Лицом к лицу с монстром

— Враг моего врага — мой друг — Это высказывание приписывают арабскому принцу, которого предали и убили собственные подданные. © Стартрек: Возмездие

00.15.01

      «Я люблю Локи» простые слова несмотря на все сплетни никто в них не верит. Это для окружающих меня разумных что-то вроде рассказов о снежном человеке или Лох-несском чудовище — интересный повод для того чтобы перемыть косточки двум довольно неоднозначным фигурам. И вроде бы им-то какое дело до того кто-там кого любит война вокруг, но вот поди ж ты! Так и хочется спрятаться от чужого нездорового любопытства в каком-нибудь бункере. Удивительно, но признание очевидной истины в слух ничего не должно было изменить в моей жизни. Совершенно ничего.       Вот только в тот момент, когда я произнесла их вслух гладя в глаза его матери пресловутое признание… Иллюзии скрывающие эмоции одного йотуна на несколько мгновений исказились, позволяя во всей красе ощутить испытываемые находящимся в чертогах Фригги не учтённым мной слушателем. И дальнейший разговор практически прошел мимо моего сознания.       На пару часов я была выведена из строя потому, что мозги на это время превратились в розовое булькающее пузырями различных безумных фантазий желе и для мыслительной были полностью не пригодны. Но, критическое мышление вернулось в норму, отсекло всё лишнее основательно поубавило восторги и сделав скидку на возможные преувеличения допущенные с моей стороны отрезвило окончательно и без поворотно. Но вот поселившийся в центре солнечного сплетения генератор счастья не думал ломаться или сбавлять темпы своей работы.       Кто поверит, я и сам не верю,       То ль на счастье, то ли на беду,       У меня семь пятниц на неделе       И тринадцать месяцев в году.       Вот только коней на переправе не меняют.

00.15.02

      — Рафаэль, — радостно улыбаюсь я, встречая покинутого когда-то друга.       — Сигюн? — удивлённо спрашивает меня синтетик и мрачные эмоции, окружающие его до этого плотным коконом, развеиваются будто их и не было никогда.       — Это я, — генерируемое мной счастье в этом информационном пространстве совершенно не скрыть, точнее я просто даже не пытаюсь это сделать. — И у меня очередной безумный план требует немедленного внимания и воплощения.       — Так значит…       — Эй-эй! Я многозадачное существо не ставь все деньги на выбранного фаворита, все лошади придут к финишу, и твоя ставка бессмысленно сгорит, — укоризненно заметила я. — Если ты думаешь я, что я не знаю, что твориться в Убежище, то ты сильно ошибаешься. Но честно, никогда бы не подумала, что за такой короткий срок органики смогут тебя настолько достать!       — Не только они!!! — пронёсся по информационному пространству отчаянный вопль души Рафаэля. — И это им не так и то их не устраивает. «А вот тут стоило бы поступить и по жестче». «Не стоит всё принимать так близко к сердцу». «Они же краткоживущие им не понять». «Органики, что с них возьмёшь»… И вечно я самый крайний!!! Сами наворотят, а я отдувайся?!       — А ты еще удивлялся тому почему я так быстро смылась… — сочувственно кивая головой заметила я.       — Сигюн?!       — Я, во всей своей красе. Да, Убежище в том виде в котором оно существует сейчас доказало свою полную нежизнеспособность, однако, неужели ты думаешь я позволю всему этому безобразию твориться и дальше?       — Думал, но вот после этих твоих слов начал сомневаться, — честно ответил разум Убежища, затем спросил с каким-то обреченным смирением. — Свернёшь проект?       — Не совсем… Скорее встряхну, приводя его в порядок.       Моё небо синее в алмазах,       Что-то мне по жизни принесёт,       Я крещён, а может быть помазан,       В общем, я счастливый, вот и всё.       Мы спорили с Рафаэлем, ссорились и мирились, обзывались и чуть ли с поцелуями не лезли. В общем, шел совершенно обычный творческий процесс.

