Бартон замер на миг – осознание, что Джеймс пытается заботиться о нем, что он не станет делать вид, будто ничего не было и ничего не изменилось, ударило под дых и вышибло воздух из легких. Клинт потянулся к нему, обнял и ткнулся в твердое плечо, а потом поднял голову и поцеловал нежную складку его века. От уголка глаза он спустился по скуле невесомыми поцелуями и наконец накрыл губами губы Барнса, мягко размыкая их. Все испортил телефонный звонок. Бартон не стал бы отвечать, но на дисплее высветился номер Старка, а значит, это было важно. – Тони, – произнес Клинт. – Привет, – отозвался тот, явно чем-то взбудораженный. – Сможешь приехать сейчас ко мне? – Конечно, – Бартон сел. – Что-то случилось? – Я не уверен, что Щ.И.Т. нас не слушает, – поделился опасениями Старк. – Поэтому просто приезжай. Ну, в смысле вы оба. – Что? – удивленно посмотрел Клинт на Барнса. – Ты и Джеймс, – терпеливо объяснил Тони. – Ой, да брось, я отслеживаю ваши телефоны. – Эм… – растерялся Бартон. – Да, скоро будем. Он положил трубку, со вздохом откинул одеяло и вытащил «Глок» из ящика прикроватной тумбочки. – Что, завтракать придется по пути? – догадался Джеймс. Они отъехали от дома Клинта уже минут через десять. Темный автомобиль с логотипом Щ.И.Т.а на передних боковых дверцах не скрываясь вырулил со стоянки и направился за ними. – Я что-то пропустил? – поинтересовался Барнс. – Немного, – кивнул Бартон. – Вчера утром на моем автоответчике оставили сообщение с предложением вернуть контейнеры туда, где мы их нашли, пока не пострадал кто-то еще. Поэтому Щ.И.Т. вроде как обеспечивает нашу безопасность. Когда они добрались, дверь квартиры Тони открыла Мария. – Капитан Хилл, – на автомате поприветствовал ее Клинт. – Ты не на службе, – она посторонилась, давая им обоим войти, – так что расслабься. – А… – начал было Джеймс. – А я – да, – ответила Мария, набирая номер, и предупредила, прижав телефон плечом к уху, – и никто из вас меня здесь не видел. Бартон кивнул, прошел в гостиную, где, кроме Старка, обнаружились Наташа и Сэм, и спросил: – Получилось отследить звонок? – Нет, как я и предполагал, – качнул головой Тони. – Но я почистил запись, – он раскрыл ноутбук у себя на коленях, – убрал шумы, усилил фоновые звуки – и вот что нашел. Он нажал значок воспроизведения, и из динамиков раздался отдаленный и будто дублирующийся звук проезжающего поезда. – Железная дорога? – предположил Уилсон. – Почти, – сверкнул довольной улыбкой Старк. – Здесь девяносто пять децибел. Я знаю только одно место в городе, которое производит такой уровень шума. – Метро, – посмотрел на него Джеймс. – Точно. – А этот второй звук? – обратила внимание Наташа. – Не похоже на эхо. – Думаю, это экспресс-поезд, движущийся одновременно с локальным, – предположил Тони. – В метро Нью-Йорка четыреста с лишним станций, – заметила Мария, снова пытавшаяся кому-то дозвониться. – Четыреста двадцать две, – уточнил он. – Но только три имеют отдельную платформу для экспресс-поездов. – Тот, кто звонил, был в метро? – не понял Барнс. – Можно проверить записи с камер на этих трех станциях и прогнать по базе всех, кто говорил по телефону около восьми утра. Но там же будут сотни людей, чем нам это поможет? – Ничем, – согласился Тони. – Тот, кто звонил Клинту, был не в метро, а поблизости от него – звук поездов слышен слишком далеко. Но я выяснил еще кое-что. Помните, после урагана «Сэнди» внешнее кольцо старой станции Саут-Ферри было временно возвращено в строй, пока новая станция реставрировалась, а