Но я буду с тобой, несмотря ни на что

«Ты моя Госпожа, я — всего лишь твой слуга…».

x x x

      Мраморные полы дворцовой казны усыпаны золотыми и серебряными монетами, украшениями различных мастей. Кажется, скоро эта кладовая доверху наполнится людским добром. А подданные всё несут и несут последнее, что у них есть. Несут к Её дворцу, грея в сердце мысль о том, что их Госпожа когда-нибудь [никогда не] насытится.       – Быть может, этого хватит, принцесса?       – Народ должен л ю б и т ь своего правителя. Он должен сделать всё, чтобы правитель не усомнился в его преданности. А правитель, в свою очередь, должен сделать так, чтобы народ не усомнился в его верности святому долгу. – она заводит руки за спину, сцепляет их в замок и выпрямляется. Вдох — выдох; вдох — выдох. Светловолосая принцесса направляется в тронный зал. – Мне нужно их доверие и золото. Меньше доверия и больше золота.       Рин хмурится и щёлкает пальцами. Её желание д о л ж н о быть исполнено. Лен склоняет голову и отходит назад. Он о б я з а н исполнять к а ж д у ю её волю. Каждую волю своей [сестры] Госпожи.

x x x

«Маленькой принцессе часто снились сны о прекрасном принце из Ледяной страны. Только вот, к несчастью, из двух он выбрал ту, чьи глаза сияли как яркий изумруд…».

x x x

      – Вы должны… должны…       – Что, моя Госпожа? – Лен вновь стоит перед ней, наблюдая за тем, как раскрасневшаяся Принцесса пытается выговориться.       – Вы должны уничтожить королевство Изумрудов. Сжечь дотла вместе с их принцессой. О н а должна гореть в сердце своего королевства! – Рин б е з у м н а. Её безумие сокрыто в золотых глазах, в плотно сжатых губах, искривляющихся в дьявольской усмешке. Она шепчет, безжалостно отдаёт приказ.       – Но, моя принцесса, Вы не…       – Дотла!       Сердце Лена пропускает удар и рассыпается под её взглядом, сгорает, как через считанные часы сгорит королевство принцессы Изумрудов, которую он … любит/любил? Не больше своей Госпожи, не больше той, что должна зваться его сестрой.

x x x

«Ну же, склонитесь передо мной! Склонитесь! Живо!»

x x x

      Рин улыбается, гладя светлой ладошкой гриву Жозефины. Она взбирается в седло, усаживается в нём по-дамски и смотрит вперёд, далеко-далеко за горизонт. Видит, как на северо-западе яркое пламя раздирает черту между небом и землёй.       – Моя Принцесса, сотни алых роз будет достаточно? – Лен вновь склоняет голову, приветствуя свою Госпожу.       – Пять, пять сотен чайных роз. Мы должны провести эту коронацию так, как никогда раньше. – она улыбается и натягивает поводья, когда видит, как из-за леса идут люди. Несколько человек, в руках которых алые розы. – Кто они?       – Ваши подданные, Принцесса. Вероятно, они хотят отдать вам честь перед предстоящей коронацией.       – Узнаем… – Рин щурится, когда один за другим мужчины подходят к ним. В миг выпрямляется в седле и ждёт. Ждёт, когда маленькой Принцессе объяснят суть своего визита. А они всё бросают розы ей под ноги и смеются, когда Жозефина безжалостно топчет цветы.       – Вас ждёт та же участь, П р и н ц е с с а. Та же, что и Ваших любимых цветов. Цветов зла.       – Какое неуважение! – Рин охает и переводит взгляд на Лена. Он должен расправиться с ними, вздёрнуть их на главной площади перед всеми горожанами и показать, что её власть непоколебима. – Мятежники.

Мятежники, головы которых будут украшать городские улицы.

x x x

«Люди знали твердо, час возмездия настал Командир народу начать подал сигнал…».

x x x

      Замок настолько уязвим, что Рин не может прийти в себя. Она мечется из комнаты в комнату, понимая, что совсем скоро дворец будет захвачен. Придёт час в о з м е з д и я, и ей … ей не выжить?       – Ты должен помочь мне! – она плачет на плече своего слуги, на плече своего главного советника, на плече своего б р а т а.       – Ты моя Госпожа, я всего лишь твой слуга. На подносе хрустальном — и сердце, и душа, Лишь бы т ы улыбалась, Принцесса моя. – его рука покоится на её золотых волосах, на хрупких плечах, которые вздрагивают от ожидания предстоящей расплаты. – Кто за тобой придёт, тот поплатится сполна. С п о л н а. Ты мне веришь, Принцесса?       Рин смотрит на него, смотрит на расплывающееся из-за слёз такое знакомое лицо. Лишь обвивает руками его шею и хочет сказать своё последнее «Верю».       Её последнее «Верю» — это тихий шёпот маленькой девочки, которую с л и ш к о м охватила жажда власти.       Её последнее «Верю» — это светлые глаза, наполненные надеждой.       Её последнее «Верю» — это последний смазанный в памяти поцелуй, наполненный безграничной [сестринской ли?] любовью.       Рин закрывает глаза, и Лен делает то же самое. Они сидят так ещё несколько минут на краю вышитого бархатом кресла.

– Если проклятой небом считают т е б я, в своих венах ношу ту же проклятую кровь…

x x x

«Вот одежда моя, надевай и беги! Поскорей, совсем скоро здесь будут враги. Не волнуйся, что кто-то увидит лицо, Мы с тобой близнецы, нас не различит никто».

x x x

      И она бежит. Бежит, останавливаясь в толпе, на главной площади. После третьего удара колокола она увидит е г о, на своём месте. Е г о, принявшего расплату, уготовленную для его госпожи. «Лишь бы ты улыбалась, Принцесса моя…».       Рин улыбается, когда видит его последний раз.       Рин улыбается, когда вспоминает его тёплые руки.       Рин улыбается, когда палач делает решающий удар.       Рин улыбается… Улыбается…       Рин улыбается, когда наносит с е б е последний удар и вновь видит его золотистые глаза.       Рин улыбается, когда понимает, что больше н и к о г д а не потеряет его.       Рин улыбается, когда Лен обнимает её так крепко, что прошлая жизнь кажется лишь плохим сном.       Рин улыбается… Улыбается…

x x x

«Но я буду с тобой, несмотря ни на что, Даже если весь мир будет против тебя».