Семейные разборки
8 июня 2016 г., 16:40
Примечания:
Простите за эти тыры-пыры, следующая глава вообще шаурмой будет, отвечаю.
Тишина все еще царствовала в помещении. Канеки видел все словно в замедленной съемке: таинственный человек в плаще отпускает веревку, приземляется на пол, Это стоит, еще не осознав того, что личность ее раскрыта.
— А вот и ананасы! — расправил руки в разные стороны человек, который обнажил личину Короля Версуса.
— Да ну блин! — крикнула Это, видно, сильна расстроенная. — А сам-то!
Она быстро развернулась лицом к таинственному человеку и резко побежала к нему.
Сердце Канеки начало биться сильнее, ибо он понял замысел Это — она решила раскрыть его в отместку.
— Смотри, смотри, смотри! — шептал Канеки Тоуке.
— Да я вижу!
И вот Это уже коснулась пальцами капюшона неизвестного, она уже схватилась за него и начала тянуть ткань на себя.
Кену казалось, что его сердце сейчас выпрыгнет, от перевозбуждения он даже схватил свою соседку за руку.
*свет гаснет, свет включается, свет гаснет и вновь включается, камера резко показывает лицо человека в темноте и тут свет показывает его настоящее лицо*
По зданию прошлось эхо удивления.
— Йошимура?! — воскликнули обитатели общаги CCG. Все, кроме Канеки.
— Ну а что, а вдруг? — спросил старый мужчина, обращаясь ко всем сразу, но ни к кому одновременно.
— А где же Ута? — спросил Канеки, нарушая тишину.
— Я здесь, — послышался голос из-за спины.
Канеки обернулся и действительно увидел Уту. Тот стоял, закидывая в рот попкорн.
— А он подумал, что это ты... — сказала Тоука, Канеки немного покраснел, когда Ута недоуменно посмотрел на него.
— Ты просто очень подозрительно вел себя, вот я и... — начал оправдываться Канеки, но его прервал грозный Амон, который прошел между ним и Утой, шепча: "Гребанная семейка! Первый раз на свидании с такой девушкой, а они тут под потолком летают и рэп читают!"
— Но ты сейчас сам зарифмовано сказал, — прошептал Ута, но тут мужчина обернулся и посмотрел на него, словно сейчас убьёт. — Все, все, я молчу!
— Амон, подожди! — за ним следом шла Акира явно взволнованная. — Все же хорошо, я жива, мне почти не больно! Подумаешь, чуть не умерли! В этой жизни надо попробовать все!
Канеки стоял в ужасе. Что же произошло у этой парочки. Но больше этого его интересовало слово, которое случайно обронил Амон: семья.
— Он сказал "семья"... — начал Канеки, но Ута прервал его кивком, обращенным к центру, где была Это и Йошимура.
Парень посмотрел туда и увидел, что девочка пыталась удушить старика своим плащом, крича что-то про ананасы и про то, что он "никудышный отец, портящий карьеру своей самой любимой дочке!"
Канеки очень удивился, узнав это обстоятельство.
— А Йошимура это... — снова начал Канеки, и вновь за него закончил Ута:
— Комендант нашего общежития. Ладно, пойду постою с ними рядом, может, кто-то подумает, что я хочу их разнять.
— Отпусти мою руку, — сказала Тоука, когда Ута немного отошел.
Канеки только сейчас понял, что все это время крепко сдерживал девчачью ладонь, ни разу не отпускаю. Он быстро отпустил руку, залившись краской. Канеки не видел лица Тоуки, потому что она немного наклонилась, и челка мешала смотреть, но он чувствовал, что девушка тоже покрылась румянцем.
Всей большой компанией они вернулись в общежитие. Канеки и Тоука после того случая не проронили друг другу не слова, они стеснялись. А когда они одновременно смотрели друг на друга, так вообще краснели настолько, насколько это вообще возможно физиологически.
— Папа! Так нельзя! — все еще дулась Это на старого мужчина. — Ты портишь мою карьеру!
— Кто хочет торт? — неожиданно спросил Ута, заглядывая в холодильник.
Почти что все дружно крикнули "я", и началось домашнее тихое (нет) чаепитие.