потом снова благополучно закрылось? Угадайте, кто в прошлом месяце купил там несколько помещений вместе со служебным входом, – он сделал паузу. – Семейство Максимофф. – Не похоже на совпадение, – напряженно усмехнулся Сэм. – Но… – непонимающе опустила телефон Хилл, – Стив чуть больше часа назад уехал к Ванде. Она позвонила ему, попросила приехать. Она была напугана, ей казалось, в дом кто-то проник, и он, естественно, помчался ее спасать, – Мария со вздохом помассировала переносицу. – Я уже минут двадцать пытаюсь до него дозвониться, но телефон отключен. – Вот черт… - запустил руку в волосы Старк. – Я знаю, у кого можно спросить, где он, – произнес Клинт и решительно направился к выходу. – Если ты имеешь в виду ребят в костюмах, припарковавшихся прямо под окнами, то я иду с тобой, – поднялась вслед за ним Наташа. – И говорить буду я. – Почему это? – фыркнул Бартон, вызывая лифт. – Ты же сам сказал, – наклонила голову к плечу она. – Я лучший переговорщик штата. Лифт поднялся на их этаж, и они вошли в открывшуюся кабину. – Неужели свершилось? – заговорщически улыбнулась Романофф и нажала кнопку первого этажа. – О чем ты? – попытался, но не смог удержать улыбку Клинт. – Да вы оба только что не светитесь! Бартон не успел ответить – лифт остановился, и они отправились на парковку. Романофф подошла к машине Щ.И.Т.а и постучала костяшками пальцев в затемненное окно. Стекло опустилось, и на нее удивленно посмотрели два агента. – Привет, – улыбнулась им она. – Не могли бы вы уточнить, где сейчас находятся ваши коллеги, следящие за Стивом Роджерсом? – раньше, чем ей возразили бы, Наташа продолжила. – Его телефон отключен, и если что-то случилось, они тоже могут быть в опасности. Бартон, оставшийся чуть позади, даже застыл, гадая, сработает ли это. Один из агентов помедлил еще секунду, а потом потянулся к рации. – «Чарли три» «Чарли один», – произнес он. – Сообщите ваше местоположение. Ответа не последовало. – «Чарли три» «Чарли один», – повторил агент. – Ответьте. – Думаю, вам стоит доложить об этом, – заметила Романофф, повернулась к Клинту и кивнула ему обратно на дом. Машина Щ.И.Т.а позади них развернулась и уехала. Едва они вернулись к Тони, сотовый в кармане Бартона завибрировал. Номер на дисплее не определялся. – Включи громкую связь, – насторожился Старк. – Мистер Бартон, – раздался измененный преобразователем голос, когда Клинт ответил на звонок. – Я дал вам возможность решить проблему мирным путем. Вы ей не воспользовались. – Улики нельзя просто забрать со склада, – заметил Бартон. – Вам придется придумать способ, – произнес его собеседник, – если только вы, конечно, не хотите побывать на похоронах мистера Роджерса, а потом еще кого-нибудь из своих коллег. Принесите содержимое контейнеров на шестой этаж стройплощадки на углу Риверсайд и сто двадцать девятой. – На это нужно время. – У вас три часа. Приходите один. – Но… – попытался было возразить Клинт, однако в трубке послышались короткие гудки. Он поднял голову и озадаченно посмотрел на остальных. Первым очнулся Тони, сообразивший: – Невозможно определить подлинность красной ртути без химического и элементного анализа, а их не сделаешь на коленке в кустарных условиях. Значит, у того, кому она нужна, непосредственно при передаче не будет других вариантов, кроме как просто посмотреть на слитки в колбах. – Можешь соорудить подделку? – догадалась Хилл. – Да, - подтвердил он. – Мне понадобится около двух часов и доступ в лабораторию. – Будет, – кивнула Мария. – Имеет смысл