00.15.13

      — Реми, на какие только безумства не пойдёт женщина ради любви? — спросила я своего верного паладина.       — На всё, la plus belle… — понимающе хмыкнул француз, скорее объясняя для себя что-то, чем отвечая на мой вопрос.       — Всё я делать не собираюсь, разве что организовать парочку безумств. Скоро Танос нанесёт мощный удар по Земле, естественно, что меня это совершенно не устраивает. Вдвоём с Триитхрод вы просто не успеете организовать достаточно мощную оборону. Даже если сумеете переправить из другой временной линии своих соратников их будет недостаточно даже для эвакуации населения. Но вот с помощью некоторых жителей Убежища появится возможность не только защититься, но и контратаковать.       — Не лучше ли тогда не ждать удара, а нанести его первыми? — спросил паладин.       — Вам после войны придётся жить на Земле, и я не хочу, чтобы спустя какое-то время между мутантами и обычными людьми снова вспыхнул конфликт, но уже на той почве, что именно мутанты спровоцировали Таноса на агрессию и никому не нужный конфликт. Я ведь даже в лучшем случае после победы какое-то время не смогу вмешиваться в дела тех, кто в меня верит на прямую. Борьба против общего врага сплотит человечество, да и сами способности мутантов можно будет какое-то время смело спихивать на проявление моей милости, ну или недовольства. Главное у вас всех появятся возможности и время на то, чтобы построить свой, лучший мир, в котором людей не будут делить по наличию или отсутствию сверх способностей.       — Звучит красиво, но вот суть не очень, la plus belle, — неодобрительно покачал головой Гамбит.       — Ты прав. Я бы тоже предпочла не выбирать из двух зол, а придумать что-то совершенно другое. Вот только последствия всего этого самого «другого» будут по сути еще хуже, чем у озвученных мной «красивостей».       — На сколько хуже?       Я счастливый как никто, я счастливый лет уж сто,       Я счастливый, я не вру, так счастливым и уйду.       Я счастливый как никто, я счастливый лет на сто,       Я счастливый, я не лгу, так счастливым и уйду.       — … Вот такие дела, Реми, — закончила я посвящать своего паладина в текущий расклад.       — Знаешь, ma déesse, для влюблённой женщины у тебя слишком холодный и расчетливый разум, — после не долго молчания сказал мой рыцарь, фоня на всю округу искренним сочувствием.       — О, не стоит… — начало было я, но затем передумала говорить об этом в слух и перевела тему. — Одолжишь мне свою драгоценную для одного маленького представления?

00.15.24

      — Тебе стоит, принять его предложение, Галактус, — произнесла я воплощаясь в реальности рядом со скорчившимся внутри созданной им самим камеры.       — Ни за что! — взревел мужчина, вскидывая на меня взгляд полный безумия и неутолимого голода. — Я ни за что не стану ему помогать!       — Ты не выдержишь долго. Голод рано или поздно вновь над тобой верх и однажды ты сломаешься под тяжестью собственных преступлений. То, как твои дела обстоят сейчас нужно исправить. И чем быстрее, тем лучше.       — Ты смеёшься надо мной?! Каким образом принятие предложения этого монстра может исправить моё положение?!       — Потому, что, если ты примешь его предложение я могу помочь тебе обхитрить и разрушить многие планы Таноса. Избавить от голода и дать возможность искупить свою вину.       — Кто ты такая, чтобы предлагать мне подобное? — поумерив душащую его ярость спросил мужчина. — И почему ты назвала меня «Галактус»?       — Это имя тебе подходит, к тому же…- я мягко улыбнулась, скрывая за ресницами лукавый и слишком хищный блеск ярко фиолетовых глаз.       Кто-то знает, я и сам не знаю,       Где финал тот, где та полоса,       За которой лишь ворота рая,       А за ними просто небеса.       — Я принимаю твоё предложение, но всё-таки… Кто ты такая?       — То самое Совершенство, что Бертрон не в силах повторить.

00.15.35

      Вокруг прекраснейшей сад, море и небо настолько чистые и завораживающие, что на них невозможно долго смотреть. Мы с Риллой сидим обнявшись. Как вцепились в друг друга вместо приветствия, так и не можем расцепиться и молчим. Пока я не встретила её в живую, я и не предполагала насколько по ней соскучилась. По её голосу, эмоциям, запаху, ненавязчивому присутствию рядом. Я словно наконец-таки после долгого путешествия вернулась домой. Нужно было начинать разговор, посвящать в часть своих планов, уговаривать и вести за собой, но не было сил. Не было желания размыкать объятья и портить уютную, домашнюю тишину между нами.       А пока всё небо только в звёздах,       Не во сне, причём, а наяву,       Что скажу за жизнь свою я просто,       Я счастливый тем, что я живу.       И сейчас, я наконец поняла почему у Риллы хватило сил дозваться меня из небытия, почему я сама смогла откликнуться и прийти на её зов. Дом — это не стены, а те, кто приносит душе покой, а ради света в родном окне путник способен вернуться откуда угодно. Главное, чтобы Дома его действительно ждали.