проверить станцию Саут-Ферри, – предположил Сэм. – Если в первый раз звонили оттуда, там может быть что-то важное. – Поехали, – первой шагнула к выходу Наташа, – до нее добираться минут сорок без пробок. Служебный вход закрытой станции метро с первого взгляда, когда они выбрались из машины Клинта и подошли ближе, казался заброшенным – решетка проржавела и заросла плющом, а лестница, ведущая к ней, была засыпана мусором. Однако замок на решетке явно заменили совсем недавно, хоть и присыпали пылью, чтобы не бросался в глаза. Стрелять посреди даунтауна явно не было лучшим решением, но другого Бартон не придумал и потянулся к «Глоку», вопреки всем правилам безопасности сунутому за ремень джинсов сзади. – Лезть напролом интересней, да? – Наташа отодвинула его в сторону и спустилась по лестнице, на ходу доставая из кармана куртки отмычку. – Что? – хмыкнула она в ответ на недоумевающие взгляды. – В моей квартире постоянно заедает замок. Решетка открылась с натужным скрипом, распугав голубей, устроившихся на бетонном козырьке. За ней начинался широкий темный коридор, раздваивавшийся через несколько метров и тонувший в кромешном мраке. – Так… – Уилсон посветил фонариком на старую схему метро на облупившейся стене. – Это были выходы с двух платформ, так что впереди они соединяются. – Разделимся? Джеймс хлопнул Клинта по плечу и кивнул налево. Романофф, вставляя пластиковую раковину наушника в ухо, снисходительно улыбнулась им и пошла за Сэмом направо. – Мы вытащим Стива, – пообещал Бартон через несколько шагов. – Я знаю, – благодарно улыбнулся обернувшийся к нему Барнс. – Красная ртуть стоит полтора миллиарда долларов, слишком дорого, чтобы рисковать сделкой. И эта парочка не причинит Стиву вреда. Они как Карлос и его дружки – думают, что все будет быстро и легко, а на самом деле понятия не имеют, во что влезли. – И рискуют закончить так же, – услышали они голос Наташи в наушниках. Узкий луч света выхватывал из темноты ветхие коммуникационные трубы, обвалившуюся плитку и суматошно разбегавшихся крыс, но Клинта куда больше волновали широкая спина и узкие бедра Джеймса впереди. Теперь он знал, что под тканью футболки скрываются темная плотная гематома под правой лопаткой, тонкий росчерк шрама на левом плече и ямочки на пояснице, а ниже… – Клинт, – кашлянул притормозивший Барнс, привлекая его внимание, и перешел на шепот. – Я рад, что тебе нравится моя задница, это очень мило, но не мог бы ты светить чуть повыше? Я ничего не вижу. – Прости, – рассмеялся спохватившийся Бартон. – О господи, – безнадежно простонал в наушниках Сэм. – А я-то думал, мне показалось, когда вы пришли чуть ли не под ручку. За разговором, пытаясь ни на кого и ни на что не наступить, Клинт чуть не пропустил приоткрытую служебную дверь. Он взглянул на Джеймса, тот кивнул и отступил в сторону. Бартон осторожно открыл дверь шире рукояткой фонарика – внутри было пусто. Просто на всякий случай, уже разворачиваясь к выходу, он бросил взгляд на потолок – и замер. Барнс за его спиной судорожно выдохнул. Сверху, вдоль толстых электрокабелей, были установлены блоки взрывчатки. Они соединялись друг с другом промежуточными детонаторами и тянулись дальше, уходя в технический воздуховод в углу стены. – Парни… – произнесла Наташа. – У нас тут… – Да, – севшим голосом отозвался Джеймс. – У нас тоже. – Вижу дистанционный взрыватель с радиоантенной, – сообщил Сэм. – Скорее всего, активируется звонком с сотового телефона. – Но судя по тому, что не реагирует на звонки пассажиров соседней