00.15.36

      Лорелея смотрит в потолок бессмысленным взглядом. Хрупкая бабочка, попавшая в сети паука — в этом есть что-то возвышенное и поэтичное, только я бы её скорее назвала мухой, чем бабочкой, но это уже никому не интересные мелочи. Смешно, я намного сильнее её, мой дар многогранней и ярче, а Локи поставил её выше меня…       Лорелее просто повезло найти старые записи одной по настоящему гениальной волшебницы и кое-как приспособить для своих нужд. Совершенно ничего особенного она не сделала. Её голова оказалась забита совершенно не теми вещами, на которые стоило бы опираться для захвата и удержания власти. Нет, Лорелея была талантлива и если бы не пошла по пути наименьшего сопротивления с этой волшебницей я бы не захотела встречаться в бою или даже просто переходить ей дорогу. Но, что получилось, то получилось. И теперь её знания послужат достижению моих целей, а она даже и не вспомнит о том, что поделилась ими с кем-то.       Я счастливый как никто, я счастливый лет уж сто,       Я счастливый, я не вру, так счастливым и уйду.       Я счастливый как никто, я счастливый лет на сто,       Я счастливый, я не лгу, так счастливым и уйду.       Прежде чем уйти я бросила еще один взгляд в сторону «соперницы». Мда, ревность азари всё-таки страшная вещь, не будь её я бы не решилась экспериментировать с чужим разумом, но вот очередной болезненный укол с её стороны и мы оказались в одной постели. Правда совсем не в том смысле, что можно было предположить, слыша подобное от азари. Но как говориться «был бы мозг было бы и сотрясение», а так асгардка даже головными болями страдать не будет. Но вот проследить за последствиями моей выходки всё же придётся, мало ли. Сейчас смерть Лорелеи не в моих интересах.

00.15.48

      «Что-то не везёт мне в отношениях с женщинами» со злым весельем думаю я, разглядывая правительницу светлых эльфов. Она не знает обо мне ничего и собственные эмоции сдают её с потрохами. И желания церемонится с ней и что-то выяснять окольными путями пропадает в начале второго часа совершенно бессмысленной беседы. Я вижу её насквозь. И мне хочется её спалить в огне как найденного в шерсти любимой собаки насосавшегося крови клеща. Мне не нужно заглядывать в её воспоминания чтобы понять, что она из себя представляет, но Малекит…       Лучше не давать ему поводов для мести конкретной синекожей богини, он и так постоянно на взводе и вот-вот взорвётся. Нужно направить его гнев в нужную мне сторону, не хочу позже жалеть об упущенных возможностях.       Сначала ревность, а теперь сухой расчет… Яблоко от яблоньки, не далеко падает. Вот только, что можно посчитать моей яблоней? Вилиус? Кралу? А может быть и вообще самого Бертрона?       Я счастливый как никто, я счастливый лет уж сто,       Я счастливый, я не вру, так счастливым и уйду.       Я счастливый как никто, я счастливый лет на сто,       Я счастливый, я не лгу, так счастливым и уйду.       Показав нужные воспоминания правительницы светлых эльфов Малекиту придирчиво наблюдаю за изменением выражения глаз приходящего в себя тёмного эльфа. От взгляда неоново ярких глаз маги и воина, пережившего в своей жизни слишком многое мне становиться не по себе, а по спине пробегают холодные мурашки страха.       — Ты показала мне не всё, — констатировал факт правитель.       — Не всё, но ты думаешь, что от этого знания тебе станет легче? — грустно усмехнулась я.       — Я должен знать, — покорно положив руки на плечи я сказала, гладя настороженные глаза эльфа.       — Обними вечность…

00.15.58

      Я наблюдала со стороны за воссоединением странной парочки толи друзей, толи соседей из одной психиатрической лечебницы. И не могла перестать довольно улыбаться. Жертвы Гидры, которых нацисты не однократно пытались устранить мило беседовали на тему кто из них больший псих и почему.       Один — худой парень, в своём кричаще ярком платье жуткого кроя и тонной косметике на лице напоминал девочку подростка из глухой глубинки впервые одолжившую у матери косметику, а потому и несколько «перестаравшуюся» с ней. Второй — в крутой одежде, пафосном плаще хотя и выглядел довольно внушительно и таинственно походил больше на фокусника, чем на самого настоящего мага, которым на самом деле и являлся.       Удивительно. Один должен был спасти другого избавив от опухоли в головном мозге дающей тому сильные пси способности, которые парень был не в силах контролировать сознательно, а потому считал их галлюцинациями. А получилось, что именно считающий себя сумасшедшим один из сильнейших мутантов спас будущего Великого Мага прикрыв от преследования Гидры за что потом угодил к ним в лаборатории. Но благодаря возможности видеть, что происходит, происходило и будет происходить в огромном количестве временных линий задержался он там не на долго.       Cчастливый, как никто.       Счастливым и уйду.       Cчастливый, как никто.       Счастливым и уйду.       И не смотря на то, как сильно оба этих человека связанны в данной временной линии, кое-что что не может не вызывать в мутанте по прозвищу Легион неизменного завистливого восхищения:       — Бог явно влюблён в тебя, суч*нышь! Ну, видя вьющиеся вокруг мага вероятности выразить мысли более цензурно крайне сложно, ведь с этим утверждением не поспоришь. Этот тип невероятно везуч!