станции и людей, гуляющих сверху по Манхеттену, завязан на конкретный номер, – сделал вывод Клинт. – Если тут рванет, провалится весь Бродвей, – заметил Барнс. – Видимо, так они и заставили Стива пойти с ними. – Бартон, – произнесла Наташа, – если у тебя в багажнике не завалялся радиочастотный блокиратор, то у нас проблемы, и нам явно нужен Тони. – У нас проблемы, – согласился Клинт. Они двинулись обратно. Подходя к лестнице, он набрал номер Старка. – Мне нужно еще часа полтора, – произнес тот, когда взял трубку. – Покрыть молибденовые колбы красной пленкой оказалось не так-то просто, но гораздо проще, чем достать пятнадцать килограмм обычной ртути так, чтобы не узнал никто, а особенно Щ.И.Т. – Захвати глушилку, – сказал Бартон. – Что там у вас? – вздохнул Тони. – Много взрывчатки с дистанционным детонатором в тоннеле метро. По запаху я бы сказал, это семтекс. – Я постараюсь побыстрее, – пообещал Старк, добавил, – не делайте ничего! – и отключился. Клинт, осторожно переступая по пыльным ступенькам, поднялся на шестой этаж стройплощадки. Пьетро он увидел сразу – тот стоял у края плиты, там, где был сам Бартон, когда Тони обнаружил подозрительные ящики. – Забавно, – произнес Клинт. – Я смотрел на тебя в участке и думал, что ты не похож на преступника. – Где ртуть? – спросил тот. Бартон кивнул на черную сумку в своей руке. – Опусти и отойди назад, – потребовал Пьетро. – Нет, – отказался Клинт. – Сначала скажи, где Стив. – Двумя этажами ниже, – отмахнулся Максимофф. – Дай сюда. – Ты спустишься со мной на четвертый этаж, я заберу Стива – и сумка твоя. – Опусти, – раздался позади Бартона женский голос, и в затылок ему уперлось холодное дуло пистолета. – Ванда, – вздохнул он. – Ты не знаешь, что вы творите… – Бросай! – настойчивей произнесла она и вжала ствол сильней. Бартон осторожно положил сумку на пол и приподнял руки. Пьетро, насколько он видел, не был вооружен. Ванда вряд ли всерьез собиралась нажать на курок и, к тому же, не заметила «Глок» под курткой Клинта. Преимущество было на его стороне – он мог бы рывком уйти вниз, выхватить у нее пистолет и взять ее на прицел. Но где-нибудь поблизости мог быть снайпер, как случилось возле ювелирного магазина, поэтому Бартон не торопился. Ванда осторожно обошла его, продолжая держать на мушке. Поднять сумку у нее не вышло, и она просто оттащила ее немного в сторону, а потом открыла, осмотрела содержимое и кивнула брату. – Что теперь? – спросил Бартон. – Ты и правда думаешь, будто можно просто уйти с пятнадцатью килограммами вещества, которым заинтересовался Щ.И.Т.? – А почему нет? – коротко развел руками Пьетро. – Завтра все только и будут говорить, что о взрыве, уничтожившем Бродвей. Ну, и о виновной во всем спецгруппе полиции Нью-Йорка. – Что? – нахмурился Клинт. – Ваш командир, Стив Роджерс, узнал, сколько может стоить красная ртуть, которую вы совершенно случайно обнаружили на строительной площадке, – усмехнулся Максимофф. – И поделился информацией с вами, мистер Бартон. Вы вместе нашли покупателя, выкрали ртуть, – он показал взглядом на сумку, – со склада улик, убили двоих агентов Щ.И.Т.а, которые за вами следили… А потом решили подставить меня и мою сестру, потому что мы были в начале списка подозреваемых по этому делу. Остальная часть команды была не в курсе ваших намерений и искренне полагала, что спасает похищенного Стива. – Бред, – спокойно проговорил Бартон. – Чем безумней история, тем охотней в нее верят, – заметила Ванда. – Особенно если не будет никого, кто мог бы рассказать, как все было на самом деле. Клинт вопросительно посмотрел на нее. – У нас осталось немного взрывчатки, – произнес Пьетро и посмотрел на часы. – Никому не двигаться! – внезапно раздались с лестницы крики и топот. – Щ.И.Т.! Поднять руки! Все произошло в одно мгновение. Бартон дернулся в сторону, уходя с линии огня. Ванда нажала на курок, ближайший из агентов Щ.И.Т.а выстрелил в ответ. Пьетро успел отпихнуть сестру в сторону. Клинт увидел, как пуля попала ему в грудь и прошла навылет. Максимофф пошатнулся на краю плиты, потерял равновесие – и рухнул с высоты шести этажей. Агенты бросились к Ванде, а Клинт помчался вниз. Стив действительно был на четвертом этаже, и Бартон почти не удивился, увидев его привязанным скотчем к стулу и со взрывчаткой на коленях. На таймере оставалось тридцать секунд. – Дистанционное управление, – произнес Роджерс. – Второй детонатор в замыкающей цепи, но деактивировать некогда. – Я не успею связаться с саперами, – бросил Клинт, опускаясь на колени и рассматривая устройство. К таймеру вели несколько перекрученных проводов. Он вытащил складной нож. – Какой резать? – Понятия не имею, – со смешком запрокинул голову Стив. – Но если ошибешься, никто, кроме нас, не пострадает – здесь мало для серьезных разрушений. Таймер показывал десять секунд. Бартон посмотрел на провода еще раз, выругался сквозь стиснутые зубы – и подцепил лезвием ножа все. Он зажмурился, инстинктивно чуть наклонил голову… – Не выражайся, – произнес Роджерс. Клинт нерешительно открыл глаза – таймер отключился на четырех секундах. Он шумно выдохнул, сел на пол, прислонившись к стулу, и потянулся разрезать скотч. Его руки заметно дрожали. Миг спустя вбежавший на этаж Джеймс кинулся к освободившемуся Стиву, стиснул в объятиях и, глядя поверх его плеча, улыбнулся Бартону. – И почему с вами, парни, вечно одни неприятности? – вздохнул Рамлоу, вместе с группой поднявшийся следом за ним. Утро было добрым. Его не портили ни предстоящая встреча с агентом Коулсоном, которая, скорее всего, должна была закончиться как минимум дисциплинарным взысканием, ни сообщение на автоответчике от Ванды Максимофф, в котором она обещала отомстить за смерть брата. Припарковавшись на стоянке у Департамента полиции Нью-Йорка и заглушив двигатель, Клинт притянул Джеймса к себе и прижался к его губам своими. – Все будет в порядке, – улыбнулся в поцелуе тот. – А даже если не будет – плевать. Бартон рассмеялся в ответ. В офис они вошли последними, но успели за полминуты до появления Коулсона. – Ванда Максимофф исчезла, – произнес он, едва переступив порог. – Деньги со всех семейных счетов – тоже. Впрочем, мы объявили ее в международный розыск, так что вряд ли ей удастся скрываться долго. Установить покупателя, которому они с братом собирались продать красную ртуть, не удалось – в том числе, должен заметить, и из-за вашего несанкционированного вмешательства в операцию. – Я обращаю ваше внимание… – начал было Стив. – Но, – не дал перебить себя агент Коулсон, – принятые вами меры были своевременны, адекватны сложившейся ситуации и помогли избежать жертв среди мирного населения. – И? – уточнила Хилл. – Вы молодцы, – пожал плечами он. – Продолжайте работать. Клинт и Джеймс переглянулись. «Требуется поддержка, – зашуршал голос диспетчера по рации, – перестрелка на Гудзонривер Гринуэй, в районе пирса номер сорок пять». Бартон потянулся за курткой. Строчка «Special Weapons And Tactics» под логотипом полиции Нью–Йорка блеснула в электрическом свете. *угроза взрыва